Крест над не смиренной

Небольшой ветер дул прямо над морем. Солнца совсем не видать, всё небо затянуло тучами. Фурина пробиралась по камням к морю. Арлекино осталась у своей машины, и наблюдала за демонессой. Они подъехали почти к самому краю берега, поэтому расстояние было небольшое. Никто бы никогда не подумал, что у обычной священницы будет чёрная Toyota Hilux, ценой около полумиллионна рублей, но факт есть факт. Фокалорс стояла у самого края. Она не была одета в своё привычное обтягивающее платье, которое больше напоминало купальник. На этот раз на ней была тёплая толстовка чёрного цвета и клетчатая юбка чуть выше колен. Рогатая смотрела вдаль, встав в воду по колено. —Фурина? Всё хорошо? —Я чувствую, что как будто бы это место мне как родной дом, но... Я не чувствую в нём тепла. —Интересная метафора. —Да... Я действительно очнулась здесь. В первый раз. —Очнулась? О чём ты? —Моя память подвержена эрозии, и я мало что помню, но... Я вспоминаю как я в первый раз очнулась здесь 500 лет назад. Это не было рождением, это было именно пробуждение. —Вот как... "Это подтверждает слова Ризли, —подметила Слуга, — дочь сирены и человека... Теперь понятно почему её так тянет к воде..." Пока Фурина задумчиво глядела в море, Арлекино взяла тот самый блокнот, в котором была "печать приручения" и начала зарисовывать демонессу карандашом. Художественные способности Арле были невелики, но и не совсем отсталые, поэтому одиноко стоящий образ в море получился неплохим. Спустя несколько минут рисования, Отец всё-таки решилась подойти к Фурине поближе. —Холодает. Может уже домой поедем? Тебе разве холодно? —Арле... Расскажи мне о самом сокровенном. —Зачем? —Я хочу узнать тебя получше. Ты расскажешь о своём самом сокровенном, а я о своём. Так мы лучше узнаем друг-друга. —Ты однажды уже слышала мою биографию. —Но ты рассказала ее поверхностно. А я хочу услышать о твоём потрясении в жизни. Или... Возможно о твоём сне. —Откуда ты знаешь, что мне снилось? —Я точно не знаю. Но я чувствовала, что тебе снился какой-то кошмар. Когда я проснулась раньше тебя, то ты какое-то время плакала и постанывала от боли во сне. А потом и вовсе проснулась в холодном поту. —Мг... —как бы Арлекино не хотелось быть серьёзной и независимой женщиной, у нее всё же есть слабости, которые она уже не может скрывать от рогатой. —Обычно наши кошмары связаны с нашими переживаниями из жизни или страхами. А теперь скажи... Что тебе снилось? Сделав небольшую паузу, Слуга начала свой небольшой рассказ: —Я помню... Что это была церковь. Вечер. И меня заставляют убить мою подругу Клерви. —За что? —Её мать считала, что она одержима, но по всем признакам это было не так. Мне кажется, что только сейчас я поняла, что Крукабена просто хотела избавится от своей дочери... Но моими руками. —И что потом? —Я... Убила. И Клерви, и ее мать. Перед смертью я дала обещание Клерви, что всегда буду помогать тем, кому это нужно. —А дальше? —На этом мой сон закончился, но... Я помню этот день. Меня тогда осудили, посадили за решетку на несколько суток, но потом всё-таки оправдали. —Мф... Прости... Тебе было тяжело. —Не вини себя. Поехали домой. Приехав домой Арлекино стало нехорошо. Голова немного кружилась, появились слабость и холод в теле. Было понятно, что ее продуло. —Арле? Всё хорошо? - побеспокоилась о своей хозяйке демонесса. —Да... Всё хорошо. —Я не верю. Ну-ка! - рогатая пометила температуру у Слуги протянув ладонь к ее виску, — Пери, да ты горячая! —Разве это не нормально? —Нееет, раньше ты была просто тёплая и приятная, а сейчас