Другая версия меня

‎Казалось, будто за окном наступил Хэллоуин — только на два месяца раньше положенного. По случаю начала учебного года всю прошлую неделю университет Пальметто пестрел оранжевым и белым, а на выходных кто-то заменил белые флажки и ленты черными — кампус словно погрузился в траур. Так себе дань уважения, подумала Хэйли Джостен, хотя, вероятнее всего, в ней просто говорил цинизм. ‎ ‎Она не корила себя за черствость. В свои девятнадцать повидала столько смертей.Включая смерть своих собственных родителей. Смерть неприятна, но для нее она — привычная и вполне терпимая боль в груди. ‎ ‎Когда Хэйли вошла, Кевин и Аарон двигали мебель. Глядя, как они переставляют кресла и диваны буквой «V», Хэйли поинтересовался: ‎ ‎— Что делаете? ‎ ‎— Меняем рассадку, — сообщил Аарон, — если, конечно, ты не хочешь весь сезон глядеть на пустое кресло. ‎ ‎— Мест от ваших перестановок не прибавится, — заметила Хэйли. ‎ ‎— На диване даже вчетвером тесно, не то что впятером. ‎ ‎— Впятером? ‎ ‎Кевин посмотрел на нее как на слабоумную. Этот взгляд был уже до боли знаком Хэйли и по-прежнему злил ее даже после четырех месяцев совместных тренировок. ‎ ‎— Ты ведь знаешь, где теперь твое место? — приподнял брови Кевин. ‎ ‎— Я тебе не собачка. ‎ ‎Хэйли шагнула к крайнему креслу, поскольку всегда выбирала место подальше, но Аарон плюхнулся в него первым. Видя, что Хэйли замешкалась, Аарон пояснил: ‎ ‎— Будешь сидеть на диване с Кевином и Эндрю. Давай, падай уже. ‎ ‎— Не люблю, когда меня зажимают, — сказала Хэйли. ‎ ‎— Никки целый год как-то терпел, и ты потерпишь, — ответил Аарон. ‎ ‎Кевин устроился на другом краю дивана, оставив посередине место для Эндрю. Хэйли снова обвела глазами комнату. Интересно, как отнесутся к перестановке старшекурсники? ‎ ‎Дверь в кабинет Вэймака в коридоре открылась, но секундой позже зазвонил телефон. Не потрудившись снова закрыть дверь, тренер взял трубку. Судя по ответам Вэймака, кто-то капал ему на мозги насчет урезанной линии нападения. ‎ ‎Тренер еще продолжал разговор, когда распахнулась дверь в комнату отдыха. Первой вошла капитан команды Даниэль Уайлдс, сразу за ней — ее бойфренд Мэтт Бойд и лучшая подруга Рене Уокер. Все трое сделали несколько шагов и застыли как вкопанные. Указывая пальцем на Хэйли, но при этом глядя на Кевина, Дэн спросила: ‎ ‎— Это еще что значит? ‎ ‎— Ты поняла, что это значит, когда в субботу мы забрали ее с собой. ‎ ‎Вэймак грохнул трубкой о корпус аппарата — то ли действительно завершил неприятный разговор, то ли использовал сбор команды как повод бросить трубку. Войдя в комнату отдыха, он проследил взглядом за вытянутым пальцем Дэн. Посмотрел на Хэйли, затем на Кевина, затем на Аарона; оценил перестановку и снова вперил глаза в Хэйли. ‎ ‎— Вроде бы еще совсем недавно Эндрю не испытывал к тебе симпатии, — заметил он. ‎ ‎— И до сих пор не испытывает, — не вдаваясь в объяснения, ответила Хэйли. ‎ ‎— Интересно. — Вэймак ненадолго задержал на ней взгляд, потом повернулся к старшекурсникам. — Чего стоите? Садитесь, надо поговорить. ‎ ‎Прислонившись спиной к телевизионной тумбе, он подождал, пока все устроятся, затем скрестил на груди