Маленькая ложь

Уже на полпути к дому первой буквы, Кира задумался. Его обман с перевоплощением обернулся неудачей, хотя задумывалось наоборот. Неужели с первого раза непонятно, что это тупая идея, которая не приведёт ни к чему хорошему? Кирка волновался, ноги прогибались, как пружинки. Сознание кричало, что ещё не поздно повернуть назад, а сердце обливалось кровью и умоляло сделать этот непростой шаг. Ради Аза. Можно было просто так оставить родной Алфавит и не узнать, чем же закончилась история, виновником которой он стал. Но это не честно. Ответственность висела тяжким грузом на плечах веснушчатого, а потому он не имеет права отступить. Он нерешительно встал у ворот. Получится ли? Палец потянулся к звонку. Кованная дверь приоткрылась, и в щели показался глаз. Увидев гостя, зрачок привратника сжался до точки. Он полностью открыл дверь и отошёл в сторону, без вопросов пропустив его. Кира прошёл мимо охранника - одноглазого минилара, ростом почти с обычную букву, непонятной формы, длинными большими ручищами, с массивными кулаками, на костяшках которых торчали ряды шипов. Кофей робко кивнул и подошёл к парадной двери. Нужно вжиться в роль. Яори, если бы был здесь, неприменно волновался. Да и Кира волнуется, так что не проблема. Кира постучал дверным молотком. По ту сторону раздалось жуткое эхо от ударов. Тишина... Страшная, гробовая, как в склепе. От самого дома веяло сыростью, а ведь ещё недавно он был похож на пустынный оазис. Вдруг, дверь открылась. Всё тот же дворецкий встречал на пороге. Он был удивлён не меньше охранника. — Ах! Господин Яори? — Здравствуй... те. - он чуть не выдал себя. Яори не знаком ни с особняком, ни с его обитателями. Нужно быть вежливым и немного скованным. — Что вас сюда привело? - обеспокоенно спросил Адри. — Я хочу поговорить с Азом. — Нет, пожалуйста, уходите! Мне очень жаль, что вы не по своей воле были вовлечены в этот скандал. Но не вам отвечать за господина... — Это же Яори! Яори пришёл! В коридоре нарисовался ещё один минилар - прописная буква "а" с длинным "хвостом", закрученным в спиральку, как у хамелеона. Он поправил ободок горничной и подбежал к гостю. — Скорее! Скорее наверх! Господин вас ждёт! — Ара! Без стеснения, маленькая завитушка взяла Киру за руку и бегом повела вверх по ступеням. Лицедею был знаком маршрут, но он позволил горничной отвести его. По пути он не мог не заметить, как сильно всё поменялось в доме. Стены потускнели, а под потолком развелась плесень. Картины сняты, а некоторые, по-видимому, выдернуты с мясом. На штукатурке красовались вмятины от кулаков. А наверху было ещё страшнее: тёмный коридор, сырой ковёр, цветочных горшков не хватало, а на том месте, где стояла пузатая оранжевая ваза, не было ничего. Пусто. Наверное, Аз крушил свой дом, если так подумать, то Адри спас Киру, прогнав со двора. Первый бы как следует отыгрался на своём секретаре, и не посмотрел бы на все прошлые заслуги. Адри неуклюже бежал за горничной и гостем, пока они не дошли до знакомой комнаты, но без двери. — Я требую, покиньте дом! Проигнорировав, Ара привлёк внимание Аза звонким окликом: — Господин, к вам посетитель! Аз услышал их ещё в коридоре. Думая, что это кто-то из друзей, он лениво перевернулся на кровати. Наконец увидев своего гостя, А вскочил и подбежал к нему, протягивая руки, словно не веря, что всё это взаправду. Ара стоял в сторонке и улыбался, гордый собой. Зато Адри был недоволен, посмотривал то на своего подчинённого, то на господина. Кира с трудом