Код идеальной любви

— Да, конечно, твой гараж — это не самое лучшее место для сна, но знаешь… — Не договорив, он смотрит на Генри, который пожимает плечами. — Я, в принципе, тебя не держу. Я не сильно настаиваю на том, чтобы ты остался здесь ночевать. — По лицу скользит улыбка, замечая, как друг начинает оправдываться. — А знаешь, я, в принципе, человек не такой брезгливый. Меня не так уж и волнует грязь, — Уильям в очередной раз окидывает комнату взглядом, ненадолго задерживаясь на компьютере, а после возвращаясь к собеседнику. — А где ты будешь спать? — Слегка усмехаясь, юноша шуточно указывает на пол. — Сомневаюсь, что ты хочешь лежать на холодном, грязном полу, — Не такой он грязный и холодный. А вообще, не забывай, что моя комната — это не гараж, — Слегка хмурясь, произнес Эмили, совсем скоро снова переходя на лёгкую улыбку. — Ну да, это действительно можно забыть, учитывая, что ты всё время здесь. — Брюнет откидывается на спинку дивана, показывая меньшую заинтересованность в этом диалоге. — И давай так, я, конечно, тебе доверяю, но мои личные вещи ты не трогаешь, — Конечно же, он имел в виду компьютер с программой. До остальных вещей ему не было дела. Он прекрасно знал, что Уильям туда не полезет, ему там делать нечего. — Я что, похож на бешенную фанатку или вора, чтобы осматривать чужое? — В голосе звучала привычная ирония. — И то верно, — Генри лениво переводит взгляд на Уильяма, который стал что-то искать в сумке. Ему тут же вспомнилось, он говорил, что доделал чертежи. Конечно же, это не вызвало у него восторга. — Помнишь, я говорил про чертежи, которые почти доделал? — юноша стал с счастливой, гордой улыбкой доставать синюю миллиметровку. — Да, — Без особого энтузиазма отозвался Генри, пока взгляд полностью был прикован к улыбке собеседника. — Так вот… — Не говоря сразу про изменения и структуру, он разложил бумаги на мягком диване. Миллиметровки не были столь большими, чтобы не уместиться. Недолго разглядывая наработки, взгляд приковывается к небольшому механизму, встроенному в пружинные фиксаторы. — Для чего эта деталь? — Хмурясь спросил Генри, не особо понимая, для чего этот механизм здесь. Он ведь такой инородный. Совершенно ненужный. Возможно влияющий на работу в целом. создавая риск и опасность для нормальной работы. — В смысле? — Взгляд тут же падает на деталь, на которую Генри указывал указательным пальцем. Слегка замявшись, Уильям продолжил: — А это… Для того, чтобы саму голову было проще открыть. В общем, голову можно будет использовать как робота и костюм, надевая на человека. Ну знаешь, шагнем в ногу с технологиями, — Говорил он достаточно убедительно и с большим энтузиазмом. Генри продолжал хмурится сказанному. Он сомневался в словах друга. Такой маленький и сомнительный механизм. Зачем робота вообще носить как костюм, он же тяжёлый. — Зачем его носить как костюм? Как тебе вообще настолько сомнительные идеи приходят в голову? — Ничего они не сомнительные. Просто ты ничего не понимаешь и сквозь свои толстые линзы ничего не видишь. Это творческий подход и возможность продемонстрировать что-то новое, невероятное, — Он также слегка нахмурился, отводя немного разочарованный взгляд в сторону. — Я, между прочим, стараюсь не только для себя, а чтобы и твои навыки улучшить. Чтобы показать миру твои возможности, — Упрекая собеседника, Уильям скрещивает руки на груди. — Да-да, как скажешь. Покажешь ещё. Я с тобой полностью согласен, что это очень по «творчески», но ты ведь понимаешь, что это тебе не игра или рисунок. Не код, который легко составить. Не программа, которую ты сделаешь по аналогии. Это робот, который достаточно тяжёлый, так ещё и травмоопасный. — Генри убирает указательный палец, поднимая взгляд на слегка разочарованного Уильяма. — Эмили, я же не прошу тебя сделать полноценного робота, который как костюм. Я предлагаю сделать только голову для конкурса, чтобы удивить жюри, По-прежнему обречённо выдыхая, Генри ещё раз бросает взгляд на чертежи, примерно оценивая как ему вообще такое делать. Как он вообще мог так вляпаться? Угораздило же его встретить настолько требовательного человека. Так ещё и находить в нем что-то обаятельное.

