Её розовые волосы...

///Извините за то что задержалась с 3 главой,...теперь каждые новые главы будут выходить в воскресенье...В этой главе вам может показаться сюжет странный, но позже вы всё поймёте...Удачи///❤️

***

      Сакура посмотрела на часы и нехотя открыла глаза.Прошедшие годы почти не изменили её — она лишь стала немного выше. Всё те же нежно-розовые волосы, аккуратно рассыпанные по подушке… и только изумрудные глаза стали другими.       Она медленно села на край кровати, потянулась к бутылке вина, сделала небольшой глоток и подошла к огромному панорамному окну. Номер находился на высоком этаже — стены почти полностью состояли из стекла.       Внизу уже вовсю кипела жизнь.Шанхай шумел, двигался, гремел моторами и голосами.Часы показывали 11:47.       Сакура молча наблюдала за городом, будто он не имел к ней никакого отношения.В дверь постучали. Ровно через пять секунд она открылась, и в комнату вошли три девушки японской внешности. Они поклонились.       — Госпожа, скоро время, — тихо произнесла одна из них.       Сакура лишь кивнула и села на стул у зеркала.       — Начинайте.       Девушки двигались быстро и слаженно, будто это была давно отрепетированная процедура. Одна аккуратно разложила перед ней несколько нарядов. Вторая принялась за макияж, кисть уверенно скользила по коже. Третья закрепляла длинный чёрный парик — волосы опускались ниже лопаток, полностью скрывая её настоящую внешность.       Сакура сидела неподвижно, позволяя им работать. Ни возражений, ни комментариев. Будто это действительно происходило каждый день.Макияж творил чудеса.Изумрудные глаза скрылись за коричневыми линзами, черты лица стали мягче, взрослее, опаснее. В отражении больше не было той девушки, что когда-то стояла под японскими фонарями. Когда всё было готово, она поднялась. На ней были тёмные кожаные шорты, чёрная майка Skims, сверху — короткая бордовая кожаная куртка. На ремне серебряными буквами блестело название бренда — Ateezz.Каблуки тихо стукнули по полу.Сакура вышла из номера и направилась к лифту.       Когда Сакура спустилась в холл, её уже ждали двое крепких мужчин в чёрных костюмах. Они стояли по обе стороны входа, как тени. Один молча протянул ей стакан кофе, другой открыл дверь машины.       Она приняла кофе, не сказав ни слова, и села на заднее сиденье тёмной Camry. В салоне находились трое: она сама, водитель и охранник впереди. За ними двигалась ещё одна машина — там ехали четверо её людей. Всё по стандартному протоколу. Всё под контролем.Кофе был горьким. Сакура медленно сделала глоток, наблюдая за отражением города в тонированном стекле. Время на панели показывало 14:24. Обычный день.Спокойный, предсказуемый.       Сегодня решался важный вопрос: если она подпишет контракт со спонсорами, выпуск лимитированной серии сумок не придётся переносить на следующий год. Деньги, влияние, расширение бренда — всё было просчитано до мелочей.       Она прикрыла глаза, мысленно перебирая пункты договора.И в этот момент машину резко дёрнуло.       Сакура открыла глаза.— Чего это ты там? — холодно произнесла она, обращаясь к водителю.       На соседней полосе шёл серый седан. Он двигался слишком близко. Слишком агрессивно. В следующую секунду он резко подался в сторону и ударил их в бок. Охранник впереди выругался.Ещё один удар.Camry пошатнулась.       Третий удар был настолько сильным, что машина потеряла управление и на скорости врезалась в столб. Металл заскрежетал, стекло посыпалось осколками.       В салоне повисла тяжёлая тишина.Сакура медленно открыла дверь и вышла из машины. Мир вокруг слегка плыл. Ноги подкашивались, но она удержалась. Каблуки коснулись асфальта. Охранник мгновенно встал перед ней, прикрывая её собой.Водитель не двигался. По его лбу медленно стекала кровь. Сакура быстро огляделась. Вторая машина охраны… её не было видно. Ни звука сирен, ни подкрепления.Слишком чисто. Слишком рассчитано.       Из-за угла выехал чёрный фургон и резко затормозил. Двери распахнулись. Оттуда вышли несколько мужчин в чёрной одежде и масках.Они двигались слаженно. Её телохранитель отбивался яростно, но их было больше. Его оттесняли, прижимали к машине, били по рукам.       Один из нападавших бросился к Сакуре. Она успела перехватить его запястье, резко развернуться и перебросить через плечо. Тело глухо ударилось об асфальт.       Но со спины кто-то схватил её за руки. На голову резко натянули чёрный мешок. Мир исчез.Её запястья туго связали. Кто-то поднял её на плечо, будто она ничего не весила.Сакура не кричала. Не вырывалась. Только сжала зубы.Машина захлопнулась. И через секунду фургон уже уносил её прочь, оставляя за собой разбитую Camry и кровь на асфальте.       

