~~Дитя моего врага~~

Очнулся Мудзан в своих покоях, над ним склонились три высшие луны: Кокушибо, Доума и Аказа. Перед глазами Мудзана всë плыло, а голоса казались отдалёнными. Увидев, что глаза Мудзана приоткрылись Доума широко улыбнулся. — О! Господин Мудзан! Вы уже очнулись? Я так рад! Похоже, мои молитвы не пропали даром! — сказал он, хлопнув в ладоши. Этот хлопок показался Мудзану настолько оглушительным, что он поморщился и у него зазвенело эхом этого хлопка в ушах. Аказа с отвращением посмотрел на Доуму, и с силой треснул ему по лицу. Доума же хихикнул. — Ой-ой, Аказа-доно! Как грубо! — сказал он, наигранно надувшись. — Заткнись, придурок... — пробормотал Аказа. Доума же пожал плечами, снова посмотрел на Мудзана, и сказал: — Я молился о вас в моём культе «вечного рая», и, кажется, это помогло вам! — Доума выглядел польщëнным, видимо, от своих же слов. — Отойдите, идиоты! Господину Мудзану сейчас не до ваших разборок! — вмешался Кокушибо, слегка толкнув обоих в бока. Вдруг раздался звон бивы, и Аказу с Доумой телепортнуло к дверному косяку. Это сделала Накимэ. — Ясно, Кокушибо-доно! не будем тогда отвлекать вас от вашего "пациента"! вы же спец в демонической анатомии! — хихикнул Доума. Вены на лбу Аказы вздулись, и он сжал кулаки. Но прежде чем кулак Аказы коснулся лица Доумы, раздался очередной звон бивы, и их перенесло в другую комнату крепости бесконечности. Кокушибо вздознул. А затем повернулся к Мудзану, лежащему в своей постели. — Вы потеряли сознание прямо во время битвы, господин Мудзан — пояснил Кокушибо своим монотонным голосом. — Об этом я и сам догадался... — процедил он, сквозь усталось. — В таком случае, мы не знаем что с вами, господин, и я, как спец в демонической физиологии и биологии, выясню это, позвольте я вас осмотрю, — сказал Кокушибо, слегка наклонив голову вниз, ка бы в поклоне. — Позволяю, Кокушибо, осматривай, — сказал Мудзан, проведя ладонью по лицу. Осмотр шёл минут двадцать или тридцать. Мудзана уже разрывало он нетерпения, но Кокушибо действовал как на зло медленно. Наконец Кокушибо выпрямился, опустил голову в лёгком поклоне. — Ну что там, Кокушибо?... — спросил Мудзан, посмотрев на первую высшую луну, а тот в свою очередь так же монотонно заговорил: — Вы... беременны, господин Мудзан, — заявил Кокушибо. Мудзан резко вскочил, сев на кровати его глаза были широко открыты. — Ч-ТО?! — переспросил он, не веря в происходящее. — Вы беременны, — монотонно повторил Кокушибо, — тот эмбрион что вы создали во время битвы теперь в вас, и в нём есть кровь юного Камадо, — — Я буду делать аборт, Кокушибо! — воскликнул Мудзан, — я не собираюсь вынашивать ребёнка Камадо! — — Боюсь... — начал Кокушибо, видя волнение Мудзана, — не получится, господин Мудзан, в нём и ваша кровь тоже, и если умрёт эмбрион - умрёте и вы, поэтому выбор крайне не богат, либо выносить и родить дитя, либо смерть, — Мудзана затрясло. Он был в ужасе. В глазах его снова помутнело, в ушах легонько зазвенело, а затем — гробовая тишина и чернота. Он потерял сознание. Снова. — Чтож, ожидаемо... — вздохнул Кокушибо, и принялся приводить Мудзана в чувства. Когда Мудзан наконец очнулся, Кокушибо уже сидел рядом на постели, склонившись над ним. Он пошёлкал перед его лицом пальцами, а затем, видя что Мудзан открыл глаза, убрал руку от его лица. — Вы снова отключились, господин... — спокойно сказал Кокушибо, — вам... стоит прилечь... вам нельзя нервничать, это вредно для плода... успокойтесь, господин Мудзан... — — Ага, могу расслабиться... — иронично ответил тот. На самом деле его охватывала паранойя, и он никак не мог успокоиться. — Следуйте моим инструкциям, господин... — сказал Кокушибо, — глубокий вдох... выдох... вдох... выдох... — Сначала Мудзану это не помогало, но затем он медленно начал успокаиваться. Его рука инстиктивно легла на живот. нᴀᴨиᴄᴀнно ᴄ ᴧюбоʙью оᴛ ʟɪsʏᴀᴏsʜ! 💞 Ждите продождения!