Ломота

Идти пришлось недолго – его дом был чуть ли не в само́м лесу. Но Джон и не торопился. Весь путь он разглядывал смолистые волосы, бледную кожу своего нового знакомого. А ведь он даже имени его не спросил. Дойдя до своей небольшой хижины, он с трудом открыл дверь одной рукой. Все окна были зашторены, внутри стоял абсолютный мрак. Удобно, когда видишь в темноте. Джон уложил парня на диван, и стал думать, что с ним делать. Взгляд бегал по многочисленным ушибам и ранам, которые виднелись из-под порванной куртки. Джон осторожно стянул рукава, оставив его лежать на ней. Под тканью одежды скрывалось ещё больше различных типов ран. Джон гулял глазами по каждой из них, пока не остановился на своём собственном укусе. Кровь продолжала течь из двух ранок, сливаясь в одну струйку. Есть-то всё ещё хотелось. Джон посмотрел на часы на стене. До рассвета ещё долго. Ладно, с этим потом разберётся. По его непрофессиональной оценке некоторые синяки были совсем свежими, и многие порезы тоже. Ну... Лёд у него вроде был. Он открыл морозилку, обнаруживая один последний пакет. Наверное, хватит... Джон разделил кубики по пластиковым стаканчикам и завернул в полотенца. Вернулся к парню, приложил к одной руке, ко второй. Остальными ранами в основном были порезы, и Джон не мог оторвать взгляд от кровяных следов на коже. Обработать их, что ли... Пока совсем аппетитно выглядеть не стали. Джон пошёл за аптечкой, параллельно размышляя о том, когда же он может проснуться. И что будет, если Джона не будет дома в этот момент. Хотелось бы, конечно, чтобы он полежал так до рассвета, Джон как раз успеет поесть. Маленький чемоданчик с медикаментами пылился в шкафу уже давно. С новой хорошей регенерацией она была не особо нужна Джону, он пользовался ей только в критические случаи. Странную радость приносила мысль о том, что сейчас он использует её не для себя. С другой стороны, Джон понимал, что рад тому, что нашёл своего соулмейта. Только вот что теперь с ним делать? Все говорили, что со своей родственной душой люди проводят всю оставшуюся жизнь. Но как сделать так, чтобы этот человек действительно остался? Одиночество вечно преследовало его. С приходом вампиризма так он вообще перестал общаться с людьми. Его друзья всегда пропадали, не успев появиться. Буквально. Некоторые из них погибли, некоторые резко обрывали общение. А что, если этот тоже умрёт? Джон ведь сам чуть не убил его. Да и тот был не против самостоятельно свести счёты с жизнью. Странно было заботиться о ком-то, кроме себя. Обрабатывая раны и неумело забинтовывая их, Джон шипел от воздействия перекиси и удивлялся бесчисленному количеству этих ран. Их было так много, что Джон начинал понимать, что дальше тут и правда только самоубийство. Хотя это было достаточно ожидаемо, учитывая, сколько раз за день он чувствовал чужую боль. И где это его так отделывают? Джон бы с огромным интересом послушал, почему срываются его самые вкусные ужины. Очередь дошла до его укуса. Кровь продолжала течь. Тягучая, алая-алая. Клыки обнажились сами собой. Так хотелось есть. Так хотелось попробовать её. Кровь своей родственной души. Кровь своего человека. И следующее, что Джон понял – он припал губами к его плечу. На языке чувствовался такой желанный металлический вкус. Зрачки сузились, он резко отпрянул. Он пил его кровь. О, нет... Да что с ним?! Почему он не может совладать с собственным голодом? Он выбежал в ванную, плеснул себе в лицо холодной воды. Неужели, он действительно начинает становиться бесчеловечной тварью? Почему именно сейчас? Почему именно тогда, когда он нашёл того, кто сможет избавить от одиночества? Уже через минуту голод проснулся