Хочу видеть тебя рядом

Рубедо провёл свой абсолютно обычный день и вечером лёг спать. Но судьба была в эту ночь не так благосклонна к нему и не дала спокойного сна. Тот самый след от недавнего воспоминания дал о себе знать кошмаром, в котором проигрался весь момент, от начала и до конца, ещё больше травмируя парня. Он резко подскочил в середине ночи. Трясущейся мокрой и холодной рукой Рубедо провёл по своим пшеничным волосам, стараясь привести себя в чувство. Желание спать полностью улетучилось. Теперь юноша понял, почему после кошмаров младший вставал и шёл заниматься делами. Теперь настала и его очередь. И, разумеется, Рубедо совершенно не ожидал, что этот кошмар будет сниться ему каждую ночь, из раза в раз вызывая жуткое воспоминание. На второй день его уже до смерти раздражало, что он не может нормально спать… За две недели отсутствия в горах младшего брата случилось ещё две вспышки воспоминаний: одна — пока Рубедо занимался своими исследованиями, а вторая — пока он спал. Обе оказались очень болезненными, как в физическом, так и в ментальном плане. После подобных проявлений голова кружилась и грозила взорваться, но сильнее его терзала душевная боль. Рубедо медленно вспоминал своё детство. У него, оказывается, была мать… которая совершенно его не переносила, просто до глубины души. Но сколько бы парень не думал на эту тему, не мог понять, что лично он мог такого сделать, чтобы его захотелось скормить прямо живьем дракону. В день, когда должен был вернуться младший близнец, Рубедо шустро собрался и побежал ко входу на Драконий Хребет. У подножья люди разбили исследовательский лагерь, и Альбедо обычно проходил по тропе, ведущей через него. Рубедо спрятался за большим камнем и наблюдал за дорогой, ожидая прихода брата. И младший пришёл, ровно в назначенное время. Люди в лагере хорошо знали алхимика. Они тепло его встретили, как родного, и даже пожелали успехов в его новых исследованиях. Альбедо поздоровался со всеми, кто был в лагере, и ступил на территорию лютого мороза, продолжая идти в сторону лаборатории. Мысленно он уже представлял, как пройдут предстоящие дни. К сожалению, ему придётся запастись ещё несколькими баночками замазки, которой он перекрывает свои синяки… Как только Рубедо увидел знакомый силуэт, он спрятался за камнем, пропустил брата чуть вперёд и, ехидно улыбаясь, резко обнял его со спины. Альбедо от неожиданности вздрогнул и обернулся, схватившись за оружие, опасаясь монстра, который мог легко посчитать его за свою добычу. Осторожность никогда не повредит. Рубедо выпустил близнеца и, подняв руки, отошел в сторону. — Тише, тише. Убери эту штуку, пока я не достал свою… — Прости. — Улыбнувшись в ответ, Альбедо спрятал оружие и крепко обнял брата. Он был приятно удивлён, что старший решил его встретить у самого входа в горы. Да что уж таить, Рубедо тоже был искренне удивлён своему решению. Он спокойно мог дождаться близнеца и в лаборатории, но ему захотелось пойти на встречу и увидеть его побыстрее. Похоже, изменения стремительно набирали обороты. Оба брата хорошо понимали, что зацикливаться на этом не стоило. Альбедо отпустил старшего из объятий, но оставил руку на его плече. И они вместе пошли по тропинке. Рубедо жаждал не просто задать брату вопросы, но и получить ответы. — Что теперь люди говорят о твоём состоянии? Нервная система Альбедо держалась на волоске. Он ощущал усталость и падавленность из-за того, что плохо спал по ночам с момента их с братом первой встречи. Работоспособность его ухудшилась, активность почти совсем сошла на нет. Тихо и тяжело вздохнув, младший спокойно и максимально честно ответил: — В первый же день, как я туда пришёл, Магистр попросила пастора церкви осмотреть меня. Я