Курьëз и серьезный вопрос

— Ну где же она… Где? Да искать тут что-то — сплошное издевательство! — Тэнг от и до перебрал ещё одну книжную полку, но снова все старания прошли впустую. Вслух он бурчал себе под нос, но мысленно уже припоминал самые грязные выражения, которые только слышал по детству МК-я от Пигси. И он тоже хотел ругаться. Но, дабы этого не случилось, сжал губы. Раздражение от этого возросло в нём только сильнее, и в неуправляемом порыве эмоций он дёрнул ногой. И тут же пожалел, что пошёл рыться в пыльной библиотеке без помощника: лестница под ним отошла от шкафа. Тэнг не был эквилибристом, но, как оно и бывает, должен был попытаться стать им прямо сейчас. В панике он замахал руками, как сумасшедший. Любое ощущение пространства покидало его: мир вокруг поплыл, превращаясь в смазанные масляные мазки. Сердце бешено колотилось в висках. Тэнг думал, что упадет с высоты нескольких метров на пол, однако сам не заметил, как лестница довольно уверенно встала на две свои ножки и по-медвежьи переступала с одной на другую. (Не всем дано понять, но учение мастера Суботи всегда даёт свои плоды, даже если ученик это отрицает.) В одно мгновение, когда рассудок всё же пробился сквозь панический хаос в голове, Тэнг сделал рывок, и лестница полетела к шкафу.Он судорожно выдохнул, как только врезался животом в верхнюю полку. Небеса ему помогли, не иначе. Но вдруг — хруст. Он ни за что не успел ухватиться и полетел вниз. Истошный крик. Руки у груди. Внезапный импульс. Тэнг сжался в страхе; напряжение судорогой прошлось по всему его телу. Он уже прослезился от горького предвкушения, которое вот-вот бы стало истиной, как вдруг почувствовал лишь встряску, уловил ушами грохот и снова подлетел в воздух. Не поняв, сломал ли он так шею, Тэнг осмелился приоткрыть глаза. И в них тут же отразился золотой блеск могущественной и верной, защищавшей его от гибели, силы монашего Предка. Он обрадовался, однако, отмечая признаки жизни в себе, полёт не контролировал. Поэтому, налетев на письменные столы, он направился в своём золотом коконе прямиком в оконное стекло. Зажмурился. И не заметил из ниоткуда стекшуюся бездну в фиолетовом ободке, которая тут же поглотила его на пути. Тэнг влетел спиной в стену. Вокруг него поднялась страшная пыль, и его вопль быстро прервался судорожным чиханием. Но в целом вокруг всё равно оставалось тихо. Его оцепенение от происходящего нарушил глухой смех со стороны. — Ох, это было просто уморительно! Тэнг постарался быстро приподняться, игнорируя до сих пор саднящую рану от пернатого соратника Льва Лазаря. После беглой оглядки оказалось, что читательский зал открывался на обозрение откуда-то сверху. Тут Тэнг замер на полсекунды, уже отходя от шока и догадываясь, что очутился где-то на шкафу. Но почему-то в другом отделе библиотеки. С выдающей его дрожью в зрачках, Тэнг всё же собрался и посмотрел в сторону, откуда доносился голос. Макак, всё это время наблюдавший за ним, ещё раз тихо усмехнулся и потёр пальцем под глазом, театрально смахнув на пол слезинку. — Т-ты? Макак? — пролепетал Тэнг, в кои-то веки поправив съехавшие очки на переносице, — Н-но как ты здесь оказался? «Какая глубокая благодарность», — подумал про себя в ответ властитель ручной чёрной дыры, которая и спасла этого недотëпу. Однако он — не Макак, если оборвет представление на таком интересном месте. — Да так, люблю места, в которых нет людской суеты. Тишина и покой. В библиотеках, как я думал, обычно умные люди сидят, книжки там читают, верно? Тэнг уловил колкость. Но, если