Смирение, строгость и Белка

      Меньше всего на свете Александр Полоцкий, краса, гордость и руководитель юридического отдела градообразующего предприятия «Сталепром», хотел заходить в это жуткое место. Как знал, что не стоило напиваться, пусть даже в компании друзей. Но — долгожданное повышение, собственный кабинет, щедрая прибавка к зарплате и, бонусом, новый ноутбук Виталика, обмыть который в ближнем кругу считалось крайне богоугодным делом. Как трезвенник-язвенник Саша частенько становился свидетелем и видеооператором пьяных выходок друзей, а потом изысканно подкалывал их, припоминая бурные возлияния и хоровое вытье под шансон. Пришла пора расплачиваться за ошибки.       Задание друзья придумали щадящее — зайти в секс-шоп, пробыть внутри не меньше пятнадцати минут и выйти с покупкой и чеком, жаль только, что банальные презервативы брать запретили. Впрочем, после того, как с Сашиной подачи Витька целый день на трассе арбузами торговал, а Виталик мыл вручную подъезд пятнадцатиэтажки, выпендриваться было не по-человечески.       Страпонарий бесовской располагался на цокольном этаже соседней с Сашиной панельки. Скользкая лестница внушала нешуточные опасения, плакат с анимешной девушкой (что удивительно, с грудью сильно меньше шестого размера) и фривольной надписью «Мал золотник — да дорог», повешенный на оконное стекло, выбивал из равновесия, но фиолетовой вишенкой на торте стало дурное название «В гостях у смазки».       Пожелав себе удачи, а друзьям-приколистам трехдневного запора, Саша толкнул дверь и поглубже вдохнул, ожидая попасть в юдоль порока и уродливых секс-кукол. Его встретили ненавязчивый дверной колокольчик, чистенькие плиточные полы и стеклянные стенды в обрамлении темного дерева по периметру комнаты. Ни намека на пошлое красно-черное освещение, которое он себе успел вообразить, наоборот, обилие света, стерильная чистота и пара молодых разнополых консультантов в фиолетовых толстовках с логотипом магазина на кассе.       Саша быстренько проскользнул внутрь, отговорился, что хочет осмотреться, и с любопытством заглянул за стекло ближайшей витрины. Там аккуратными рядками располагались устройства, напоминающие мухобойки. В соседнем отделе устроились кожаные плетки, еще дальше — странные тонкие палочки с небольшой широкой частью на конце. Перышки всех форм и расцветок, предметы фаллической формы в фабричных упаковках, игрушки вроде пингвина, но с головой-насадкой вроде фена. Презервативы, салфетки, перчатки, развратные костюмчики и литры смазки на любой вкус. И это только витрины двух соседних стен!       Саша тупо уставился на плетки, пытаясь удержать суровое выражение лица, и прислушался к диалогу продавцов.       —… видишь, ходит, смотрит, а лицо постное, как в храме, — шепотом поучал девушку парень. Острый слух Саши позволял расслышать мельчайшие переливы голоса, но об этой его особенности мало кто знал, что позволяло без препятствий подслушивать, а потом удивлять коллег и начальство знанием производственных деталей или компроматом. — Мы таких называем «предубеждение и гордость». Он полчаса снаружи мялся, прежде чем зайти. Сейчас осмотрит все, купит какую-то херню и никогда сюда больше не придет. Веди себя максимально вежливо, такие, как он, обычно стучат начальству, чуть что не по их воле.       — А какие еще типы клиентов бывают? — Саша пружинящим шагом подошел к парнишке и взыскательно уставился в спокойные карие глаза.       — «Смирение и строгость», «слабоумие и отвага», «давайте поговорим о сексе», «стыд, стыд, стыд» и «я спешу, срочно дайте мне вот это и вон то», — симпатичный худощавый рыжик, отдаленно смахивающий не то на белку, не то на деловитого бурундука, как ни в чем не бывало выпрямился и сервисно улыбнулся. — Покупать что-нибудь будете?       — Да. Вон те синие ленты выглядят хорошо. Они безопасные?       — Абсолютно. Натирают намного меньше обычных веревок и наручников, не теряют форму, если правильно стирать, приятны к телу и эстетично смотрятся что на светлой, что на смуглой коже.       — Отлично, беру. И смазку, пожалуйста. Вишневую, без спецэффектов.       