Созвездие Медведицы

      Воды Студёного моря омывали берег Медвежьего острова. Волны накатывали, пенились и с шипением растворялись среди гладких валунов. Морской ветер гулял среди вековых елей и сосен, смешивая аромат хвои с запахом морской соли.       За несколько лет проживания на Медвежьем Корра научилась наслаждаться этим запахом. Она вдыхала морозный воздух, колючий, холодящий лёгкие изнутри, но не чувствовала, будто у неё перехватывает дыхание, как это бывало раньше. Харви говорил, что Север растёкся по её жилам, от того тело перестало бояться холода. Девушка в ответ улыбалась краешком губ и вспоминала свои ночёвки под открытым небом в Эссосе.       К запаху рыбы привыкнуть было сложнее, ещё тяжелее было научиться работать с рыболовной сетью. Тяжёлая от морской воды, она путалась в неумелых руках, цеплялась за снасти, не давая вытаскивать рыбёшку из ячеек. Вот и сейчас Кора перебирала сеть красными, разбухшими от ледяной воды пальцами, пока Харви грёб к берегу. Нужно было успеть вытащить лодку, пока погода окончательно не испортилась. Когда нос лодки уткнулся в небольшой участок берега, усыпанный галькой, последняя рыбка была сброшена в плетённую корзинку. Вместе Корра и Харви перевернули лодку и развесили сети в сарайчике, сколоченном тут-же, на берегу. Тропа от западного берега вела прямиком к усадьбе и всю дорогу девушка слушала о способах копчения палтуса:       — Сначала палтуса нужно подготовить, выпотрошить его и хорошенько промыть. Затем палтуса засаливают, только обязательно в рассоле! Тогда он становится нежным и не разваливается в коптильне. Вот пробовал я как-то копчёного палтуса в Темнолесье, тогда ещё Старый Медведь тут лордствовал. Так рыба пресная была, они её не солили будто!       Харви был прилично старше Корры, но до старика ему было ещё далеко. Женой он обзавёлся только шесть лет назад и та уже успела родить двух сыновей. С Бет, пышной краснощёкой красавицей с тяжёлой рукой, Корра неплохо ладила, хотя поначалу, когда девушка отправлялась с Харви в первые патрули, она серьёзно опасалась, как бы жена не приревновала мужа к новой боевой подруге. Нужно было поладить с местными, Корра решила начать с Бет и сама заявилась к той с гостинцами. Стучась в дверь, девушка предвкушала, как ощутит себя полной дурой, не знала, принято ли на Севере приходить вот так, без приглашения. Бет удивилась, но по-доброму.        За болтовнёй выяснилось, что Бет не боялась измен со стороны мужа, говоря, что этого болтуна никто кроме неё вытерпеть больше не сможет. Даже Корре в шутку посочувствовала, зараза такая. С тех пор девушка старалась почаще заходить в гости, подгадывая время, когда болтуна Харви не будет дома. После одного из таких визитов мать за ужином водила носом, а Корра молила отцовских богов, чтоб и остальные домочадцы не учуяли запаха ежевичной настойки. Поболтать Харви действительно любил, что Корру изначально неимоверно раздражало. Но рассказчиком он был хорошим и девушка привыкла, иногда позволяя себе безобидные шпильки в его сторону.       За разговорами Корра не заметила, как они дошли до Берлоги — так она прозвала про себя усадьбу Мормонтов. Хоть Медвежий остров был малонаселён, но на территории Берлоги и в её окрестностях всегда кипела жизнь. Жители острова старались держаться кучно, большинство домов стояли либо возле усадьбы, либо возле причала. Уже на подходе к воротам Корра услышала топот ног и девичий визг. Джорель неслась прямиком на девушку, грозясь сбить её с ног. Позади бежала Алисана.       — Корра, Корра, ну скажи ей!       — Что сказать?       — Что в Эссосе живут ящероолени. Они переплывают море и едят маленьких девочек. Харви усмехнулся в густую бороду, видимо догадываясь откуда ветер дует. Корра поставила корзину с рыбой наземь, присела перед младшей на корточки.       — Где это ты такое услышала?       — От Лиры — вместо сестры ответила Алисана — Она эту дурочку пугает, чтоб меня из себя вывести.       — Я не дурочка!       Корра потёрла пальцами висок. Джорель была третьей дочерью Мейдж Мормонт и капитана гарнизона Медвежьего острова Ульмара. Старшая, Дейси, не так давно вступила в брачный возраст и между родителями шёл спор. Мейдж хотела найти дочери выгодную партию среди наследников малых домов Севера. Ульмар же хотел, чтобы дочь выбрала себе жениха из местных и в будущем возглавила гарнизон. Медведиц, сильных, способных защищать семью, пока мужья находились в море, часто отправляли невестами на материк. Не дурны собой, плодовитые, да только характер не всегда ласковый. Вот и получалось иной раз так, что девушки не уходили в чужой дом невестами, а сами приводили жениха на порог. Помнится, во время визита в Последний очаг по пути со Стены, когда отец решил познакомить жену и дочь со старшим братом, здоровяк Джон Амбер ляпнул, что песнь про медведя и прекрасную деву можно переиначить, а смысл не изменится. Корра по лицу видела, что отец шутку не оценил, но мать под столом крепко сжала ему руку, а Морс Амбер был так рад видеть друга детства, что не постеснялся пожурить своего лорда-племянника.       Небольшая, но доля правды в этом была. Мейдж примерно так и вышла замуж, ещё умудрилась притащить с собой аж целого рыцаря, когда-то служившего у Сервинов. Но медведиц в последнее время развелось много, Мейдж пеклась о репутации семьи, а у Джораха до сих пор не было наследника. Долго ли это могло продлиться, Корра не бралась судить. Со смерти Альвы прошёл уже почти год и вороны начали прилетать к медвежьему лорду с брачными предложениями, но кузен пока отмалчивался.       По сравнению со старшими, младшие сёстры были похожи на ужаленных в одно место медвежат. Лира в свои десять уже была умелой лучницей и лихо управлялась с лодкой. Ещё она любила прыгать с водопада, который ниспадал в бухту недалеко от усадьбы, на спор задерживала дыхание под водой и лазила по деревьям. Корра думала, что добрая половина седины в волосах Ульмара появилась именно благодаря Лире. Джорель же была ещё совсем малышкой, бегала всюду за сестрой, а та, чтобы отвадить маленькую липучку, пугала её страшными сказками.       — Ну, я про таких чудищ раньше не слыхала и не встречалась с ними — девушка встала — А ты, Харви?       — Я? Нее. Разве что козла с хвостом рыбы… — Джорель испуганно вздохнула, глаза у неё расширились, как у совёнка. Корра стукнула рыболова кулаком по плечу — Но он питается только морской капустой.       — Знаешь, надо спросить у мейстера Нико. Вот кто точно знает всё на свете.       — Ой, точно — отреагировав на предложение кузины девочка убежала, разбрызгивая грязь с раскисшей тропы.       — Харви, отнеси это на кухню. Я позже подойду — Корра передала мужчине короб с рыбой. Тот, водрузив короб на спину, побрёл в сторону усадьбы, насвистывая какую-то песенку. Алисана уже хотела последовать за ним, но девушка остановила её.       — Опять?       — Ты у меня спрашиваешь? Это не я малявку пугала.       — Она злится, потому что хочет добиться твоего внимания. Разве ты не бегала за Дейси в её возрасте?       — Она уже не маленькая, чтобы я с ней нянчилась. Если Джорель со страху опять ко мне в кровать проситься будет, я Лире косы во сне остригу!       