снова, царапая грудь. Джон метнулся к выходу из дома. Радовало одно – раз уж сегодня его соулмейт валяется здесь, то можно выбрать что-нибудь посытнее. — Ну, приятель, надеюсь, ты проснешься только утром. *** И действительно, благодаря спокойствию во всём теле Джон мог сконцентрироваться гораздо лучше и ему удалось полакомиться самой вкусной, самой адреналиновой кровью за последнее время. Он вернулся домой под утро, и обнаружил, что парень уже очнулся. Он сидел на диване и тупо смотрел в одну точку, даже никак не отреагировал на то, что Джон пришёл. — Э-эй... – вампир подошёл поближе, помахал перед ним рукой. — Всё нормально? Тот ещё пару секунд просидел так, прежде чем резко дёрнуться и посмотреть на него. Джон вздрогнул от испуга. — Ты чё, блин! – отпрянул он, посмотрев в его пустые глаза. — Ты кто? – вдруг спросил парень. Джон едва воздухом не поперхнулся. — Я??? Конь в пальто! Я твой соулмейт, вообще-то! Я, так-то, тебя сюда притащил, подлатал, а ты! – возмутился он. — Меня, кстати, Джон зовут, – не упустил возможности наконец познакомиться вампир, протягивая ему руку. И только сейчас до него дошло, что в доме всё это время стояла кромешная тьма. — Егор Линч, – глухо представился тот и, наверное, наугад пожал его руку. В его глазах появлялась ясность. Про себя Джон решил, что «Линч» звучит прикольно, и он будет звать его так. А пластыри, оказывается, шли его зелёным глазам. Джон отошёл к выключателю и врубил свет. Линч резко зажмурился, прикрыв глаза рукой. Джон усмехнулся, вернулся обратно и плюхнулся на диван рядом с ним. Можно попробовать снова задать интересующий вопрос. — Слушай, Линч, ты где всё это заработал-то? – спросил он, обведя его рукой. Тот опустил взгляд на свои руки, будто впервые замечая на них бинты и пластыри. В его глазах промелькнуло что-то, похожее на удивление. Линч хмыкнул, невесомо проведя пальцем по еле живой коже. — Заработал, – ответил он. Джон оценил игру слов. — А кем работаешь? Снова тишина. Джон решил пока закрыть эту тему. Возможно, когда-нибудь Линч сам ему расскажет. Тот ещё раз коснулся повязок подушечками пальцев и спросил: — Ты забинтовал...? — Ну, а кто ещё-то... – протянул Джон, вглядываясь в его лицо. Синяки под глазами были слишком темными. Взгляд слишком мутным. Голос сухим. Он словно был живым только наполовину. Через несколько секунд уголки его губ чуть приподнялись. — Спасибо. — Да забей, – Джон махнул рукой и откинулся на спинку дивана. Повисло молчание. И его резко прервало урчание живота. Джон покосился на Линча. Тот продолжал молча сидеть, как ни в чем не бывало. И тут Джон спохватился. Ему самому-то обычная еда не нужна, а вот человеку – ещё как! Тем более, он непонятно где был и когда ел за последние сутки. Джон встал, пошёл на кухню, которая, в целом, была почти одной комнатой с гостиной. — Что будешь есть? – поинтересовался он. Линч долго молчал. — Не стоит, я лучше дома, – наконец ответил он. Джон нахмурился. — Так-то невежливо отказываться от еды в гостях, – бросил он и заглянул в шкафчик под столешницей. Он давненько не выходил за продуктами человеческой еды. В последнее время он только и делал, что работал и охотился. Но готовка была его хобби ещё до вампиризма, ему нравилось находить новые рецепты. Линч на это ничего не ответил. Джон решил приготовить что-то быстрое. Макароны с фрикадельками и салатом, например. Пока Джон кипятил воду, Линч вдруг проговорил: — Получается, ты мой соулмейт-вампир?.. Джон насторожился. Линч расстроен? Разочарован? Напуган? — Ну... Да, – он несколько неловко улыбнулся. — А что? Линч вздохнул. — Я охочусь на нечисть, – устало выдал он. — Моя работа – ловить таких, как ты.