верил, что этот симболар и есть Аз. Первая буква, казалось, похудела, глаза красные, а под ними висели тёмные мешки, кожа потускнела. Вся его форма выглядела обмякшей, руки кое-где забинтованы, но из-под повязок выглядывали мелкие белёсые царапинки. Страшнее Аза была только его комната. Наверное, самая влажная из-за нескончаемых слёз, стены испачканы едой, которую он швырял, отказываясь есть. Туалетный столик стоял на трёх ножках и без зеркала, карниз висел на одном креплении, шторы, вылялись на полу, как и книги. Вот так переживал Аз. Ему очень хотелось пожалеть любимого, но вспомнив про роль, Кира мягко отстранился. Аз крепче схватил его за плечи, боясь отпустить. — Давай поговорим. - холодно произнёс он. Аз закивал головой и велел прислуге оставить их одних. Уже в коридоре Адри начал отчитывать горничную: — Ара, буквоед тебя дери, кто просил приводь его к Азу? — Но он такой грустненький и ничего не кушает. Они помирятся, и всё будет хорошо! — Всё и так было бы хорошо. Ты не понимаешь, что он просто хочет внимания? — Всем нужно внимания, просто Яори ещё не понял, как сильно наш господин любит его! — Идиотина. Тем временем Аз бегал глазами по комнате в поисках приличного стула или кресла, на которое можно усадить столь важного гостя. Стул нашёлся под занавеской. На удивление целый и не сырой. Кира сел, а Рыжий нашёл место на кровати, где проводил всё своё время. — Д-да? Дрожащий голос Аза - явление нереальное, как тройная радуга. Кира сидел прямо, закрыв глаза, вспоминая свои сценарии. Как на зло, всё вылетело из головы. Чем дольше он молчал, тем сильнее волновался Первый. — Аз. Мне рассказали про твоё самочувствие. — ... — Мне не нравится, что ты так переживаешь из-за меня. — Это Кира! — Да. - Кира вздрогнул, когда его упомянули. - Именно, это был он, а между нами ничего нет. Перестань мучать себя и возвращайся в Алфавит. Тебя ждут. — Как я могу сделать вид, что между нами ничего не было, когда я буквально три недели думал, что встречаюсь с тобой!? Думал, что это всё взаимно! Я был счастлив. — Я не люблю тебя. Мы не пара. Прекращай уже. Если с тобой что-то случится, я не хочу, чтобы меня потом винили. — Прошу, Яори, останься! - Аз спрыгнул на пол и на коленях пополз к Кире, как и тогда. - Дай мне показать, какой я на самом деле, ты не пожалеешь! — Фх... Отцепись! - Кира позволил себе стукнуть Аза по рукам. - Разве не ясно, что я не люблю тебя!? — Яори... — Только полюбуйся на себя, да на тебя смотреть тошно. И это первая буква? Ты жалок, Аз. Ты даже хуже меня. — Нет, Яори. Ты никогда не был хуже. Ты всегда казался мне идеальным. Ты милый, скромный, нежный... — Я не такой. Ты идеализировал меня и влюбился в свою же фантазию. Это твоя ошибка. Аз встал с колен, отвернув голову. Услышал ли он его слова? — Да... Да, ты прав. Конечно. - медленно подошёл к туалетному столику. - Проблема во мне. — Аз, ты что... В руках блеснул осколок зеркала, припрятанный в ящичке. Видимо, Адри проглядел один. В отчаянии Аз поднёс остриё чуть ниже подбородка, предположительно, там находились жизненно важные вены. Он маниакально улыбнулся, вжимая осколок плоской стороной. Одно резкое движение: и будет беда. Кира замер на месте, всё пошло по звезде, он не предусмотрел такого сценария. — Аз, не делай этого. — Почему же? Кира не мог дать внятного ответа, а почему же? Глаза забегали по комнате, пытаясь найти подсказку среди разгромленной мебели. Почему Аз не должен умирать? — Зачем мне жить, если меня не любят? — Тебя любят! — Кто? Этот веснушчатый подонок? Сдалась мне его любовь! Чувства Киры были задеты, но, несмотря на это, он продолжил. — Твои друзья... Они волнуются за тебя. — И что? Переживут. А вот я твой отказ... Лезвие впилось глубже. Казалось, ещё чуть-чуть, и из-под острия покажется кровь. — Как ты сказал? "...