Круто развернувшись на пятках, Али зашагала к воротам. Корра устало вздохнула и поплелась за ней. Весна с каждым днём пригревала всё сильнее, удлиняя световой день и открывая дорогу лету. Но лето на Север приходило позднее, чем в остальные уголки Вестероса. День плавно перетекал в вечер и обитатели Берлоги стремились закончить свои дела до наступления сумерек, бегали, точно муравьи, каждый занятый своей работой. Кто-то растаскивал дрова по комнатам для растопки каминов, кто-то собирал чистое, не до конца просохшее бельё с верёвок. Мальчишка поварёнок нёсся на кухню с корзинкой свежей партии копчёной рыбы, чтобы после, нанизав её на верёвку, развесить в кладовой. Девушка направилась к конюшне, из которой доносился перестук копыт и фырканье лошадей. Конюх Алви расхаживал от одного денника к другому. Если хозяева возвращались в усадьбу, Алви узнавал об этом одним из первых, сразу после стражи на воротах. Заприметив девушку, конюх уже знал, что та спросит и что он ответит.       — Вернулись около часа назад, миледи — Алви почтительно склонил голову. Корра удержалась, чтоб не поморщиться. Это обращение она не очень любила, хоть понимала, что Вестеросе это не просто традиция, а скорее правило. Её товарищи часто обращались к ней просто по имени. Кузен и тётка такого панибратства не одобряли, поэтому соратники обращались к девушке так вне присутствия хозяев Медвежьего. Но то были её собратья по оружию. А вот слуги впадали в ступор, видя раздражительность дочери лорда.       — Хорошо. Подготовь завтра Бурана пораньше. Хочу его немного размять перед выездом.       — Разве завтра вы идёте в патруль, миледи?       — Джонас захворал. Пусть отлёживается, нечего заразу по острову разносить.       — Будет сделано.       Джонас, конечно, будет возмущаться с утра, но отца ослушаться не посмеет. Осталось только ему об этом сообщить. Корра направилась было к выходу, но опомнившись, обернулась.       — Он в мастерскую собирался — конюх улыбнулся, Корра прищёлкнула пальцами.       — Как обычно.       В мастерской пахло свежим деревом и теплом. Полки были заставлены заготовками замысловатых фигурок и панно, пол выметен, в углу стоял мешок с древесной стружкой. Отец всегда следил за чистотой в своей мастерской — не приведи Боги от искры что вспыхнет, все труды насмарку. Он сидел за верстаком, выстругивая очередную деревяшку и что-то мурлыча себе по нос. Корра встала у порога, наблюдая. Отец был спокоен, расслаблен. Но девушка знала, что на свете нет человека, который сможет подкрасться к нему незаметно.       Корра шаркнула ногой по деревянному порогу, обозначая своё присутствие. Мужчина перестал напевать, но работу не прекратил.       — Как рыбалка?       — Удачно. На ужин будет уха.       — Уха — это хорошо — отец поднёс фигурку на уровень глаз, сдул древесную крошку резким выдохом — До ужина недолго осталось. Что-то я засиделся сегодня.       Корра подошла ближе, заглянула отцу за плечо.       — Бобёр?       — Медведь! — Раст повернул голову к дочери, показывая возмущённую гримасу — Где ты здесь бобра увидела?       — Подаришь малышу?       — Угу. Милостью Богов родится мальчик и сестра поубавит свою сварливость.       «А у Джораха появится возможная замена, если только он не найдёт себе новую жену». Вслух девушка, разумеется, этого не сказала. Отец наверняка и сам задумывался об этом не раз.       — Тебе сообщили про Джонаса?       — Да. Ульмар должен найти война ему на замену, пока тот не поправится.       — У меня на завтра дел особо нет. — Корра закусила губу, ожидая реакцию. Отец отложил заготовку, уперев локоть в колено.       — Уже сказала Алби?       — Всё равно в Берлоге ерундой маюсь. Только сунусь на кухню или в конюшню… Сам видел с какой миной мне Джорах нотации читал в прошлый раз.       — Тебе же Мона предлагала с ней платья подшивать?       Девушка приподняла бровь.       — Ну да. О чём это я. — Раст встал из-за верстака — Ладно уж, поезжай с нами завтра. Но могла бы для начала разрешения спросить.       — Я спрашиваю сейчас — девушка ухмыльнулась.       — Ты уже перед фактом ставишь. — мужчина сморщил нос — Боги! Перед ужином в баню сходи. Рыбой за версту несёт.

