Пророк

Глядя с эшафота на неистовствовавшую толпу, Марк задумался, а что же изначально могло пойти "так". Началось всё с открытия этой замечательной планеты. Населяли её существа, очень похожие на людей, за исключением, разве что, внутреннего строения. Уровень их развития приблизительно был равен земному Средневековью, что неизмеримо подогрело интерес Пространственно-Временного Отдела. Планету передали самому любознательному сотруднику, Марку, с единственным требованием: изучить всё, что только возможно и невозможно. Не учли, правда, одного. Марка его любознательность могла завести хоть на сверхновую Бетельгейзе, хоть во дворец Клеопатры. Рисковый, в общем, тип, а вкупе со тщеславностью, он представлял собой поистине взрывоопасную смесь. В общем, в ту минуту, когда в руки Марка попали данные по планете, для неё наступило время хаоса. Обычно подобные изучения сильно напоминают сюжет книги "Трудно быть богом" и заканчиваются, как правило, так же. Зачем они нужны, Марк понять не мог, но одно он знал точно: повторять ошибки главного героя произведения он не намерен. Просмотрев всю историю планеты (заглядывать в будущее было строжайше запрещено), Марк составил таблицу, выделив ключевые события. А теперь настала пора ему стать пророком. План был прост, и оттого - гениален. Ознакомившись с определённым событием и его последствиями, Марк телепортировался на корабль, находящийся на орбите, всё подробно описывал и отправлял себе же, но раньше во времени. Из-за этого образовывался небольшой временной парадокс, но недостаточной силы, чтобы испортить континуум. Первая катастрофа случилась буквально через неделю после становления "пророком". Марк призывал народ покинуть город, так как расположенный неподалёку вулкан был готов проснуться и устроить всем инопланетный "последний день Помпеи", однако никто его не слушал. В конце концов, Марк прекратил попытки убедить кого-либо. После гибели города на учёного объявили охоту. Его скромное обиталище нашли жители расположенных неподалёку, но уцелевших городов, обвинили в извержении вулкана, и, как бы ни старался поражённый их железной логикой Марк оправдаться, никто его и слушать не хотел. Если бы не устройство телепортации, его разорвали бы прямо на месте. Ситуация повторялась из раза в раз. Любые попытки предотвратить жертвы от катастроф, поражения в войнах, да даже сохранить чей-то брак оканчивались одинаково. Марка никто не слушал, потом его предсказание сбывалось и люди шли его бить. - Я поражаюсь вашему ослиному упорству! - вещал Марк с безопасной высоты, ожидая пока сработает телепорт, - Я же предупреждал вас, почему вы меня не послушали? Это же ваша вина, я-то тут причём? Ответом ему были витиеватые проклятья и образцы окружающей среды. Чаша терпения Марка грозила переполниться, и он был уже готов на всё плюнуть и просто вернуться к обычному плану Отдела, но решил дать последний шанс небольшому островному государству, которое грозило в ближайшем времени уйти под воду. Это стало его роковой ошибкой. Когда телепорт не сработал по причине отсутствия корабля, Марк понял, что его самодеятельность привлекла внимание вышестоящих сотрудников Отдела, которые отследили и конфисковали корабль. Это, в принципе, было не страшно, Марку грозил максимум штраф за повреждение истории развивающейся планеты и нарушение правил Пространственно-Временного Кодекса и, скорее всего, ограничение на перемещения во времени сроком на год-полтора. Страшно было то, что сейчас на шее у учёного висела петля, а карательно-спасательного отряда нигде не было. Итак, глядя с эшафота на неистовствовавшую толпу, Марк задумался, а что же изначально могло пойти "так". - Если вы меня убьёте, вас постигнет кара, которая будет пострашнее наводнения, - отчаянная попытка выиграть себе немного времени. - Jes, sendube. Parazito, mi persone certigos, ke vi ne ŝajnas sufiĉa, - прошипел на эсперанто из-под капюшона палача знакомый женский голос. Марк чуть не расплакался, узнав своего непосредственного шефа. Цианиду называли дьяволом в теле ангела, и побаивалось её даже руководство Института, но сейчас Марк был готов от счастья ползать перед ней на коленях и целовать её ноги. - Цианида, душенька, сладость очей моих, ты не представляешь, как я рад тебя видеть... Ай-ай-ай, не тяни так, ты мне щёку оторвёшь! Как ты здесь... ай-ай-ай! - Ты думаешь, peco de idioto, что корабль так легко отследить? Как только ты начал свою iniciato, мне пришлось самой внедряться и выслеживать своего подчинённого, которому urino trafita en la kapo. - Цианида плохо говорила на интерлингве, предпочитая не популярный, но более привычный эсперанто. Впрочем, все сотрудники Отдела давно привыкли к этой её особенности и понимали кашу из двух синтетических языков без особых проблем. - Ты бы знал, через что я прошла, чтобы тебя найти. Знаешь, как тебя loka называют? Dio de detruo. Это был первый и последний раз, kiam mi savis vin. - Хорошо, что я не улетел отсюда раньше, чем ты меня нашла, - Марк попытался пошутить, но, увидев, как Цианида снимает капюшон и внимательно, не мигая, смотрит на него своими разноцветными глазами, понял, что надо было держать язык за зубами. Спасло его то, что девушка обратила внимание на подозрительную тишину вокруг. Толпа, до этого бушевавшая, сейчас затихла и внимательно рассматривала парочку на эшафоте. Тишина стала напряжённой. - Убить обоих! - истошный визг какого-то фанатика совпал с писком телепорта. Цианида и Марк переместились на корабль раньше, чем обезумевшая толпа успела до них добраться. Для несостоявшегося пророка ситуация разрешилась, не сказать, чтобы плохо. Ожидаемого ограничения не поступило - Цианида уговорила руководство Института ограничиться штрафом. За это Марк заплатил прослушиванием двухчасовой лекции на очень повышенных тонах, после которой Цианида вдруг расплакалась, что окончательно выбило его из колеи. Именно тогда Марк окончательно утвердился в вере, что этому миру не нужны пророки. Ему нужны козлы отпущения, которых можно обвинить в чём угодно, дабы народ успокоился и получил свою дневную норму зрелищ. - В пекло пророчества. - проворчал учёный, вспоминая перед сном детали своего приключения. - Обойдутся. Хотя, надо признать, это было довольно весело...