Я всё равно пойду за тобой.

Три долгих года миновали с того памятного и трагического события — достаточно времени, чтобы раны зажили, а воспоминания притупились. Тем не менее Лололошке казалось, будто годы пролетели мимо Эграсселя совсем иначе. Внешне тот выглядел вполне здоровым, если не считать того, что эльф стал выше самого Лололошке и определёно вытянулся, выглядя ещё лучше, однако внутренние изменения стали заметны сразу: беззаботная радость уступила место сосредоточенной серьёзности, общительность исчезла, сменившись скрытностью и молчаливостью. Теперь парень часто видел друга погружённым в размышления, поглощённого своим внутренним миром и замкнувшимся в себе настолько, что любое взаимодействие стало трудным испытанием. Сейчас же Лололошка шёл к кабинету Эграсселю. Ещё с утра эльф попросил Лололошку заглянуть к нему для одного важного разговора. Каждый шаг сопровождался нарастающим беспокойством, ведь разговор обещал стать непростым и Лололошка понял это изначально по его тону...Весь день он ходил в гадания что именно Эграссель с ним хочет обсудить? Но вскоре он всё-же подходит к двери кабинета и смотрит на высокую дверь, сделав глубокий вдох, шатен всё-же стучиться пару раз, но не услышав никакого ответа, решает заглянуть без разрешения. Приоткрывая дверь, он сначало лишь заглянул, что-бы проверить на месте ли вообще сам Эграссель? И убедившись что эльф находиться тут зашёл в кабинет, прикрывая за собой дверь. Первое, что бросилось в глаза, — беспорядок. Кабинет оказался захламлён множеством папок, пергаментов и книг, разбросанных вокруг большого письменного стола. Сам Эграссель расположился за столом, сутулясь над бумагами. Казалось, усталость взяла верх, и эльф незаметно задремал, склонившись лицом прямо на стол. Сонные складки отпечатались на его щеке, а руки замерли в неудобной позе поверх кипы писем. Лололошка почувствовал странную смесь сожаления и облегчения, увидев такое состояние он лишь тяжело вздохнул. Это ведь уже не впервые..Но Эграссель каждый раз ведёт себя слишком упрямо. Закрыв за собой дверь полностью, Лололошка начал медленно продвигаться дальше, намереваясь подойти поближе. Доски старого паркета скрипнули под его ногой, вызвав мгновенную реакцию спавшего. Вздрогнув, Эграссель резко распрямился, широко раскрыв глаза, словно очнувшись от кошмара. Потирая лицо ладонями, он взглянул на вошедшего друга совершенно непонимающим взглядом. — Эграсса… — тихо пробормотал Ло, осторожно приближаясь к другу и опершись ладонями на массивный дубовый стол, покрытый грудой важных документов. Эграссель медленно поднял голову, едва заметно кивнув. Его пальцы невольно коснулись переносицы, будто стараясь рассеять туман усталости. Затем он провел рукой по своим длинным светлым локонам, убрал выбившуюся прядь за ухо и наконец встретился взглядом с другом. Глаза Ло выражали искреннюю заботу и беспокойство, тогда как взгляд эльфа казался одновременно утомленным и слегка раздражённым. — Эграсса, послушай, тебе действительно надо отдохнуть, — вновь повторил Ло, понимая, что уже не первый раз произносит подобные слова. Однако Эграссель лишь равнодушно пожал плечами, сцепив пальцы рук перед лицом и отклонившись назад в кресле. — Дело не терпит отлагательств, друг мой, — спокойно произнес эльф, готовясь поделиться важной информацией. — Наши разведчики заметили некую аномалию на северных землях. Местные жители жалуются на странные явления: внезапно появляются плотные клубы густого черного дыма, словно сама земля выпускает ядовитые испарения... Ло внимательно выслушивал друга, пристально наблюдая за движением губ Эграсса и мысленно соглашаясь с серьезностью ситуации. Когда Эграссель закончил фразу, он чуть приподнялся с кресла и направился к шкафчику на котором распологались книги и учебники. — Возможно, это проявление какой-то темной магии, — задумчиво продолжил эльф, доставая увесистую книгу с затертой обложкой и протягивая ее Ло. — Подобные случаи были описаны нашими предками, однако точного понимания природы этой силы мы до сих пор не имеем. Взяв книгу в руки, Ло почувствовал тяжесть страниц, хранящих знания прошлых поколений. Окинув взглядом заглавие, он обратил внимание на старинные иллюстрации, изображающие мистические символы и ритуалы. — Что же нам предпринять? — спросил Ло, чувствуя ответственность, которую теперь ощущал на себе. — Мне необходимо заняться исследованием, — решительно заявил Эграссель, возвращаясь обратно к столу и скрестив руки на груди. — Эта магия опасна и почти неизученна, даже моему отцу не удалось разгадать все тайны, окружавшие ее природу. Но тут эльф неожиданно замер, словно вспомнил нечто важное, а после отвёл взгляд в сторону. — Есть одна проблема, — добавил он. — Государственные дела требуют моего постоянного присутствия здесь, иначе