***

      Едва остров окутали сумерки, прислуга начала накрывать стол. Когда Корра спустилась в Большой зал, большая часть семейства была уже в сборе. Сёстры Мормонт сидели за столом, Лира и Алисана о чём то спорили, Джорель беспрестанно дёргала за рукава то одну, то другую, Дейси нигде не было видно. Корра подсела рядом с младшей, ущипнув её за бока, отчего та залилась смехом, падая спиной девушке на колени. Корра прикрыла ладонями край стола, чтобы сестра не стукнулась затылком, но в порыве девочка резко дёрнула ногой, послышался глухой стук удара коленки о столешницу и смех сменился плачем. Раст, Джорах и Ульмар, стоящие у камина и до того что-то обсуждавшие, синхронно повернули головы. Ульмар тяжело вздохнул, подошёл к девочке, и, взяв её на руки, принялся что-то мурлыкать в попытках заглушить детский рёв.       В зал вошли Дейси, Мейдж и Брина. Дейси, бросив взгляд на заплаканную Джорель и слегка сконфуженную Корру, быстро сообразила в чём дело.       — Кузина осваивает науку обращения с детьми?       Корра в ответ прищурилась.       — Хочешь показать, как надо?       — Спасибо, воздержусь. К тому же, не хочу лишать тебя удовольствия. Слышала, в ближайшее время у тебя такой возможности не будет.       — Я чего-то не знаю? — произнёс Джорах, поближе пододвигая свой стул. Прислуга уже закончила накрывать на стол. Как и предполагала Корра, на ужин была ароматная уха. Кусочки рыбы плавали в бульоне вперемешку с репой и сушёной зеленью. Корра немного удивилась, неужели в погребе репа ещё осталась? Или это уже с новой закупки с материка?       — Один из разведчиков заболел. Я подменю его на несколько дней       — Хм — кузен разломил краюху хлеба — Я хотел предложить тебе поехать со мной в Винтерфелл. Лорд Старк созывает своих вассалов.       — Я… Думаю я нужнее здесь.       Джорах выпрямил спину, словно хотел казаться выше, слегка откинул голову. Его голубые, холодные глаза вперились в лицо кузины.       — Я конечно же не настаиваю. Но сколько времени прошло с тех пор, как ты покидала остров?       — Не так уж и много, мы всего несколько лун назад вернулись со Стены.       — Но в Винтерфелле ты ещё не бывала. Возможно, поездка и новые знакомства будут… полезны.       — Полезны для чего?       «Хочешь быстрее закончить глупый разговор — притворись дурой». Идеальный приём, жаль только на матери не работал. А вот Лира была не в меру смекалистой.       — Жениха себе найдёшь!       Алисана шикнула на сестру, а Мейдж бросила на неё такой взгляд, от которого Лире впору было бы сползти под стол.       — Жених тут не причём. Но, Корра, ты северянка, а Север большой. Сородичей нужно знать не только по книгам и рассказам мейстера.       — Продолжишь в том-же духе и я решу, что ты хочешь от меня избавиться.       — Корра — голос матери был мягок, но настойчив.       — Вот-уж ситуация! У Шатуна дочь носа с берлоги не кажет, хе-хе. — Ульмар усмехнулся в густую бороду.       — Полно. Нашатались уже — отец сосредоточился на ужине, но было видно, что разговор ему тоже не нравится.       — Часто лорд Старк устраивает такие собрания? — Корра не хотела провоцировать пикировку за столом.       — Периодически устраивает. Так делал ещё его отец, лорд Рикард Старк. Зима подошла к концу. Нужно понимать с чем мы подходим к грядущему лету, сколько у Севера запасов и людей.       — Зима нынче была суровой. — Мейдж поёрзала на стуле, пытаясь устроиться поудобнее, что было не так просто, с таким-то животом. — Да смилуются над нами боги и эта весна не окажется снова ложной.       — Мейстеры уверяют, что нет. — Джорах помедлил, отправляя в рот очередную ложку супа — На юге Речных земель и в Долине уже готовятся к посевам.       