***

Заснуть было тяжело, поэтому Генри периодически просто садился на кровати, пристально смотря в стену, рассматривая узоры. Его никогда не посещала мысль, что ему даже уснуть тяжело, когда объект воздыхания находится не так далеко. Вздохнув, он опять падает на подушку, смотря в потолок. Желание спать отбивалось насовсем, когда он вспоминал о коде, конкурсе, о, чертовой, голове или начинал обдумывать их конфликт. Что, если Уильям уже давно нашел программу? Тогда на утро стоит сделать себе петлю? А что, если чувства не настолько не взаимны? О нет, он вообще в своем уме? Нет, они точно не взаимны. Уильям же даже не выглядит как человек заинтересованный в таком. Они слишком разные: он замкнутый, не желающий огромной и хорошей репутации. Вечно сутулица и носит очки с толстыми линзами. Долговязый, с вечно растрепанными, кудрявыми волосами. Его идеал: общительный, игривый, способный поддержать любой диалог. С ровной осанкой и прекрасным британским акцентом. Ухоженными волосами и кожей. Одним словом муза и ангел. Руки тянутся к шеренге джинс, как и практически всегда, если мысли заходят об этом человеке в таком ключе. Начитанный, стройный с бледной кожей и серыми глазами — сразу видно знатный род и примерную семью. С хорошим вкусом абсолютно во всем. Пример абсолютно во всем. Примерный друг и идеальная любовь, никогда не придаст и всегда останется с тобой. Красивый голос, язвинка, способность доводить его, заставляла разум самому мыслить в самую отвратительную сторону. Сам юноша всегда мечтал о том, чтобы всё было взаимно. Чтобы действительно можно было ощущать, чуть обкусанные губы от нервов, ближе чем это позволяется сейчас. Чтобы слышать его голос куда чаще, чем это возможно. Чтобы была возможность выслушивать все жалобы, слышать все проблемы и знать этого человека на все сто процентов. Чтобы ощущать близко и больше никогда не отпускать. Но, это невзаимно. И что теперь, всю жизнь убиваться по одному человеку? Однозначно, да. У Генри нет других вариантов. Тяжело влюбляться один раз и на всю жизнь. Он знал, что влюблен в образ, манеру, жесты и характер — то, как себя показывает этот человек, завораживало и привлекало. Это то что так нужно Эмили. Жаль, нет технологий, везения. Нет ничего, что могло помочь хоть немного приблизиться к заветному человеку, к заветной любви. Каждый раз, думая в эту сторону, в голову тут же приходило, как же это неправильно. Законы, мораль, любовь — всё было против него. закончив грязные дела, он тянется к тумбочке, чтобы взять пару салфеток. Эмили пролежал так недолго, думая о том, чтобы навестить гостя. Вдруг не спит, или ещё хуже — смотрит код. Медленно поднявшись с кровати, надев очки, он стал на ощупь искать включатель. Долго привыкать к свету не пришлось, и он сразу же направился из комнаты, по пути посмотрев на время: «1:00 am». Гараж, конечно же, был открыт, но его удивило, что свет горел. На дворе уже глубокая ночь, а он не спит. Прислушавшись, Генри не мог понять, чем занимается его гость — шепот, шорохи. Тихонько открыв дверь, он заметил Уильяма рядом со столом, где тот якобы доделывал чертежи. Это было заметно по тому, что рядом с ним не было ни карандаша, ни линейки. — Ты чего не спишь, ночь же на дворе? — Не понимая, Эмили прошел ближе к столу, замечая странную улыбку на лице друга, она была натянутой и даже слегка нервной. Афтон замешкал, задвигая поплотнее стул, держа за спинку. — А я… Да, что-то не спится, — Уильям пожимает плечами, нервно глазами ища карандаш. — Разве? Как скажешь, — глаза сами опускаются на небольшой шаблон чертежей, которые Уильям сделал лишь для виду. — Решил чертежи тогда доделать? — Как видишь, — Найдя не заточенный карандаш, он берет его в руки и делает бессмысленный штрих. Так как грифель не был острым, Уильям только развел грязь, на что