***

      На часах заброшенного склада замерло время — 17:58. Полумрак помещения прорезали лишь тусклые лучи заходящего солнца, выхватывая из темноты фигуру Наруто. Черная майка плотно облегала его тело, подчеркивая каждый напряженный мускул, а в небесно-голубых глазах сейчас бушевал настоящий шторм.       Перед ним на коленях застыли четверо мужчин. Пятый — начальник охраны — безвольно распластался на бетонном полу, содрогаясь от очередного удара. Наруто не просто бил, он выплескивал ярость, которая душила его последние три часа.       — «Не уследили»? — Наруто ядовито выплюнул это слово, повторяя жалкое оправдание, брошенное ему секундами ранее. — Её похитили прямо у вас под носом! Неужели так сложно было защитить одну хрупкую девушку?       Он едва контролировал себя. Образ Сакуры, которая словно растворилась в воздухе, стоял перед глазами, лишая рассудка. Десятки людей уже прочесывали город по его приказу, но отчеты оставались пустыми. Она будто сквозь землю провалилась.       — Нашел её? — тихий, надломленный голос за спиной заставил его замереть. Наруто обернулся на звук шагов. В дверях склада стояла Хината. Её длинные темно-синие волосы были собраны в строгий хвост, а белое платье казалось ярким, почти неуместным пятном на фоне грязных, пропитанных пылью стен. ​       — Жизнь моя, тебе не стоило приходить сюда, — лицо Наруто мгновенно преобразилось, стоило ему увидеть её.       ​Он подошел к ней и тяжело опустил ладони на её плечи, стараясь смягчить свой голос, который секунду назад раздавал приказы.       — Грязными делами я займусь сам. Тебе здесь не место. ​       — Отпусти их, Наруто... — Хината с содроганием посмотрела на избитых телохранителей, стонавших в углу. — Хватит мучить людей. От этого она не вернется быстрее.       ​Наруто бросил на охрану взгляд, полный ледяного презрения.       — Свободны. Присоединяйтесь к поисковым отрядам, — процедил он сквозь зубы. — И не возвращайтесь без новостей о Сакуре.       ​Мужчины, едва дыша от облегчения, поспешно скрылись в тени коридоров. Хината лишь тяжело вздохнула. Известие об исчезновении подруги жгло её изнутри не меньше, чем ярость Наруто.       ​— Милая, мне больно видеть, как ты страдаешь, — Наруто нежно коснулся её лица, заставляя заглянуть ему в глаза.       ​— Тогда найди её, — Хината посмотрела на него с мольбой. — Найди её как можно скорее.– прошла минута тишины. – Ты уверен, что это не Манджиро? Ведь он единственный, кто был одержим ею так же сильно.       ​Наруто горько усмехнулся — Исключено. Мои люди не спускают с него глаз ни на секунду. И за все эти десять лет Манджиро ни разу не усомнился в том, что Сакура Харуно мертва. Он похоронил её в своей голове, Хината. Он даже не ищет её, потому что верит в её смерть так же слепо, как верил я.       ​Наруто сделал шаг вперед, в тусклый круг света — Если бы он хоть на мгновение заподозрил, что она жива, мы бы увидели это по его действиям. Но он пуст. Тот, кто похитил её сейчас, действует за его спиной. И это пугает меня больше всего: кто-то узнал правду раньше нас. ​

***

      Её везли около тридцати минут. За всё время — ни угроз, ни криков. Сакура сразу поняла: это не случайный налет.Действовал кто-то влиятельный. ​Машина резко затормозила. Её подняли и понесли; шаги отдавались тяжёлым эхом в пространстве, пахнущем табаком и духами. Когда мешок резко сняли с головы, мир перед глазами Сакуры поплыл. Гладкий пол, запах алкоголя... Бордель? Серьёзно? ​Перед ней стоял мужчина в сером костюме. Черные волосы зачесаны назад, выбритые виски и татуировка дракона, спускающаяся по шее.       ​— Старый друг, как ты? — ровно спросил он.       ​Сакура едва заметно улыбнулась, несмотря на связанные руки:— А время на тебя не влияет, Дракен. ​       Он сделал медленный глоток виски и продолжил:— Как и на тебя. Ты выросла, розовласка. Долго я тебя искал. Умело пряталась. ​       — У лучших училась, — холодно отрезала Сакура. — Давай к делу. Что тебе нужно?       ​— Не тебе так говорить, — голос Дракена стал жестче. — После того как ты тогда сбежала.       ​— Сбежала? Я? — её голос на мгновение сорвался. — Хотя… да, ты прав. Я сбежала из-за вас.       ​Дракен мотнул головой людям у стены, приказывая выйти. Оставшись наедине, он подошел и быстро развязал её руки.              — Я ненавижу тебя за то, что ты всё бросила и исчезла. Будь моя воля, я бы убил тебя сразу. Но только ты можешь помочь мне.       ​— С чем именно? — тихо спросила она, растирая затекшие запястья.       ​Дракен шагнул вплотную. Его взгляд стал режущим, почти отчаянным — Нужно помочь Майки, — глухо произнес он.       ​В груди у Сакуры болезненно екнуло. Образы прошлого, которые она десять лет выжигала из памяти, хлынули неудержимым потоком. Манджиро Сано. Человек, оставивший на её сердце неизлечимый шрам.Превозмогая слабость, Сакура поднялась на ноги и посмотрела Дракену прямо в глаза.       — Никогда.       Дракен ничего не ответил на её «Никогда». Он лишь на мгновение прикрыл глаза, и в этом жесте читалось холодное разочарование человека, который уже не умеет просить дважды.       — Заприте её, — бросил он, не оборачиваясь.       Двое верзил подхватили Сакуру под локти. Её поволокли вниз, по узкой лестнице, где стены были покрыты липким налетом, а воздух становился всё тяжелее. Её не вели — её тащили, как вещь. В самом конце коридора, за тяжелой дверью с облупившейся краской, находилось то, что было что то вроде не нужной комнаты...       Сакуру швырнули на бетонный пол, словно мешок с картошкой. Тело отозвалось тупой болью, но она даже не вскрикнула. Дверь захлопнулась, и скрежет засова эхом ударил по нервам. Сакура медленно поднялась, опираясь на дрожащие руки. Она осмотрелась. В углу валялся старый, пропитанный сыростью матрас, цвет которого когда-то, возможно, был белым, но теперь напоминал грязную мешковину.       Внезапно в груди стало тесно. Воздух в подвале будто превратился в свинец. Горло сдавило спазмом, а перед глазами поплыли черные пятна. Это был знакомый, липкий ужас — приступ, который она не чувствовала годами, живя под крылом Наруто. Прошлое, запертое в подвале вместе с ней, начало просачиваться сквозь стены.Мир качнулся. Колени подогнулись, и Сакура рухнула на холодный бетон. Сознание начало гаснуть, оставляя её один на один с наступающей темнотой. «Неужели это случится снова...» — была её последняя отчетливая мысль, прежде чем реальность окончательно растворилась.

