Посланник божий мечтает стать бездельником

      Бог Смерти, на удивление, оказался хорошим отцом. Он во время кормил сына, игрался с ним, умел укладывать его спать, читал книги. Конечно, про свои дела он тоже не забывал. Пока Кейл был слишком маленький, Деонис брал его к себе в кабинет, давал какие-то игрушки или старые ненужные бумаги, чтобы занять малыша. А он с удовольствием рассматривал магические формулы.       Так пролетело пару недель. Кейл мирно спал почти все время, просыпая на время еды, купания, прогулок, на которых тоже быстро засыпал. Бога Смерти даже начало напрягать это, но, вспоминая, что в жизни Ким Рок Су он тоже много спал, со временем привык. Ближе к обеду Кейл просыпался сам и, пока его папа занимался каким-то своими делами, пытался побыстрее встать на ноги и заговорить. За это время он стал выглядеть как семимесячный малыш, что не могло не радовать Кейла.       «Конечно, быть ребенком хорошо, но хотелось бы стать более самостоятельным. А то папа меня по замку не водит, говорит: „Холодно“», — хотя, так как в замке нет ни одного по-настоящему теплого места, Деонис постоянно накладывает на него магию температуры, так что в эту отговорку он не верит.       Спустя множество долгих попыток, маленький Кейл стал конкролировать звуки, которые говорил. Добиться каких-то полноценных слов у него, конечно же, не выходило, но его детский лепет стал более осмысленным. Странные «агу», «бя» и прочие превратились в «угу» и «ага», что значили «да», и в «ня», что значило «нет». На большее он пока не был способен, но этого и не требовалось. Деонис и так хорошо понимал все, что хотел Кейл... Ну как все, дай бог, половину. Или он его нарочно кормил кислым?       — Скажи: «а-а-а», — протянул Бог Смерти, поднося цитрусовое пюре в маленькой ложечке ко рту сына.       Кейл сразу запротестовал, отвернулся, замахал руками, послышались недовольные вскрикивания.       — Я понимаю, что тебе не нравятся апельсины, но они полезны для твоего здоровья!       «Да не в самих апельсинах дело, а в том, что они кислые!» — он, показывая всем своим видом, что смирился, переста махать руками. Однако, когда ложка с пюре оказалась ближе, Кейл схватил ее своей маленькой ладонью. Отец и сын смотрели друг на друга, пока младший не вывернул ложку и содержимое вылилось на стол.       — Айгу... — с разочарованием в глазах посмотрел Деонис. — Ах, значит, так ты хочешь? Понятно... Значит будет по-плохому! — он схватил сына на руки и зажал тому маленькие, но цепкие ручки. Само собой, не сильно, чтобы не причинить вреда ребенку, но так, чтобы он не мог ими шевелить. Свободной рукой Бог Смерти перелил остатки пюре в бутылочку и дал ее Кейлу. — Ешь! Теперь выбора у тебя нет.       «А он у меня был?!» — затем послышлось отчаянное «ня-я-я-я», и ребенку все же пришлось съесть кисловатое пюре.       Успехи в ходьбе были куда лучше. Кости окрепли, хват стал ловчей и сильней, также Кейл научился держать баланс. Потихоньку он смог самостоятельно вставать на ноги, уверенно держался у опоры и отлично ползал. Правда, колени часто уставали и начинали болеть, поэтому Кейл предпочитал практироваться в ходьбе, вставать, садиться, переворачиваться и так по кругу, пока не станет получаться идеально.       Это не могло не радовать сердце молодого отца, но в то же время хлопот становилось больше, и Деонис чувствовал, что скоро им не будет конца... И был в какой-то степени прав. В скором времени его маленький сынок научился выбираться из своего стульчика для кормления.       