на тебя смотреть тошно"? Твоя правда. Я мерзок самому себе. И зачем мне, такому жалкому отбросу, продолжать существовать? — Аз, ты достоин жизни также, как и любое другое живое существо... — А не ты ли больше всех желаешь моей смерти? Я же столько лет мучал тебя! Мешал с грязью! Забыл, как лежал в коме? Ел через соломинку! Внезапно лицо Аза преобразилось. Боль и отчаяние сменились безразличием. Рука с осколком опустилась. — Зачем ты вообще пришёл, если не хочешь полюбить меня? Он закрыл глаза и снова поднял стекло, но уже по-другому, направив его к горлу кончиком. Времени мало, Кира одним прыжком подлетел к нему и взял за руку. Пускай Аз и голодал, но силы, чтобы не отдавать оружие, оставались. — Брось! — Скажи, что любишь меня. — Но это неправда! — Тогда почему ты подставляешься под нож? И верно, Кира сам не понял, когда успел протиснуться между ним и злосчастным осколком. Яори бы ни за что не заслонил врага собой, тем более, если Аз сам так решил. — Я... Я н-не знаю... — Я знаю. Тебе не плевать на меня. - Аз положил руку ему на щёку. - Ты меня любишь где то там, в глубине души. — Аз... Нет. — Нет? Тогда выбирай: оставишь меня или поцелуешь? — Давай поговорим... — Выбирай! У Киры не оставалось выбора - отражение в осколке с ужасом смотрело на него, впиваясь в блёклую кожу. — Я. Люблю. Тебя. Их губы соприкоснулись. Для одного это был тяжёлый выбор, а для другого - один из лучших моментов в жизни. Поцелуй с настоящим Яори. Не с его гадкой подделкой. Несчастному хотелось поскорее закончить, но Аз не позволял отстраниться, углубляя поцелуй и бегая руками по телу. Раздался звон стекла - осколок упал на пол и разбился. Получилось. Аз спасён! Но не надолго. Уже завтра, а может, даже сегодня его обман раскроется. Это не получится спрятать, как в первый раз. План был плох с самого начала. С момента, как Кира предложил Яори свою помощь и заканчивая попыткой мирно разойтись с Азом. Только идиот решит, что сможет убедить невменяемого психопата. С каждой минутой ошибок становилось всё больше и больше, и он понимал, чем всё закончится. Услышав мокрый "хлюп" над ухом, Аз, наконец, разжал руки. Кира загонялся с каждой минутой, от осознания масштабов последствий он заплакал. — Ну что ты, мой хороший? - спрашивал Аз, на что плакса только замотал головой. - Не бойся. Теперь всё будет по-другому. Я не буду тебя обижать, любить буду. Вот увидишь. — Я хочу уйти... — Уйти? - Аз насторожился, крепче схватившись за плечи. — Д-домой. — Ах, домой. Побудь ещё немного со мной. Я так долго ждал этого дня. В комнату забежал Адри. Увидев обнимающуюся зарёванную парочку, он косо посмотрел на Аза. — Что у вас тут происходит? — Праздник, Адри! - воскликнул Рыжий, торжественно вскинув руку. - Накрывай на стол, мы ужинать будем. — Сию минуту, но настоятельно прошу вас сперва принять ванну и почистить зубы. От вас разит, как от потной псины. — Хорошо, но присмотрите за моим гостем, чтобы не заскучал. А то Яори уже просится домой. — Я подожду. - пролепетал Черныш. Аз чмокнул Киру в щёку и скрылся в коридоре. Адри не спешил с распоряжением на счёт ужина, неодобрительно глядя на Киру. — Это опять вы? — М? Вы о чём? — Кира, ты снова притворяешься, я