Хочу видеть тебя рядом

Альбедо привёл близнеца к останкам дракона не просто так. Он хотел, чтобы воспоминание чётко сформировалось, и они смогли его просмотреть. — Куда тебя тянет сейчас? — заинтересованно спросил алхимик. Рубедо осмотрелся по сторонам, выполняя «задание» брата. Указал на небольшое пространство без снега на тропинке. — Вон там. Он остановился в центре пятна и осмотрелся вновь. Альбедо же остался чуть в стороне, в противном случае, могло ничего не получиться. Рубедо повернулся в сторону пещеры, в мрачной глубине которой скрывалось алое каменное сердце, и воспоминание не заставило себя долго ждать. Парень вспоминал то, что происходило пять сотен лет назад. Этот щелчок оказался очень болезненным… — Я что тебе говорила, жалкое создание?! Не выходи из своей комнаты и не смей с ним разговаривать! — Но я не… *тяжёлая пощёчина* — Давно было пора от тебя избавиться, отродье… Это видение без труда отправило парня в бессознательное состояние. Благо, Альбедо стоял рядом и успел его поймать. Он опустился вместе с ним на на снег, укладывая близнеца головой к себе на колени и пытаясь привести его в чувство. — Я… помню тебя… — с тихим стоном, проговорил Рубедо, открыл глаза и попытался подняться с колен брата. Не с первого раза, но у него получилось, и на некоторое время он застыл посреди тропинки, устремив взгляд на кучу ослепительно белого снега. Алхимик же терпеливо ждал. — Нам с тобой по пять сотен лет, но я старше тебя на пару месяцев… А знаешь, что я ещё вспомнил? — Рубедо усмехнулся, и брат вздрогнул, увидев этот жуткий оскал. Рубедо резко поднял на него взгляд, и у алхимика по спине пробежался холодок ужаса. Альбедо понял, что, кажется, это воспоминание о нем брату совсем не понравилось, и, кажется, даже здорово разозлило… — Это из-за «идеального» тебя я тут оказался! Альбедо отпрянул. Ему стало до невозможного страшно. Кажется, ещё секунда и его просто придушат на месте. — Я ничего не помню об этом, — чтобы возразить, пришлось собрать в кулак всю свою смелость. — Прошу, подумай. Наверняка, я тебе тогда, как и сейчас, не желал зла. Это могла быть случайность. Рубедо постарался не показать, что удивлен. Выходит, что брат не помнит ничего о нём и их совместном детстве? — Случайность? — хмыкнул он. — Из-за этого «случайного тебя» меня пытались убить! И этот человек не просто кто-то, а наша создатель! Теперь уже удивился Альбедо. Он очень уважал свою наставницу. Она стала ему семьёй — самым близким и дорогим человеком. Парень поверить не мог, что Рэйндоттир способна кого-то убить. Внезапно на братьев упала тень, сразу стало значительно холоднее — Солнце близилось к закату. Пора было возвращаться. Ахимик почесал затылок и поднялся с холодной земли. Рубедо пошатнулся и Альбедо протянул ему руку, чтобы поддержать. Но близнец не захотел принять его помощь. Пока они шли обратно в лабораторию, Альбедо вдруг осознал, как связаны слова об убийстве и связи брата с драконом. ≪Она… сделала из него… корм?!≫ Больно и неприятно осознавать, что ты уважал человека, способного на такой чудовищный поступок. Жил с ней под одной крышей, ел за одним столом и ходил плечом к плечу, изучая этот мир. Новость стала для Альбедо сильным ударом. Солнце уже скрылось за горизонтом, и настали сумерки, когда парни зашли под своды своей пещеры. Рубедо всего за пару минут развёл костёр, и лаборатория сразу же наполнилась теплом и светом. Альбедо занялся созданием новой партии краски, а его брат с большим интересом наблюдал за процессом. — Я, конечно, знал и даже видел издалека, как ты это делаешь, но я впервые вижу это вблизи… — тихо и задумчиво проговорил Рубедо. — Нравится смотреть? — слегка улыбнувшись уголками губ, спокойно сказал Альбедо. — Скажу честно, это… довольно гипнотизирующее зрелище… — ответил Рубедо, не отводя взгляд