***

      Солнце в Токио слепило. Сакура медленно открыла глаза, щурясь на ярко-голубое небо. Она всё еще чувствовала тепло коленей Майки, на которых только что спала. На ней была школьная форма, юбка немного помялась от травы.       ​— Проснулась? — раздался его голос. ​Майки наклонился над ней, закрывая собой солнце.       Сакура присела, отряхивая ладони, и глубоко вдохнула речной воздух — Как круто не ходить в школу, — выдохнула она, чувствуя, как внутри всё замирает от этой внезапной свободы.       ​Майки ухмыльнулся, глядя на её растрепанные розовые волосы. Он сорвал травинку и задумчиво прикусил её край. ​       — Уроки — это скучно, Сакура.Здесь ты чувствуешь себя свободнее. В Токио ты вообще можешь быть кем захочешь.       ​Сакура посмотрела на него. В его глазах было столько уверенности, что ей на миг показалось: с ним мир и правда станет проще.       ​— Свободнее... — повторила она. — В Осаке мне всегда говорили, кем я должна быть. А здесь я будто впервые дышу.       ​Майки вдруг замер и посмотрел ей прямо в глаза. Его взгляд стал непривычно серьезным. ​       — Знаешь, ты можешь вообще больше не ходить в эту школу, — он произнес это легко, но в голосе чувствовалась сталь. — В будущем... просто стань моей женой. Я сам обеспечу тебя всем, что захочешь. Тебе не нужно будет ни о чем беспокоиться, Сакура. Я создам для тебя мир, где тебе всегда будет так же спокойно, как сейчас на этом берегу.       ​Сакура застыла. Сердце пропустило удар. Это звучало так искренне и так пугающе одновременно. Она улыбнулась, еще не зная, что за это обещание ей придется заплатить годами одиночества и побегом в другую страну.       ​— Ты серьезно? — тихо спросила она.       ​— Я всегда серьезен, когда дело касается того, что принадлежит мне, — ответил Майки, протягивая руку и накручивая розовую прядь на палец.              ....После того признания у реки Сакура окончательно поняла: она влюбилась. И это чувство перевернуло всё. Ей больше не нужны были правила Осаки или тихие вечера в одиночестве. Всё, что ей было нужно — это Майки.       Они стали видеться постоянно. Сакура всё чаще проводила время в компании, которую раньше видела лишь мельком. Дракен перестал быть просто «высоким парнем с татуировкой». Она видела, как он прикрывает спину Майки, как ворчит на него, но всегда остается рядом. Он принял Сакуру в их круг молчаливо, коротким кивком, который значил больше тысячи слов: «Раз ты с ним, значит, ты под защитой».       С Эммой всё стало ещё проще. Они сблизились мгновенно. Эмма была единственной, с кем Сакура могла обсудить не только драки «Тосвы», но и то, какой Майки на самом деле — когда он не «Непобедимый лидер», а просто парень, который любит тайяки и засыпает в самых неожиданных местах.       Сакура начала узнавать и остальных. Она видела их преданность, их бесконечные разборки на байках, их шумные посиделки. Для неё мир сузился до этой группы людей. Она чувствовала себя частью чего-то огромного и несокрушимого.       Майки оберегал Сакуру так, будто она была единственным хрупким сокровищем в его мире. Он не прятал её от «Тосвы» — наоборот, он гордо вел её за руку на собрания в храм Мусаши. Все командиры и их заместители знали её в лицо. Майки официально представил её каждому, давая понять: Сакура — это та черта, которую нельзя переступать.       — Это Сакура — коротко бросал он, и сотни парней в черной форме склоняли головы в знак уважения – Она со мной.       Сакура знала всех: рассудительного Мицую, верного Баджи, вспыльчивого Па-чина. Она была своей среди них, слушала их шутки и видела их преданность. Но стоило на горизонте замаячить настоящей драке или кровавой разборке с другой бандой — Майки мгновенно менялся и начинал решать за неё каждый шаг.       — Завтра ты остаешься дома, Сакура, — отрезал он, когда по городу поползли слухи о готовящемся нападении. — Сходи к Эмме или погуляй с кем-нибудь еще.Главное — не выходи на улицу и не приближайся к месту боя.       — Не командуй мной, Майки! — вспыхнула Сакура, чувствуя, как его опека начинает душить. — Я сама решу, куда мне идти и с кем гулять. Я не влезаю в твои дела с бандой, но и ты не строй из себя моего надзирателя.       Майки подошел к ней вплотную и перехватил её ладони. Его взгляд стал стальным и пугающе серьезным.       — Ты не понимаешь, — его голос понизился до шепота. — Ты — то единственное светлое, что удерживает меня от того, чтобы окончательно сойти с ума. Если я увижу на тебе хоть одну царапину из-за моих дел, я разнесу этот город в щепки. Я не хочу, чтобы ты видела кровь на моих руках. Твое дело — встречать меня, когда всё закончится. Живой и невредимой.       Дракен, стоявший за его спиной, лишь тяжело кивнул. Для них Сакура была «тихой гаванью», миром, в который они возвращались с войны. Она знала всех героев и все планы, но Майки выстроил вокруг неё невидимую стену контроля, за которую ужасам банд вход был строго воспрещен.       Майки искренне верил, что так он спасает её от внешних врагов. Он и не подозревал, что в самой глубине его собственной банды, в тени его спины, уже затаился человек в очках — Тетта Кисаки. Тот, кто уже начал плести паутину, из-за которой Сакуре в итоге придется бежать из страны, теряя всё.       Флешбек окончен:Сакура начала медленно приходить в сознание на холодном полу подвала. В нос ударил запах сырости, а перед глазами всё еще стоял тот серьезный взгляд Майки из прошлого. Она поняла, что снова попала в ту самую «золотую клетку», от которой бежала десять лет.       Сакура с трудом разлепила веки. Холод бетонного пола пропитал одежду, а во рту пересохло. Тело ломило, но физическая боль была ничем по сравнению с тем грузом, который обрушился на неё вместе с воспоминаниями.       Она еле поднялась, цепляясь пальцами за шершавую стену. Голова кружилась, и Сакура не знала, сколько пробыла в отключке — час или целую вечность. В полумраке подвала, среди запаха плесени и пыли, перед её глазами всё еще стоял образ Майки из того солнечного дня. Его улыбка, его обещание защитить, его рука, сжимающая её ладонь.       — Где всё пошло не так?... — едва слышно прошептала она в пустоту.       Голос прозвучал хрипло и чуждо. Десять лет она строила новую жизнь, превращалась в другого человека, училась быть сильной и независимой рядом с Наруто. Но стоило Дракену произнести это имя, как вся её защита рассыпалась, словно карточный домик.       Она вспомнила, как контроль Майки постепенно превращался в удавку. Как его «забота» становилась стеной, за которой она переставала быть личностью. А теперь она снова здесь, запертая в подвале по его тени.       Сакура сделала глубокий вдох, стараясь унять дрожь в руках. Она понимала: Дракен не отпустит её просто так. Если он пошел на похищение, значит, ситуация с Майки действительно критическая.Внезапно за дверью послышались тяжелые шаги. Скрежет засова больно ударил по ушам, и в щель между дверью и косяком ворвался тусклый свет из коридора.

