тот, кто остается.

*** для Игнатьева жизнь всегда делилась на две части: до Андрея и вместе с ним. они были теми самыми друзьями, про которых учителя говорили «не разлей вода» или «два сапога пара», когда оба косячили. общие наушники на задней парте, разбитые коленки в началке, первая скуренная сигарета на двоих — Федя искренне верил, что так будет всегда. пока в девятом классе дверь кабинета истории не открылась и в их дружбе появился ещё один Федя: Логвинов.  с того дня Андрей начал постепенно отдаляться от лучшего друга, забивать на их привычные прогулки и музыкальные посиделки после школы, когда оба писали музыку и тексты, вкладывая в них всю душу, и всё больше крутиться рядом со своей новой «пассией». стоило Логвинову зайти в школьную раздевалку, как блондин начинал суетиться и поправлять свои волосы, спрашивая «я хорошо выгляжу??». в такие моменты Андрей выглядел как влюбленная младшеклассница, бегающая по школе от расписания до кабинетов, в которых проводят уроки у её любимого старшеклассника.  когда Логвинов кидал колкие фразочки и шуточки в сторону Андрея, тот выдавливал из себя глупую улыбку, стараясь делать вид, что ему от этого смешно. а потом, когда объект восхищения уходил, блондин молча садился рядом с Федей. а тот в свою очередь не мог обижаться на любимого друга и молча протягивал ему второй наушник.  за время «дружбы» с Логвиновым, Федорович сильно изменился.  вся школа была наслышана о причинах внезапного перехода Федора в их школу.  успеваемость и поведение были не самой страшной проблемой. самым страшным было то, что он часто попадал во всякие перепалки, которые были тесно связаны с веществами. хуже всего было то, что Логвинов начал втягивать в эту грязь Андрея, пользуясь его отношением к себе. Игнатьев пытался образумить друга, но тот отнекивался, потому что пытался заработать доверие и авторитет человека, которого не взаимно считал другом.  однажды на дне рождения их одноклассника, Федя заметил как новенький подсыпал Андрею в стакан странный порошок, пока тот отвлекся на что-то. Игнатьев скоро появился рядом с блондином и «по случайности» опрокинул стакан с напитком, а потом увидел, как Логвинов пилил его взглядом.  тем вечером двое друзей шли по темной улице и брюнет завел разговор.  — слушай, Дюш, я давно начал замечать, что ты постоянно крутишься рядом с нашим новеньким. я понимаю, что он как бы друг для тебя.. что ты хочешь общаться с ним, но.. тебе не кажется, что он будто использует тебя? ты сильно изменился с момента, как вы начали общаться, я боюсь, что он тебя втянет во что-то плохое.. — Игнатьев пытался подбирать не резкие слова, чтобы не задеть своего друга, но при этом пытался в очередной раз его образумить.  — что ты вообще такое говоришь?! Федя-мой друг. он точно не желает мне зла, он же хороший! знаешь, он такой классный! мне с ним так интересно..  разочарованный друг шёл рядом, выслушивая о том, какой же новенький классный, но одна фраза особенно шокировала Игнатьева.  — знаешь.. мне кажется, что мы с ним созданы друг для друга.. но не в плане дружбы. я думаю мы были бы очень классной парой!  — Андрей, ты слышишь себя? что с тобой?! — Федя остановился и схватил блондина за плечи, отчаянно потряхивая его. — очнись! он не «классный». он опасный, Андрей! ты хоть понимаешь, что он сегодня тебе в стакан подсыпал? я же видел! почему ты не видишь как он внаглую вытирает об тебя ноги? все эти колкие «шуточки», которые он говорит тебе прилюдно, для тебя это нормально?  Андрей резко дернулся, сбрасывая руки Игнатьева со своих плеч. в свете тусклого фонаря его глаза блестели от обиды на слова друга.  — да что ты заладил?! — выкрикнул Андрей, и его голос сорвался на высокой ноте. — ты просто... ты просто ревнуешь! тебя бесит, что теперь всё моё время принадлежит не тебе. тебя бесит, что Федя — ярче, интереснее, свободнее! он дает мне дышать, а ты только и делаешь, что душишь своей опекой! эти слова ударили Игнатьева под дых сильнее, чем любой кулак в школьной драке. «Федя — ярче, интереснее, свободнее» а он сам — все восемь лет дружбы, «душил своей опекой»? был просто фоном для яркого и гнилого Логвинова? — я душу? — тихо, почти шепотом переспросил Игнатьев. — я пытаюсь тебя из говна вытащить, в которое ты сам прыгаешь с головой, Дюш. он же использует тебя. ты для него — удобная мишень, за счет которой он самоутверждается. он над тобой смеется за спиной, а ты боготворишь его.  — заткнись! ты ничего не понимаешь! Мы с ним... у нас всё по-другому. и знаешь что? я признаюсь ему на выпускном, чтобы ты понял, как сильно ошибался. Игнатьев смотрел на своего лучшего друга и видел в нем незнакомца. тот Андрей, с которым они слушали музыку в одних наушниках, остался где-то там, в восьмом классе.  — он тебя растопчет, Андрей, — произнес Игнатьев с такой уверенностью, что блондин вздрогнул. — он сделает это публично. всё, что ему нужно от тебя — потешить свое эго твоим унижением. — ага, обязательно, — огрызнулся Андрей и, не оглядываясь, пошёл вперёд, в темноту дворов. Федя выдохнул облачко пара в холодный ночной воздух и медленно пошел следом за удаляющимся силуэтом друга.  время пролетело быстро и настал выпускной вечер.  Андрей был аккуратно одет в выглаженный костюм, причесан, подстрижен. перед выходом из дома он побрызгался духами, которые купил специально для выпускного. он случайно узнал, что Логвинову нравятся эти духи, и купил именно их, чтобы наверняка завоевать симпатию новенького. блондин был взбудоражен. его руки тряслись, поэтому он решил выпить рюмку водки перед выходом «для храбрости».  (не трудно догадаться, у кого он этому научился)  Федорович набрался смелости и подошёл к объекту своей симпатии, совсем не замечая Игнатьева, стоящего в паре метров от него, готового в любую секунду рвануть на помощь другу.  — Федь.. — тихо позвал Андрей.  Логвинов медленно развернулся. взгляд его был мутным, ленивым и пугающе трезвым по сравнению с блондином, у которого глаза блестели как стекло, от алкоголя. — Федь, знаешь.. ты мне очень нравишься, не как друг. мне кажется, я люблю тебя.. давай будем встречаться?  Логвинов сделал шаг вперед, и шумно втянул носом воздух прямо возле его шеи. Андрей замер, задержав дыхание. сердце колотилось о рёбра так сильно, что казалось, что кости расколются от таких ударов.  — ого, — Логвинов криво усмехнулся, и в этой усмешке не было ни капли тепла. — это что, мой любимый парфюм? ты что, выслеживал меня в магазинах, Федорович? мн сказал это достаточно громко, чтобы пара ребят, стоявших рядом, обернулись. Музыка в зале как назло стихла — диджей менял трек, и наступившая тишина стала для Андрея смертным приговором. — нет.. то есть да.. нет.. я..я случайно узнал, что тебе нравятся эти духи, — пробормотал Андрей, чувствуя, как алкоголь внутри вместо храбрости начинает вызывать тошноту. Логвинов вдруг резко схватил Андрея за воротник выглаженного пиджака и притянул к себе, заставляя смотреть прямо в глаза. — «будем встречаться»? — Логвинов переспрашивал это демонстративно, чтобы это услышало как можно больше людей. — ребят, вы слышали? наш Андрюша кажется п*дор))  по залу пролетел первый смешок. — послушай меня, — голос новенького стал тихим, режущим, как лезвие. — ты мне противен. ты весь этот год бегал за мной, заглядывал в рот, отдавал свои деньги, готов был жрать любую дрянь из моих рук, лишь бы я тебя похвалил. ты — просто удобный коврик и мальчик на побегушках. ты думал, я правда буду с тобой? да мне смотреть на тебя тошно. Логвинов с силой толкнул Андрея в грудь. блондин пошатнулся, едва не упав на фуршетный стол. — иди домой, пока я не заставил тебя вылизать здесь пол, — добавил Логвинов, вытирая руку о свои джинсы, словно испачкался об Андрея.  смех вокруг стал громче. десятки глаз и камер телефонов уставились на Андрея.  он стоял, чувствуя, как духи душат его, воняя предательством. ему хотелось провалиться сквозь землю, исчезнуть, перестать существовать. и в этот момент, когда Андрей уже готов был просто сползти по стенке, сквозь круг смеющихся людей прорвался Игнатьев. он не стал бить Логвинова — тот не стоил даже секунды его внимания. Федя просто подошел к Андрею, твердо взял его за ледяную, дрожащую ладонь и переплел их пальцы. — пошли, — коротко бросил Игнатьев. — ой посмотрите-ка, — донесся сзади издевательский голос Логвинова. — нашлась всё таки пара для отверженного!  