руки и по очереди изучил каждого Лиса. ‎ ‎— Эбби написала речь, которую мне полагалось сегодня перед вами произнести. Там было много хорошего — про мужество, потери и необходимость сплотиться в трудный час. Я порвал этот листок и выбросил в мусорную корзину. Я здесь не для того, чтобы утешать и ободрять, и я не жилетка, в которую можно выплакаться — с этим обращайтесь к Эбби или езжайте в медцентр к Бетси. Моя работа — при любых обстоятельствах оставаться вашим тренером, не позволять вам рассиживаться и заставлять вас выходить на поле, готовы вы к этому или нет. Возможно, в ваших глазах это делает меня злодеем, однако нам всем придется с этим как-то жить. ‎ ‎Вэймак прокашлялся и провел пятерней по короткому ежику волос. ‎ ‎— Слушайте сюда. Дерьмо случается. Дерьмо будет случаться и дальше. Вам лучше меня известно, что жизнь — штука несправедливая. Собственно, потому-то вы и здесь. Жизнь не исполняет наши мечты; получить желаемое мы сможем, только если будем бороться изо всех сил. Сет хотел, чтобы мы победили. Чтобы после четвертого матча прошли дальше. Я считаю, ради него мы обязаны выложиться. Давайте покажем, на что мы способны. Давайте сделаем этот сезон нашим. ‎ ‎ ‎ ‎ *** ‎ ‎ ‎ ‎В конце концов Ники и Кевин остались ужинать со старшекурсниками. За все время с начала июня, когда Лисы собрались в кампусе в полном составе, Хэйли впервые видела, как кто-то из компании Эндрю общается с остальными членами команды. Хэйли связала это с отсутствием близнецов. Она слышала, как Никки упрекал Аарона за привычку кузенов держаться особняком, однако Аарона его сетования нисколько не тронули. Сегодня же, когда рядом не было ни Аарона, который вечно его отвлекал, ни Эндрю, который, словно пастух, не позволял ему отбиваться от стада, Никки был волен делать все, что заблагорассудится. ‎ ‎Выходить на улицу не хотелось, поэтому Лисы заказали доставку еды, а чтобы избежать дальнейших неприятных разговоров, Дэн включила фильм. Кино закончилось раньше, чем вернулись близнецы, но Никки счел, что на сегодня хватит испытывать судьбу. ‎ ‎— Спокойной ночи, — попрощался он после того, как помог убрать со стола. ‎ ‎— Увидимся утром, — сказала Дэн, закрывая дверь за ним и Кевином. ‎ ‎Отпустив дверную ручку, она бросила на Мэтта удивленный взгляд. ‎ ‎— Это было странно. ‎ ‎— Да уж, — согласился Мэтт. — Интересно, есть шансы собраться вместе еще раз? ‎ ‎— Мэтт… — Дэн умолкла и посмотрела на пустое место у стены, где раньше стоял письменный стол Сета.— Как думаешь, чем это обернется для нас в нынешнем сезоне? ‎ ‎На лице Мэтта застыло настороженное выражение — он как будто сомневался, стоит ли заводить этот разговор так скоро после смерти Сета, но все же ответил: ‎ ‎— Не слишком-то надейся. Плевать им на Сета. Он все равно бы никого вокруг себя не сплотил… ‎ ‎— Но?.. — подсказала Дэн — и она, и Хэйли расслышали это «но» в интонации Мэтта. ‎ ‎— Но-о, — согласно протянул Мэтт, глядя на Хэйли, — у нас наконец-то есть свой человек. ‎ ‎Хэйли озадаченно посмотрела на обоих. ‎ ‎— Вы о чем? ‎ ‎— Такое уже однажды было. С Кевином, — пояснил Мэтт. — Они заявили на тебя свои права и теперь собираются утащить за