***

      Дверь в кабинет Наруто распахнулась без стука. На пороге стоял Шуджи Ханма. Невероятно высокий, худощавый, с небрежно зачесанными вверх двухцветными волосами. На тыльных сторонах его ладоней красовались знаменитые татуировки: «Грех» на одной и «Наказание» на другой. Его вечная ехидная ухмылка сейчас отсутствовала — взгляд был предельно собранным. Ханма был человеком Сакуры. Их свел Гаара несколько лет назад, и после того как Сакура вытащила его из серьезной передряги, Шуджи присягнул ей на верность. Он был её глазами и ушами в тех местах, куда Наруто со своими официальными отрядами предпочитал не соваться.       Шикамару, стоявший у карты города, поднял голову. Наруто даже не обернулся, продолжая смотреть в окно, но его плечи напряглись.       — Один из борделей в квартале красных фонарей, — голос Ханмы прозвучал глухо. — Госпожа там. Мои люди засекли машину Дракена тридцать минут назад.       Наруто резко развернулся. В его глазах вспыхнул опасный огонь. Он не стал задавать лишних вопросов — если Ханма сказал «там», значит, информация проверена на сто процентов.       – Выдвигаемся, — коротко отчеканил Наруто, хватая со спинки кресла свой пиджак.       Шикамару быстро свернул карту и последовал за ним — Я подготовлю группу прикрытия, чтобы не привлекать лишнего внимания полиции квартала.       — Плевать на полицию, — бросил Наруто, уже выходя в коридор. — Ханма, веди.       Ханма лишь молча кивнул, его длинные пальцы с татуировками непроизвольно сжались в кулаки. Он знал, на что способен Наруто в гневе, но сам он жаждал расправы не меньше. Посягнуть на Сакуру — значило подписать себе смертный приговор.       Они быстро спустились к машинам. Гул мощных двигателей разорвал тишину двора. Колонна из трех черных внедорожников сорвалась с места, направляясь в сторону огней квартала красных фонарей.

