Лучший подкат в моей жизни!

Глава 2

Эвелина Высоцкая

Шла уже неделя переезда, и я чувствовала себя как герой какой-то катастрофической комедии. Коробки, сумки, пакеты… их становилось всё больше, а сил — всё меньше. Я никогда не думала, что у меня столько вещей. Кажется, каждый шкаф, каждая полка в старой квартире прятала целый маленький мир, который теперь нужно было тащить в новую жизнь. — Ну всё, — пробормотала я себе под нос, в очередной раз взгромоздив на себя коробку, которая явно весила больше, чем я хотела признать. — Если бы кто-то сказал мне год назад, что я буду таскать это всё сама, я бы рассмеялась. Руки дрожали, плечи ныли, а сердце сжималось от мысли, что через три дня мне придётся прощаться с этой квартирой. Место было маленькое, но родное. Тут были мои утренние кофе на балконе, бесконечные вечера с книгами и планшетом, первые шаги в самостоятельной жизни… И всё это теперь нужно было упаковать, перенести, распаковать заново. Я поставила коробку на пол и присела на край дивана, вытирая пот с лба. Вздохнула. Голова уже была в панике от того, как всё это организовать. И в этот момент я поняла: переезд — это не просто физическая работа. Это маленькая ломка старой жизни и построение новой, и каждое движение, каждая коробка — шаг к тому, чтобы стать самой собой. Телефон завибрировал в сумке, вырывая меня из мыслей. Я достала его, увидела звонок от Ники и облегчённо улыбнулась: наконец-то хоть кто-то отвлечёт меня от этой бесконечной череды коробок. — Алло? — сказала я, прислоняя телефон к уху. — Эв, как дела? — слышался бодрый голос подруги. — Ты даже не представляешь… — начала я, кивая сама себе, будто Ника могла видеть всё это со своей стороны. — Коробки, коробки, коробки… у меня их целая армия. — Ох, держись, — рассмеялась Ника. — Зато скоро всё закончится, и у тебя будет новое место. Ближе к центру, да? — Да, — кивнула я сама себе, улыбаясь. — Очень надеюсь, что оно того стоит. И, честно, после этой недели я уже готова на всё ради тёплого уголка. — Отлично, — сказала Ника. — Давай, когда соберёшься, съездим проверим всё, а то мне интересно, что за «алмаз» ты там нашла. Я усмехнулась, сжав телефон в руке. Этот переезд — настоящая головоломка. Я уже спустилась на лифте, в руках две коробки, телефон был зажат между плечом и ухом — я всё ещё говорила с Никой. Ноги осторожно ступали по гололёду, я разблокировала машину и медленно направилась к багажнику. — Я к шести приеду, — сказала Ника в трубке. — Возьму еды, нормально поужинаем. Я улыбнулась, чувствуя, как внутри становится теплее. — Ты даже не представляешь, как я этому рада. Я уже неделю питаюсь чем попало. — Всё, договорились. Только аккуратнее там, — хмыкнула она. — С твоими коробками и этим катком под ногами. — Доживу, не переживай — усмехнулась я. *** Мы сидели на кухне, прижавшись к небольшому столу. Вок в картонных коробках уже начинал остывать, рядом стояла миска с греческим салатом — крупно нарезанные овощи, фета, оливки. На столе — две банки колы без сахара, открытые почти одновременно. — Ну наконец-то, — Ника выдохнула и плюхнулась на стул. — Я думала, ты ещё неделю будешь питаться кофе и печеньками. — Не напоминай, — усмехнулась я, накручивая лапшу на вилку. — Я сегодня впервые нормально ем Мы ели молча несколько минут. За окном было спокойно, в квартире — тихо, только негромко гудел холодильник. Всё шло ровно, без нервов, без странностей. Просто обычный вечер. — Как вообще переезд? — спросила Ника, отпивая колу. — Устала жутко, — честно ответила я. — Столько коробок, я до сих пор не понимаю, откуда у меня столько вещей. — Это нормально, — она хмыкнула. — Вещи — как воспоминания. Пока не начнёшь переезжать, не знаешь, сколько их у тебя. Я улыбнулась и посмотрела по сторонам. Кухня была почти пустая, без штор, без мелочей, но уже чувствовалась… моей. — Зато всё хорошо, — сказала я тихо. — Спокойно. Без сюрпризов. — Вот и отлично, — Ника кивнула. — Тебе сейчас именно это и нужно. Я сделала глоток колы и почувствовала, как напряжение постепенно отпускает. Всё действительно было хорошо. Просто ужин, подруга напротив и ощущение, что жизнь наконец-то идёт без резких поворотов.

