Мой дом там, где ты

      Чонгук целовал пьяно, медленно, лениво, но в то же время требовательно и страстно: обхватывая одну губу парня, засасывал её, слегка прикусывая, отпускал и принимался за другую. Губы Тэхёна манили его всë больше и больше.       Чон пьяно пошатывался. Для большей устойчивости он слегка расставил ноги. Обхватив своими ладонями щëки Тэхёна, он углубил поцелуй, проталкивая свой язык между податливо распахнутых губ младшего.       Тэхён обхватил губами настойчивый язык спасателя, сладко его посасывая и томно постанывая, прижимался к сильному телу.       — Ох, у м-меня го-голова кру-уж-жится, — еле выговорил он отстраняясь от губ Чонгука и хватая ртом воздух.       — Да, есть немного, — тяжело дыша согласился Чон. — Но как сладко-то! — и тут же снова накрыл его губы своими.       Обнимая Тэхëна одной рукой за талию, второй рукой старший скользнул под его футболку. Проворные пальцы коснулись горячей кожи, вспархнули по боку вверх, немного сжали горошину соска, вызывая ответное мычание.       Тэхён немного отстранился, всë его тело потряхивало, а кожа предательски покрылась мурашками. Парень не смог справиться с нахлынувшим эмощиями и возбуждëнно застонал, хватаясь своми пальцами за футболку спасателя, как утопающий за соломинку.       — Гук-и, а-ха, нет, погоди… я… не могу… так вот, сразу… у нас это даже не свидание, — зашептал парень сбивающимися голосом. — Я же не…       — Молчи, — Чон тяжело переводил дыхание, дрожащими пальцами прикрывая тому рот. — Я сам не знаю, что делаю. Ты мне нравишься и я хочу… — он не уточнил, чего хочет, только сильнее прижал Тэхёна к себе, зарываясь носом в его волосы, вдохнул аромат свежести и каких-то экзотических цветов. Его повело с ещё большей силой.       — Ты так соблазнительно пахнешь, я теряю контроль, — прорычал он зарываясь пятерней в волосы парня, притягивая его к себе и целуя в светлую макушку, — Такой милый, такой желанный.       Они стояли на мокром песке, тесно прижавшись друг к другу, неподалëку светились огни от фонарей с набережной.       Чонгук никогда раньше не испытывал такого возбуждения, ещё никогда до этого ему не хотелось так сильно целовать кого-то, прижимать к себе, мечтать сделать своим. Даже с Соëн он не чувствовал и сотой доли того, что испытывал сейчас с этим, совсем незнакомым парнем.       Конечно спасателя штормило от мысли, что сейчас он своими руками обнимает Тэхёна, с упоением целует и до умопомрачения хочет его. Он хочет продолжения, хочет бóльшего, чем просто поцелуи. Чонгук немного протрезвел на воздухе, но желание обладать этим невероятным, по его мнению, парнем не угасало. А вдруг он не правильно понял, вдруг всë показалось и мальчишка, а последний момент, откажет?       — Пойдëм, немного прогуляемся? — несмело предложил Чон, указывая рукой в темноту пляжа. — Но если ты не хочешь…       — Я хочу, — выпалил Тэхëн, глядя в глаза напротив, и смело вложил свои пальцы в ладонь Чонгука, а тот сразу переплëл их, крепко сжимая.       Дальше они пошли держась за руки. Оба молчали, оба думали над тем, что же будет между ними дальше.       — А ты раньше часто прилетал сюда? — Тэхëн нарушил немного затянувшееся молчание.       — Часто, каждый сезон, — ответил Чон.       — И всë время работал спасателем? — младший бросил взгляд на Чонгука.       — Нет. Только в этот раз решился, — ответил тот. — Раньше, как-то, не до того было.       Чонгук вспомнил, как бывал на остров с друзьями и они весело проводили время. А после прилетал сюда только с Соëн. Было в общем-то неплохо. Но…       — Я рад, что сейчас ты спасатель, — Тэхëн тихо засмеялся, отвлекая старшего от его мыслей. — А так, кто бы спас моего Тани?       Чонгук повернул голову к Тэхëну и, увидев его довольную улыбку, сам заулыбался.       Они медленно брели вдоль берега, рассказывая друг другу истории из жизни, пока им не попалась компания из четырёх парней и двух девушек. Молодые люди сидели на прямо на песке пустынного пляжа, пили пиво, пританцовывали под музыку, льющуюся из колонки, стоявшей неподалëку.       — Эй, вы чего бродите трезвые? — крикнул один из ребят и призывно замахал рукой. — Это не правильно!       — Да, давайте к нам, — крикнул второй, повторяя его жест.       — У нас весело, — громко засмеялась одна из девушек.       — Пойдëм? — тихо спросил Чонгук.       Тэхëн лишь пожал плечами. Всë равно куда идти, лишь бы рядом.       Подойдя к весëлой компании парни сразу получили по пластиковому стаканчику в руки.       — Пить до дна, — предупредил парень с дрэдами, державший откупоренную бутылку соджу.       — А чем закусить или, хотя бы, запить? Я так просто не могу, — Тэхён переводил взгляд с парня на Чонгука и обратно.       — На тебе вот это, — одна из девчонок протянула ему подкуренный косячок и, весело рассеявшись, заметила: — Отлично заменяет закуску.       Ким недоверчиво покосился на Чонгука, алкоголь и травка? Но тот одобряющие кивнул.       — Не бойся, я с тобой, — Чон выпил из своего стакана и тут же затянулся, набирая в рот порцию сизого дыма. Заглатывая его в себя, немного задержал дыхание и, выпуская обратно, почувствовал расслабляющую лëгкость, окутывающую мышцы, и беззаботно рассмеялся. — Это весело, Тэхён-а. Давай, смелее, — он подтолкнул руку парня, удерживающую стакан.       Стало спокойно и весело. После третей затяжки все проблемы Чонгука испарились, на их место пришла эйфория. Хотелось смеяться, дурачиться, творить всякую дичь. Чонгук повторно выпил предложенный стакан, он видел, как Тэхён отказался пить, поэтому от третьей порции тоже отказался, смеясь объяснил, что они с другом спешат по важному делу и, обнимая Тэхёна за плечи, повëл того вдоль берега.       — Эй, если негде будет сделать важные дела или просто переночевать, заглядывайте к нам, — крикнул им парень. Чонгук обернулся. — Мы вон там расположились, — и парень указал рукой в направлении небольших однокомнатных домиков, расположенных между высокими деревьями. — Спасибо, мы обязательно воспользуемся вашим предложением, — Чонгук хорошо знал это место. Здесь всегда располагались на отдых неформалы, которые не соблюдали правила приличия, требуемые при проживании в отелях. Здесь веселились до зори, пили, курили травку, плясали, громко подпевая своим любимым исполнителям. Здесь же уединялись в домиках и никто не следил, кто с кем и насколько. Всём было по-фински, народ отдыхал по полной.       Сознание начало путаться. Дальше все события Чон видел покадрово:       Вот они бредут с Тэхёнои вдоль кромки воды, а вот уже купаются голышом в море, вот валяются на берегу, страстно целуясь и обнимаясь так сильно, как будто бы хотели втереться друг в дружку, а вот снова в воде и тоже целуются.       Чонгук видел перед собой глаза парня, тот медленно моргал своими пушистыми ресницами а в зрачках отражались звëзды.       — Тэхён, я хочу тебя, — как будто со стороны Чонгук услышал своë признание.       Что ответил Тэхён, он не помнил, только знал, что тот не против.       — Чонгук, пойдëм к ребятам, снимем себе домик на ночь, — как эхом отдавался в голове голос Тэхёна.       Его смех и звезды смешались в какофонию звуков и видений.       Чонгук шëл за парнем, глупо улыбаясь и отвечая согласием на все вопросы, иногда совсем не понимая из смысла.       Как они попали в дом, он не помнил, очнулся уже на кровати, сжимая Тэхёна в объятьях.       — Маленький мой, — шептал Чонгук, — милый, нежный мальчик, — целовал его глаза, кончик носа, щëки и губы. — Я, наверное, уже люблю тебя, — рассмеялся, сам не понимая почему. Просто было весело, просто было легко, просто было хорошо.       Тэхён отвечал на поцелуи, тоже шептал в ответ слова любви, тоже целовал, а после развернул Чонгука на спину и не отрывая взгляда от его полуприкрытых ресницами глаз, начал медленно спускаться по его телу вниз, целуя его грудь, живот, и приблежаясь к паху.       — Что ты делаешь? — спросил Чон улыбаясь, следя за парнем сквозь ресницы и со стоном прикусил губу, когда почувствовал как язык парня скользит по его возбужденному органу.       Когда они успели раздеться старший пропустил, но это уже не имело значения.       Чонгук шумно выдохнул и закрыл глаза, почувствовав, как чужие, влажные губы обхватывают его возбуждëнную плоть, как горячо, мокро и узко во рту Тэхёна.       — Да, малыш, да, сделай это, — со стоном наслаждения прошептал Чон, вплетая пальцы с мягкие кудряшки Тэхёна и неосознанно задавая свой ритм его движениями.       Младший легко поддавался, брал глубоко, и сладко мычал при каждом движении бëдер Чонгука вверх. — Тебе нравится, да? Мне тоже нравится, малыш. Какой ты хороший, — шептал Чонгук, подбадривая парня. — Давай, детка, я уже скоро.       Но скоро не получалось. Казалось вот, уже сейчас, но он продолжал толкаться бëдрами, удерживая голову парня двумя ладонями. От очередного сильного толчка Тэхён закашлялся, силясь отстраниться, упëрся одной ладонью в бëдро старшего, смахивая тыльной стороной второй ладони слëзы, непроизвольно выступившие из глаз.       — Нет, детка, так не пойдëт, — старший потянул Тэхёна к себе. — Иди сюда, минет ТВ закончишь в другой раз, — обхватывая поперëк туловища, Чон перевернул младшего на живот и привстав сам, поставил того на колени. — Вот так, — склонившись к его спине Чонгук сунул в рот парню три пальца, — Оближи их, детка, — Тэхён сразу обхватил пальцы пухлыми губами и проворно закользил по ним языком. — Хороший мальчик, — похвалил его Чонгук.       Он слегка отстранился и аккуратно ввёл средний палец между тугими мышцами ануса. Парнишка тихо застонал и прогнулся в пояснице.       — Как сладко ты стонешь, — зашептал тому на ухо Чонгук, опаляя горячим дыхание кожу в районе шеи. — Еще, пожалуйста, для меня…       — Аа-ах-м, — отозвался Тэхён. — Мне хорошо с тобой, Гук-и, ты действуешь умело. М-м-м-м, у тебя уже были парни?       — Было дело, один раз, давно, — признался Чонгук. Он не видел смысла скрывать, ведь и с этим парнишкой он больше не пересечëтся. — Но с тобой лучше, малыш, ты отзывчивей.       Чонгук не знал, зачем он сказал эти слова, растягивая парня он возбуждался всё больше и больше, видя, как прогибается младший, получив пока лишь его пальцы. А что же он будет творить, когда Чонгук войдëт в него? Старший сам застонал от предчувствия.       Снова провал и новый кадр: он с хрипом вбивается в податливое тело, которое отвечает на каждый толчок таким возбуждающим стоном, что о том, чтобы быстро кончить и речи быть не может. Чонгук с рычанием выходит из парня, тот разочарованно хнычет, но старший разворачивает податливое тело лицом к себе, подхватывает стройные ноги под коленями и входит одним плавным движением, слушая новый стон наслаждения.       — Малыш, ты не реальный, — Чонгук отпускает его ноги, склоняется ближе, не переставая двигать бëдрами, упирается на локтях с обеих сторон и лаская обеими руками непослушные пряди волос, склоняется ниже и целует распахнутые в порыве страсти губы. Но и этого мало, он привстал на вытянутых руках:       — Ласкай себя, детка, — Чонгук толкается языком себе в щëку, а Тэхён, послушно обхватив свой член ладонью, начинает ритмично водить вверх, вниз, пытаясь подстроиться под толчки Чонгука. — Молодец, хорошенький мой, давай, детка, резче, — Чонгук ускоряется и капельки пота стекающие по его вискам, капают на щëки младшего. Но тот не замечает, только облизывает и прикусывает свои припухшие алые губы и сильнее жмуриться, как от яркого солнца.       Чонгук наслаждается его видом, склоняется к лицу, мажет поцелуем желанные губы, скользит носом по щеке, смазывая капельки своего пота и уже не уверен, его ли это пот. Чëлка младшего взмокла и прилипла ко лбу. Будто в бреду тот отводит её в сторону ладонью и впивается пальцами в плечо Чонгука, не переставая усердно дрочить себе.       — Гук-и, я… наверное… скоро, сейчас, а-ах-м, да-а, Гу-ук-и-и, — стонет младший, его тело начинает подрагивать, пальцы сильнее впиваются в плечо старшего, он прикусывает нижнюю губу, плотно сжимает ресницы и обильно кончает, покрывая спермой свой подрагивающий живот.       — Не тормози, малыш, я тоже сейчас, Тэ, давай ещё, — Чонгук почувствовал, что тоже кончает. Просто не смог больше держаться от такой картинки под собой.              Через минуту он навалился на уже расслабленное тело, провëл языком от ключицы к уху, засосал кожу на шее и не сильно, но ощутимо, прикусил плечо парня. Тот вскрикнул, но не выказал сопротивления, лишь обхватил обеими руками плечи старшего и прижал к себе.       — Люблю тебя, — услышал Чонгук горячий шëпот у своего уха и довольно заулыбался.       — Я тебя тоже очень люблю, — прошептал он в ответ. — Только не забудь об этом утром, детка.       — Ты тоже не забудь, — тихий, еле различимый, ответ.       «Не забуду», — пронеслось в мыслях засыпающего Чонгука.       Он был так вымотан, что заснул не выходя из тела Тэхёна. Да и уставший от марафона младший не выказал никакого желания освободиться от навалившейся на него не маленькой тушки. Они так и заснули в крепких объятиях друг друга.       А за окном занимался рассвет нового дня. Парни и девушки, веселившиеся до утра, уже не громко переговариваясь, расходились по свободным домикам. Новый день обретал тишину и умиротворение.       Чонгук крепко обнимал своего парня, прижимал его спину к своей груди, даже во сне не желая отпускать его от себя.       Тэхён и во сне облизывал свои пухлые губы, что-то тихо шептал и сильнее прижимал руки спасателя к своей груди.