Соседи.

Со Сьюзан Боунс они всё-таки поговорили на травологии. — Акромантул относится к животному миру. То, что его можно научить говорить, не значит, что он разумен. — Но он ведь не просто повторяет заученные слова, как попугай, — возразила Гермиона. — Он отвечает на вопросы, способен рассуждать и делать выводы… — Для суда это аргументом не будет, — отрезала Сьюзан. — То есть, живой говорящий паук для Визенгамота не свидетель, а зачарованная Шляпа — вполне?! — возмутился Рейстлин. — Именно так, — подтвердила Сьюзан. — Способность Шляпы читать мысли студентов, разглядеть их способности и отличить правду от лжи могут подтвердить тысячи выпускников Хогвартса. Способности акромантулов — никто. — Но, полагаю, судьям известно, как именно убивают своих жертв акромантулы? Или нужно вызвать специалиста, который расскажет об этом в суде? — продолжал допытываться Рейстлин. — Профессора Кеттлберна, например, — вставила Гермиона. — Или любого другого, если суд посчитает, что тот, являясь коллегой Хагрида, может быть предвзят. — Вызвать в суд можно любого, но какой в этом смысл… Ой, я поняла! — Сьюзан подпрыгнула, хлопнув в ладоши. — Специалист по опасным тварям подтвердит, что акромантулы не обладают способностью окаменеть своих жертв и не убивают взглядом. Миртл вполне можно доставить в суд или просто взять показания. Например, предоставить ей колдофото глаз акромантула и спросить, их ли она видела… Гарри очень сомневался, что какой-нибудь смельчак хоть когда-то делал колдофото акромантула. Но, за неимением лучшего… — Нам нужно будет спуститься за шкурой василиска, — прошептал Рейстлин после занятия, когда они шли в кабинет ЗОТИ. — И наведаться к Арагогу. — С ума сошёл? — ахнула Гермиона. — Да нас же там сожрут! — Не сожрут. В крайнем случае, можем взять с собой пикси. — Да зачем тебе это? — совершенно искренне не понимал Гарри. — Затем, что, даже если Хагрида выпустят и снимут обвинения, в Хогвартсе всё равно останутся защитные меры и комендантский час, — словно самую очевидную вещь в мире начал объяснять Рейстлин. — Ещё и авроров пришлют, искать тварь, которая на людей нападает. А потом очнется Локонс, и что? Скажет, что мы на него василиска натравили! Хотите местечко Хагрида занять? — И как шкура и Арагог нам помогут? — Гарри всё ещё не улавливал мысль. Рейстлин глубоко вздохнул… — Кажется, мистер Люциус Малфой ясно сказал: перемещаться по замку без профессоров можно только группами не менее шести человек, — раздался над ними ядовитый голос Снейпа. — Грейнджер, Маджере и Поттер, — на каждой фамилии он загибал палец. — Итого трое. Это вполовину меньше требуемого количества. Минус десять баллов с Гриффиндора. И пройдите в класс. Отнятыми баллами Снейп не ограничился: Гарри он приказал сесть рядом с Роном, Гермионе — с Дином, а Рейстлину — с Невиллом. — Хотя бы не со слизеринцами нас в пары ставит, как тогда, помнишь? — прошептал Рон. Гарри помнил. Он быстро огляделся. Занавески на окнах, несмотря на самый разгар дня, были задёрнуты, и класс освещался свечами. Развешанные по стенам картины изображали людей с искажёнными в мучениях лицами, со страшными ранами или невероятно изуродованными частями тела. — Даже не вздумайте доставать свои… учебники, — последнее слово Снейп выплюнул с невероятным презрением. Парвати и Лаванда, одарив его сердитыми взглядами, принялись запихивать «Каникулы с каргой» в сумки. Снейп двинулся вдоль рядов парт, говорил он, по обыкновению, негромко, однако в тишине, нарушаемой только его же шагами, каждое слово было слышно предельно чётко. — Тёмные искусства многогранны, разнообразны, изменчивы и вечны. Бороться с ними всё равно что сражаться с многоголовой гидрой. Отрубишь одну голову, и на её месте тут же вырастут две новых. Это битва с противником непостоянным, неуловимым, вечно меняющим обличья, и уничтожить его невозможно. Следовательно, ваша защита должна быть такой же изобретательной и гибкой. Что маловероятно, учитывая, каким было обучение данному предмету в предыдущие годы, — дойдя до дверей класса, он резко