Перед концертом

Огромный зал был ещё прохладным и тихим, и только первые зрители нарушали эту тишину. Вот кто-то хлопнул бархатным креслом в третьем ряду - этот звук пролетел под куполом, как одинокий выстрел. Всё было в полумраке, и в самом конце зала уже совсем темно. Те, кто пришёл, шептались, и этот шёпот сливался в жужжание пчёл. Кто-то хихикал. Рояль, стоявший на сцене, переливался бликами от неяркого света, от него пахло старым деревом и пылью. Крышка рояля была уже открыта, будто он пытался взлететь. Вот уже зал наполнился людьми, поднялся гул. И началось объявление.