Зима действительно была не простой. Когда Корра с родителями высадились в Белой Гавани четыре года назад, она увидела красивый город, с прямыми улицами и выбеленными домами. Холод сковывал воздух, но местные жители упрямо семенили по улицам, топили камины в тавернах, торговали замороженной рыбой с прилавков. Но чем дальше они продвигались на Север, тем сильнее свирепствовал мороз и мало кто отваживался покинуть очаг без крайней нужды. Люди встречались им всё реже, в основном это были караванщики, доставлявшие на Север провизию с юга. Не все из них были приспособлены к таким холодам и Корра на всю жизнь запомнила, как выглядят почерневшие от холода конечности. Если же встречался кто-то из местных, то зачастую на лицах у них отражалось истощение. Еда на постоялых дворах была скудной, даже передвижение по Королевскому тракту давалось с трудом, лошади буквально тонули в сугробах. Север встретил новых жителей со всей своей зимней жестокостью, с порога проверяя на прочность и Корра не понимала, как отец рос в таком месте? Как люди вообще живут здесь?       — А в Дорне, наверное, уже апельсины созрели — мечтательно протянула Лира, совершенно не смущаясь ранее сделанного замечания и встревая в разговор — Вот бы их попробовать.       — Мечтай. Пока их до нас довезут, они все протухнут. — ответила Алисана.       — Подрастёшь, сможешь посетить юг и наесться апельсинов– Корра улыбнулась младшей.       — Угу, если отпустят — буркнула девочка в тарелку — Да ну его, этот юг. Там все неженки. Ещё, не приведи боги, зажарят за. жи. во.       Последнее слово Лира попыталась проглотить, осознав, что ляпнула лишнего. Корра знала, кто имелся ввиду. Историю об обстоятельствах гибели предыдущего хранителя Севера она слышала не раз. Прислуга и простой люд потрепаться любили, но делали это шёпотом, с оглядкой. Да и тут умудрялись приукрашивать. А вот лорды-знаменосцы, в том числе её брат, были осторожны в словах.       — Тебе бы вместо того, чтобы сестру пугать да хулиганить по всей усадьбе, учиться усерднее. А то уже всякую чепуху от слуг собираешь. Лира виновато понурила голову.       — Да, отец.       Джорах же снова обратился к кузине.       — Так что на счёт моего предложения, Корра?       — В другой раз, возможно.       — Что-ж… Дейси?       — Не откажусь. Если матушка с отцом не будут против.       Мейдж и Ульмар против не были. Остаток ужина прошёл в спокойных разговорах о прошедшем дне и о планах на день грядущий. Отец и Ульмар обсуждали завтрашний патруль и Корра периодически задавала уточняющие вопросы. Краем глаза она увидела, как мать о чём-то переговаривается с тёткой. Поначалу Брина держалась в Берлоге обособленно, изучала её обитателей, присматривалась. Всё время она проводила рядом с отцом, с остальными домочадцам разговаривала редко. Общий язык она знала плохо и Мейдж из-за этого посматривала на новообретённую невестку свысока, а мать отвечала на это взаимностью. В какой-то момент отцу это надоело и он устроил сестре и жене воспитательную беседу за закрытыми дверями. О чём они говорили, Корра не знала, но после этого напряжение между женщинами стало меньше. Ситуация изменилась, когда Мейдж и Брине пришлось вдвоём отбиваться от браконьеров. «Ни что так не сближает людей, как совместный мордобой» — хохотал потом Ульмар.       Когда с едой было покончено, младших отправили по своим комнатам, готовиться ко сну. Корра бежала за Джорель по коридору, восклицая «Догоню, догоню!». Девочка семенила ножками, заливисто смеясь. Стоящие у дверей стражники улыбались, наблюдая за играми юных леди. Корра запоздало подумала, что не стоило так раззадоривать сестру, ведь она потом долго не сможет уснуть. Тут из-за поворота выскочила Дейзи, ловя Джорель.       — Пора спать.       — Не хочуууууу!       — Матушка опять ругаться будет, а ей нельзя.       Пожелав сёстрам доброй ночи, Корра отправилась в свою комнату. Комната у неё была без изысков, но уютной: односпальная кровать с меховым одеялом, над которой висел гобелен с вышитым медведем, разинувшим пасть. Возле окна стоял стол и стул, рядом два сундука, в одном лежала одежда и пара драгоценностей, в другом оружие и доспех.       Пожалуй, самое необычное, что поразило Корру в Берлоге, это камины на втором этаже. Она не могла понять, как деревянный, пусть и добротно сделанный пол мог удержать конструкцию из камня и глины, пока отец не объяснил ей, что небольшая пузатая, уродливая топка в её покоях врезана в каменную трубу, идущую от камина с нижнего этажа, и имеет отдельный дымоход. Впрочем, такие камины имелись далеко не во всех помещениях: где-то комнаты отапливались металлическими жаровнями, а в главном зале стоял большой каменный очаг. Дым от него выходил через отверстия в высоком потолке, отчего тот был закоптелым до черноты.       