развернулся, стремительно прошёл обратно к преподавательскому креслу и, обведя гриффиндорцев взглядами, желчно ухмыльнулся: — Я не жду чуда, но всё же дам вам шанс… Три непростительных заклятия, мисс Браун? — Э-э… — Лаванда от неожиданности захлопала глазами, но быстро сориентировалась: — Круциатус, Авада Кедвра и Империо, сэр. — Каких опасных существ вы знаете, мисс Грейнджер? — Боггарты, болотные фонарники, гриндилоу, дементоры, инферналы, красные колпаки… — Достаточно, — оборвал её Снейп. Гарри покосился на Рейстлина: в книгах Локонса и в учебниках первого курса не упоминались никакие из этих существ. Друг невозмутимо смотрел на Снейпа, из чего Гарри сделал вывод, что про всех перечисленных он как минимум слышал, а скорее всего, читал. Сам Гарри при ответе на этот вопрос назвал бы разве что василиска и акромантулов… Вот про Непростительные он знал. А Снейп тем временем, и не подумав дать Гермионе хотя бы один балл за явно превосходные для второкурсницы знания, продолжил опрос: — Типы магии, мистер Маджере? — Вербальная, невербальная, палочковая, беспалочковая и их различные комбинации. — Виды ментальных воздействий, Долгопупс? Невилл от неожиданности дёрнулся на стуле, задев ногой стоящую на полу сумку. Та упала с тяжёлым стуком. — Я-я… — прозаикался Невилл. Снейп молча смотрел на бледнеющего под его взглядом беднягу, упорно игнорируя поднятую руку Гермионы. Спустя пару секунд Рейстлин тоже поднял руку, с вызовом в глазах глядя на Снейпа. Тот мельком посмотрел на него: — Минус десять баллов с Гриффиндора. Мисс Патил, ответьте на вопрос. — К таким воздействиям можно отнести одно из Трёх Непростительных, Империо, — слегка поёжившись, но тем не менее с готовностью начала отвечать девочка. — А также заклинание забвения и внушение ложных воспоминаний. Чтение мыслей, хотя это неправильная формулировка, искусство, называемое легилименцией, скорее, позволяет узнать эмоции того, на кого направлено заклинание, его воспоминания, надежды и всё такое… — Защитная магия, Поттер? — Снейп остановился прямо напротив их с Роном парты. Гарри заставил себя смотреть, не моргая, ему прямо в глаза. — Щитовые чары, — стараясь говорить твёрдо, начал он. Занятия с Рейстлином не пошли даром, но очень хотелось удивить Снейпа, пусть даже тот и не оценит знаний, и потому Гарри решился: — Защита жилья через Хранителя Тайны… Снейп моргнул. И тут же отвернулся: — Назовите хотя бы одно заклинание, не признанное официально тёмным, но способное причинить вред человеку, мистер Томас? — Подножка какая-нибудь, — пожал плечами Дин. Гарри перевёл дыхание, едва сдерживаясь от улыбки: Снейп явно среагировал на упомянутую им защиту особняка Поттеров. Опрос знаний продолжался весь урок — с Рона сняли ещё десять баллов — но, наконец, спасительный звонок позволил второкурсникам Гриффиндора покинуть класс. — Надеюсь, Дамблдор по возвращении уберёт его с этой должности, — выпалил Гарри, когда они шли на ужин. — Только послушать, как он распинался о Тёмных искусствах! Все-то они изменчивые, многогранные… — Он и о зельях так же распинался, — внезапно прервал его Рейстлин. — Так что, если судить по вступительным речам, зельеварение и ЗОТИ для него равноценны. — Что-то я не помню, чтобы он так расхваливал зелья, — вклинился Рон, идущий чуть сзади. — Я помню, — ответил Рейстлин. — На самом первом занятии. «Красота медленно кипящего котла, источающего тончайшие запахи, мягкая сила жидкостей, которые пробираются по венам человека, околдовывая его разум, порабощая чувства. Разлить по флаконам известность, сварить триумф, заткнуть пробкой смерть»… Полумна, привет! — он чуть ускорил шаг, стремясь нагнать девочку. — Жуть, — ошеломлённо выдохнул Рон. — Он что, и правда всё это тогда запомнил? Кем надо быть, чтобы цитировать Снейпа?! — он передёрнулся от отвращения. Гарри промолчал. Ему тоже было странно, что Рейстлин помнит те фразы, которыми Снейп встретил их курс в прошлом году, но обсуждать это с Роном он не собирался. Рейстлин тем временем закончил разговор с Полумной и развернулся к лестнице, начав