Aurum. Argentum. Platinum.

      Холод накрыл двор у замка внезапно. Разговоры оборвались, кто-то судорожно вдохнул, кто-то сжал палочку так, что побелели пальцы. Ученики начали оборачиваться — сначала по одному, потом все сразу.       Со стороны Запретного леса летели дементоры. Их было много, слишком много. Они двигались плотной массой, не торопясь, уверенно, будто знали, что сопротивление будет недолгим. Под ними, вырываясь из темноты, ползли пауки — огромные, тяжёлые, с хрустом ломавшие ветки и камни. — Так… — тихо сказал Кингсли, делая шаг вперёд. — Это плохо.       Он поднял палочку, не оборачиваясь. — Всех учеников нужно отвести ближе к стенам из-под открытого огня. Держитесь вместе.       Римус встал рядом с ним, внимательно оценивая расстояние. — Дементоры идут слишком низко. Если они сомнутся в строй… — Мы их остановим, — сказал Артур, но голос у него был напряжённый, без уверенности.       Холод усиливался. У нескольких учеников дрогнули щиты, кто-то тихо всхлипнул. — Кингсли… — начал Римус, — если они прорвутся…       Он не договорил.       Прямо перед ними рухнул вниз чёрный туман. Всплеск магииударился о землю, закрутился, рассыпался — и из него шагнул человек.       Северус приземлился жёстко, побитый быстро нейтрализованным ступефаем, но уверенно, даже не покачнувшись. Мантия взметнулась и тут же опала. Палочка уже была в его руке. — Все назад, — коротко сказал он, не глядя на Орден. — Прикрывайте учеников. Кингсли моргнул. — Северус? — Живо! — крикнул зельевар.       Он сделал шаг вперёд, в самую границу холода, и поднял палочку выше. На долю секунды Северус прикрыл глаза, вспоминая фантомное тепло на своих губах от прикосновения любимого человека и в полной уверенности и спокойствии поднял палочку. — Expecto Patronum.       Магия вырвалась не лучом света, а мощной ударной волной.       Серебряный свет обрушился на врагов, как стена. Дементоров буквально отбросило назад — их вытолкнуло из воздуха, они закружились, потеряли строй, врезались друг в друга и с резким рывком и шипением исчезали в темноте.       Пауков сшибло с лап. Передние ряды перевернуло, остальных швырнуло обратно в лес, ломая деревья и корни. Земля дрогнула от удара.       Свет держался плотным щитом ещё пару секунд и постепенно затух.       Северус опустил палочку ровно настолько, чтобы в случае опасности отразить атаку. — Орден Феникса, — сказал он спокойно. — Вы прикрываете учеников. Скажите старостам, пусть уведут раненых в подземелья и окажут необходимую помощь. И ради Мерлина, уберите первокурсников с поля боя. Мне не нужны бессмысленные героические жертвы.       Кингсли выдохнул и кивнул. — Всё слышали директора? По местам! — Северус, — Римус сделал шаг вперёд, — А ты? — Волан-де-Морт знает о моем предательстве. Я задержу его, пока Поттер ищет крестражи.       Старший Уизли нахмурился. — Один? Северус, он убьёт тебя…       Северус усмехнулся — едва заметно. — Артур, я двадцать лет водил его за нос, и за эти двадцать лет я ни разу не сражался в полную силу. Пусть для начала попробует. — Я пойду с тобой, — Люпин хотел было сделать шаг к нему, но Снейп мерил его таким взглядом, что оборотню стало не по себе. — Твоя жена сейчас уводит младшие курсы в безопасное место. Шёл бы ты к ней, Ремус, если заняться нечем.       Он уже разворачивался, когда добавил, чуть тише. — Одного меня на него хватит за глаза.       Зельевар снова растворился в чёрном тумане и рванул вперёд, в сторону разрушенных башен.       Кингсли смотрел ему вслед всего секунду, потом резко повернулся к остальным. — Восстанавливайте щиты, немедленно! Убрать студентов с улицы…       И только когда Орден начал двигаться, до всех дошло, что Северус Снейп принял удар на себя — чтобы у остальных была хотя бы одна возможность выстоять.