очень горячая и обжигающая! —Звучит двусмысленно... И как ты мне предлагаешь справляться с простудой? —Доверься мне, — Фурина пустила руку прямо под рубашку Арлекино, положив руку на тело, чуть выше живота. В моменте всё тепло будто стянулось в это место и испарилось, — Вуаля! —Ч-что ты сделала? —Запечатала на время твою простуду. Но действие печати продлится недолго, поэтому тебя придётся немного подлечить! —И чем же? У меня даже банального парацетамола нет... —Чай с лимоном, мёдом и вареньем! Лучшее лекарство! Сразу придёшь в норму! Фурина насильно уложила Арлекино на диван и положила той компресс. Спустя пару глотков чая, Слуга уснула. Ей снился типичный сон при температуре в 30°. Какие-то чёрно-белые квадраты, треугольники, круги... Всё так мерцающе, что даже противно и неприятно. Но вдруг в ее сон пробралась... Вода? Именно вода смыла все фигуры, оставив лишь пустоту, а спустя время и вовсе показался морской закат, что успокоил сон Слуги. Проснувшись, женщина обнаружила Фурину, которая сидя на краю дивана что-то смотрела в ноутбуке. —Мг, сколько я спала? —Часа два. —ответила Фокалорс, не отрывая взгляд от ноутбука. —Что ты ищешь? —Знаешь ли, сейчас у нас такое время, что всю информацию можно найти в интернете. Но иногда нужно обращаться к первоисточникам. —Ты мне после пробуждения мозги... Не это самое. —Ах, объясняю. В интернете очень мало информации о нечисти вроде меня, поэтому мне пришлось зайти на сайт городской библиотеки, и оказывается там есть нужный отдел со старыми книгами про нечистей! —Вот как. И дай угадаю, ты хочешь поехать туда дабы читать древние летописания? Но с какой целью? Что именно ты ищешь? —Перед тем как стать человеком я хочу узнать как вообще я появилась 500 лет назад. Узнать кто мои родители, или хотя бы мать. Мне нужны ответы. —Ну, воля твоя, демон. —Что? —А, не обращай внимания, просто фраза из ученья. —Угу. Как самочувствие? —Уже лучше. А ты? —А я что? Ты о чём? Арлекино показала на запястье демонессы, что выглядывало из-под рукава толстовки. Запястье Фокалорс было изрезано до крови, на вид раны были не очень глубокими, но свежими, им было около часа. Фурина судорожно спрятала свои руки, обняв себя и сердито фыркнув что-то вроде: —Это не твоё дело. —Как раз моё, Рин. Отец встала с дивана и, найдя в аптечке бинты, села обратно к демонессе. —Я знаю, что это не приносит тебе боли, но я волнуюсь за тебя, Фуриночка. Давай всё-таки не будем колечить себя до конца и просто жить дальше. Мы сможем, я знаю. Дай мне свои руки. —Мг... Только после этого Фокалорс послушно протянула ей руки. Пока Слуга перевязывала ей запястья, демонесса призналась: —Я чувствовала боль, когда резала себя. Означает ли это, что я становлюсь живой? —Хм, не знаю. Но я читала, что если демон хочет чувствовать боль, то он будет ее чувствовать. Особенно когда он делает больно себе сам. —Вот как... Хорошо... То есть! В смысле! Ничего хорошего в этом нет! Я просто... Я уяснила. —И это самое главное. Арлекино закончила перевязывать руки Фурины и чмокнула их, чтобы те "быстрее прошли". —Рин, давай договоримся. Если нам плохо, то мы не колечим себя втайне друг от друга, а разговариваем. В этом нет ничего такого. Уж лучше мы лишний раз поговорим, чем я увижу труп милой рогатой девушки на полу. Я люблю тебя, Фурина, и не хочу потерять. Пойми это, пожалуйста, и не расстраивай меня, хорошо? В ответ демонесса лишь качнула головой, но спустя несколько секунд поцеловала хозяйку в щёку, забрав у нее немного энергии. —Пери, можно еще? —Да хоть зацелуй меня, я только счастлива буду.