Любви здесь не место

Ухоженный сад Мэнора купался в щедрых лучах солнца. Блики играли на безупречно подстриженных, орошенных кустах роз. Нарцисса, прижимая к себе годовалого Драко, с изумлением наблюдала за супругом.

Люциус — обычно воплощение элегантности — нынче выглядел взъерошенным и был покрыт пылью, будто простой работник. Он тащил в сад уже пятую огромную коробку.

— Люциус, это безумие! — не сдержалась Нарцисса. — Зачем тебе они?!

Малфой, не прерывая своего занятия, пропыхтел:

— Они необходимы, Нарци. Без них Мэнор не будет Мэнором.

Нарцисса закатила глаза.

— Ох, Люциус… Это снова твоя неутолимая страсть возвыситься над всеми? Признайся, у кого ты подсмотрел эту идею?

Малфой остановился, вытер пот со лба.

— Ни у кого, уверяю тебя! Просто… они мне нужны. Это… эстетически утонченно.

Он торопливо раскрыл коробки — и тут из них с оглушительным курлыканьем вырвались павлины. Птицы, ослепительно белые на фоне изумрудной зелени газона, распустили роскошные опахала и принялись горделиво шествовать по саду.

Но один, видимо, решил, что Люциус недостаточно впечатлен его красотой. Подскочил к аристократу и с воинственным кличем попытался клюнуть тогу у щиколотки. Люциус отшатнулся, но птица не отступала.

— А я тебя предупреждала! — залилась смехом Нарцисса, наблюдая за этой нелепой сценой. Драко тоже захихикал, хлопая в ладоши.

Малфой тщетно пытался отбиться от настойчивого пернатого наглеца. Тот, словно насмехаясь, взмыл в воздух и приземлился прямо на голову Люциусу, бесцеремонно растрепав его идеально уложенные волосы.

— Чертова птица! — прорычал Малфой, схватив павлина за шею.

Птица возмущенно зашипела и попыталась вырваться, но Малфой крепко держал ее, небрежно сдувая с лица прядь волос.

— Ты еще пожалеешь, что связался со мной, — процедил он.

Павлин в ответ надменно курлыкнул, будто говоря: "Посмотрим, кто кого".