Только злость на невозмутимого парня позволила Саше открыть рот и сделать дополнительный заказ. Он в жизни смазку в магазине не покупал, либо заказывая онлайн, либо получая в качестве стебного подарка от друзей. Консультант — Святослав, как гласил бейджик, нацепленный на толстовку — все также невозмутимо пробил и спрятал покупки в непрозрачный фиолетовый пакет.       Саша приложил к терминалу карту, пропустив мимо ушей сумму, забрал пакет и вышел, с трудом удержавшись от хлопка дверью. Друзья, караулящие в машине неподалеку, встретили его обрадованным гулом и потоком шуток ниже пояса. Саша лишь отмахнулся — все мысли занимал наглый парнишка с прямым взглядом и острым языком.       То ли весна так странно влияла, то ли недотрах сказывался, но Саша продержался ровно неделю, каждую ночь видя мокрые сны с консультантом Святославом в главной роли. Поначалу он бесился и строго-настрого запрещал себе думать о белке, как про себя окрестил рыжего продавца, потом начались торг и сомнение. Наконец его повышенную раздражительность заметили обычно непробиваемые друзья. После аккуратных расспросов и громового ржача Витька сходил в страпонарий еще раз и разузнал дни, по которым дежурил искомый консультант. Саша собрал яйца в кулак и, при горячей поддержке друзей, отправился на завоевание хорошенького языкатого консультанта.       Хмурый Святослав сидел в пустом магазине за кассой и ожесточенно клацал по клавиатуре старого ноутбука, сплошь оклеенного мультяшными персонажами. Саша молча кивнул, не желая прерывать его работу, и побродил по секс-шопу в одиночку, вдумчиво рассматривая ассортимент. Он очень, очень старался не примерять все эти приблуды на себя и Святослава, но уже через пятнадцать минут член неприятно жался к ширинке, а в глазах двоилось от картинок с рейтингом 18+.       — Что-нибудь подобрали? — голос парня казался усталым и хрипловатым.       Саша ради приличия указал на упаковку презервативов на 144 штуки. С его «насыщенной» сексуальной жизнью он бы ее до конца года использовал и еще сто сорок бы осталось, но Витька вовремя настучал, что консультанты получают пусть и крохотный, но процент, если продажи за день превышают установленный хозяином магазина лимит.       — Хороший выбор. Они надежные и бюджетные для своего сегмента.       Святослав пробил пачку и подавил зевок. Его взгляд был прикован к ноутбуку, и Саша не рискнул лезть, теребя в кармане пальто визитку с номером телефона.       Купленные презервативы друзья благополучно распилили на троих прямо в машине Витьки, благо размеры их половых органов были примерно одинаковыми. Саша мрачно смотрел на свой веер из 48 кондомов и думал, куда потратит все это добро, Витька ржал как конь, а Виталик мечтательно причмокивал губами, предвкушая выходные в клубе.       

***

      Вечером пятницы Сашу снова принесло в гости к смазке и радушному Святославу. Вот только он и словом обмолвиться не успел — в помещение вихрем ворвалась фигуристая девушка, на вид ровесница Святослава, с толстой русой косой и синими глазами в обрамлении длинных, явно накладных ресниц.       — Святик, ну пошли в кино! — сходу атаковала она жертву бархатным контральто на приличных децибелах и выдающимся бюстом под обтягивающей футболкой. — Я приглашаю!       — Извини, сегодня смена допоздна и заказ по второй работе доделать нужно. Я не смогу, извини, — попытался Святослав дать заднюю, затравленно косясь то на камеру, висящую прямо над кассой, то на громкую гостью. В каждом его движении сквозила обреченность, усилившаяся, когда девушка перегнулась через столик, вцепилась в воротник форменной толстовки и пригнула его к себе:       — Святик, посмотри сам, мы — идеальная пара. Ты одинокий и опытный, я красивая и без парня. Соглашайся, будет весело!       — Анжела, я гей, и ты об этом знаешь. Хватит цепляться, умоляю, у меня куча работы.       — Ты просто с нормальной девчонкой ни разу не пробовал. Гарантирую: как только мы займемся сексом, твою блажь как рукой снимет. Я все спланировала уже, соглашайся! Кино, романтический ужин, а потом зажжем у тебя, а то у меня тетка дома, ворчать будет, — девица тараторила, как сорока, ее слова набегали друг на друга и сбивались в кучки, ощутимо давя на виски и затылок.       