хаос неизбежен. Поэтому я прошу тебя возглавить экспедицию лично. Только ты сможешь справиться с таким заданием достойно. — Подожди-ка, — возразил Ло, недоуменно подняв брови. — Разве во дворце нет других капитанов, достойных подобной миссии? Однако Эграссель остался непреклонен и лишь отрицательно покачал головой, а после вновь взглянул в глаза Ло. — Нет, Ло, — твердо сказал он. — Именно ты обладаешь всеми необходимыми качествами и способностями, именно тебе я доверяю эту миссию. Ло молча закрыл книгу и аккуратно поставил ее обратно на стол. Чувствовалось нарастающее напряжение. Затем, решив сменить тему разговора, он легко спрыгнул со стола и приблизился к другу, мягко касаясь его плеч и стараясь привлечь внимание усталого собеседника. — Эграсса, дорогой мой, — негромко заговорил Ло, стремясь смягчить настроение друга. — Хотя бы сегодняшний вечер проведи со мной? Давай прогуляемся по нашему прекрасному саду, насладимся теплом летнего вечера и попробуем вкусный ужин на уютной веранде? Замечая легкую усмешку друга, Эграссель нахмурился, погрузившись в размышления. — Ло, ты прекрасно понимаешь мою занятость, — попытался оправдаться он, отводя взгляд в сторону. — Здесь столько нерешенных вопросов и срочных поручений… Тем не менее, видя столь настойчивое желание Ло провести вместе драгоценные часы отдыха, Эграссель постепенно уступил. — Ну что ж, возможно, небольшой перерыв пойдет мне на пользу, — согласился он, одаряя друга теплой улыбкой. *** Уже примерно через час, наполнившись ощущением лёгкой усталости и приятного удовлетворения, Эграссель и Лололошка уютно устроились на маленькой деревянной веранде. Здесь царила особая атмосфера покоя и умиротворённости — вечерний воздух благоухал ароматами свежесрезанной травы и ароматом различных цветов, растущих неподалёку, создавая ощущение полной гармонии с природой. Они расположились друг напротив друга, неспешно попивая принесёный травяной чай. Они уже успели поужинать, поэтому продолжали наслаждаться вечером, наблюдая за тем как солнце садилось за горизонт. Вечернее солнце мягко освещало лица друзей золотистым светом, придавая всему вокруг тёплый оттенок и подчёркивая радость момента. Разговор плавно перетёк от одной темы к другой — сначала говорили о повседневных делах, потом перешли к воспоминаниям детства, вновь вспомнили забавные истории из прошлого, которые заставляли обоих искренне смеяться. Их голоса звучали негромко, словно боясь нарушить тишину тихого летнего вечера. Легкий ветерок ласково касался волос, развевающихся по плечам, приятно охлаждая. Время будто остановилось, позволяя друзьям насладиться каждым мгновением вместе. Вокруг тихо шелестела зелень деревьев, вдали слышались голоса слуг и щебетанье птиц. Оба были погружены в состояние полного счастья и внутреннего равновесия, осознавая ценность настоящего мгновения и важность дружбы, способной согревать душу даже в самые холодные дни жизни. Их глаза светились искренней радостью, отражая тепло сердец, полное благодарности судьбе за возможность разделить этот прекрасный вечер вдвоём. Однако прошло ещё некоторое время, и усталость снова начала одолевать Эграссу. Его веки стали тяжелеть, а глаза невольно начали смыкаться, несмотря на старания оставаться бодрым. Ночь опустилась окончательно, и теперь узкую дорожку освещали лишь тусклые огоньки старых фонарей, бросавшие загадочные тени среди тенистых кустов сада. Взглянув на своего спутника, заметив легкую дремоту в его глазах, Ло осторожно встал и молча протянул другу ладонь, предлагая помощь. Почувствовав заботливое внимание друга, Эграссель поднял взгляд и увидел перед собой добрую улыбку и теплые янтарные глаза, полные понимания и участия. – Я проведу тебя до твоих покоев, – тихо произнес Ло мягким голосом, едва заметно усмехнувшись уголком губ. Эграссель благодарно кивнул, крепко сжимая предложенную руку, поднялся с лавки и вместе с другом направился вдоль дорожки, утопающей в мягких лучах света, чувствуя внутри себя приятное чувство защищенности и тепла рядом с верным товарищем. Вскоре дойдя уже до комнаты. Эграссель взглянлул на Ло – Спасибо тебе за столь прекрасный вечер. Мне действительно следовало взять перерыв Ло на его слова улыбнулся и кивнул – А я тебе о чём говорю. Спокойной ночи, мой король - с улыбкой произносит Лололошка и кланиться Эграсселю. Эльф лишь хихикнул на это всё-же зашёл в свои покои – и тебе спокойной ночи, мой самый верный капитан Хмыкнув, эльф ловко захлопнул массивную деревянную дверь, отделявшуюся от внешнего мира. Взгляд его мгновенно упал на высокий шкаф, обитый серебряными вставками, сияющими в свете единственного светильника. Подойдя ближе, Эграссель бросил мимолетный взгляд на своё отражение в зеркале шкафа, задержавшись на минуту, будто размышляя над собственным образом. Слегка