Дитя Леса

      Вечер в новом поместье на границе леса был наполнен густым ароматом цветущего жасмина.       Ребекка переступила порог дома с сияющей улыбкой. Прошло девять с половиной месяцев — время, которое навсегда изменило иерархию сверхъестественного мира. Она выглядела безупречно, но теперь в её облике сквозила мягкость, которой не было тысячи лет.       — Элайджа! Джереми! — позвала она, проходя в холл. — Я пришла лично вручить вам...       Она замолчала на полуслове. До её чуткого слуха со второго этажа донеслись звуки, которые невозможно было спутать ни с чем другим: приглушенный, властный рык Элайджи, за которым последовал звонкий, захлебывающийся стон Джереми и характерный ритмичный стук массивного изголовья кровати о каменную стену.       Ребекка закатила глаза, но на её губах промелькнула понимающая, теплая усмешка. Похоже, за эти месяцы аппетиты её брата и выносливость друида только выросли.       — Боги, вы когда-нибудь спите? — негромко проворчала она, качая головой.       Не желая мешать их очередному марафону, Ребекка подошла к антикварному столику в прихожей. Она оставила приглашение на самом видном месте — изящную карточку, пахнущую детской присыпкой и дорогими духами, с золотым тиснением:

«Праздник в честь рождения Селены Майклсон».

      Ребекка бросила последний взгляд на лестницу, откуда донесся очередной вскрик Джереми, призывающий Элайджу не останавливаться, и тихо вышла из дома, закрыв дверь.

***

      На втором этаже Элайджа на мгновение замер, почувствовав уход сестры, но Джереми, чьи ноги крепко обхватили его поясницу, потянул его за шею вниз для нового поцелуя.       — Она оставила конверт, — прошептал Джереми, тяжело дыша. — Племянница родилась.       — Мы поздравим их позже, — пророкотал Элайджа, впиваясь в его губы. — А сейчас у меня есть незаконченное дело.