ведь прав? Кофейный словил внутреннюю панику, но виду не подал. Что могло его выдать? Он же всё сделал идеально... Хотя результат отвратительный. Может, из-за него? Нет, должно быть, Адри мухлюет. Нельзя выдавать себя. — Я не он, я - это я. - раздражённо буркнул К. — Тогда что привело вас сюда? Как так получилось, что вы с господином вместе? — Потому что он угрожал убить себя! Я не хочу жить с этим, ты понимаешь? Что мне ещё оставалось??? Минилар, привыкший к выплескам агрессии Аза, не шевельнулся, когда Кира прикрикнул на него. Он несколько секунд молча смотрел на гостя, что заставляло немного напрячься. Опустив голову, он выдохнул: — Подождите на улице, я не могу позволить вам есть в заплесневевшей столовой. Чуть слышно выдохнув, Кира хвостиком вышел вслед за миниларом. Напоследок он бросил взгляд на единственную уцелевшую в комнате вещь - стеллаж с пластинками. Адри проводил гостя до сада камней, где стоял маленький кофейный столик и плетённые стулья с оранжевыми подушками. Как только Кира устроился, Адри пошёл на кухню. Он до конца не верил, что к ним пожаловал сам Яори. Что-то в госте было не так, но как отличить одного от другого, если он не имел чести познакомиться ни с одним из них лично? По описанию Аза, задолго до того, как он заболел Последним, Кира представлялся приличной буквой, милой и дисциплинированной. Такого гостя хотелось бы принимать хоть каждый день. Яори же описывали полным идиотом, размазнёй и самой отвратительной мерзостью, которую только можно было встретить. Может, он уже тогда был влюблён, просто не хотел признаться самому себе? На деле всё оказалось наоборот: Кира - подлец, Яори - добрая душа. Наверное, господин не врал, что-то идиотское в нём было, раз додумался прийти сюда просто поговорить. Но как же узнать наверняка, кто есть кто? Адри не мог найти себе покоя. Пускай это его и не касалось, но чисто по-человечески он не мог позволить ещё больше ранить Аза. У того и так проблемы с психикой, которые господин упорно отрицал. Задумчивый дворецкий поручил поварам отремонтировать дом, мастерам - навести порядок, а горничным - приготовить ужин. Он прекрасно отдавал распоряжения, продолжая блуждать в мыслях. И в конце этой "прогулки" он пришёл к такому выводу: — "Я сделал всё, что мог. Пускай будет, что будет. Но я продолжу наблюдать за Яори... Или за тем, кто выдаёт себя за него."

***

Спустя полчаса Аз вернулся в покои и, не увидев свою половинку на прежнем месте, сильно забеспокоился. Полсотни миниларов слонялись то тут, то там, занятые работой. Пробираясь сквозь них, словно через бурную реку, Аз пытался хоть у одного узнать, где Яори, пока одна внимательная горничная не ответила. Аз побежал на улицу, расталкивая поваров с банками оранжевой краски и отборной бранью. Но кого это волнует? Заметив чёрное пятно в саду, скучающее за столом, у Рыжего от сердца отлегло. — Вот ты где, мой хороший! — О, с лёгким паром. — Хе-хе. Спасибо. Прости, что такой грязный полез целоваться. Может, повторим? — Н-нет... - Аз вопросительно посмотрел. - Нас же увидят. — А мы от кого-то прячемся? — Нет, просто неудобно как-то... — Ерунда! Аз схватил Киру и вновь принялся целовать. В этот раз было не так противно, изо рта пахло мятой, а не поганками. Первый игрался с ним, словно с плюшевой игрушкой. На мгновение Кире даже начало нравиться. Что не говори, а любовь к Азу ещё жива, и с каждым поцелуем она становилась всё сильнее. Прямо сейчас, не стесняясь, обнять его и так же напористо ответить... Нельзя. Яори