Кейл ловил момент, когда Бог Смерти отойдет за очередной миской с едой или бутылкой молока и устраивал побег. Он аккуратно вставал на стул и ловко, вложив не мало сил и оттолкнувшись от бортика, прыгал на стол. Благо, стул стоял прям рядом со столом и примерно на одном уровне, но по-другому вылезти семимесячный Кейл не мог. От резкого шума Деонис вздрагивал.       — Эй! Ты куда?! — первый раз стал для него настоящим шоком, последующие же переросли в обыденность.       Кейл, быстро перебирая ногами и руками, полз к краю длинного стола на минимум семь персон с одного бока. Доползя до другого края стола он задумался, что прыгнуть с такой высоты для его маленького тела будет будет довольно больно, и этот побег ни к чему бы не привел. Хотя, раздражать Бога Смерти было весьма забавно. Хотя бы ради этого стоило постараться. Раз бежать ему было больше некуда, Кейл принял решение вернуться на другой конец. Деонис подбегал к сыну с левой части стола, поэтому он полз по правой, в надежде, что его отец не дотягется и оббежит стол. Тогда Кейл уже бы дополз обратно и провернул ту же схему, но, увы, руки Бога Смерти все же оказались длинными. Ребенок был схвачен, побег предотвращен.       — Айгу... Не делай так больше! Ты пугаешь меня. Я твой папа, я волнуюсь... У-у-у... — заныл Деонис, обнимая теплого сына.       «Вот блин, не получилось. Теперь приходиться выслушать его...»       Само собой, это был явно не последний побег Кейла. Через еще пару недель он придумал кое-что поинтереснее. Пока что Бог Смерти не планировал оставлять маленького сына одного, так как пусть ментально ему семнадцать, но телом-то всего восемь месяцев! Молодой отец слишком волновался за своего сынишку, так что просто клал его на диван, давал игрушки, ненужные свитки, пол рядом обкладывал подушками, а столик отодвигал подальше.       Читая послания, которые отправляли ему священники церкви Бога Смерти, Деонис делал пометки в своих записях, а особенно интересные и важные бумаги откладывал в стопку. Скучные же скидывал на пол и оставлял для растопки камина. Такой подход нравился Кейлу, и невольно он улыбался. Решив привлечь внимание отца, он подал голос:       — У! У-у-у!       — Что ты? Проголодался? — оторвался от работы Бог Смерти. — Тебе достать ещё пару свитков? — спросил он, видя, что Кейл тычет пальцем в сторону стеллажа.       — Ня, — покачал головой он.       — Книгу? — улыбнулся Деонис, вставая, и тотчас услышал положительное «угу». — Так ты же читать еще не умеешь. Или тебе словарь дать?       — Ня... Дя, — чуть подумав, ответил Кейл.       «Скорее не словарь, а азбуку для детей. Было бы неплохо научиться читать, я уже совсем скоро смогу сделать свои первые шаги!»       — Хехе, ладно, сейчас что-нибудь поищу, — улыбнулся он, отвернувшись от непоседливого сына (хотелось назвать его «вредоносным», но раз пока что он не приносил никаких хлопот, кроме переворачивания тарелок и частых капризов, то у Бога Смерти не поворачивался язык такое сказать), совершил главную ошибку.       Воспользовавшись моментом, Кейл аккуратно перевернулся на живот и сполз с дивана. Не ощущая холод пола благодаря магии температуры, он быстро-быстро попозл, куда глаза глядели. Дотянуться до ручки он пока не мог, так что лучше всего было прятаться где-то в комнате... Было принято решение залезть под стол. Закрыт он был со всех сторон деревянными досками, по бокам крепились тумбы, но оставалось место для ног, где Кейл и хотел спрятаться. Он заполз под стол прямо в тот момент, когда Деонис повернулся с парой детских книг в руке.       — Вот это, думаю, тебе будет интере-... — он оборвался на полуслове и чуть не выронил книги из рук. — Кейл?! Кейл, ты где?! Куда ты... — с недюжинной бесспокойства звал молодой отец. Звука открывающейся двери не было, также как и окна, так что ребенок все еще должен быть в комнате... Да и за такой который промежуток времени он бы не смог до туда добежать в нынешнем состоянии.       «Ну давай-давай, поищи меня», — про себя хихикал Кейл, пока его не схватили на ногу. Он издал звонкий вскрик от страха, пока рука отца поднимала его. «Он нашел меня быстрее, чем я предполагал!»       — Ты! Маленький проказник! У-у-у... А-а-а, — Бог Смерти обнял его. — А-а-а-а-а-а... Любишь же ты потрепать мои нервы?! Любишь, я знаю, у-у! Еще раз ты сбежишь от меня, я посажу тебя на цепь, запру в комнате, и ты останешься навсегда со своим папой. Только ты и твой любимый папа... У-у-у...       «Какой ужас...» — нахмурил тонкие детские брови Кейл.

***

             Время пролетело, кажется, прошло недели три-четыре? Кейл подрос и стал выглядеть как годовалый малыш. Вот-вот он должен сделать свои первые шаги, произнести первые слова... Также он стал ощущать проходящее время. Будучи пушинкой в колбе Кейл не понимал, где начинается день, а где заканчивается. Деонис укладывал его спать и спал сам, но это не давало ему точного представления, сколько пришло дней. Время от времени он просыпался, глазел по сторонам, парил в колбе, а затем опять засыпал на неопределенный срок. Вновь обретя физическое тело, занятия, которые помогали скоротать досуг, почти не изменились: поспать, поесть, пару часов поактивничать, немного пораздражать Бога Смерти. За окном всегда была темнота, поэтому Кейл не мог понять, сколько он спал. Может, пару часов, может, четверть-треть суток...       Уже пару дней Деонис был какой-то слишком обеспокоенный, даже скорее странный, нервный. То ходил из комнаты в команту с улыбкой до ушей, то что-то невнятно бормотал.       — Придут, наднях придут... А может, к черту?.. Нет, так нельзя... Будет злиться... Завтра, послезавтра, через пару дней? Да, через пару дней... А как отреагируют? Он милашка, будут рады... — Кейл мог слышать лишь тихие обрывки фраз, но смог составить правдоподобную теорию.       «Кажется, к нам кто-то придет в гости», — думал он, спокойно играя в кубики в своей комнате. Наконец Бог Смерти решился оставить сына одного, но рядом с ним поставил шар видеосвязи, чтобы наблюдать за шаловливым ребенком. В ответ на это Кейл прикрыл шар одеялом. «Или папа хочет познакомить меня со своими родственниками? А у него вообще есть родственники?» — воспросов, как всегда, много, а ответов мало.       Деонис вошел в комнату Кейла с милой улыбкой, которая показалась младшему странной и не предвешающей ничего хорошего... Отец ласково взял играющего сына на руки, потыкал в щечку пальцем (на что получил недовольное выражение лица) и сказал:       — Ах, сынок мой, — он переминялся с олной ноги на другу. — Что ты думаешь о том, что сегодня к нам придут гости? Это папины друзья, их будет немного. Ты у меня уже вон какой взрослый, тебе необходимо общение! А то ты совсем не говоришь, айгу...       «Его друзья? Интересно, кто они? Скорее всего, весьма занимательные люди. Папа же Бог Смерти, вряд ли он станет дружить с кем попало», — Кейл мягко похлопал Деониса по щеке, говоря расслабиться, и что он не против. «Но разве не лучше познакомить меня с детьми моего возраста? Или он думает, что раз мне ментально семьнадцать лет, то со взрослыми мне будет интереснее общаться, нежели чем с годовалыми детьми? Пожалуй... Он прав, в чем-то да прав».       