улыбнувшись, он обратился мысленно к самому себе: — Вот уж точно, столько лет прошло, а Ло продолжает оставаться моим вернейшим другом и слугой. Его беспокойство обо мне неизменно вызывает чувство благодарности и удивления одновременно. Эграссель осторожно снял легкую накидку и повесил её аккуратно на вешалку. Затем последовали брюки, сапоги и рубашка, оставленные аккуратно сложенными поверх кресла. Облачился он в свободную ночную футболку, приятную телу и успокаивающую сознание. Подойдя к большому письменному столу, покрытом слоями пергаментных свитков и древних книг, Эграссель обратил внимания на свой маленький тайничок, скрытый под столешницей. Легкое прикосновение пальцев вызвало щелчок механизма, раскрывшего потайную полку, спрятанную внутри стола. Из неё он извлек маленькую лакированную шкатулку, выполненную из драгоценного дерева, инкрустированного серебром и камнями аметиста. Медленно открыв крышку, он взглянвл на лежащий там темно-фиолетовый кристалл необычной формы, окружённый тонким ореолом холодного света. Он поднял камень, внимательно рассматривая каждую грань. Кристалл излучал загадочный холодный свет, который играл тенями на стенах комнаты, создавая ощущение магического пространства. Эграссель впитал энергию камня глазами, чувствуя, как волны магии проходят сквозь пальцы, проникают глубже в тело и разум. Волшебные частицы танцуют, вызывая мурашки по коже, усиливая любопытство. Его мысли наполнились воспоминаниями о прошлых экспериментах, испытаниях и открытиях, проведенных благодаря этому волшебному артефакту. Вспоминая, как впервые получил этот кристал, какую роль сыграл кристалл в его жизни, Эграссель погрузился в глубокое созерцание. — Сколько всего впереди предстоит сделать, — прошептал он тихо, глядя на тусклый отблеск огня лампы, отражающийся в поверхности камня. — Нет времени на эксперименты, увы, да и ответственность требует больше внимания к государственным делам, нежели собственной страсти к познанию. Эти слова прозвучали грустно, но твёрдо, словно решительный приговор собственному желанию заниматься наукой и исследованиями. Наконец, положив кристал обратно в коробку, он бережно закрыл её крышкой и вернулся к подготовке ко сну, погружённый в думы о завтрашнем дне и предстоящих обязанностях. **** Комната встретила его уютным полумраком, смягчённым светом единственной свечи, горящей на небольшом столике рядом с окном. Атмосфера тут царила особая — атмосфера покоя и комфорта, созданная многолетними стараниями хозяина помещения. Широкая деревянная кровать стояла напротив окна, завешанная тяжёлыми зелёными драпировками, мягкие подушки и одеяла ждали возвращения усталого путника. Лололошка прошёлся быстрым взглядом по комнате, отметив порядок и чистоту, присущие помещению истинного рыцаря. Каждое оружие висело на своём месте, каждая книга лежала ровно на столе, одежда была аккуратно развешана в гардеробе. Даже зеркало над столом блестело идеально чистой поверхностью, отражая чёткость и организованность жизни своего владельца. Вздохнув глубоко, он стал снимать свою форму, освободив мышцы от напряжения прошедшего дня. Почувствовав облегчение, он пошёл дальше, раздеваясь до лёгких льняных штанов и хлопчатобумажной рубашки, предпочитаемых для отдыха и сна. Затем подошёл к кровати, поправил покрывало и удобно устроился, вытянув ноги и положив ладони под затылок. Задумчивым взглядом он устремился вверх, наблюдая за неровными трещинами потолка, создающими причудливые узоры на шероховатой поверхности известняка. Тишина комнаты нарушалась лишь редким треском углей в очаге и осторожным дыханием ветра за окнами. — Интересно, что же произошло с Эграсселем? — спросил он сам себя вслух, поворачивая голову к картине, висящей над камином. — Всё-же в его взгляде и словах слышаться недоговорённость..Но почему он не хочет делиться со мной этим? Долгое время он смотрел в пустоту, перебирая в памяти мельчайшие детали разговора, выражения лица и жесты собеседника. Размышлял, пытался понять, откуда возникло такое странное чувство беспокойства, которое раньше никогда не проявлялось. Мысленно возвращаясь к событиям вечера, он вспомнил случайный взгляд, брошенный королём мимоходом, казалось бы, случайно. Именно тогда он уловил неуверенность и тревожность в выражении глаз властителя, ранее невиданные эмоции. Это наблюдение привело Лололошку к осознанию, насколько важно вовремя заметить подобные изменения настроения и поведения близкого человека. Однако уставший организм настойчиво напоминал о потребности отдыха, и вскоре веки стали тяжелеть, дыхание замедлилось, погружая капитана в объятия Морфея. Закрыв глаза окончательно, Лололошка погрузился в глубокий сон, наполненный мечтательными образами и туманными догадками, которые непременно станут яснее утром следующего дня.

