Реквием по пиву

Я не сильно хорошо разбираюсь с управлением здесь, но хочу поблагодарить за такую поддержку! Мне очень приятно, спасибо 😭

      Смеркалось. Они сидели у окна под мерное покачивание штор на кухне. Сергей смотрел в окно будто в пустоту и мерно отпивал из банки. На улице ветер гулял по газону на заднем дворе. Тишина не успокаивала, как это бывает между друзьями. Скорее она давила. А что тут можно сказать? «Слушай, как думаешь, это выдумки или мы действительно все умрём?». Давило солнце, сулящее конец света, давило поведение людей вокруг: шаги, переходящие в бег, запах пота и усталости от постоянного солнцепёка, пробки на выезде из города. Будто все готовятся к тому, к чему по определению нельзя быть готовым. Перед смертью не надышишься.       Если это, конечно, не очередные выдумки, вроде конца света по календарю майя. Кирилл перевёл взгляд с крышки алюминиевой банки на гостя. Тот, казалось, ни о чём не думал, а просто проживал момент.       – Серёг, а если вся эта шумиха – это конец?       – Смешной ты, – он поставил свою бутылку, подушечками пальцев провёл от начала ладони до кисти, в попытке поддержать.        – Тебя конец семестра и начало сессии не пугали, да и защита диплома тоже, хотя это было хуже конца света. А сейчас ты вдруг перепугался что ли? – в его словах чувствовалась добрая насмешка. После этого бывший однокурсник сложил руки уголком под подбородком, удерживая в пальцах банку. Ярко-красное солнце вот-вот зайдёт за горизонт, и жара потихоньку спадёт.       – Ты не думал, – Сергей продолжил спустя небольшую, словно театральную, паузу, – что если это действительно, как ты называешь, «конец», то наша эпоха как венца творения подходит к концу? Значит ли это, что мы больше не будем управлять миром, который нас окружает? Который мы, отчасти, и создали?       – Это тебя так с одной банки развезло? – не на шутку удивился Кирилл. Он развёл руки в стороны от недоумения и продолжил:        – Конец – это конец. И поверь, если это будет действительно угрозой для нас всех, то я буду первым, кто выстрелит себе в голову. Не хватало ещё играть в героя. Всё это время Сергей смотрел прямо ему в глаза.       – Кончай философствовать, – Кирилл нахмурился, он уже раз сто пожалел, что начал этот диалог. – Не хочешь посмотреть что-нибудь? Наверняка по телику что-то интересное показывают сейчас. Надеюсь, обойдёмся без очередного выпуска новостей.       – Слушаюсь и повинуюсь, хозяин-барин, – Сергей оттолкнулся двумя руками от стола и, опередив Кирилла, вальяжно пошёл в спальню. Тот поплёлся следом и, пройдя через коридор, застал картину маслом. Сергей уже падал на ближнюю к окну сторону кровати и искал пульт под одеялом.       – А тут чище, чем обычно. Тебе лучше стало?       – Не, ну ты придурок? – с явным раздражением процедил Кирилл. – Мне тебе ужин в постель принести ещё, может? Слезь с моей кровати. Это её и только её часть. – После этого он дёрнул одеяло, под которым лежала свернутая чуть ли не в кучу несвежая простыня, чтобы стряхнуть гостя.       – Прошло уже достаточно времени, её даже полиция уже не ищет, дело забросили. Я понимаю, что сложно отпустить, но я же тебе не чужой человек.       Пульт оказался на тумбочке. Кирилл решил не продолжать этот бессмысленный диалог и включил телевизор, усевшись на краю постели. Сергей сел рядом. Из приличия он изредка смотрел на экран, но по большей части его внимание было приковано к Кириллу.       Они виделись редко. Особенно после свадьбы Кирилла. Не то чтобы его жена была какой-то не такой, нет. Но что-то в ней всегда смущало Сергея. «Ну не пара она ему, — думалось ему. - Почему все этого не видят?» А теперь её след и вовсе простыл. Как Кирилл горевал... Видеть это разрывало сердце. Сергей правда старался быть рядом, но друг не подпускал к себе долго. И когда он пришёл сюда в первый раз после всего этого, дом был похож на свалку.       Началось всё в коридоре. Закрытые везде шторы, в полумраке на слабом крючке висели все куртки разом. Коврик у двери был покрыт мелкими кусками грязи и пыли. Из комнаты доносился шум телевизора. В коридоре чувствовался затхлый запах, пахло старой пиццей. Страшно было подумать, сколько там накопилось коробок из-под доставки. В спальне было не лучше: запах несвежего белья и пыли, пустые банки из-под пива возле галдящего телевизора. Чистой и нетронутой оставалась лишь тумбочка и та самая, ближняя к окну, часть кровати.       «Твою ж...» - не успел Сергей тогда закончить фразу.       «Отъебись», - оборвал его Кирилл тоном, не терпящим возражений.       «Как скажешь», - постарался ответить Сергей как можно спокойнее. Ему оставалось только ждать. Ждать и смотреть. Смотреть, как его друг медленно уничтожает себя. «Вот с ним бы такого не случилось, - думал Сергей. - Он бы его не бросил. Он бы не ушёл ни при каких обстоятельствах».       Вместо этого он ждал, а потом с большим трудом помог другу убраться в доме. Он вынес, наверное, три мешка с остатками еды и банок. Сергей не был обязан, но сделал это. Где-то в глубине души Кирилл, вероятно, был благодарен, что тот не оставил его в такой тяжёлый период, но вслух он этого не говорил.       Сергей понял, что смотрит не на одногруппника, а в пустоту. Кирилл уснул под какое-то комедийное шоу. Сергей с удивлением осознал, насколько крепко он задумался, даже не вникая в сюжет. Он достал телефон из кармана брюк: на экране высветилось 4:18.       «Пойду-ка я домой», - он потрепал хозяина дома по волосам, прощаясь. В ответ гость услышал невнятное бормотание - Кирилл перевернулся на другой бок. Сергей зашёл на кухню, отхлебнул пива не из своей банки и направился к выходу.       Вот только дойти ему было не суждено. Сергей уже собирался набрать сообщение Кириллу, как на его кнопочный телефон пришло оповещение:       «Внимание! Объявлена опасность заражения. Объявлен карантин. Просьба немедленно запереться дома и ожидать дальнейших инструкций. Вызов службы безопасности: ******» «Чёрт»,- прошептал Сергей, не веря в происходящее. - Чёрт- не веря в происходящее прошептал Сергей.       Сергей замер. Пальцы сами собой сжали телефон. Кирилл. Первая, единственная мысль.       Он уже сделал полшага назад, к его дому, но тут же остановился, будто наткнувшись на невидимую стену. Перед глазами встало лицо Кирилла: раздражённое, уставшее, в момент, когда тот дёргал одеяло со словами «это её и только её часть».       «Придурок... - с горькой усмешкой подумал Сергей. - Беги к нему снова. Выпрашивай место в его затхлом мире, где для тебя всегда будет только половина кровати, которую он стряхнёт в любой момент. Нет уж. Хватит». Чувство гордости, острое и незнакомое, смешалось с обидой. Он не будет швыряться о каменную стену его горя. Если уж и умирать, то сохранив последние крохи самоуважения. Сергей резко развернулся и зашагал прочь, в наступающие сумерки, навстречу неизвестности, которая пугала куда меньше, чем очередное унижение в глазах единственного человека, чьё мнение для него что-то значило.