скоро цокнул, слегка отворачивая голову. — А если серьезно? — В голову уже давно приходят мысли о программе, а тут ещё и такое. Он мог поклясться, что сердце сейчас у него бьётся намного быстрее, чем обычно. Заметив, что компьютер действительно включен, душа будто в пятки ушла. Он уже даже не ожидал ответа от собеседника. Лишь стараясь придумать минимальные оправдания своим действиям, но к сожалению в голову не приходило ничего стоящего. — Да так… — начиная издалека, Уильям потянулся к плотно задвинутому стулу. На сидении лежала небольшая книжка, а на ней большой амулет с когтем орла. — Шон предложил прочитать… Ну, как по мне, книга — тот еще бред. Ну, то есть, в тринадцать лет мне бы такое понравилось, но я же далеко уже не ребенок, — неловко усмехаясь, Уильям смахнул амулет на стул, взял книжку, чтобы быстро убрать ее в сумку. — Правда? И про что она? — Выдыхая с огромным облегчением спросил Генри, облокачиваясь о стол. — Да о чуши всякой, типа демонов, богов и заклинаниях. Ну, ты же знаешь Шона, он же Хиппи. Мир, добро, нет войне, секс, травка и все такое, — В очередной раз неловко усмехаясь, Уильям убрал книгу. Заметив такую неловкость, Генри удивился. — Хочешь сказать, тебе ничего из этого не понравилось? Как я помню, тебе нравилась вся эта тема с мифическими существами, демонами, богами, — Понимая в чем дело, Эмили шире улыбается. Неужели этот человек способен стеснятся своей увлечённости в чем-либо? — Конечно же нет. Вот тебе многое даёт имя демона: Гри? Вот и мне нет. Я не люблю фэнтези такого рода. Или же воскрешение, порча, пророчества. Я же говорю, обычная книга для Хиппи, — брюнет пожал плечами, проходя к застеленному дивану. — Ну, любая книга про демонов — это фантастика. — Посмеиваясь, Генри нажал на кнопку выключения компьютера. Совсем скоро, он мог вспомнить, что сам не выключил его с момента, когда прятал программу. Мысленно назвав себя параноиком, Генри возвращается к собеседнику. — И ты не думал, как-то по другому построить претензию, помимо того, что Шон Хиппи? — Я не… Это не претензия! И мне нет дела до того, кто он и во что верит. Я вообще не об этом. Эмили, ты вообще меня хоть иногда слушаешь? — Сев на диван, он проводит пальцем по простыне, оставляя небольшую рябь. — Конечно, я тебя слушаю. Даже слишком много и часто, — С улыбкой произносит Генри, последний раз бросая взгляд на кнопку включения. — Это что, слабый и плохой комплемент? В прочем, я польщён. — Он делает наигранный поклон, заставляя Генри глупее улыбнуться.

***

До самого утра, покинув гараж, Генри так и не мог уснуть, поэтому под утро чувствовал себя просто отвратительно. Около семи часов он вышел на кухню и поставил чайник, размышляя, какой чай предпочитает Уильям — обычный чёрный или с различными вкусами. — «Так не проще ли его вытащить сюда?» — Пронеслось в голове Эмили. Покрутив в руке чайную ложку, он смотрит на дверь. — «Да, иначе я устану выслушивать его жалобы» Положив ложку, устало зевнув он направился к гаражу. Войдя внутрь, его глаза раскрываются шире. — Ты что делаешь? — Таким гараж он не видел даже, когда родители купили этот дом. Он никогда не видел его настолько чистым и убранным. — А? Да говорю же, в твоём доме спать просто невозможно. А тут ещё и такое дело… — Посмеиваясь, брюнет протирал тумбочку от пыли. — Ты ведь совсем не против, что к тебе ещё два человека придет? — Придет кто? Почему я узнаю об этом в последнюю очередь?! — Это вполне в духе Уильяма, сначала что-то сделать и только потом об этом оповестить. Впрочем, Генри бы стоило уже привыкнуть, но это казалось таким невозможным. Его глаза уже уставали от гиперактивности друга, который, можно сказать, носился из угла в угол, убирая пыль и грязь. — Беверли и Шон. Они тоже в конкурсе участвуют. Ну ты же помнишь их? Шон, который хиппи и наш