***

      Тяжелая дверь подвала со скрипом поддалась. Двое охранников, не церемонясь, подняли Сакуру на ноги и повели обратно наверх. Когда её завели в просторный кабинет, она зажмурилась от яркого света.       У окна, рядом с Дракеном, стояли еще двое. Сакура замерла, и на её лице отразилось искреннее удивление.       Такемичи Ханагаки сильно изменился. Исчез тот вечно плачущий подросток с нелепым начесом. Перед ней стоял взрослый мужчина в строгом черном пальто. В его взгляде больше не было детской наивности — только глубокая, выжженная годами усталость и решимость человека, который видел слишком много смертей.       Рядом с ним стоял Чифую Мацуно. Он сохранил свою фирменную прическу, но черты лица стали резче, мужественнее. Его взгляд, когда-то преданный и открытый, теперь казался настороженным и холодным, как у опытного бойца, который привык всегда ждать удара.       — Всё-таки она жива... — Такемичи тяжело вздохнул, и в этом вздохе слышалось не облегчение, а настоящее отчаяние. Он прикрыл глаза рукой, будто до последнего надеялся, что это ошибка. — Значит, всё, что мы строили эти десять лет, может рухнуть в один миг.       Сакура медленно обвела их взглядом. Несмотря на то, что её руки всё еще подрагивали после обморока, она нашла в себе силы выпрямиться.       — Такемичи... Чифую... — тихо произнесла она. — Вы и правда изменились. Время никого не щадит, верно?       Чифую сделал шаг вперед, внимательно изучая её лицо — Мы думали, что похоронили тебя вместе с той аварией. Майки сходил с ума, а ты всё это время просто... жила другой жизнью?       — Я выживала, — отрезала Сакура, и в её голосе прорезались те самые стальные нотки, которые она переняла у Наруто. — И я не просила вас меня искать.       Дракен, до этого молча куривший у стола, подошел к ним.       — Теперь ты видишь? — обратился он к Такемичи. — Она здесь. И она — наш единственный шанс вытащить Майки из той пропасти, в которую он падает.       Такемичи снова посмотрел на Сакуру. В его глазах читалась мольба, смешанная с горечью — Сакура, Майки... он больше не тот человек, которого ты знала. Если ты не поможешь, «Бонтен» окончательно зальет город кровью.       Слова Такемичи ударили Сакуру сильнее, чем любой физический удар. Она замерла, глядя на него широко открытыми глазами. Тот самый добрый, вечно сочувствующий Такемичи теперь смотрел на неё с такой неприкрытой ненавистью, что воздух в комнате стал ледяным.       — Если не хочешь проблем, будь тихой. Завтра мы летим в Токио, — отрезал он, поправляя манжеты своего пальто. Его голос был сухим и бездушным.       — Почему... почему снова? — прошептала Сакура, и в её голосе послышались надрывные нотки. — Почему ты снова заставляешь меня проходить через всю эту боль? Ты хоть понимаешь, чего мне стоило забыть?       Такемичи резко шагнул к ней. Его лицо исказилось от ярости, которую он копил десять лет.       — Боли? — переспросил он с горькой усмешкой. — Не меньше боли ты причинила Манджиро. Сначала бросила его, когда он нуждался в тебе больше всего. После завела интрижку с его злейшим врагом, слив ему всю информацию о «Тосве»...       Чифую, стоявший рядом, отвел взгляд, сжимая челюсти. Дракен продолжал молча курить, выпуская густой дым, который окутывал комнату.       — И вот вишенка на торте, — Такемичи понизил голос до ядовитого шепота, — ты убила его брата. А потом трусливо инициировала свою смерть, чтобы избежать расплаты. Он искал тебя, Сакура... Он сходил с ума, превращаясь в монстра, пока ты просто стирала прошлое и начинала новую жизнь под крылом своего «защитника».       Сакура покачнулась, будто от сильного толчка. Каждое слово было как нож. Ложь, перемешанная с правдой, создавала ту самую паутину, которую когда-то сплел Кисаки, и теперь даже её старые друзья верили в этого монстра, которым её выставили.       — Ты... ты действительно веришь в это? — её голос сорвался. — После всего, что мы прошли...       — Я верю фактам, — отрезал Такемичи. — И факты говорят, что из-за тебя Майки сейчас на грани полного безумия. Завтра ты предстанешь перед ним. И молись, чтобы у него осталось хоть каплю того милосердия, которое ты когда-то знала.       В этот момент здание содрогнулось. Где-то внизу, на первом этаже борделя, раздался грохот выбитой двери и сухой треск выстрелов.       — Кажется, твой «новый мир» пришел за тобой раньше, чем мы ожидали, — процедил Чифую, доставая пистолет и снимая его с предохранителя.       Сакура еле поднялась с пола. В голове все еще стоял образ Майки из солнечного прошлого, но реальность была другой. Перед ней стояли Дракен, Чифую и взрослый Такемичи. Она посмотрела на них и произнесла лишь одно имя: — Тетта Кисаки.       Дракен, Чифую и Такемичи заметно напряглись. Они были здесь именно из-за него. Они знали, что Кисаки — тот, кто превратил Манджиро Сано в монстра, которым он является сейчас. Этот змей использовал ситуацию с Сакурой и взял Майки под свой полный контроль. Кисаки начал собирать людей, и под его влиянием Манджиро создал новую группировку — «Бонтен». Теперь эта организация подмяла под себя всё: наркоторговлю, проституцию и другие преступные сферы.       Дракен и остальные знали, как Кисаки повлиял на Майки. Поэтому, когда они узнали, что Сакура жива, Дракен лично пришел за ней, чтобы отвезти её к Манджиро. Но он даже не догадывался о кознях, которые Кисаки провернул за их спинами, используя имя Сакуры.       — И что ты хочешь этим сказать? — Дракен нахмурился, в упор глядя на Сакуру. — Кисаки?       Сакура чувствовала, как подрагивают пальцы, но внешне старалась сохранять спокойствие. Ей нужно было потянуть время, еще совсем немного, пока Наруто и Ханма не доберутся до этого этажа. Но Чифую, всегда бывший проницательным, заметил её бегающий взгляд и то, как она прислушивается к шуму в коридоре.       — Первые два года после моего расставания с Манджиро... — начала Сакура, и её голос дрогнул от настоящей, невыдуманной боли. — Меня похитил Кисаки. Все эти два года он держал меня в каком-то подвале.       Чифую и Такемичи замерли. Дракен медленно опустил руку, в которой держал сигарету.       — Он не просто держал меня там, — продолжала она, глядя в одну точку. — Он создавал ту самую иллюзию моего «предательства». Пока вы думали, что я гуляю по Осаке с его врагами, я гнила в темноте, а он использовал мои вещи, мой почерк и мои волосы, чтобы подбрасывать Майки улики. Он ломал его через меня, хотя я даже не знала об этом.       Такемичи побледнел, его губы задрожали — Но... как? Мы видели отчеты, мы видели фотографии...       — Вы видели то, что Кисаки хотел, чтобы вы видели, — отрезала Сакура. В этот момент в коридоре раздался оглушительный грохот — дверь в общую залу борделя была окончательно снесена. Послышались крики охраны и звук быстрых, тяжелых шагов.       Чифую мгновенно вскинул пистолет, целясь в дверной проем кабинета.       — Дракен, к нам гости. Она тянула время.       Дракен резко обернулся к двери, загораживая собой Сакуру, но теперь уже не для того, чтобы защитить, а чтобы не дать ей сбежать.       — Похоже, твои спасители уже здесь, — процедил он.       Дверь кабинета разлетелась в щепки, и внутрь первым ворвался Ханма. Его длинная фигура в свете дверного проема казалась зловещей тенью. С безумным оскалом и азартом в глазах, он не стал ждать — перестрелка вспыхнула мгновенно.       — Скучали, ублюдки?! — взревел Шуджи, вскидывая оружие.       За его спиной в кабинет хлынули люди Наруто в строгих черных костюмах. Комната наполнилась оглушительным грохотом выстрелов и едким пороховым дымом.       Бойня в кабинете. Чифую среагировал молниеносно: он перевернул массивный дубовый стол, создавая баррикаду, и открыл ответный огонь. Пули с хрустом вонзались в стены, выбивая щепу и штукатурку. Дракен, обладая звериным чутьем, в последний момент успел дернуть Сакуру за плечо, увлекая её на пол, чтобы она не попала под перекрестный обстрел.       — Уводите её! — крикнул Дракен Такемичи, прикрывая их своим телом и отстреливаясь от наступающих людей Ханмы.       Сакура не собиралась быть пешкой в этой игре. Пока в кабинете гремели выстрелы и летала щепа, она улучила момент. Такемичи, который пытался удержать её за плечо, даже не успел понять, что произошло — резкий захват, отточенное движение, и он полетел через её плечо, с грохотом врезавшись в остатки стола.             Она рванула к выходу, проскакивая мимо опешивших людей в костюмах. Лестница казалась бесконечной. Сакура перепрыгивала через две ступени, чувствуя, как сердце колотится в самом горле. В какой-то момент заколка не выдержала, и тяжелый парик, скрывавший её личность все эти годы, сорвался с головы.       — Чёрт! — выругалась она сквозь зубы. Длинные розовые пряди рассыпались по плечам, ярко выделяясь на фоне серого бетона и пыли. Она больше не была «госпожой» из Осаки, она снова стала той самой Сакурой, которую когда-то знал весь Токио.       Осталось всего несколько шагов до тяжелых дубовых дверей выхода. Свобода была так близко, но ноги, ватные от пережитого стресса и обморока, подвели в самый неподходящий момент. Сакура запнулась о край ковра и плашмя рухнула на пол прямо перед самым порогом. Глупо. Слишком глупо.       Она попыталась подняться, опираясь на локти, но тень, упавшая на неё сверху, заставила её замереть. Сакура медленно подняла голову.       На верхней площадке лестницы, сложив руки на груди, стоял Наруто. Он не выглядел злым. Наоборот, на его лице играла та самая мягкая, но пугающая улыбка, которую он приберегал для моментов, когда всё шло именно по его плану. Он смотрел на её распустившиеся розовые волосы, и в его глазах читалось странное удовлетворение.       — О, нашлась, — негромко сказал он, и его голос эхом разнесся по холлу.       Сакура встала, чувствуя, как дрожат колени. Когда Наруто подошел к ней, она лишь слабо улыбнулась — она была просто счастлива видеть его здесь. Его присутствие означало, что она больше не одна против призраков прошлого. Но в тишине холла раздался голос Дракена:       — А Манджиро знает, что ты помогаешь ей, Наруто?..       Наруто медленно обернулся. Его голубые глаза встретились с глазами Дракена. Наруто был крупным игроком, и его интересы давно переплелись с делами Манджиро Сано. Они были партнерами по бизнесу, и именно из-за Манджиро Наруто когда-то встретил Сакуру. Тогда же он увидел Хинату, которая была рядом с ней, и влюбился в неё. Сакура стала для него близким другом, чью тайну он оберегал все эти годы.       — Манджиро знает то, что ему положено знать, — отрезал Наруто. — Наши дела касаются бизнеса. Сакура — это личное.       Дракен усмехнулся, хотя взгляд его оставался тяжелым.       — Личное? Ты прячешь женщину, которую он считает виновной в смерти брата. Если я нашепчу ему, что его «верный партнер» Наруто всё это время водил его за нос... последствия будут необратимы. Ты готов рискнуть Хинатой ради неё?       Сакура замерла. Она знала, что Дракен не остановится ни перед чем. И теперь Наруто, который просто хотел ей помочь, оказался под прицелом.       — Хината в безопасности, — спокойно ответил Наруто. — А Сакура уходит со мной. Если Майки хочет поговорить об этом — пусть приходит сам.       Ханма, стоявший у подножия лестницы, перехватил поудобнее свой нож и оскалился — Ну что? Будем и дальше спорить или разойдемся красиво? Учти, мои ребята снаружи не такие терпеливые, как Наруто.       Дракен пристально посмотрел на Сакуру — Сакура... он до сих пор любит тебя... сделай хоть что-то доброе в своей чёртовой...       Сакура не дала ему закончить — Дай мне время подумать.       — Неделя, — отрезал Дракен.       Из-за потасовки и перестрелки серьезно пострадал Чифую. Дракен, поддерживая раненого друга, покинул здание вместе с Такемичи.       Сакура ушла вместе с Наруто, Ханмой и их людьми. Вскоре она встретилась с Хиной. Увидев Сакуру в таком состоянии — с растрепанными розовыми волосами вместо привычного парика и следами борьбы — Хината молча обняла её, давая понять, что она рядом.       Наруто наблюдал за ними со стороны. Он понимал, что эта неделя изменит всё. Его партнерство с Манджиро Сано теперь висело на волоске, а безопасность Хины и Сакуры стала его главным приоритетом. Пока Сакура пыталась прийти в себя в руках подруги, Наруто уже обдумывал, как защитить их от того, что последует за этим ультиматумом.