Корра лежала в кровати, подложив руку под голову и смотрела на догорающие угли в топке, когда к ней постучали. Накинув халат и отворив дверь, она увидела на пороге Мейдж.       — Позволишь?       — Поздноватое время для визитов. Что-то случилось? — девушка отошла в сторону, пропуская тётку.       — Хотела поговорить в тобой. Закрой дверь.       Мейдж тяжело опустилась на кровать, положила одну руку на взбухший живот.       — Мой срок уже подходит. Когда ребёнок родится, забот у меня прибавится.       — С детьми просто не бывает.       — Что верно, то верно. Знаешь, у меня никогда не было проблем с Дейси. Даже роды были лёгкими. Когда она подросла, она начала спорить. Но она всегда знала, когда нужно остановиться. Знала, где проходит граница и почему за неё нельзя переступать.       — С Алисаной было так же?       — Ох. Эта девчонка угрюма, как сыч под дождём. Порой мне кажется, что ей в радость было бы поселиться в чащобе, где нет людей. Но едва ли она доставляла хлопот больше, чем Дейси. Вот с Лирой всё иначе.       — Она ещё юна. Все свои проказы она перерастёт.       — Напомни, племянница, какой девиз у нашего дома?       — Мы здесь стоим.       — Мы здесь стоим. Медвежий остров был дарован Мормонтам столетия назад. Многие пытались захватить его, но ни кому это не удалось, ни одичалым со Стылого берега, ни кракенам с Железных островов. Потому что мы здесь стоим — Мейдж раздельно отчеканила последние три слова — Мы проросли в эту землю корнями, Корра, и негоже нам отдаляться от неё.       — Это из-за разговоров Лиры о Дорне? Она давно хочет там побывать.       — Она рвётся на юг, вдохновлённая твоими росказнями о странствиях. Медведица в краю змей и скорпионов. Другой край, другая культура, другие люди.       — Я никогда не бывала в Дорне.       — Это неважно. Немногие северяне могут жить далеко от Севера, там мы чужаки. Большинство из тех, кто решается отправиться дальше Перешейка, тают под южным солнцем и я не хочу, чтобы моя дочь стала одной из них.       — А как же мой отец?       — Брат хоть и вернулся в отчий дом, но это уже не тот Раст Мормонт, с которым я росла. Когда он покинул остров много лет назад, мы боялись, что он сгинет. Отчасти это и произошло, он растерял часть себя и заменил её чем-то другим. Это не значит, что я стала любить брата меньше, но эти изменения глупо не признавать.       — Скажи — Корра скрестила руки на груди — ты боишься, что Лира оправится на юг и сгинет или что она вернётся?       — Это как понимать? — Мейдж скривила лицо от злости.       — Знатные дома заключают брачные союзы. Какими бы женщины Медвежьего острова не были великими войнами, признай, ты думаешь о женитьбе девочек. Боишься, что у Лиры испортится репутация и на Севере её не удастся удачно выдать замуж? А на юге она будет никому не нужна?       — Ты начинаешь понимать наши обычаи.       — Они мало отличаются от обычаев того места, где я росла.       — Сомневаюсь. Но в одном ты права, я думаю о будущем девочек и желаю им, чтобы свою старость они встретили в уважении, рядом с сильным и надёжным человеком. И мир наш устроен так, что сделать это возможно лишь в браке.       — А девушке из знатного рода нужна безупречная репутация — Корра вздохнула, опустив глаза в пол — Это не справедливо по отношению к девочкам.       — Жизнь редко бывает справедлива, ты это знаешь лучше многих. Не подстрекай Лиру ещё больше. Нечего ей мечтать о том, чему не суждено сбыться. Корра ничего не ответила. Но когда Мейдж уже ступила за порог её комнаты, она всё же произнесла:       — Это про стойкость — девушка посмотрела тётке прямо в глаза — «Мы здесь стоим» означает, что мы не отступаем перед трудностями, где бы они нас не настигли. Так меня учил отец.       — Говорю же. Он изменился.       Мейдж закрыла за собой дверь, оставив племянницу наедине с раздумьями.