Игнатьев, забери этот мусор, ему здесь не место. Федя на секунду замер. он медленно повернул голову, глядя на Логвинова таким взглядом, от которого у того на мгновение пропала ухмылка. в этом взгляде была такая холодная ярость и такое безграничное презрение, что новенький невольно сделал шаг назад. — единственный мусор здесь — это ты, — спокойно сказал Игнатьев. — и через неделю о тебе никто в этой школе даже не вспомнит. а он... он стоит больше всех вас вместе взятых. Игнатьев развернулся и потянул Андрея к выходу. блондин шел за ним, как в тумане, ничего не видя перед собой. только когда прохладный ночной воздух ударил в лицо, Андрей всхлипнул — первый раз, тяжело и надрывно. Федя не остановился. он довел его до старой лавочки за школьным стадионом, где они когда-то в шестом классе прогуливали математику. он усадил Андрея, снял свой пиджак и накинул ему на плечи, скрывая выглаженный, но теперь такой ненужный костюм. Андрей закрыл лицо рукой, и его окончательно прорвало. он рыдал в голос, трясясь всем телом от осознания собственной глупости и той грязи, в которую он позволил себя втянуть. Игнатьев сел рядом. он не говорил «я же предупреждал». он не читал нотаций. он просто достал из кармана знакомый кейс с наушниками и вставил один из них в ухо друга.  из динамика зазвучала их любимая песня, которую они когда-то случайно услышали и начали ассоциировать её со своей дружбой.  — я тебя не послушал.. я всё испортил! я не заслуживаю тебя.. — всхлипывая, говорил Андрей. — я.. я такой идиот.. я.. — всё нормально, Дюш. я рядом, всё хорошо. ты же знаешь, что я всегда с тобой, — Игнатьев перебил блондина в его раскаиваниях. он не мог обижаться на него, финал этой истории был предсказуемым и Федя просто ждал момента, когда Андрей сам поймёт всё.  — спасибо тебе, Федь.. прости меня.. я полный придурок..  *** и на этом всё могло бы закончиться, если бы о происшествии на выпускном не узнала девочка из параллельного класса — Карина Белова, которая была тайно влюблена в Логвинова, для неё любой, кто хоть немного пытался приблизиться к нему, становился личным врагом.  о ней все отзывались негативно: одноклассники, соседи и те, кто лично знал её. она была завистливой стервой, которая только и делала, что распускала слухи.  Карина одна из первых узнала о случившемся. её подружка, которая снимала на телефон реакцию толпы, поймала на камеру и унизительный монолог Логвинова, и раздавленного Андрея, и даже то, как Игнатьев выводит его из зала. для Карины это было подарком судьбы. её «Феденька» — жертва! а этот Федорович — жалкий преследователь, который посмел признаться в чем-то ее возлюбленному! а Игнатьев — его подсосник, который еще и посмел огрызнуться на Логвинова! на следующее утро, по всем школьным чатам уже летели видео, аудиосообщения и «инсайдерская» информация от Карины. «вы видели, как Федорович при всех к Логвинову клеился?! а Федя ему так культурно отказал, а этот.. идиот белобрысый ещё и пьяный был! а этот Игнатьев еще и быковать начал типа защитник!» — писала Карина, добавляя к этому свои ядовитые комментарии, приукрашивая и искажая факты до неузнаваемости. она выставляла Логвинова благородным героем, который "дал отпор", Андрея — одержимым извращенцем, а Игнатьева — агрессивным защитником, который сам чуть ли не подбивал Андрея на это "постыдное признание". эти слухи волной накрыли Андрея и Игнатьева еще до того, как они успели прийти в себя после выпускного. первыми весточками стали сотни непрочитанных сообщений от тех, кто уже успел ознакомиться с «правдивой версией событий». блондин не понимал, что происходит. ещё вчера он был просто унижен, а сегодня стал объектом травли, которого выставляют неадекватным агрессором. — что это?.. — прошептал Андрей, читая сообщения. — Федь, что они пишут? я.. я ведь ничего такого не делал. я просто.. Игнатьев выхватил телефон из рук Андрея. его взгляд быстро пробежался по экрану. гнев вспыхнул в нём, но он тут же подавил его, чтобы не пугать и без того раздавленного друга. — это Белова из параллели, — сквозь проговорил Федя, ненавидя себя за то, что вспомнил имя этой стервы. — ей делать нечего, кроме как на Логвинова молиться и чужую жизнь отравлять. но знаешь что, Дюш? Игнатьев осторожно взял Андрея за подбородок, заставляя посмотреть на себя. — я думаю, что нам нужно отвлечься от всего этого. давай сходим и прогуляемся сегодня? поедим сладкую вату как в старые добрые?? нельзя же дома сидеть и тухнуть!  