собой на дно кроличьей норы. ‎ ‎Дэн положила руки на плечи Хэйли и серьезно посмотрела ей в глаза. ‎ ‎Прикосновение было неожиданным — слишком теплым. Слишком доверительным. ‎ ‎— Не забирайся так глубоко, ладно? Иначе забудешь про нас. Стой одной ногой в норе, а другой — на поверхности, вместе с нами. Ты станешь тем звеном, которое в итоге объединит команду. Без компании Эндрю нам до финала не дойти. Дай слово, что постараешься. ‎ ‎Хэйли отвела взгляд первой. Обещания — это обязательства. А обязательства делают тебя уязвимой ‎ ‎— Вряд ли из меня получится объединитель, — призналась Хэйли. ‎ ‎— В тебе определенно есть что-то, что интересно Эндрю, — заметил Мэтт, — а куда пойдет Эндрю, туда двинут и остальные. Просто дави на него сильнее, чем он давит на тебя. ‎ ‎На словах все казалось легко и просто, однако Хэйли осознавала, что это не так. ‎ ‎— Я попробую.– прозвучало не уверенно. ‎ ‎ ‎ ‎ *** ‎ ‎ ‎ Ночь в общежитии всегда была шумной — кто-то хлопал дверями, кто-то смеялся в коридоре, где-то гудела вентиляция. Но сегодня стояла тишина. Плотная, вязкая. ‎ ‎Хэйли спала неглубоко — как всегда. ‎ ‎Во сне она сначала ничего не понимала. Просто гостиная. Их обычный вечер втроем.Мать что-то говорила — голос звучал будто через воду. Отец стоял у книжной полки, спиной к ней. ‎ ‎Звук раздался резко. Не как в кино — не оглушительный. Сухой. Плоский. ‎ ‎Мать замолчала. ‎ ‎Отец медленно повернулся. ‎ ‎Во сне Хэйли уже знала, что будет дальше. Она пыталась сказать себе: проснись. Это уже было. Это закончилось. Это не происходит снова. ‎ ‎Но тело во сне не слушалось.Второй звук.Глухой удар.Отец упал на пол. ‎ ‎Мать смотрела прямо на Хэйли. Не на того, кто стоял в дверях. На неё. ‎ ‎Словно спрашивала, почему она ничего не делает. ‎ ‎Третий звук. ‎ ‎Хэйли проснулась, не вдохнув. ‎ ‎Комната была тёмной. Сердце колотилось так, будто её только что вытолкнули на поле. Простыня прилипла к спине. Воздуха не хватало. ‎ ‎В руке был пистолет.Она не помнила, как схватила его.Ствол направлен в темноту комнаты — ровно туда, где в реальности был угол комнаты. Палец лежал вдоль спусковой скобы. Не на крючке. ‎ ‎Хэйли медленно вдохнула через нос. ‎Раз. ‎Выдох. ‎Два. ‎ ‎Секунда понадобилась, чтобы вспомнить, где она. Общежитие. Кампус. Не дом. Не гостиная. Родителей нет уже много лет. Сет мёртв. Это другое. ‎ ‎Но мозг не различал. ‎ ‎Она прислушалась. ‎ ‎Шаги в коридоре. Чей-то смех за стеной. Чужая жизнь продолжалась, как ни в чём не бывало. ‎ ‎Хэйли опустила пистолет, но не сразу. Рука дрожала — не сильно, почти незаметно. Достаточно, чтобы она это заметила и разозлилась. ‎ ‎— Возьми себя в руки, — прошептала Хэйли. ‎ ‎Она села, в позу лотоса и долго смотрела в окно. Металл всё ещё был тёплым от её ладони. ‎ ‎После смерти Сета сны стали возвращаться чаще. Раньше она думала, что справилась. Оказалось — просто научилась не вспоминать. ‎ ‎Она проверила предохранитель. Проверила магазин. Машинально. Спокойно. Как ритуал. ‎ ‎Потом снова положила оружие под подушку. ‎ ‎Легла, но глаза больше не закрывала.Если она уснёт — все вернётся.И в этот раз мать снова посмотрит на неё так, будто она могла что-то изменить.