подниматься. — Я догоню, — торопливо бросил Гарри Рону и рванул вслед за другом: — Ты куда? — В гостиную. — А ужин? — Не хочу, — отрезал Рейстлин. Гарри вздохнул. Как можно за весь день съесть только завтрак? Он бы такого не выдержал. Но ведь Рейстлин и не просит голодать с ним! И всё-таки Гарри тоже направился в Башню Гриффиндора. «Потом домовиков попрошу принести еду», — вспомнил он, что так делал Почти Безголовый Ник. — А насчёт типов заклинаний объяснишь? — идти молча почему-то не хотелось. — Самые распространённые, стандартные — это вербально-палочковые, которыми мы пользуемся сейчас, — тут же начал объяснять Рейстлин: — говоришь формулу и совершаешь движение палочкой. Невербальные, соответственно, те, которые произносишь мысленно, однако палочкой всё равно машешь. Беспалочковые, наоборот, произносишь, но палочки у тебя нет и либо слова единственная составляющая, либо, как в Африке, требуется жест руками. Беспалочково-невербальные это мысленный приказ и движение рук без палочки-проводника или даже никаких жестов, — они дошли до гостиной. — Ты умеешь? — спросил Гарри. — В Хогвартсе этому не учат… — Начиная с шестого курса невербальная магия изучается на Заклинаниях и ЗОТИ, — пояснил Рейстлин. — Беспалочковой нет, её изучают только в Африке. И нет, я не умею. Полумна дала мне почитать учебник своей матери, в котором изложена теория подобных типов магии, но у меня пока не получается, — с мрачной досадой он резко отвернулся. — Но ты ведь пытаешься?.. А меня не позвал, — возмутился Гарри. — В прошлом году мы занимались вместе! — Я сперва хотел убедиться, что в той книжке не полная ерунда, — чуть улыбнулся Рейстлин. — Ты всё в той же комнате, где мы занимались? — Гарри был намерен присоединиться к другу. — Нет. В основном, в библиотеке или на уроках истории магии, — заметив недоуменный взгляд Гарри, Рейстлин пояснил: — Там же главное произносить заклинание молча и без палочки. Так что для всех я просто читаю учебник или пытаюсь слушать Бинса… — Ловко! — рассмеялся Гарри. — Но я всё равно с тобой! — Как скажешь, — Гарри показалось, что Рейстлин даже рад его настойчивости. И книгу М.Хоркина они изучали вместе — до самого прихода Гермионы. — Ты не договорил насчёт Арагога и шкуры, — напомнила она Рейстлину. — Сначала я хотел принести Арагогу шкуру василиска и сказать, что мы его убили, или, если он поймёт, что шкура старая, сообщить, что их враг давно мёртв. Взамен потребовал бы от Арагога предоставить свои воспоминания через профессора Кеттлберна, если он согласится, конечно, или кого-то ещё. Тот подтверждил бы, что акромантулы жертв не оцепеняют. Хагрида обязаны были бы отпустить. — Но всё ещё остаётся проблема с Локонсом, — указал на очевидную брешь в плане Гарри. Рейстлин чуть прикусил губу, задумавшись: — Шляпа ведь никому ещё ничего не рассказала? — Она, после того, как вы унесли василиска, сказала, что расскажет всё либо Дамблдору, либо по его просьбе, и феникс унёс её, наверное, обратно в кабинет директора, — пояснила Гермиона. — И ты сказал, что собирался сделать всё это… Теперь не собираешься? — То есть, толку от Шляпы сейчас нам вообще никакого, пока директор не вернётся, — пробормотал Рейстлин. — Нет, сейчас я решил кое-что изменить в плане, вот только профессор Кеттлберн в это не вписывается… — Но он необходим! — воскликнул Гарри. Мадам Пинс и несколько штудирующих библиотечные книги учеников неодобрительно покосились на них. — Гермиона, ваше Оборотное зелье всё ещё у тебя? — Да… а что ты задумал? Рейстлин улыбнулся и изложил свой план. — Может сработать, — пробормотал Гарри. — Нужны всего-то мантия-невидимка, Оборотное зелье и шкура василиска… — И удача, — добавила Гермиона. — Много, много удачи, чтобы нас сперва не поймали, потом не сожрали, а потом не исключили из школы. Но, если всё сработает, опровергнуть показания Арагога сможет только мадам Помфри. И… ты уверен, что сможешь? — Арагог никогда не видел ни меня, ни, я уверен, Локонса, а перед остальными ломать комедию, надеюсь, не придётся, — ответил Рейстлин. Гарри тоже надеялся.