Кейл начал пристально смотреть на отца открытыми глазами, ожидая, что тот еще скажет. Подумав, Бог Смерти сказал:       — Сбор будет через пару часов... Давай я тебя приодену! Нужно произвести хорошее впечатление. Хотя ты и так у меня милашка, но лишний бантик лишь украсит твои милые щечки, — он снова тыкнул пальцем в щеку сына.       «Бантик?..» — пронеслось в голове годовалого ребенка перед тем, как его посадили в детскую кроватку. «Нет... Он хочет одеть меня во что-то нелепое! Нужно бежать! Бежать!» — Кейл шустро встал, держать за бортик.       Кроватка стала ему маловата, поэтому теперь служила своеобразной «тюрьмой», когда Денису нужно было, чтобы сынок никуда не убежал. Он специально увеличивал высоту бортов, пока ребенок рос. Кейл, надув губы, взялся руками за тонкую балясину, которая сейчас казалась ему металлическим прутом клетки. Он, сжав руки так сильно, как только мог, чтобы не упасть, начал дергать бортик, раскачиваясь вперёд-назад. Послышался шум, но Бог Смерти на него внимание не обратил, выбирая миленький наряд из шкафа...       Через некоторое время Кейл сидел на столе кабинета отца, а напротив него стояло серебрянное зеркало. Он безэмоциональным взглядом рассматривал свою одежду. Его бледная кожа, белые волосы и рубашка имели почти одинаковый оттенок, а вот штаны были черные и удобные, как и блестящие ботиночки... Отросшие волосы повязаны в высокий хвостик на макушке черной лентой... Бантик...       «Это самый уродский бант, что я когда-либо видел», — с нахмуренными бровями Кейл буравил взглядом свое отражение. Пожалуй, общий вид выглядел весьма недурно, но этот бантик... Мягко говоря, отвратителен.       Тем временем рядом Деонис приводил в порядок свой костюм. У него также были белая рубашка, которая не сливалась с кожей, так как смуглая, и черные брюки. Он, закончив застёгивать манжеты, подошел к стеллажу. В витражной коробке лежало пара украшений. Взяв крайний браслет, молодой отец направился к столу.       — Что ж, пойдем. Уже скоро прибудут папины друзья, — ловким движением Бог Смерти надел черный браслет и поднял сына на руки. — Тебе так идет этот бантик!       «Он шутит?»       Отец и сын вышли в холодный коридор, спустившись вниз на второй этаж, они направились к самому большому залу. В этом месте Кейл еще не бывал, так как ели они с папой на кухне, поэтому рассматривал все с любопытством. Большие пейзажные картины висели на стенах, окна завешаны алыми шторами, меж оконных проемов стоят сухие растения. В конце коридора была массивная дверь. Бог Смерти толкнул воздух свободной рукой, и когда двери отворились, они вошли. Их взору предстал огромный зал с высокими потолками, украшениями на стенах, панорамными окнами и роскошными люстрами. От нового взмаха руки зажглись свечи. Затем еще взмах, и появился длинный стол, накрытый скатертью, а за ним и стулья. Пять обычных стульев и один детский стульчик.       — Когда все придут, накрою на стол, — сказал Деонис, задумавшись.       «Пять стульев... К нам придут всего четыре человека? Увидев такой зал, я уж испугался, что будет целая толпа», — Кейл с облегчением выдохнул. «Папа накроет на стол? Тоже с помощью магии это сделает? Интересно, а еда будет магическая или обычная? Хотя мне-то что, я все равно буду есть свою детскую пищу», — теперь же он вздохнул с грустью.       Так как Кейл начал выглядеть как годовалый ребенок, то кормить его молоком и пюре уже не было нужды, и понемногу он начинал есть обычную взрослую еду, что не могло его не радовать.       «Эх, говядинки бы сейчас...»       Бум! Бах! Цзынь-цзынь!       