не сдался бы так быстро. Да и умеет ли он целоваться? Точно не умеет, он не создан для романтических отношений... Если только Зара его ещё чему-нибудь не научил. Аз, не затыкаясь, рассказывал всё, что Кира и так узнал, но старательно делал вид, что впервые слышит. Через четверть часа принесли еду. Даже за трапезой рыжий болтун никак не мог наговориться. В какой-то момент, он предложил Кире покормить его с ложечки, на что получил холодный отказ. Как пощёчина, которую он решил замять неловкой улыбкой. А Кира вспоминал ужин в ресторане и разлетевшиеся по соцсетям фотографии. После еды Аз предложил показать сад. За кавардак в доме было стыдно. Он превратил свой некогда прекрасный строгий дом в помойку. Адри тоже виноват, не уследил за порядком. Но его не за что ругать, маленький дворецкий не видел смысла каждый день бороться с беспорядком, если его причина не устранена. Когда небо приобрело лиловый оттенок, Аз вызвался проводить гостя домой. Кира отпирался, намекая, что первая буква ещё слаба и попути у неё может закружиться голова. Азу было всё равно, он взял любимого за руку и покинул свои владения. На счастье, никто не попался им на пути. Услышав отдалённые знакомые голоса, Кира напрягался, готовясь отпустить чужую руку. Но Аз сильнее прижимался к нему, интересуясь всё ли в порядке. А завтра на работу. Собрание будет. Первый очень хотел объявить, что теперь они с Яори пара. Просьбы подождать денёк-другой не принимались. Чего ждать? Пусть все знают, что у них настоящая любовь. Да... Настоящая... У калитки Аз нагло попытался напроситься на чай, но, получив отказ, ретировался, пожелав Чернышу спокойной ночи. Это вряд ли, ночь у Киры не будет спокойной. Как можно спать после таких дел? Нет, он сбежит. Сегодня же сбежит. И пусть сами разбираются в этой Санта Барбаре. От его вмешательства всё становится запутанней. — Как же ты меня достал. Кира обернулся. О нет! Казалось, хуже уже быть не могло, ан нет! Яори вышел из-за угла, грозно направляясь в сторону злого двойника. Кира попятился назад и споткнулся о булыжник, поцарапав ногу. Он закрыл голову, боясь ударов, но их не было. — Ты так ничего и не понял? Для тебя это всё шутка!? Яори посмотрел на улицу. — Он не успел далеко уйти. Я сам всё ему скажу. Кира схватил Яори за ногу и опрокинул на землю. — Стой! — Твоя совесть умерла или что? Почему мне пишет Живик и говорит, что общался со мной в парке, когда я был за тысячу километров отсюда? И Ёшка благодарит за помощь. — Тебе до Аза дела нет, а он мог погибнуть. Я просто хотел помочь. — Сейчас помогу, только отпусти меня! Два чёрных тела катались по колючему гравию. Один пытался вырваться, второй не желал отпускать. Вдруг, под руку попался тот самый булыжник. Не думая ни секунды, Кира замахнулся и врезал им по голове. Раздался болезненный душераздирающий крик. На секунду Кофей замер, занеся орудие для следующего удара. Лицо Яори исказил звериный ужас. Воспользовавшись паузой, он оттолкнул секретаря, но снова был впечатан в гравийную насыпь. Никакой пощады, каждый методичный удар сопровождался вскриком, который становился тише предыдущего. Когда Яори совсем замолчал и перестал сопротивляться, Кира не спешил отпускать его, размазывая перламутровую кровь по блестящим камням. Глаза последней буквы безжизненно смотрели прямо ему в душу. Кира выпустил камень из дрожащих рук. — Я... Яо... Яори не ответил. Кира уткнулся лицом в тельце, вымаливая прощения. Но его слова заглушила барабанная дробь дождя по крышам.