очень надеялся, что та не заметит травмы. Ничего не вышло. Она всё равно заметила и синяк на шее, и ушиб на щеке… Рубедо гордо поднял голову и усмехнулся. Очень довольный собой он проговорил: — Это ж как сильно я тебя приложил тогда, что даже твоя замазка не сработала? Подобная реакция близнеца всё ещё оставалась для Альбедо загадкой, но он уже как-то привык — это стало обыденностью и больше не удивляло. Парень глубоко вздохнул и, опустив взгляд, тихо ответил: — Не вижу причин радоваться… Второй близнец насмешливо усмехнулся и приобнял алхимика за плечо: — Раз уж ты говоришь, что ситуация печальная, и это проблема, то как же ты её собираешься решать? — Понятия не имею, — обречённо ответил младший. — Ты же это не прекратишь. «Думаю, что нет…» — неуверенно подумал Рубедо, а вслух уверенно произнес: — Не прекращу. Он не хотел признаваться в том, что чувствует, боясь потерять контроль. Брат мог воспользоваться ситуацией, а такое категорически нельзя было допустить. Проявить эмоции равно выказать слабость. Всяческие сантименты Рубедо просто на дух не переносил. Оставался один вариант — молчать. — Это был не вопрос, но ты только что подтвердил мои слова, — чуть хрипло сказал Альбедо. — Синяки заживают долго. Надо с этим что-то придумать. Рубедо вновь хмыкнул, показывая свое безразличие, и больше ничего не сказал. Молча дошёл с ним до тропинки, что вела к лаборатории. Стоило ступить на мост, как появились монстры. Рубедо, не медля, вытащил меч и шагнул вперед, собираясь заняться группой спереди. Альбедо же взял на себя тех, что зашли с тыла. И вот так вот спина к спине, прикрывая друг друга, близнецы быстро разобрались с большей частью нечисти. И всё бы хорошо, но громила с ледяным щитом как-то умудрился достать Рубедо и скинуть его с моста. А алхимик не успел его поймать, в этот момент сам едва уворачиваясь от этого монстра. Ни о чем больше не думая, он снял свой рюкзак, закидывая его в кусты, и, увернувшись от очередной стрелы, прыгнул за братом следом. Перед самой землёй он раскрыл свой планер и смог плавно приземлиться на дно ущелья. Несказанно повезло, что Рубеда выжил после такого падения. В полете парень сильно приложился рукой и головой о скалу и скатился по ней под мост. Рука сломалась в предплечии, и даже на глаз становилось понятно, что перелом не простой, а со смещением. Альбедо подбежал к брату, который сидел на снегу, опираясь спиной о скалу. Положив руки ему на плечи, он перепуганно спросил: — Ты в порядке? Рубедо кивнул, только показал на руку, как сильно ей досталось после падения. Он мастерски умел скрывать свои ощущения. Юноша даже не выглядел бледным. И то, что ему чудовищно больно, тоже не показал. Рубедо за свою одинокую жизнь не раз получал серьёзные ранения, которые приходилось лечить и зашивать самому. На холодной и безжиненной (ну почти) территории горы вряд ли удалось бы найти хоть одного врача. А монстры, если увидят больную жертву, сразу же кинутся атаковать. Парень сумел приспособиться скрывать все свои ощущения. Альбедо поднял близнеца на руки и вместе с ним вернулся в лабораторию. Потом вернулся к кустам, чтобы забрать свою сумку. Брат ждал его там, где его и оставили — сидя на столе. Скинув сумку на пол, парень немедленно занялся травмой близнеца. Осмотрел его руку и констатировал: — Перелом и смещение. Придётся потерпеть… Рубедо коротко кивнул, глядя куда-то в пустоту. Он почувствовал адскую боль, но не издал ни единого звука, пока брат возвращал его кости в нужное положение. Закончив, Альбедо зафиксировал руку шиной и на всякий случай отошёл от брата на безопасное растояние, не зная, что от него ожидать и опасаясь неадекватных действий. Рубедо бросил потерянный взгляд на предплечие, а