Раздалась череда достаточно громких звуков. Это не было похоже на стандартный звонок в дверь, а также на стук. Однако ясно одно: гости прибыли. Кейл не мог не задаваться вопросом «Как они пришли сюда, если кругом пустота?» Но, подумав, что это Боги, и у них есть свои штуки, он решил отложить эту мысль подальше. Тем более круги телепортации никто не отменял. — О-о, — протянул с улыбкой Бог Смерти. — А вот и они! Пойдем скорее, а то Глассион разнесёт мне полдвора...       «Звучит жутко».       Деонис с сыном на руках решил не заставлять гостей ждать, поэтому по щелчку пальца перенес себя и его сразу к входной двери. Ощущение было необычным, возможно, преимущественно из-за того, что неожиданное, а так оно походило на странное чувство в животе, когда качаешься на качелях. Вдохнув и натянув улыбку, Бог Смерти распахнул двери готического замка.       На пороге стояло четверо человек (или правильнее сказать Богов). Впереди стояли приятная и яркая женщина с золотыми волосами и глазами, наливной розоватой кожей и спокойным взглядом в белых одеждах и мужчина с короткими черными волосами, зелеными глазами и усталым взглядом. Позади них, можно сказать, боролись двое. Мужчина с длинными черными волосами до поясницы пытался успокоить брюнета с бородой, заламывая тому руки.       — Я-я против! Отпусти меня! — кричал он.       — Ага, разбежался, — раздраженно отвечал другой. Заметив открытую дверь, он выпрямился и стукнул друга.       — Успокойся, Деон уже тут. Взгляд голубоглазого брюнета скользнул в сторону двери, и он перестал буйствовать.       — Приветик, — спокойно радостным голосом помохала рукой златовласая девушка.       — Так это правда, что ты решил завести ребенка, — безэмоционально сказал рядом стоящий мужчина. Не понятно, то ли он рад за друга, то ли недоволен... От этого Деонису стало не по себе, Кейл почувствовал это от еле заметного изменения хвата.       «Он боится осуждения? Тот папа, которого я знаю, не очень-то заботиться о мнении окужающих, но эти люди или, по крайней мере этот человек, ему важны», — заметил он, положив маленькую ручку на плечо отца и сжав его одежду.       — Ну-ка, ну-ка! Где же мой племянник?! — брюнет протиснулся между странным черноволосым мужчиной и златовласой леди.       У Кейла пролетела мысль о том, что скорее всего он и есть тот самый Глассион. В прочем, пока что только он подходил под его описание.       — Вот он! Ха-ха, — Глассион подхватил на руки годовалого Кейла, у которого появилось странное бесспокойное чувство. Бог Смерти кинул на Бога Войны многозначительный взгляд, но позволил подержать сына. — Во, какой крупный! Ты можешь стать превосходным мечником. Хочешь дядя Глассион будет тебя учить? Я Бог Войны, так что в сражениях равных мне точно нет!       «Уж откажусь. Раз мне выпала возможность начать жизнь с чистого листа, то я хочу быть бездельником и ничего не делать! Умение драться на мечах тоже входит в это», — он хотел ответить "ня", но почувствовал странный взгляд черноволосого Бога. Почему-то отвечать ему перехотелось, но Бог Войны ждал ответа.       — А? Чего не отвечаешь? Засмущался, ха-ха?       — Вряд ли, — покачал головой Бог Смерти. — Он еще не умеет говорить.       — Да? Какая жалость... — сказала златовласая.       — Ничего, научим! Эй, скажи «дядя Гласси», — обратился к ребенку он. — Скажи же «дядя Гласси», «дядя Гласси». Это же просто!       «Для тебя может и просто, но для ребенка вроде меня нет! Это слишком длинно».       — Он не "Эй", а Кейл, — возмутился Деонис.       «Вот-вот».       — Какое замечательное имя, — подал голос еще один черноволосый с волосами до поясницы. — Долго выбирал?       — Довольно... Что ж, пройдемте в мою скромную обитель, — наконец Бог Смерти пригласил гостей в дом. Он потянул руки, чтобы взять сына обратно.       Однако его опередили. Более светлые и на вид грубые ладони уже схватили маленького Кейла. Странный черноволосый Бог отнял ребенка и пересадил к себе на руки. Он начал всматриваться в него, от чего стал выглядеть более задумчивым и пугающим. Деонис также не отрывал взгляда от друга и любимого сынка. С помощью магии он передал сообщение прямо в голову Кейла:       — Тот, что держит тебя сейчас, это Бог Баланса Алан. Просто сиди и не двигайся, не шали. Он... Можно сказать один из главных среди нас, старше меня, Гласса и Ангелины. Он не особо доволен тем, что я завел ребенка и перенес твою душу в наш мир. Я скоро с ним поговорю, а ты сиди смирно и не докучай. Не хочу, чтобы ситуация усугубилась, айгу...       «Кошмар. Теперь ясно, почему папа волновался», — только и мог подумать Кейл. Он понял, что Ангелина — это та златовлая леди, а имя черноволосого Бога с волосами до поясницы осталось загадкой. «Ладно, может, позже узнаю в их разговорах».       — Пойдёмте, — тишину прервал Бог Баланса, когда Кейл украдкой взглянул на него.       «Надеюсь, он меня не прикончит...»       Все неспешно пошли за Богом Смерти в главный зал. От рук Алана исходил то ли холод, то ли еще какое-то странное чувство. Он злился? Кейл очень надеялся, что нет... Сейчас он лишь крошечный ничего не умеющий ребенок.       — Молодец, Деон, хоть прибрался, — сделал колкое замечание Бог Войны, на что хозяин лишь холодно ухмыльнулся.       Вскоре они пришли в зал. Когда двери закрылись, Бог Смерти щелкнул пальцами и на столе появилась еда. Очень много еды. Все расселись. Бог Баланса посадил Кейла на детский стул, сам сел на против него. Рядом с ним — черноволосый Бог с волосами до поясницы, а Глассион и Ангелина сидели рядом с Кейлом. Деонис занял место во главе стола, улыбнувшись сыну.       «Наверное, все прошло неплохо, фух...»       Кейл взял в руки маленькую ложечку и начал есть. Его хват стал крепче, поэтому уже несколько дней он ел самостоятельно. Черноволосый Бог мило улыбался, поглядывая на него.       — Это Эрес, Бог Хаоса, если тебе интересно. Он ровесник Бога Баланса и наш старший. А это Ангелина, Богиня Солнца. Она, как я и Гласс.       «Ох, ясно», — комментарий Бога Смерти оказался как нельзя к стати. «Не стоит его лишний раз бесить».       — Деон, мы же не с пустыми рука пришли! — начал Глассион. — Пусть у твоего сынка день рождения не скоро, но мы ничего не дарили ему на первое рождение. Я всю неделю готовился между прочим, хе-хе.       «Подарки? Что ж, это мне нравится», — приободрился он.       Заметив это, Ангелина улыбнулась:       — Я тоже подготовилась.       — Спасибо, — чуть расслабился Деонис.       Поев, Бог Смерти также по щелчку пальца убрал остатки еды. Сегодня Кейл ел так аккуратно, что не пришлось вытирать ему щечки. Потирая руки, Бог Войны достал из своей бездонной сумки длинный меч лучшего качества. На лезвии выгравирован красивый узор, рукоять также выглядела очень роскошно, а главное удобно. Лязг лезвия, довольный Глассион положил подарок на стол ближе к годовалому ребенку, повисла тишина и вздох Эреса.       — Ну он же еще ребенок, зачем ему сейчас меч?       — Как зачем? Когда вырастет, буду учить его боевым искусствам. Надо с самого рождения постигать искусства борьбы, лишь тогда он вырастет первоклассным Мастером меча!       «Да этот меч, как три меня», — вздохнул Кейл.       — Ну что, как тебе? Нравится меч, сынок? — казалось, что Деониса ни капли не смутил такой подарок.       — Дя, — ему не особо хотелось знать, что будет, если он ответит отрицательно. Меч, конечно, хороший, очень хороший, только вот он им пользоваться не будет.       Глассион широко заулыбался, затем подошел к Кейлу и подхватил его на руки и начал тыкать его в щечку. Он хихикал и бормотал страшные вещи о том, как он будет учить своего племянника. Тем временем Эрес встал, чтобы достать свой подарок. Красивая коробка оказалась на столе. Бог Смерти настоял, чтобы Бог Войны опустил обратно его сына.       — Открывай, — мягко произнес Бог Хаоса.       Кейл с интересом разглядывал обертку и гадал, что же ему мог подарить Эрес. Потянув за длинных хвост бантика, он убрал ленту с коробки и открыл крышку. Внутри лежали колбы, какие-то стекла, реагенты, пузырьки с надписями (он еще не умел читать, так что не мог разобрать, что здесь написано). Содержимое походило на какой-то набор юного химика. В прочем, он не особо ошибся.       — Базовые предметы для юного алхимика, — торжественно заявил Эрес.       «М-м, класс», — подумал Кейл и, прежде чем Деонис спросит у него: «Понравился ли подарок?» Он улыбнулся и радостно запищал. Этого было более чем достаточно. Бог Хаоса удовлетворённо кивнул, Богиня Солнца с улыбкой сложила ладони, подперев ими щеку. «Закину потом куда-нибудь. Вряд ли мне это пригодится».       — Говоришь, зачем ему меч, зачем? А сам, вон, алхимические реагенты подарил ему! — возмутился Глассион.       — Алхимия помогает в развитии.       — Боевые искусства, между прочим, тоже! Или ты хочешь, чтобы у него кости слабые были?!       — Успокойся, Гласс, — теперь настал черёд Ангелины. Она щелкнула пальцами и перед Кейлом стояли три небольшие шкатулки: первая вся из цветного стекла, вторая из золота, а третья из резного дерева. По очереди Богиня открывала их с помощью магии и подносила содержимое ближе к ребенку. — Это зачарованный чокер. Он может принимать любой цвет, какой пожелаешь, а также имеет свойство изменять внешность, — Кейл взял в руки красивый черный кружевной чокер и почувствовал легкое присутствие маны. — А это позолоченный браслет, — его глаза заблестели, услышав слово «золото», и руки инстинктивно потянулись вперед, отбрасывая чокер в сторону. Ангелина улыбнулась. — Он оснащён магией защиты. Если будет какая-то опасность, то активируется мощный барьер, — видя интерес ребенка, она одела браслет на его руку. — И последнее... Когда Кейл подрастет, то можно проколоть ему уши. Эти серьги при сильных ранениях заживляют тело.       — Спасибо, Ангелина, очень хорошие подарки, — улыбнулся Бог Смерти. Богиня Солнца, смотря на довольного племянника, села рядом.       — Так не честно! Ты и Эрес подарили слишком много, чтобы меня сделать крайним! Хитрый старик и коварная женщина! — закричал Глассион.       — Сам виноват, что скупердяй, — пожал плечами Бог Хаоса.       — Тебе никто не запрещал подарить больше, — развела руками она.       На этот раз шум оборвал Бог Баланса, встав из-за стола. Он скрестил руки на груди:       — Что ж... Подарок заранее я не готовил. Мне нужно было посмотреть на тебя, Кейл, чтобы решить, что подарить. Думаю, это тебе понравится.       Алан щелкнул пальцами, и все пустое пространство на столе заполнили стопки книг. В каждой стопке было по четыре-пять книг, а самих стопок около пятнадцати... Книги были самые разнообразные, начиная с древнейшей истории и учебниками по магии, заканчивая теорией «Как вести войны» и словарями. Деонис довольно улыбнулся, радуясь, что его старый друг не станет обижать Кейла или просить отправить его обратно, раз подарил сколько вещей. Глассион хотел было надуться от возмущения, пока Ангелина злорадно хихикала. Ее никак не задевало то, что Алан подарил больше подарков. Все подарки хороши.       «Вау, ну это мне нравится больше всего!» — Кейл очень любил книги, так что это было для него самым лучшим подарком. Конечно, после денег.       — Кстати, Деон, а Кейл умеет ходить? — задал вопрос Бог Войны.       — Пока нет.       — Жаль-жаль, а то бы провели традицию.       — Эту традицию проводят на день рождения.       — И что? Пусть сегодня у него будет день рождения, давай!       — Я разочарую тебя, Гласс, но это так не работает, — вклинилась в разговор Ангелина.       — Да давайте! — он встал со своего места и взял на руки Кейла. — Глядишь, пойдёт твой сынок.       «Что еще за традиция...»       Видя замешательство на лице сына, Деонис вновь послал тому сообщение:       — Это традиция на один годик класть перед ребенком подарки с разными направлениями в профессии. Затем ребенка отпускают, и к чему он первым притронется, то и станет его делом по жизни.       «Интересно, но странно».       Все встали из-за стола. По щелчку пальца на полу появился мягкий ковер и все подарки переместились на него (конечно, на полу лежала лишь одна книга, в то время как остальные остались на столе). Глассион поставил маленького Кейла на пол, придерживая за ручки. Деонис отпихнул друга, сев на его место.       — Это папа должен держать сына в этой традиции, если ты помнишь, — хитро ухмыльнулся он, а Бог Войны ничего не мог сказать в ответ. Традиция есть традиция.       «Алхимия, боевые искусства, науки и, по всей видимости, магия. Эх... Здесь нет ничего, чтобы олицетворяло мою беззаботную бездельничью жизнь... Буду стоять на месте», — взгрустнул Кейл.       — А, и совсем забыл. Я тоже тебе подготовил подарок, — с улыбкой на лице Бог Смерти вынул из надгрудного кармана небольшой подарок. Он сверкал на свету словно отражение солнца на морской воде. Золотая ложечка легла к остальным подаркам.       «Вот она...» — голубые глаза блестнули, осанка выровнялась, цель найдена.       — Что ж, малыш Кейл, возьми то, что тебе больше всего нравится, — сказал Эрес.       Деонис осторожно отпустил руки. Кейл уже мог стоять без чужой помощи, но все равно нужно быть осторожным. Он собрался с мыслями и сделал пару маленький шагов вперед. Все затаили дыхание, особенно Бог Смерти. Шаги Кейла все еще были неуверенными, шаткими, но он не сдавался и шел к цели. Наконец он дошел до золотой ложки, сел и начал ее рассматривать, крутя в ручках с довольной улыбкой.       — А я все засняла, — ухмыльнулась Богиня Солнца, держа в руках магический шар.       — О, Ангелина, сделай, пожалуйста, копию и пришли мне! — сказал Глассион. — Ой, наш миленький племянничек сделал свои первые шаги... Так ми-       Бог Войны оборвался на полуслове, когда услышал шепот.       — Пяпа, — сказал Кейл. От неожиданности все застыли, а ребенок помахал золотой ложечкой в руке. — Зоатая лоэчка, — он плохо выговоривал буквы, но общий смысл был понятен.       Годовалый Кейл подполз в отцу и начал радостно хлопать его по ноге. Вдруг Деонис обнял сына и начал ныть и плакать от счастья:       — У-у-у... У-у-у... Это самый, хнык, лучший день на моем веку! Хнык! Айгу, я самый счастливый папа, у-у-у... — остальные Боги принялись его поддерживать, говоря, что это очень мило. Лишь Бог Баланса держался в стороне, смотря на Кейла.       «Всегда мечтал родиться с золотой ложкой во рту».