однокурсник, а Беверли — наша давняя подруга со школы. У тебя же не такая короткая память, да? — Нервно жестикулируя, Уильям ненадолго остановился. Генри измученно выдох, снимая очки, начиная массировать переносицу. — Уильям… Я прекрасно помню, кто это… Почему нельзя было поставить меня в известность раньше? — Он надевает обратно очки, скрещивая руки, измученно водя глазами за другом — Ну… Просто я предложил нам встретиться минут двадцать назад… И… — Он положил тряпку на поверхность тумбочки, неловко улыбнулся, встречаясь со взглядом друга. — Уильям… — Мучительно выдыхая, Эмили закрывает глаза. Пока друг вернулся к уборке гаража. — Ну не все же так плохо. С Беверли мы общались давно, зато будет что вспомнить. А Шон… Ну послушай, не все так плохо. Он даже весёлый парень. Да и он сам говорил, что будет интересно послушать о твоих изобретениях, да и как ты ко всему этому пришел, — Стараясь более менее наладить этот разговор, он привел пару аргументов, все с той же неловкой улыбкой. — Уилл, у меня не к этому вопрос, — Он подошёл ближе, забирая тряпку у него из рук. — Предупреждай хотя бы иногда. Мне не важно кого ты взял с нами на конкурс. Меня куда больше напрягают твои импульсивные решения, Остановившись, Уильям поднимает на него светло-серые глаза, после опускает на тряпку. Улыбка на миг пропадает с его лица. — Я постараюсь, Генри берет тряпку, помогая оттирать грязь. — И что, ты убрал гараж за эти двадцать минут, как пригласил Беверли и Шона? — Не видя уже грязи, он понял, что Уильям просто бездумно водил тряпкой по дереву. — Буду тогда называть тебя самой быстрой рукой на Диком Западе, — Эмили глупо улыбается, негромко посмеиваясь. — Что? Нет, я всю ночь убирал эту помойку. Эмили, ты сам видел, что здесь находиться было невозможно, а сейчас… — Уильям окидывает взглядом чистый гараж. — Как новый. И быстрой рукой можешь называть себя, а иначе ты бы не хранил столько моих вещей и несколько фотографий у себя. — Он игриво толкает того в плечо. — Я могу все объяснить! — Генри резко обернулся в сторону друга, который натянул язвительную улыбку. Он был уверен, что щеки покраснели не хуже, чем на морозе. — Что, серьезно такое есть? Я же шутил. — Уильям начал заливаться смехом, замечая, как заставляет друга чувствовать себя ещё более неловко. — Нет! Я… Просто… — Он отвернулся, бегая глазами по узорам дерева. — Некоторые твои вещи у меня действительно есть. Но это просто не стоит их разбрасывать. — Да ты чёртов, извращенец, Эмили. — Он продолжал заливаться смехом, чуть ли уже не плача. — Я совсем не такой и совсем не это имел в виду! — От стресса, он стал тереть тряпкой замеченное маленькое пятнышко. Сердце билось в бешенном ритме. И Генри чувствовал прилив адреналина, больше не ощущая усталости от бессонницы. — Может лучше перестаешь оправдываться? Ты загоняешь себя же в тупик. Ты просто извращенец, вот и всё, — Он вновь усмехается, лёжа на полу, рассматривая потолок. — «И зачем я вообще стал пытаться оправдываться? Это же так глупо. Он совершенно прав, я просто загоняю себя в тупик» — Юноша склонил голову над тумбочкой, по-прежнему заливаясь краской. Действительно, это же такая лёгкая уловка. Продолжая лежать на полу, Уильям переводит взгляд на стол. Совершенно чистый, без мусора и скомканных листов. — Что ты там трёшь? Гараж совершенно чистый. Я всё вычистил перед приходом Шона и Беверли. Радуйся, что у тебя есть такой честолюбивый друг, — Уильям тянется, чтобы поправить волосы, которые лежали вразнобой. Как по удачному стечению обстоятельств в ворота раздался стук. Это и были гости, которых совершенно не ждал Генри. Он ещё не привёл себя в порядок, а Уильям уже зовёт неизвестных людей в дом. В спешке Генри поворачивает голову в сторону ворот, а брюнет же неспешно стал подниматься с пола, чтобы впустить Шона и Беверли.