так посмотреть, всё было честно. — Да, — он стыдливо потер затылок, — Я чересчур увлекся поисками одной очень старой книги с ценными сведениями, но потерялся в полках. Хоть это не подобает книгоедам навроде меня, кхм… Но того, что я искал, здесь всё равно нет. — А ты уверен? Даже не глядя на Тэнга, Макак вытащил из-за пазухи и протянул ему какой-то объемый многостраничный том в красной обложке. — Согласись, ты бы не угадал с моими читательскими вкусами. Тэнг, мягко говоря, удивился. Но все же медленно, чуть недоверчиво, потянул руки к книге. Макак же, видно, тешился его реакции, скрывая за своей таинственной улыбкой тени забавы. Увидев только одно слово из названия: «Преисподняя», Тэнг понял, что получил точно то, что искал. Но радость оказалась мимолетной. Ощущение какого-то подвоха в этой истории не давало ему покоя. — Хм… Книга о существах и узниках царства Ян Вана не самая занимательная для тех, кто просто хочет поразвлечься за чтением, да и тем более видывал за своë бесконечно долгое существование половину истории, — вслух размышлял он, — И ещё ты откуда-то выследил, что нам нужна информация… — Слушай, не нужно быть всезнающим Мудрецом, чтобы понять, что… Тэнг не дал ему вставить и словом больше. — Но тебя и до этого не сильно колышела судьба Вселенной, вспомнить хотя бы Демона Белые Кости! И наши судьбы тоже. Так почему ты теперь стал беспокоиться хоть о чём-то, о ком-то, помимо себя? — Что?. . Макака, казалось, оглушило, словно нещадным ударом по голове. Он застыл с остекленевшим взглядом. Его губы едва заметно подернулись. Тэнгу становилось очень не по себе наблюдать это. Макак вдруг досадно усмехнулся: — Неужели во мне всë так плохо?.. «Неужели никто и никогда не различит благое начало хоть в чем-то, что я делаю?» Из немых чувств, которые переполняли его, вышел немного срывающийся, сдавленный смех. Но вскоре он стал громче. — Прости, я… Я перегнул палку. — Тихо сказал Тэнг. Однако, не замечая ничего, Макак продолжал заливаться хохотом. Его уже не возмущало то, что было сказано наследником Монаха. Но он не чувствовал, что может себя сейчас контролировать. Снова впал в припадок истерики, а повод-то такой, казалось бы, незначительный! Прошло некоторое время, прежде чем волны эмоций внутри него схлынули на берега и рассеялись по дальним равнинам сознания, унявшись формой противных больших луж. Настала тишина. Для Тэнга она ощущалась неловкой, но вот Макаку — точно помощница мыслей. Она была будто его подопечной, то, с чем знатоки, как он, общаются на «ты», и наступала так же легко и просто, как и рассеивалась. — Кажется, до конца веков я так и не увижу свет. Ведь я всего лишь Макак, обречëнный скитаться в тени и быть с ней одним целым, хотелось бы того или нет. Тэнг остался глубоко поражён его словами. И того, что последовало далее, он никогда бы не сделал, если бы руководствовался разумом. Но общество такого, незнакомого доселе Макака заставило его проявить капельку безумия. Человеческая ладонь легла на плечо Обезьяны. Хвост еë дёрнулся от неожиданности. Золотой взгляд тут же встретился с линзами очков, выглядывая за ними что-то своë и ожидая пояснений. — Я знаю, что такое быть невидимкой. Как и ты сам. Но выйти из тени возможно, если у тебя есть кто-то, кому несложно разглядеть в ней твой силуэт. И если ты захочешь, то всегда можешь обратиться к нам. И… — он немного замялся, — ко мне. Только, прошу, появись не у меня дома и не в полночь, пока я буду спать. Макак после его слов задумался. Его всё устраивало. — Как скажешь, мистер Тэнг.