Право сильного

Выйдя из приюта Северус взмахнул палочкой, вызывая волшебный омнибус. После того, как Том Марволо Реддл занял, точнее захватил пост Верховного Лорд-Министра, в магическом обществе Британии произошли серьёзные изменения. Во-первых, все, кто не принадлежал к «чистокровным» семьям, автоматически и безапелляционно были объявлены «простыми», то есть магами, чей магический потенциал настолько ничтожен, что пытаться использовать его не было никакого смысла. Отныне лишь «чистокровные» имели право колдовать и использовать палочки. Остальным же приходилось довольствоваться максимум зельями, которые варились больше для души, чем на поток такими увлекающимися магами, как Снейп. Таким образом, вступило в силу постановление, что магия – это дар, который можно получить только с «чистотой» крови. Если же магия тебя не слушается, то и палочку тебе иметь нет смысла. Во-вторых, Министерство (по прямому указанию Лорда) ввело обязательную «вакцинацию» для всех детей, что были рождены в семьях «простых», а также для тех, кто попадал в приют (что было довольно логично – если ты «чистокровный», то вряд ли окажешься в подобном месте). Посредством инъекции вводился состав на основе крови дементора и нескольких особо сильных подавляющих зелий. Он не уничтожал магию полностью, но «закупоривал» каналы настолько, что даже «детские» стихийные выбросы проявлялись как внезапный приступ боли или лихорадка. Постепенно дети привыкали, что это болезнь, которую нужно учиться подавлять. А спустя несколько месяцев после введения этой «вакцинации» в обязательный перечень услуг для детей – ей подверглись и все «нечистокровные» взрослые. Следствием всех этих предпринятых мер даже такие, казалось бы, простые и привычные для магов вещи, как аппарация, для «простых» могли обернуться сильной головной болью, тошнотой и прочими неприятными последствиями. Поэтому вызов экипажа для доставки юношей к Малфой-мэнору являлся той необходимостью, с которой приходилось считаться. Сверкающий лаком омнибус мягко затормозил у ворот приюта. Для Гарри и Драко, привыкших к серости «Тихой гавани», этот вид транспорта казался верхом роскоши. Гарри замер, глядя на то, чтό было впряжено в повозку. Огромные, костлявые существа с перепончатыми крыльями и белёсыми глазами казались воплощением самой ночи, но в их движениях была странная, пугающая грация. – Сэр… – Гарри запнулся, глядя на Снейпа. Тот замер, ожидая проявления глупого восторга, но мальчик во все глаза смотрел на пустое пространство перед омнибусом. – Можно мне к ним подойти и… погладить? Я никогда не видел таких… лошадей. Северус застыл. Он медленно перевёл взгляд с пустой упряжи на Гарри. «Он их видит! Не просто чувствует магию, а видит проводников смерти, несмотря на блок!..» – эта мысль обожгла зарождающимся интересом. – Ты видишь их, Поттер? – голос Снейпа понизился почти до шёпота. – Да, сэр. Они… они прекрасны, по-своему. – Гарри протянул руку, и один из фестралов мягко ткнулся мордой в его ладонь. Люциус, стоявший рядом, лишь недоумённо приподнял бровь, глядя, как мальчишка гладит воздух, но ничего по этому поводу не сказал, пригласив всех в экипаж. Драко же привычно хмыкнул. У Гарри иногда случались подобные «приступы странности» – ни другие, ни он сам не могли объяснить их. Но для Драко это не было чем-то пугающим. Просто особенность. У кого их нет? Когда они вошли в салон, Люциус, заметив, как мальчики восторженно и вместе с тем робко озираются, снисходительно кивнул в сторону винтовой лестницы. – Можете подняться наверх, на империал, – бросил он, усаживаясь в мягкое кресло рядом с Северусом. – Наслаждайтесь видом, пока мы не покинули пределы Лондона. Юноши, не заставляя себя ждать, взлетели на открытую верхнюю площадку.