глаза Андрея блеснули радостью. он положительно закивал головой и крепко обнял Игнатьева. Федя — единственный, кто всегда был рядом с ним, и именно сейчас блондин понял, насколько это ценно для него.  *** тем временем Логвинов заметил то, как Белова приукрасила всю ситуацию, и решил действовать с ней заодно, чтобы окончательно растоптать репутацию Андрея.  Федя встретился с Кариной в тот же вечер. он приобнял её при встрече, чувствуя, как она чуть ли не задыхается от восторга. и перешёл к теме разговора, для которого позвал её.  — Карин, ты такая молодец, — Логвинов заправил ей волосы за ухо и взял её за подбородок, заставляя девушку смотреть на себя. его голос был приторно ласковым и вкрадчивым, каким он умел пользоваться, когда ему что-то было нужно. — я видел, как ты всю эту ситуацию развернула, это гениально..  Белова смущенно отводила взгляд в сторону. — я просто не могла молча смотреть, Феденька! этот Андрей такой мерзкий! и дружок его такой же!  — я полностью с тобой согласен, Кариночка, поэтому, надо бить сильнее. понимаешь?? если благодаря Игнатьеву вскроются ещё кое какие подробности, то очередным отчислением я точно не отделаюсь.  — но как? все же видели как он.. лез к тебе??  — видели. а теперь все должны увидеть, какой он «на самом деле», — Логвинов улыбнулся своей самой обворожительной, но совершенно пустой улыбкой. — мы запишем видео. я там скажу, что мне жаль Андрея, что я пытался дружить с ним, но его одержимость перешла все границы. что он постоянно преследовал меня, сам предлагал какие-то таблетки, просил «попробовать вместе».. а когда на выпускном я окончательно сказал ему «нет», он сорвался. Карина уже предвкушала, как школа отреагирует на такую новость. Андрей, которого всегда считали простодушным и слегка наивным, вдруг окажется "наркоманом" и "преследователем". а Федя Логвинов — жертвой. — я запишу, Феденька, — с готовностью произнесла Карина. — это будет во всех соц. сетях!!!!  — вот и отлично, — Логвинов притянул Белову к себе за талию. — а я пока подумаю, что ещё можно добавить, чтобы Игнатьев заткнулся навсегда. в тот вечер Логвинов и Карина, окрылённые своим планом, записали то самое видео-обращение. Карина чувствовала себя его доверенным лицом. она не знала, что для Логвинова она была лишь пешкой, которую он с лёгкостью принесёт в жертву, как только она выполнит свою задачу. *** на следующее утро телефон Андрея был забит ещё большим количеством сообщений. он с ужасом пересматривал видео-обращение с кошмарными обвинениями от Логвинова. слёзы выступали у него на глазах. он отключил телефон и убрал его от греха подальше. чтобы немного отвлечься, Федорович попытался заняться домашними делами, но единственное, о чём он думал — жуткие обвинения в его сторону. он и представить не мог, что человек, в которого он влюбился, не просто отверг его, но и публично унизил его, так ещё и портит его репутацию, которая итак пошатнулась после выпускного.  блондин целый день бродил по квартире из угла в угол. тревога пожирала его изнутри. он понимал, что никакие оправдания его уже не спасут. единственным выходом для него было..  он посмотрел в зеркало в прихожей. — они правы, — пронеслось в голове. — я всё испортил. я предал единственного человека, который меня любил, ради подонка. я стал грязью, о которую все вытирают ноги. Феде будет лучше без меня. ему не придется больше меня спасать.. мысль — о том, что он стал обузой для Игнатьева — стала последним толчком. Андрей прошел в ванную. руки больше не дрожали. наступила какая-то пугающая, мертвая тишина. Андрей открыл аптечку. он набрал в ладонь горсть таблеток — всё, что смог найти.  он уже поднес руку ко рту, когда в тишине квартиры раздался звук судорожно открывающегося замка.  — Андрей! — крик Игнатьева был полон такого ужаса, что блондин замер. — Андрей, сука, только попробуй!  тяжелые шаги в коридоре, бег по комнатам.  — в ванную заперся?! открывай! Андрей, открой, блять, я сейчас всё тут разнесу!  Андрей зажмурился, глотая слезы.  — уходи, Федь! тебе будет лучше без меня! я всё испортил, тебе не нужен такой друг как я!  — Дюша, ты идиот! ты — всё, что у меня есть! — Игнатьев ударил в дверь ванной плечом раз, другой. тонкое дерево треснуло. — если ты сейчас это сделаешь, я следом пойду, ты меня знаешь! после третьего удара защелка вылетела, и дверь распахнулась. Игнатьев влетел внутрь, перед ним стоял бледный Андрей и держал в кулаке таблетки.  Федя не стал кричать. он просто бросился вперед и с силой выбил таблетки из руки друга. они рассыпались по кафелю мелким белым градом. в следующую секунду Игнатьев сгреб Андрея в охапку, прижал к себе так крепко и сел вместе с ним на пол. — ты что творишь.. ты что творишь, придурок, — Игнатьев уткнулся лбом в плечо Андрея, и тот почувствовал, как по его шее потекло что-то горячее. сильный и всегда уверенный Федя, плакал. — я же не смогу без тебя. вообще никак не смогу. плевать на них. плевать на Логвинова. мы уедем, мы всё удалим, мы музыку будем писать, только не делай ничего с собой, прошу тебя, ты самое дорогое, что есть у меня, Дюш.. Андрея вдруг прорвало. всё напряжение последних дней, весь этот ужас и стыд вышли наружу. он вцепился в рубашку Игнатьева, сминая её пальцами, и рыдал, содрогаясь всем телом. — прости… прости меня… я такой урод… — шептал он сквозь слезы.  — заткнись, — нежно, но твердо перебил его Игнатьев, качая его на руках, как ребенка. — ты самый лучший. ты просто ошибся, с кем не бывает. мы это пройдем вместе. я тебя никому не отдам. даже тебе самому.  они пролежали на полу ещё минут десять. измученный Андрей уснул в тёплых объятиях Феди, который поглаживал спящего блондина по голове. брюнет аккуратно подхватил его на руки и отнёс на кровать, аккуратно накрыв его одеялом. Игнатьев уже собирался уходить, но услышал тихое: — останься со мной, пожалуйста.. не уходи.. брюнет не раздумывал ни секунды. шагнул обратно, чувствуя как всё сжимается от нежности.  — я не уйду от тебя, Дюш.. — прошептал Федя, укладываясь рядом с блондином. — я всегда буду рядом. Андрей прижался к Феде и крепко обнял его. только рядом с любимым брюнетом ему было спокойно.  — Федь, спасибо тебе.. я тебя.. люблю.. очень.. я только сейчас понял как я ошибался, выбирая этого придурка, а не тебя.. прости меня.. пожалуйста.. — сквозь сон шептал Андрей.  — спи уже, дурашка. я тебя тоже люблю..  парни уснули в обнимку.  утро прокралось в комнату тонкими полосками света через щели в шторах. оно было тихим, непривычно спокойным, словно мир вокруг на мгновение замер.  первым проснулся Андрей. он долго лежал неподвижно, боясь пошевелиться и разрушить то хрупкое чувство безопасности, которое окутывало его в объятиях Игнатьева. Федя шевельнулся и крепче прижал Андрея к себе, уткнувшись носом в его растрепанную макушку. — тыкак, Дюш? — голос Игнатьева был хриплым от сна. — живой, — тихо отозвался Андрей, поворачиваясь в его руках. — благодаря тебе.  Игнатьев открыл глаза. в них больше не было той ярости, с которой он выбивал дверь, только бесконечная нежность и решимость. он коснулся губами лба Андрея, словно проверяя, не исчез ли тот. — у меня для тебя есть хорошие новости. пока ты спал, я нашел интересный компромат на Логвинова. помнишь, я тебе говорил про то, что он тебе подсыпал какой-то порошок в стакан? так вот, эта вся картина случайно попала на видос какой то девочки из параллели. я скинул его отцу, ты же знаешь, что у него связи с полицией есть. так что теперь у Феди есть очень большие проблемы.  — а что с Кариной?? — Андрей оживился от таких новостей. он не ожидал услышать этого, но был рад, что всё так произошло.  — Карина как только узнала, что Федя действительно был связан с веществами, как можно быстрее всё удалила, и написала, что ты её «запутал» и она «просто ошиблась». так что теперь ей никто не верит.  — значит.. теперь всё хорошо? — Андрей почувствовал, как огромный камень, давивший на него все эти дни, рассыпался на мелкие кусочки.  — всё, — ответил Федя, притягивая блондина к себе. — теперь снова только мы…  Андрей впервые за долгое время улыбнулся искренне и тепло. он потянулся к Феде и коснулся его губ своими, сначала в коротком, а потом длинном, сладком поцелуе.  Логвинов и Карина стали просто именами в списке тех, кто не прошел проверку на человечность. а Федя и Андрей так и остались «двумя сапогами пара». только теперь они шли в одну сторону. домой. к самим себе.  вдвоём..