***

      Огонь в Комнате Выручай-комнаты больше не подчинялся ничему. Он вздымался волнами, срывался с потолка, ломал форму стен, превращая знакомое пространство в живое, ревущее чрево. Воздух был раскалённым, тяжёлым; каждое дыхание обжигало горло. Заклинания рассыпались в нём искрами, теряясь, как капли в шторме.       Гермиона держала диадему Кандиды Когтевран обеими руками. Металл был ледяным — чуждым, неправильным. — Гарри! — крикнула она, перекрывая рёв пламени. — Сейчас!       Он уже стоял рядом. В руке — клык василиска, тяжёлый, пропитанный древним ядом. На долю секунды Гарри посмотрел на диадему — слишком красивую для того, сколько смерти она в себе несла и с размаху воткнул клык в камень. Тёмная магия взмыла вверх, оглушая своим свистом всех, кто находился рядом.       Гермиона вырвала крестраж из рук друга и со всей силы пнула диадему по каменному полу — прямо в огонь. Пламя вспыхнуло ослепительно — и диадема исчезла, поглощённая огнём без следа, а комната захлопнула свои двери.       Не успел Гарри выдохнуть, как пришедший из ниоткуда удар в грудь заставил его упасть на колени. Мир перед глазами погас — и тут же вспыхнул снова, но уже чужими.       Визжащая хижина.       Серебристый свет луны пробивался сквозь щели в досках, ложился на пол неровными полосами. Воздух пах пылью, сыростью и кровью.       Северус стоял на коленях. Спина прямая, плечи напряжены, лицо — бледное, но спокойное. Он уже знал, чем это закончится.       Перед ним вышагивал Том Реддл, сверля бывшего союзника равнодушным взглядом. — Ты хорошо служил, Северус, — сказал он тихо, будто подводя итог. — Но всему есть конец. Даже твоей верности то.       Северус поднял взгляд. В нём не было мольбы. Только усталость — и принятие.       Вспышка. Боль ослепляюще резанула по шее. Гарри почувствовал её, как будто удар пришёлся по нему самому. Кровь хлынула мгновенно — горячая, липкая. — Нагайна, — спокойно произнёс Том. — Добей.       Из тени скользнуло огромное тело змеи. Беззвучно. Неумолимо. Северус попытался подняться — не успел.       Нагайна рванулась вперёд. Клыки сомкнулись на шее. Боль, холод, отчаяние — и последняя мысль, не страх, а ментальный зов.

«Прости меня. Я люблю тебя»

      До юноши наконец-то дошло — он пошёл один на встречу своей смерти. — Нет… — выдохнул Гарри.       Он резко вдохнул и снова оказался на полу Комнаты Выручай-комнаты. Сердце билось так, что, казалось, разорвёт грудную клетку. — Гарри! — Гермиона опустилась рядом. — Что ты видел?       Он поднял голову. Лицо было серым. — Он умирает, — сказал он надрывно. — Северус умирает. Сейчас. В Визжащей хижине…       Он вскочил на ноги. — И он пошёл туда один, — добавил он уже зло. — Как всегда.       Драко Малфой, стоявший у выхода, побледнел и сделал шаг назад. — Я… я должен уйти…       Он развернулся — и тут же был схвачен за шиворот. — Нет, — жёстко сказал Гарри. — Ты идёшь с нами. — Поттер, ты с ума… — Если он умрёт, — перебил Гарри. — Ты сможешь простить себе смерть своего крестного? Вряд ли. Так что заткнись, Малфой, и вспоминай уроки первой помощи…       Пространство рванулось.

***

      Кабинет зельеварения был холоден и пуст. Гарри двигался на чистом инстинкте. Он переворачивал склянки, сбивал локтем флаконы, разрушал все возможные защитные заклятиями, подстегиваемый страхом за дорогого человека, пока не нашёл нужный. — Экстракт бадьяна, — выдохнул он, сжимая бутылёк. — Нашёл…       И снова — аппарация.