Дмитрий Масленников

Мы ехали молча уже минут десять. Гелик мягко покачивался на неровной дороге, салон пах кожей и свежим кофе из стаканчика в подстаканнике. Машину мы сняли на время — чисто под съёмки, под атмосферу. Эмиль сидел за рулём, сосредоточенный, время от времени поглядывал то в навигатор, то на дорогу. — Слушай, — вдруг сказал он, нарушая тишину, — тебе бы отдохнуть нормально. Не «поспать четыре часа между монтажами», а реально отдохнуть. Я усмехнулся и откинулся на спинку сиденья. — Отдых — это миф для слабых, — хмыкнул я. — Максимум сменю кресло в офисе на кресло в самолёте и ноутбук с собой возьму. Эмиль покачал головой. — Вот именно об этом я и говорю. Ты уже который день на автопилоте. За окном тянулся вечерний город: фонари загорались один за другим, асфальт блестел, машины скользили мимо. Я смотрел на отражение в стекле и чувствовал, как усталость наваливается не на тело — на голову. Монтажи, дедлайны, сценарии, ответственность за всю команду — всё смешалось в один плотный ком. — Может, после съёмок свалишь куда-нибудь? — продолжил он. — Может исчезнешь на пару дней. Я хмыкнул, но ответить сразу не смог. — Знаешь, я уже не помню, когда последний раз так делал, — сказал наконец. — Чтобы просто… жить, а не снимать. Гелик свернул на более узкую улицу, скорость снизилась. Я машинально взял телефон, пролистал пару уведомлений и убрал обратно — ничего срочного, но и ничего, что реально радовало. — Подумай об этом, — добавил Эмиль. — Ты не железный. Я криво улыбнулся. — Пока не развалился — значит, норм. Машина плавно покатилась дальше. Я снова уставился в окно. Город медленно растворялся в сумерках, будто кто-то убавлял контраст у реальности. Эмиль включил музыку — негромко, фоном, без слов. Самое то, чтобы не думать, но именно в такие моменты мысли и лезут. — Ладно, — протянул я, нарушая паузу. — Снимем «Кальмара», закроем хвосты… и, может, правда свалю на пару дней. Эмиль усмехнулся. — Вот. Уже звучит как план, а не как отмазка. — Не обольщайся, — фыркнул я. — Я всё равно возьму камеру. На всякий случай. Мы подъехали к светофору, машина остановилась. Я машинально проверил ремень, постучал пальцами по колену — привычка, когда внутри лёгкое напряжение. В голове всплыл монтаж, который я так и не закончил, сцены, тайминги, звук… Я поймал себя на том, что мысленно уже не здесь. — Ты сейчас опять улетел, — заметил Эмиль, не поворачивая головы. — Ага, — выдохнул я. — Профдеформация. Загорелся зелёный, гелик тронулся. Я достал телефон, открыл инстаграм, пролистал ленту — лица, рилсы, шум. Палец сам замер на одном посте, но я даже не вчитывался, просто смотрел и ничего не чувствовал. — После съёмок заедем перекусить? — спросил Эмиль. — Ты сегодня, походу, опять на одном кофе. — Заедем, — кивнул я. Следующий день Телефон разрывался так, будто хотел лично вытащить меня из кровати и добить контрольным. Я с трудом разлепил глаза, уставился в потолок, не сразу понимая, где я и кто я вообще такой. — Дима! — голос Лизы в трубке был на той стадии, когда это уже не злость, а холодное обещание расправы. — Ты вообще в курсе, сколько времени? Я нащупал телефон, приподнялся на локте и посмотрел на экран. 10:07. — Бля… — честно выдохнул я. — Лиз, я уже… — Ты уже опоздал на час, — перебила она. — По договорённости ты должен был быть в офисе в девять. Если через тридцать минут тебя не будет, я приеду к тебе сама. И, поверь, это будет последняя ошибка в твоей жизни. Гудки. Я ещё секунду посидел, переваривая происходящее, а потом вскочил так резко, что перед глазами потемнело. — Отлично, Масленников. Просто идеально. Сборы превратились в хаос. Джинсы — натянул, не глядя, толстовку накинул уже на ходу, рукав зажевался — плевать. Кроссовки — кое-как, куртка с кресла. Про шапку я даже вспомнил, но уже у двери махнул рукой: да и хрен с ней. Лифт ехал мучительно долго. Я нервно постукивал пальцами по телефону, мысленно прокручивая, что мне сейчас скажут в офисе. Подъезд, резкий холодный воздух — он ударил в лицо и окончательно выдернул меня из сна. Дальше — машина, поворот ключа, двигатель ожил. Город был уже в движении, пробки намекали, что опоздание сегодня — мой личный стиль. Я выехал на дорогу, крепче сжимая руль, и поймал себя на мысли, что этот день начался не по плану. А такие дни у меня, как правило, никогда не ограничиваются одним косяком. Я уже был на территории офиса, заезжал в ЖК и позволил себе чуть разогнаться — тупая привычка, когда опаздываешь и кажется, что лишние секунды можно отыграть скоростью. Плюс этот долбаный гололёд впридачу, из-за которого машина вела себя так, будто жила своей жизнью. И тут — она. Девушка появилась буквально из ниоткуда, с коробкой в руках, шагнула вперёд, и в этот момент у меня внутри всё оборвалось. Я инстинктивно вдавил тормоз в пол, руль дёрнулся, колёса повело. Машина скользнула, как по стеклу. — Бля… бля-бля-бля… Удара как такового не было — скорее глухой толчок. Но этого хватило: коробка вылетела у неё из рук, вещи разлетелись по асфальту, а она сама не удержалась и упала. Я выскочил из машины моментально, даже не закрывая дверь. — С вами всё в порядке?! — голос сорвался, звучал громче, чем я хотел. Сердце колотилось где-то в горле. Я подбежал ближе, оглядывая её — руки, ноги, лицо, пытаясь понять, насколько всё плохо. В голове крутилась только одна мысль: только бы ничего серьёзного.