Стоило вдуматься, и Саша с головой провалился в кроличью нору воспоминаний. Сколько раз он сам слышал от родителей, знакомых, коллег и соседей эти жестокие слова? «Это просто фаза, подростковый бунт, нужно потерпеть и все пройдет». «Саша, ты нам очень дорог, ты по-прежнему наш сын, но лучше бы тебе поскорее бросить все эти глупости и завести девушку». «Попробуй нажраться в сопли, может, тогда сможешь бабу трахнуть, а то че ты, как не мужик вообще?». «Сашенька, мы тебе добра желаем, таким как ты не место в нормальном обществе, тебя же засмеют все, а то и что похуже! Лучше уж тогда этим притворяйся… импотентом, во. Тоже срамота, но не такая…». «Ты ж цапля вылитая, тебе ни одна баба по своей воле не даст, только с мужиками и остается».       Кондиционированный воздух магазина с трудом пробрался в легкие. Саша жадно вдохнул, потряс головой, выгоняя из нее чужие голоса и картины давно минувших дней, и вмешался, пока не стало поздно:       — Извините, что прерываю, но это, кажется, называется домогательством в общественном месте.       — А вы еще кто такой? Оставьте нас со Святиком в покое, идите, вон, выбирайте, чего хотели, — девица оказалась не из робких и продолжила тискать Святослава, глядя на Сашу, как через дуло оптической винтовки.       Саша послал парню намекающий взгляд, спрашивая разрешения на шалость. То ли рыбак рыбака видит издалека, то ли Святослав слишком устал от агрессивных ухаживаний и хотел, чтобы все закончилось поскорее, но он осознанно кивнул и в очередной раз попытался выпутаться из бульдожьей хватки барышни, упираясь в столик двумя руками.       — Мой партнер хрупкий и не любит грубого обращения, отпустите его, пожалуйста.       Анжела от неожиданности разжала руки и Святослав, не теряя ни секунды, отгородился от нее монитором компьютера. Саша оценивающе покосился на камеру напротив кассы. Светить ориентацией не особо хотелось, но раз уж сказал «гоп», надо прыгать, поэтому он зашел за прилавок, встал чуть позади Святослава и очень осторожно опустил руку поверх его форменного плотного свитшота.       — Ну и ладно! Вы еще об этом пожалеете, два педика! — слезливо выкрикнула Анжела и убежала, хлопнув дверью.       Саша в ту же секунду отступил, пряча ладони за спину от греха подальше. Стоять вплотную к Святославу, собственнически обнимать его за талию и вдыхать аромат лавандового ополаскивателя для одежды ему очень даже понравилось. Вблизи парень выглядел усталым, но очарования не растерял. Синяки под глазами, сеточка лопнувших капилляров, коричневые мелкие веснушки на щеках, носу и лбу, опущенные вниз уголки губ, прыщик чуть выше переносицы, едва заметный шрам над правой бровью, спутанные рыжие лохмы, спадающие на лоб — будто и впрямь из мокрых снов Саши вылез.       — Поздравляю, вы повышены до уровня «смирение и строгость». Благодарю покорно за помощь, но зря вы так. Она теперь об этом по всем городским чатам раструбит. Не стоило рисковать репутацией ради меня, еще проблемы на работе будут.       — Не будут, там все в курсе, что я гей.       — О, вот как. Повезло. Меня уже трижды из-за ориентации выгоняли. Поэтому и держусь за это место, здесь мои навыки хотя бы пригодиться могут. Клиентам чего присоветовать, вы не думайте! — вскинул Святослав ладони, сообразив, как прозвучала последняя фраза.       Саша перевел взгляд на небольшие ладони, подметив неаккуратно обрезанные ногти, мозоли и стершийся, почти отвалившийся пластырь на среднем пальце. Вспомнив о подслушанном диалоге, он напрямик спросил:       — Помощь нужна?       — Простите, с чем?       — Вы Анжеле сказали, что у вас завал на работе. У меня есть машина, могу вас подвезти до дома. Сегодня и в другие дни. Вот, мой номер телефона, соцсети на нем же. Во сколько вы заканчиваете?       Святослав молчал несколько долгих минут, разглядывая визитку Саши и его лицо так внимательно, будто там будущее было написано. Наконец он отмер и медленно протянул руку, как для рукопожатия:       — В 21:30. Святослав, можно Свят, двадцать два года, одинок, дизайнер на фрилансе и продавец в секс-шопе по средам, пятницам и воскресеньям. Живу со старшей сестрой и племянницей. Бисексуален, универсал, в последнее время предпочитаю мужчин.       — Александр, лучше Саша, двадцать девять лет, холост, живу один, глава юридического отдела «Сталепрома». Открытый гей, скорее актив, но в пассивной роли пару раз был.       — Выглядите старше. Ой, простите, — Свят замялся, выпустив руку Саши из теплой ладони.       — Имидж сухаря со мной злую шутку играет. Я зайду за вами после закрытия и отвезу, куда скажете.       Такие встречи после работы быстро вошли в привычку и стали для них обоих настоящей отдушиной. Свят частенько расплывался медузой по переднему пассажирскому сидению, едва Саша закрывал за ним дверь, и дремал до самого дома под приглушенное радио. Он копил деньги на дни рождения сестры и племянницы, поэтому брал все заказы, какие только подворачивались. Саша любовался им, усталым и задумчивым, не смея надеяться на что-то большее. Пока хватало и того, как Свят мило дремал, посапывая и пытаясь свернуться клубком под ремнем безопасности, как сыпал цветастыми выражениями в адрес странных и переборчивых клиентов или как оживленно травил рабочие байки, скрашивая дорогу.       — Бельчонок, вставай, мы у ТЦ, — Саша мягко потрепал Свята по плечу. Эпопея с бесконечными заказами продвигалась к логическому концу, восьмой день рождения Милены был уже завтра, а двадцать восьмой Алины — послезавтра. Дамы уехали за город к подруге Алины с ночевкой, но вместо того, чтобы предаваться обжигающей страсти на территории Свята, мужчины побродили по супермаркету и нагрузились пакетами, как два тягловых ишака.       На парковке у многоэтажки Свята было тихо и темно. Фонарь перегорел, а новый все никак не могли согласовать со старшим по подъезду. Свят зачем-то оглянулся, хотя в одиннадцать вечера встретить на улице человека было не так-то просто. Отстегнув ремень безопасности, он одним движением откинул сидение Саши и перелез к нему на колени.       — Ты тогда, в магазине, подумал, что я хрупкий и не люблю жестко. А я люблю. Ну, под настроение. Это плохо?       — Это хорошо, белка, — Саша скользнул по чужой пояснице поверх рубашки, и Свят податливо прогнулся, чуть ли не обтираясь о него всем телом. Кожаное сидение поскрипывало под двойным весом, шорох одежды и травянистый аромат тела с нотками пота и лавандовой отдушки пробуждали совсем не те мысли, но Саша пока держался.       — Тогда давай хотя бы подрочим друг другу. Я же вижу, как ты на меня смотришь, — Свят настойчиво обтерся о живот Саши полутвердым пахом через джинсы и белье.       Саша с трудом собрал мысли в кучку и вернул руки с вертлявой задницы на талию, фиксируя Свята в одном положении. Конечно, он хотел его до звона в яйцах, но и прояснить ситуацию не помешало бы.       — Я тебя очень хочу, сам чувствуешь, но давай на берегу обсудим: как мы будем дальше? Для меня ты явно больше, чем секс на одну ночь, я хочу водить тебя на свидания, узнать получше, в далекой перспективе забрать к себе жить. Какие планы у тебя?       Вместо ответа Свят заткнул его поцелуем, запустив язык в рот, а пальцы — в волосы на затылке. Он целовался мягко и неспешно, позволял перехватывать управление, но мог и побороться за первенство, пробуждая в Саше сильнейшее желание валить и трахать прямо тут. Юркий острый язычок смело хозяйничал во рту, то выписывая кончиком фигуры на нёбе, то скользя по зубам, то переплетаясь с языком Саши в игривом танце. Свят дразнился и ерзал, все время искал лучшее положение и тут же его менял, прижимаясь теснее и жарче.       — Сейчас дрочка, потом посмотрим. И да, я хочу с тобой серьезных отношений, — прошептал он, оторвавшись от затяжного французского поцелуя, и первым расстегнул пуговицу на Сашиных штанах.       Прохладная ладонь скользнула по низу живота и сжалась на эрекции, перепачканной в естественной смазке. Тяжесть чужого тела, влажные звуки мастурбации и запах секса кружили голову не хуже пары бокалов вина на пустой желудок. Мысленно молясь, чтобы продержаться подольше, Саша и сам засунул руку в джинсы Свята, плотно прилегающие к телу. Упругая маленькая ягодица идеально поместилась в его ладонь. Заметив, что ему неудобно, Свят отстранился и приспустил джинсы сам. Нижнее белье с желтыми динозаврами Сашу изрядно позабавило, но настроя на секс, как ни странно, не сбило.       — Тебе идет, бельчонок, — Саша со смешком стянул свитер и майку в качестве ответного жеста. Штаны снимать не стал, лишь расстегнул и опустил на бедра — нецелованная светлая шея, выступающие ключицы, маленькие коричневые соски и плоский живот расстегнувшего рубашку Свята манили не на шутку.       — Ты красивый. Почему ты один, раз ты такой? — Свят, изучая, провел раскрытыми ладонями по плечам и груди, пока не задевая чувствительных сосков.       — Слишком худой и на цаплю похож, — отговорился Саша словами прошлых немногочисленных любовников. — Мало кто хочет о кости во время секса биться.       — Я бы нашел и покусал всех тех, кто тебе это говорил, но сейчас у меня есть дела поинтереснее. Можешь жамкать где хочешь, кстати, не стесняйся. Нас не увидят, здесь темно и пусто.       Свят прильнул всем телом, усыпая поцелуями и крохотными укусами плечи и шею. Наспех приласкав соски, он вернул ладонь на член, так правильно проходя мозолями от турника по нежной коже, что у Саши перед глазами потемнело. Заходить дальше мастурбации в первый раз, да еще и в машине, они оба не пытались, хотя желание пролезть под белье и скользнуть в ложбинку меж ягодиц терзало Сашу так, как жажда терзает путника в пустыне.       Ладонь на его члене двигалась в равномерном темпе, с легкими покручиваниями вокруг влажной от смазки головки. Свят учился на ходу, исследовал, изучал, пробовал — и Саша таял, подчиняясь чужой мягкой воле, Член Свята был меньше, но шире. Саша, памятуя про «люблю пожестче», партнера не жалел, двигая рукой в рваном, жестком ритме. Смазки для такой задумки критически не хватало, и он вытащил из бардачка на свет божий вишневую смазку, купленную еще в первый визит в секс-шоп. Там же он хранил десяток презервативов в специальном металлическом чехле, но пользоваться ими было уже поздно — оба перемазались в выделениях так, что потом стереть салфетками было бы куда проще и быстрее.       — Серьезно, смазка здесь? А ты предусмотрительный, я погляжу. И экстрим любишь, — задыхаясь, съязвил Свят и поморщился от прохладной субстанции, густыми каплями легшей на красный и горячий от прилившей крови член.       — Запасная, рыжик, не ревнуй. — Саша закинул голову назад и больно прикусил губу, чтобы не стонать во весь голос. Химический запах вишни мягко вплелся в аромат секса и хвойного ароматизатора машины, дополняя общую картину разврата с нотками экстрима.       С нормальной смазкой дело пошло куда веселее. Первым кончил Саша, поддавшись увеличившемуся темпу и настойчивым поцелуям. Святу хватило пары отрывистых, грубоватых движений на члене и сжатых во второй ладони маленьких, гладко выбритых яиц. После оргазма он обмяк и растянулся поверх Саши выжатой тряпочкой. Поцеловав острое плечо, первым попавшее под губы, Саша достал пачку влажных салфеток и аккуратно стер с их животов смесь смазки и спермы.       Свят тяжело заворочался, выпрямился, в два счета вернул себе пристойный вид и перелез на пассажирское сидение. Саша неохотно отпустил, искоса любуясь покрасневшим лицом, припухшими губами с размазанным контуром, дикими глазами и растрепанными рыжими лохмами, в которых хотелось увязнуть пальцами.       — Блин, колени растер, — Свят, морщась, потер ноги в прорезях джинсов. Саша наклонился, по очереди поцеловал острые растертые до красноты коленки, подул, охлаждая, и осмотрелся.       — Давай, может, я в аптеку сбегаю? Очень больно?       — Нет, Саш. Охуенно. Я снова ошибся, прости. Ты не «смирение и строгость», ты «самый охуенный мужик в моей жизни», — глухим голосом ответил Свят и притянул Сашу за шею для очередного поцелуя. — Как дни рождения отпразднуем, могу остаться у тебя с ночевкой?       — Бельчонок, мне двадцать девять, а не семьдесят. Боюсь, если мы останемся наедине, да еще и с кроватью и душем… Я точно полезу к тебе снова хотя бы с дрочкой.       — Заметано. Ленты заодно опробуем, и кольцо эрекционное. А теперь поправь рубашку и выходи из машины. Кажется, мои девчонки приехали раньше, чем ожидалось…