после вновь молча, уставился в пустоту. Кажется, он о чём-то глубоко задумался… Алхимик убедился, что всё в порядке, и спокойно ушёл заниматься своими делами, оставив близнеца наедине со своими мыслями. Рубедо так глубоко погрузился в свои мысли, что перестал реагировать на происходящее вокруг. Пересев под стелажи, он лишь несколько раз поменял положение тела. Младший иногда подходил к нему, старался привести в чувство, вернуть в реальность, но ничего не работало, а делать ему больно, трогая сломанную руку было бы слишком жестоко. Ночью братья легли спать и прижались плотнее к друг другу, поскольку ночь была очень холодная, даже огонь костра почти не согревал, и парни здорово мёрзли. Заснув в обнимку, стараясь не потревожить травмированную руку, они грелись друг о друга и хоть как-то сохраняли тепло. В середине ночи у Рубедо вновь возникла неприятная вспышка воспоминаний. Он получил свой ответ на вопрос, из-за чего же его так не взлюбила мать. Он оказался разочарованием — недостаточно был «напитан» силой алхимии, из-за чего его обучение шло слишком медленно. И тогда Золото решилась на вторую попытку создания искуственного человека. В этот раз попытка увенчалась успехом — идеальный Альбедо появился на свет. Его обучение продвигалось в куда более быстром темпе, и мать абсолютно забыла о своём первом творении. Для Рубедо же она установила огромный перечень правил: не говори с братом, не попадайся нам обоим на глаза, ешь в другое время и т.д. Если же правило нарушалось, даже если одно и совсем немного, парня жестоко наказывали — просто закрывали на день в комнате на ключ, без возможности выйти, не давали поесть и попить. Очнувшись от кошмара, Рубедо очень постарался не показывать, как ему больно и неприятно. Он не желал, чтобы брат видел его таким. Не хотел лишиться своей репутации. Но ничего не вышло, младший как-то заметил изменения. Альбедо, не открывая глаз, на уровне ощущений наблюдал за близнецом. Чувствовал его напряжение, злость и что-то совершенно новое — страх и обиду. Алхимик впервые ощутил у брата подобные чувства, и это его здорово заинтересовало. Когда же старший резко вскочил, опираясь на здоровую руку, Альбедо не удержался и, открыв глаза, задал вопрос: — Что тебе снилось? Я буквально нутром ощущаю внутри тебя обиду и злость. И Рубедо вдруг понял, что его репутации пришел конец, а Альбедо сейчас полностью ощущает контроль над ситуацией. После пережитого воспоминания, эта мысль его добила окончательно. Теперь ему уже нечего было терять, и, тяжело вздохнув, он рассказал о всех крупицах информации из своего прошлого, которые смог вспомнить за всё время принятия лекрства. Алхимик слушал его внимательно, не перебивая. Эта информация была очень и очень важной. Удивительно, но о том, что ему поведал брат, Альбедо ничего не знал. В его собственной памяти этого не было. Алхимику начало казаться, что и ему подправили память. Но он мотнул головой, отбрасывая в сторону эту шальную мысль, и мягко обнял близнеца, укладывая обратно спать в своих объятиях. Следующим днём на свежую голову они вернулись к этой важной теме. Барьер был сломлен, и они вместе стали раскладывать крупицы информации, собирая пазл из воспоминаний. Альбедо записывал на листок бумаги, то что брат диктовал ему. Потом внимательно перечитал, запоминая. — Ты реально не помнишь это? — поинтересовался Рубедо. — Представляешь, ничего такого не помню, — алхимик поднял растерянный взгляд. Его первым воспоминанием было то, как он вместе с учителем исследовал заброшенные руины. И ничего из того, что ему рассказал близнец, там не было. Може стоило и ему выпить то, что выпил Рубедо? Хотя, нет, не стоило. Альбедо достаточно слов, вспоминать это совсем не хотелось…