***

Ночь была глубокой и непроглядной, словно сама природа погрузилась в тревожный сон. Среди этой кромешной мглы внезапно раздалось резкое движение — Эгрессель резко вскрикнул, сорвавшись с постели, словно подброшенный невидимой пружиной ужаса. Его сердце бешено стучало, выбивая неровный ритм, похожий на барабанный бой. Каждое биение отдавалось острой болью в груди, словно стремясь разорвать тонкую ткань грудной клетки. Эльф судорожно хватал ртом воздух, дыхание сбивалось, превращаясь в короткие отрывистые всхлипывания. Холодный пот выступил на лбу, стекая тонкой струйкой вдоль бледной щеки. Руки инстинктивно прижались к груди, пытаясь удержать стремительно убегающее тепло тела. Постепенно приходя в себя, Эгрессель машинально провёл рукой по переносице, пытаясь успокоить учащённое сердцебиение. Прикосновение вызвало слабую вспышку боли — кожа казалась натянутой и горячей, словно обожжённой изнутри. Потирая пальцами чувствительную область, он попытался собрать мысли в едино, остановить панику, захлестнувшую сознание после ночного кошмара. Затем, словно движимый чуждой силой, взгляд эльфа скользнул к узкому оконному проёму. Там, за тонким стеклом, раскинулась бескрайняя ночь, поглощающая свет даже звёзд. Темнота казалась густой, осязаемой, словно чернила, пролившиеся на белоснежную простынь мира. Лишь редкие огоньки фонарей далеко внизу еле заметно мигали. От окна взгляд переместился на стену напротив кровати. Там, в тусклом свете ночника, отражались цифры старых часов — три часа ночи. Три часа — самое мрачное время суток, когда граница между сном и явью становится прозрачной, а кошмары обретают зримую форму. Покрайне мере, было очень много легенд на эту тему, считая что это самое мрачное время. Эльф тяжело выдохнул, осознавая, что пробуждение произошло задолго до привычного утреннего света. Этот факт почему-то наполнял душу дополнительным беспокойством, словно само время предостерегало его от чего-то страшного. Аккуратно, словно боясь вновь поддаться панике, Эгрессель опустился обратно на край кровати. Матрас мягко прогнулся под весом, издав едва уловимый скрип. Молодой эльф застыл, прислушиваясь к звукам комнаты, но кроме собственного дыхания ничего не нарушало гробовую тишину. Тогда он позволил себе взглянуть на собственные руки, поднятые перед глазами. Сначала показалось, что всё нормально — длинные тонкие пальцы, характерные для его народа. Но тут же взгляд зацепился за нечто необычное... Кончики пальцев покрывали тёмно-фиолетовые пятна. Маленькие, размером с горошины, они выглядели словно синяки, появившиеся ниоткуда. Однако эльф точно помнил, что нигде не ушибался, не падал, не получал никаких повреждений. Пятна казались нездорово насыщенными, почти чёрными в центре, плавно переходящими в пурпурный оттенок по краям. Сердце снова тревожно забилось, на этот раз от нового приступа страха. Эгрессель внимательно рассматривал каждый поражённый участок, проводя кончиком пальца по соседнему пальцу. Кожа оказалась сухой, холодной на ощупь, словно лишённая жизненной силы. Под кожей ощущалось едва заметное покалывание, будто тысячи микроскопических иголок одновременно вонзились в плоть. Страх охватывал всё сильнее. Откуда появились эти отметины? Почему именно сейчас? Может, это начало какой-то болезни? Или проклятие? Или...последствия. Эгрессель почувствовал, как горло сдавливает спазмом, мешая дышать. Он попытался встать, но ноги отказались подчиняться, став ватными и неподъёмными. Голова кружилась, перед глазами мелькали неясная белая пыль. Эльф до последнего старался не поддаваться панике вновь, но..Резкая усталость накатила на него с новой волной и ему лишь оставалось вновь откинуться на свою постель, погружаясь в сон...