***

      Ребекка с громким стуком захлопнула за собой тяжелую дубовую дверь особняка Майклсонов и, швырнув сумочку на кресло, направилась прямиком к бару. Клаус, вальяжно развалившийся в кресле с бокалом виски, приподнял бровь, наблюдая за её воинственным шествием.       — Ну и? — ехидно протянул Клаус, сверкнув глазами. — Как наш благородный брат отреагировал на приглашение? Пролил слезу умиления или уже начал составлять список классической литературы для чтения племяннице перед сном?       Ребекка залпом осушила бокал и обернулась к брату с выражением лица, в котором смешались возмущение и обреченное понимание.       — Элайджа не отреагировал никак, Никлаус. Потому что он меня даже не услышал, — Ребекка выразительно закатила глаза. — Я дошла только до холла. Дальше идти побоялась — не хотелось, знаешь ли, встретить привидение в виде их разлетающейся мебели.       Клаус зашелся в тихом, лающем смехе, прекрасно понимая, о чем идет речь.       — Опять? — Клаус пригубил виски. — Девять месяцев прошло, а они всё никак не «напитаются» магией друг друга?       — «Опять» — это мягко сказано! — Ребекка всплеснула руками. — Со второго этажа доносились такие звуки, что мне в мои тысячу лет стало неловко. Рык Элайджи, от которого, клянусь, задрожала люстра в прихожей, и стоны Джереми... Скажем так, Гилберт явно не жаловался на недостаток внимания. Я просто оставила приглашение на видном месте и сбежала, пока на меня не обрушился потолок.       Клаус рассмеялся в голос, откидывая голову на спинку кресла.       — Похоже, племяннице придется привыкать к тому, что её дядя — самый занятой мужчина в штате Вирджиния.       — Пусть кувыркаются, — Ребекка внезапно смягчилась, и на её губах появилась теплая улыбка. — Благодаря этому «лесному союзу» у меня на руках сейчас спит дочь. Если цена моего счастья — это разбитая мебель, то я готова лично поставлять им новую каждую неделю.       Клаус понимающе кивнул, проводив сестру взглядом. Мистик-Фоллс изменился навсегда, и в этом новом мире Майклсоны наконец-то нашли то, чего не могли купить за тысячу лет — дом и продолжение своего рода.       В гостиную, не утруждая себя стуком, ввалился Деймон. Он выглядел непривычно бодрым, а в руках сжимал объемистую коробку, перевязанную вызывающе черным бантом.       — Слышал, у нас в городе пополнение! — Деймон с грохотом опустил подарок на стол перед Клаусом. — Держи. Там крошечная косуха и серебряная погремушка в форме осинового кола.       Клаус лениво перевел взгляд с коробки на Деймона, и на его губах заиграла ехидная улыбка, которая предвещала порцию отборных сплетен.       — Оставь свой сарказм для Стефана, — Клаус придвинул к нему бутылку своего лучшего бурбона. — Садись. Тебе стоит послушать краткий отчет о визите Ребекки в лесное поместье. Наша сестра только что вернулась оттуда в состоянии легкой контузии.       Деймон замер и его глаза азартно блеснули.       — О-о-о, не томи! Что там? Опять магия цветов или Элайджа окончательно забыл, что такое этикет?       Клаус откинулся на спинку кресла, по-хозяйски прихлебывая виски.       — Скажем так... Ребекка даже не дошла до лестницы. Она оставила приглашение в холле и сбежала, потому что звуки со второго этажа были такими... красноречивыми, что даже её тысячелетняя выдержка дала трещину.       — Да ладно! — Деймон разразился хриплым смехом. — Девять месяцев! Девять с половиной месяцев, и они всё еще не могут оторваться друг от друга? Гилберт там что, подливает ему в кофе виагру литрами?       — По словам Ребекки, — Клаус понизил голос до заговорщицкого шепота, — Рык Элайджи заставил люстру в прихожей вибрировать. Похоже, в том доме каменные стены — это не архитектурное решение, а жизненная необходимость.       Деймон заржал в голос, хлопая себя по колену.       — Я же говорил! Я же говорил, что этот стол на кухне был только началом! Ну, за новую жизнь и за самую крепкую мебель в Вирджинии! — Деймон салютовал Клаусу стаканом.       В этот момент из детской донесся тихий плач, и оба хищника синхронно замерли, прислушиваясь к звуку, который был важнее любой магии.       Деймон вальяжно откинулся в кресле, чокнувшись стаканом с Клаусом под приглушенный детский плач и воркование Ребекки со второго этажа. В этот момент его телефон в кармане куртки разразился настойчивой трелью. Взглянув на экран, Деймон усмехнулся и поставил вызов на громкую связь.       — Да, Елена? — протянул он, подмигивая Клаусу. — Неужели Стефан снова забыл купить тебе твои любимые диетические вербеновые батончики?       — Деймон, не паясничай! — голос Елены в трубке звучал немного раздраженно. — Ты не видел Джереми? Мы планировали семейный ужин, а его нет. Телефон выключен, в лесу его нет...       Деймон обменялся с Клаусом многозначительным взглядом. Первородный едва сдерживал ехидный смешок, прикрывая рот ладонью.       — О, он дома, дорогуша, — Деймон сделал паузу, смакуя момент. — В том самом «каменном поместье», которое подогнал ему наш щедрый Никлаус. Но мой тебе совет: если не хочешь повторения сцены девятимесячной давности, то не суйся туда. По крайней мере, без берушей и взвода спецназа.       В трубке воцарилось секундное гробовое молчание. Елена явно сопоставила факты: отсутствие брата, инцидент и «каменные стены».       — О нет... — выдохнула она, и в этот момент на заднем фоне раздался отчаянный голос Аларика, который, судя по звукам, стоял рядом и всё слышал.       — Только не снова! — взмолился Рик где-то вдалеке. — Елена, скажи мне, что он просто ушел в поход! Я не переживу еще один сожженный стол и эти... эти звуки «природы»! Я только-только перестал просыпаться в холодном поту от рыков Майклсона!       Клаус не выдержал и расхохотался в голос, отчего Елена на другом конце провода вздрогнула.