***

      Прошло несколько дней, но для Сакуры они слились в одну бесконечную, серую полосу. Она просто существовала, запертая в стенах дома, который больше не казался ей крепостью. Все её мысли, против её воли, возвращались к одному человеку — Манджиро Сано.       Это была мучительная двойственность, разрывающая её душу на части. Сакура всем сердцем любила его: того мальчика с бездонными глазами, который обещал ей весь мир. Но она также и ненавидела его всем сердцем — за то, что он позволил тьме забрать себя, за то, что поверил в её предательство, и за ту боль, которую он теперь сеял вокруг, став главой «Бонтена».       Она часами сидела у окна, глядя в пустоту, и постепенно плотина, которую она строила десять лет, начала рушиться. Воспоминания, яркие и болезненные, хлынули нескончаемым потоком...       Флешбек:Это было время, когда «Тосва» еще была семьей, а не карательной организацией. Лето, пахнущее раскаленным асфальтом и выхлопами байков.       Майки сидел на ступеньках храма, положив голову на колени Сакуре. Он выглядел таким уставшим и одновременно таким спокойным только рядом с ней. Сакура перебирала его светлые волосы, а он тихо говорил о будущем — о том, что когда-нибудь наступит эра, где им не придется драться.       — Сакура, — позвал он тогда, не открывая глаз. — Пообещай мне одну вещь. Если я когда-нибудь потеряю путь... если я стану тем, кого ты не узнаешь... просто будь рядом. Твой голос — единственное, что может вернуть меня назад.       Тогда это казалось просто красивыми словами. Сакура улыбалась, целуя его в макушку, и верила, что их любовь сильнее любой тьмы. Она не видела, как за углом, в тени деревьев, за ними наблюдал Кисаки. В тот день Тетта впервые понял: чтобы уничтожить Манджиро Сано, нужно не бить его самого, а уничтожить ту, кто держит его за руку.       Сакура Харуно стала его единственным слабым местом, и Кисаки, как истинный хищник, безошибочно использовал эту слабость. Он планомерно выжигал всё человеческое в Майки, превращая его любовь в ядовитую ненависть.             Сейчас «Бонтен» — это уже не подростковая банда, и даже не просто преступная группировка. Это мощный синдикат, живущий по законам якудза, где дисциплина держится на тотальном страхе, а любые отклонения от правил смываются кровью. В этом мире нет места сантиментам, а за ошибки платят жизнью. Наруто всё чаще погружался в тяжелые думы. Он, как никто другой, понимал суровый кодекс этого мира: предательство карается смертью.       Формально Наруто никогда не предавал Манджиро в бизнесе. Он был надежным партнером, их сделки всегда были чистыми, а обязательства — выполненными. Но Наруто понимал, что в глазах главы «Бонтена» бизнес — это лишь вершина айсберга. Тот факт, что он десять лет укрывал женщину, которую Майки считал своим главным врагом и личным проклятием, менял всё.       Для Майки это не просто «укрывательство». Это личное оскорбление, удар в спину от человека, которому он доверял свои активы. Скрыть Сакуру от него — значит сделать его дураком в глазах всего криминального мира. И Наруто осознавал: когда правда всплывет, Майки не будет смотреть на годовые отчеты или прибыль. Он увидит перед собой того, кто украл у него шанс на возмездие — или на искупление.       Сакура сидела в своей спальне, окруженная роскошью, которая больше не приносила утешения. Она смотрела на эскизы, разложенные на дорогом шелке покрывала. Сейчас она была не той испуганной девчонкой, которую Кисаки когда-то запер в подвале. Она стояла на вершине, которую воздвигла сама, кирпичик за кирпичиком.       Её бренд — Ateezz — стал настоящим феноменом. Это было не просто имя, это была её новая кожа, её броня. Каждая сумка, каждый аксессуар были пропитаны её силой и желанием доказать миру, что она жива. Сейчас бренд был на пике популярности. Весь модный мир замер в ожидании: через считанные дни должна выйти новая серия лимитированных сумок, за которыми охотились коллекционеры от Парижа до Нью-Йорка.       Цена этого успеха была огромной. Она поставила на кон всё: свою прошлую личность, свою безопасность и даже право на имя «Сакура Харуно». Десять лет труда, бессонных ночей и борьбы за место под солнцем.       Готова ли она бросить всё это? Готова ли она уничтожить «Ateezz», исчезнуть с радаров и снова превратиться в тень рядом с монстром, в которого превратился Майки?       Она провела пальцами по гладкой коже эскиза. Вернуться к Майки означало признать, что Кисаки победил — что прошлое всё-таки догнало её и затащило обратно в грязь «Бонтена». Если она уедет с Дракеном, «Ateezz» умрет вместе с её нынешним статусом. Наруто не сможет защитить её бизнес, если Майки решит его уничтожить.