от пестика и ступки. Алхимику очень бы хотелось задать парочку личных вопросов, которых у него накопилось в немеренном количестве. К великому сожалению, приходилось тщательно фильтровать свою речь, чтобы не сболтнуть лишнего, чтобы не нервировать брата. Альбедо решил, что будет задавать их дозированно, по мере изменений близнеца. Лучше не торопился с этим, чтобы не пожалеть об этом в будущем. Закончив с приготовлением красок, Альбедо достал свой мольберт и холст, чем вновь не удивил брата. Старший лишь спросил: — Что рисовать удумал? — Мне кажется, что сейчас прекрасный момент, чтобы запечатлить красоту ущелья в лунном свете, — ответил Альбедо, располагая инструменты на свои места. Рубедо окинул взглядом ущелье спящего дракона. — Как я вижу, у него довольно интересная история, как, думаю, и у меня. Но я не помню всю. — Он усмехнулся и сложил на груди руки. — Мы это и пытаемся исправить, — алхимик кивнул и сосредоточился на деле. Рубедо не сильно печалило, что он многого не знает о своём прошлом. Пока что, все его новые и старые воспоминания были скорее болезненными. Зачем вспоминать то, что приносит одну лишь боль? Может лучше отказаться от идеи вновь стать цельной личностью — самим собой? Хотя, столо признать, что ему всё-таки нравится происходящее. И именно это не давало Рубедо сдать назад. Младшему удалось его сильно заинтересовать. Альбедо сразу удалось поймать вдохновение, дрожь и волнение улетучились. Он быстро набросал основу и сосредоточился на прорисовывании мелких деталей, создавая удивительно атмосферную картину, от которой даже у жесткого и холодного Рубедо замерло сердце. — Это… очень красиво… — тихо проговорил старший близнец. Альбедо был настолько сосредоточен, что не ответил. Закончив работу, он отошёл на несколько шагов и, пристальным взглядом оценивая ее со стороны, кивнул своим мыслям. Он повернулся к брату и заметил его взгляд. Быстро занёс мольберт, холст и краски обратно в пещеру, на их законное место. Он было хотел сказать близнецу, что тот изменился, даже уже набрал воздуха, но быстро заткнул себя, представив бурную реакцию на свои слова. Но Рубедо все прекрасно почувствовал. Он подошёл к младшенькому, вцепился ему в плечо и жёстко спросил: — Ты что-то хотел сказать? Память Альбедо тут же любезно воспроизвела все похожие случаи и их последствия. Он вздрогнул. — Нет! Не хотел! — и попятился к холодной стене пещеры, даже сквозь все слои одежды ощущая её холод, пробирающий до костей. Рубедо видел его бегающий взгляд, ощущал его ужас, но это было мало — требовалось признание. Пришлось ужесточить меры. Парень сжал его плечи: — Говори. Сейчас же! — Сказал же, что я ничего не хотел говорить! — чуть ли не плакал Альбедо, в ужасе от того, что может последовать. Он держался из последних сил, чтобы не разрыдаться. Рубедо потерял терпение, хлесткая пощечина зазвенела на всю пещеру. — Говори! По щекам Альбедо потекли слёзы, он больше не мог держать себя в руках. В этот момент ему нестерпимо захотелось прижаться к кому-то в поисках спасения, и он, не думая, что делает, прижался к своему мучителю и крепко обнял, уткнувшись ему в плечо. — Прошу, остановись… — тихо прошептал парень, умоляя прекратить насилие. Как только руки брата обняли его за шею, у Рубедо что-то ёкнуло в районе груди. Но он не поддался этому непривычному ощущению. Лишь быстро отцепил от себя брата и ушёл греться к костру. Сел возле и протянул ладони к идущему от огня тёплому потоку воздуха. — Не желает мне зла. Тфу ты, блин… — тихо пробубнил он себе под нос и сплюнул. Альбедо же благоразумно решил держаться поодаль от брата. Сел под стеллажи, вытер слёзы и приложил кусочек льда к месту удара. Но вскоре кусочек льда выпал из его пальцев. Альбедо крепко обхватил руками колени и уткнулся в них лицом, обвиняя себя в случившемся.