Цветок, который вырос в холоде

Больничная палата Конохи была тихой. Свет мягко падал через окно, а за стеклом медленно двигались облака. Был спокойный день. На кровати лежал Каваки. Его грудь и руки были перевязаны бинтами, дыхание было спокойным, но всё ещё тяжёлым. Рядом с кроватью сидела Чочо Акимичи. Она сидела там уже несколько часов. Может даже дольше. Она смотрела на его лицо. И не отходила ни на шаг. Дверь тихо открылась. В палату заглянули Шикадай Нара и Иноджин Яманака. Шикадай тихо сказал: — Он ещё не проснулся? Чочо покачала головой. — Нет. Иноджин вздохнул. — Врачи сказали, что он поправится. Чочо тихо ответила: — Я знаю. Но её пальцы всё равно крепко держали его руку. Шикадай посмотрел на неё. — Ты ведь не отходила отсюда? Чочо слегка усмехнулась. — Конечно нет. Иноджин тихо сказал: — Это мило. Шикадай вздохнул. — Проблемно. Чочо посмотрела на них. — Идите уже. Они переглянулись. Иноджин улыбнулся. — Хорошо. Когда дверь закрылась, в палате снова стало тихо. Чочо снова посмотрела на Каваки. И тихо сказала: — Ты опять заставил меня волноваться. В этот момент его пальцы слегка шевельнулись. Чочо замерла. — Каваки? Он медленно открыл глаза. Несколько секунд он просто смотрел в потолок. Потом повернул голову. И увидел её. — Ты всё ещё здесь… Чочо фыркнула. — Конечно. Он тихо сказал: — Ты могла уйти. Она нахмурилась. — Я же сказала. Она слегка наклонилась ближе. — Я не уйду. Каваки смотрел на неё. Долго. Потом тихо сказал: — Я думал… Его голос был хриплым. — Что если уйду, тебе будет лучше. Чочо покачала головой. — Ты был идиотом. Он едва улыбнулся. — Я знаю. Она тихо сказала: — Я не хочу жизни без тебя. Каваки молчал. Потом медленно сжал её руку. И впервые за много лет сказал слова, которые действительно хотел сказать. — Тогда я больше никуда не уйду. Чочо улыбнулась. И впервые за долгое время… в её сердце стало спокойно. Потому что человек, которого она почти потеряла… наконец остался рядом.