***

      Хината медленно поливала цветок на подоконнике, наслаждаясь тишиной своей квартиры. Внезапный щелчок замка заставил её улыбнуться — она знала этот звук. Наруто вошел в комнату, выглядя уставшим от бесконечных дел и переговоров, и молча обнял её сзади, утыкаясь носом в плечо.       — Ты голоден? — тихо спросила Хината, накрывая его ладони своими.       — Да... — выдохнул он, на мгновение расслабляясь в её тепле.       — Я накрою на стол... — Хината мягко высвободилась и ушла на кухню. Ей до безумия нравились эти редкие, скромные моменты. В такие минуты казалось, что нет никаких банд, никакого «Бонтена» и опасных сделок — только они, обычные люди в обычном доме. Наруто прошел за ней и сел за стол, наблюдая, как она расставляет тарелки. Между ними завязался тихий разговор о прошедшем дне, который плавно перетек в воспоминания о том, как всё началось.       Флешбек:Это был солнечный день в Токио, много лет назад. Хината, Сакура и Эмма только что вышли из кинотеатра, обсуждая фильм, и зашли перекусить в небольшое кафе. Сакура тогда впервые познакомила Эмму с Хинатай, и девушки быстро нашли общий язык.       — Мне нужно забрать ключи у Майки, он тут рядом. Пойдете со мной? — предложила Эмма, доедая десерт.       Подруги согласились. Они нашли Майки и Дракена неподалеку от стоянки байков. Но стоило им подойти, как тишину улицы разрезал рев мощного мотора. Черная тонированная машина на огромной скорости гнала по дороге, едва не зацепив пожилую женщину, переходившую улицу. Автомобиль резко затормозил, взвизгнув шинами. Бабушка от испуга выронила пакеты, и продукты рассыпались по асфальту. Все ребята замерли, ошеломленные такой наглостью водителя, но Хината среагировала первой.       Она бросилась к старушке, помогла ей подняться и собрать продукты, а затем, выпрямившись, решительно дала водителю знак выйти из машины.       Дверь открылась, и из салона вышел Наруто. Он выглядел как человек, который привык, что ему всё сходит с рук, но в тот день его ждал сюрприз. Хината, обычно такая тихая и скромная, выдала ему такую тираду и так сильно наругала за неосторожное вождение, что даже Наруто впал в ступор. Он стоял, хлопая глазами, совершенно шокированный тем, что эта маленькая хрупкая девушка ни капли его не боится.       Майки и Дракен, наблюдавшие за этим со стороны, тогда едва сдерживали смех, а Сакура лишь покачала головой, понимая: Наруто только что встретил свою судьбу. Вернувшись из воспоминаний в реальность, Наруто усмехнулся, глядя на Хинату, которая как раз ставила перед ним тарелку с горячим ужином.       — Ты и тогда была грозной, Хината, — подмигнул он ей.       Хината покраснела и села напротив. Но тень тревоги всё равно промелькнула на её лице. Она знала, что сейчас, когда Дракен поставил ультиматум, те беззаботные времена кажутся еще более далекими.