***

      Визжащая хижина встретила их тихой пустотой. Такой, что закладывало уши.       Дверь распахнулась с глухим ударом, и холодный ночной воздух ворвался внутрь, смешавшись с запахом сырости, старого дерева и крови. Гарри сделал шаг — и сердце у него ухнуло куда-то вниз.       Северус лежал на полу. Чёрная мантия расползлась по доскам, волосы спутались, пропитанные кровью пряди липли к лицу и шее. Под ним уже натекла тёмная лужа. Грудь поднималась — редко, неровно. — Нет… — выдохнул Гарри, и ноги подкосились.       Он рухнул рядом, даже не заметив, как ударился коленями о пол. Руки сами нашли тело — холодное, слишком неподвижное. — Северус… — тихо, почти умоляюще.       Ответа не было.       Гарри осторожно, дрожащими руками приподнял его голову и уложил себе на колени, поддерживая затылок ладонью, чтобы ему было легче дышать. — Я здесь, — сказал он, не зная, слышат ли его. — Я успел. Слышишь? Я успел.       Северус слабо вздохнул. Горло дёрнулось — и из-под ладони Гарри выступила новая кровь. — Чёрт… — прошептал Гарри и резко обернулся. — Гермиона. Рон. Драко. Держите его. — Что? — Гермиона уже была рядом. — Руки. Плечи. Он может дёрнуться, — голос Гарри был резким, собранным, чужим. — Пожалуйста…       Они подчинились без вопросов.       Рон удерживал одно плечо, Драко — другое, Гермиона осторожно, но уверенно перехватила запястья Северуса, не давая им вырваться.       Гарри вытащил флакон.       Руки дрожали так сильно, что он на мгновение стиснул их в кулаки, заставляя себя успокоиться. — Поттер… — едва слышно. — Не говори, — тут же отрезал Гарри. — Экономь силы.       Он аккуратно отвёл окровавленные пряди волос, липкие, спутанные, открывая рану на шее. Вид был страшный — рваные края, следы клыков, яд, уже разошедшийся по коже тёмными прожилками. — Ты… — Гарри сглотнул. — Ты вообще понимаешь, что натворил?       Он не ждал ответа.       Кап.       Капля экстракта бадьяна упала на рану. Магия зашипела, будто живое существо, кожа под ней дрогнула, начала стягиваться. Северус резко дёрнулся, зашипел от боли — и Гермиона крепче сжала его руки. — Держите! — рявкнул Гарри. — Пожалуйста!       Он капал ещё. И ещё. Медленно. Осторожно. Следя, чтобы жидкость попала точно туда, где нужно. — Ты пошёл один, — говорил он, не поднимая взгляда. — Опять. Пошёл и ничего мне не сказал…       Ещё капля. — Ты даже не подумал, что я… что мы… — голос сорвался, но Гарри заставил себя продолжить. — Что я не смогу просто… пережить это.       Кровотечение замедлялось, но яд всё ещё был опасен. Гарри рванул край своей футболки, оторвал длинную полосу ткани и аккуратно, но плотно перемотал шею, поддерживая рану. — Дыши. Медленно. Вот так, — он сам показал, делая глубокий вдох и нежно проведя рукой по бледной щеке. — Смотри на меня.       Северус с трудом приоткрыл глаза. Взгляд был мутным, но узнающим. — Глупый… — выдохнул он. — Ты не должен… один…       Гарри наклонился ниже, почти касаясь лбом его виска. — Я не один, — сказал он жёстко. — И ты тоже. Никогда больше.       Он поднял голову и посмотрел на Драко. — Гриммо 12. Забери его туда, — голос не дрогнул. — Как только окажетесь там — зови Критчера и Добби. Скажи, что это мой приказ. Они знают, что делать.       Драко кивнул, бледный, но собранный. Северус попытался поднять руку, словно возразить. Гарри наклонился — и поцеловал его. Коротко. Крепко. Так, будто запечатывал обещание. — Я вернусь, — прошептал он. — Обещаю.       Гарри переложил Северуса на колени Драко, снял с себя медальон, протянув его блондину и сам активировал портключ.       Магия схлопнулась — и место, где только что был Северус, опустело. Гарри ещё секунду сидел на полу, глядя на пустоту у себя на коленях, словно тело всё ещё ощущало вес его головы, тепло, слабое движение дыхания.       Потом он резко поднялся. — Гарри… — начала Гермиона.       Он обернулся. Лицо было спокойным. Слишком спокойным. — Слушайте меня внимательно, — сказал он тихо, и в этом тоне не было места спорам. — У нас мало времени.       Рон выпрямился. — Что нужно делать? — Найдите родителей Драко, — ответил Гарри сразу. — Люциуса и Нарциссу. Скажите им, что их сын на Гриммо, в штаб-квартире Ордена. Пароль им не нужен. Что Северус там. — Он сделал паузу. — И что ему и Драко нужна помощь.       Гермиона кивнула, не задавая вопросов. — А потом, — продолжил Гарри, — вы найдёте змею.       Рон побледнел. — Нагайну? — Да, — сказал Гарри. — Она последний крестраж.       Ложь. Но им не обязательно знать об этом.       Он посмотрел на дверь, за которой скрывались ночь, замок, война. — Я закончу здесь, — добавил он тихо. — И убью Тома сам.       Гермиона шагнула ближе, сжала его руку. — Мы вернёмся. — Я знаю, — ответил Гарри. — Только сам не умри, — хмыкнул Рон. — Никто сегодня больше не умрёт.