Lonely is a man without love

      Хьюи идет по коридорам к конференц-залу Семерки, чувствуя себя ужасно. Все принятые им решения, все сомнения давят на грудь, а в карманах будто лежат камни, тянущие своим весом вниз. Хьюи почти волочит ноги, несмотря на то, что пытается шагать стремительно. Он изо всех сил старается поспевать за Эшли, но женщина, выполняя поручение, практически бежит к нужной комнате.       Она останавливается в проходе, крепко сжимая планшет.       — И вот мы здесь! Я привела его, как вы и просили, сэр! — Она кидает на него взгляд, ее напряженные губы растягиваются в нечеловеческой улыбке. Зубы обнажены, морщин становится больше.       Хьюи наконец удается нагнать ее, и он останавливается рядом и заглядывает в комнату. Патриот стоит перед столом, прямо за своим креслом. Его руки сцеплены за спиной, и он недовольно смотрит на Хьюи и Эшли.       — Какого хрена так долго? Хьюи, подойди сюда, — грубо бросает он. Эшли вздрагивает, вена на ее шее, кажется, лопнет, если она сожмет челюсть еще сильнее.       Хьюи медленно подходит и неловко встает перед супером.       — Какого хрена ты не додумалась отправить ему презентацию раньше? — кричит Патриот, смотря мимо него на Эшли.       — М-мне очень жаль, — несчастная женщина начинает заикаться, — я-я не п-подумала и я делала ее второпях прошлой ночью. Она была не готова до того, как…       — Мне не нужны твои оправдания. — Патриот проводит по лицу ладонью. — Начинай обучение сейчас же. Какого хрена ты просто стоишь здесь, ничего не делая?       Хьюи делает глубокий вдох, двигаясь, пока не оказывается прямо перед Патриотом, полностью закрывая от него Эшли, которая на грани того, чтобы расплакаться.       — Здравствуйте, сэр, — начинает он, сразу чувствуя себя немного странно, называя Патриота «сэр».       Джон, кажется, думает так же, он словно мысленно вздрагивает, услышав приветствие. Широко раскрытые синие глаза вонзаются в Хьюи. Их взгляд ползет по телу, будто Патриот хочет разобрать его на кусочки. Джон наклоняет голову. Расцепив руки, он, потянувшись к шее Хьюи, хватает того за галстук.       — Это что еще за ужас? — он смотрит на кусок ткани в пальцах.       Хьюи немедля чувствует себя обиженным и окончательно смущенным.       — Что? Это мой галстук. — Он бросает взгляд вниз.       А затем ему хочется ударить самого себя по лицу. Ну конечно — он схватил один из тех галстуков! Когда он получил работу у Нейман, Француз и М.М. купили ему коллекцию галстуков, которые, как им казалось, ему подойдут.       Включая тот, что сейчас на нем. Галстук «ЛММ».       — О-оу. Я подумал… Я схватил его, потому что он черный, так что мне показалось, он будет хорошо смотреться с черным костюмом, и-и я не посмотрел… Но он же забавный, верно?       По его мнению, галстук невероятно очарователен, и подарить его было до невозможного милым жестом со стороны его друзей. Собственная невнимательность почти заставляет его испытывать гордость.       Патриот по-совиному моргает.       — В-все в порядке. Просто убедись, что он заправлен. Мне не нужно, чтобы кто-либо смотрел на… Л-М-М? Что это за чертовщина? — Джон наклоняется ближе, рассматривая необычный дизайн.       — Э-это «Летающий макаронный монстр»? Мне его подарили.       На самом деле это Кимико помогала Французу выбирать его.       Хьюи бросает взгляд через плечо на Эшли.       По ее лицу ручьем льется пот, и она выглядит так, будто тает. Одна рука вцепляется в рыжие пряди, другая сжимает планшет с такой силой, что кончики пальцев побелели.       — Нет. Абсолютно исключено. — Подойдя еще ближе, Джон тянется к галстуку и второй рукой и начинает развязывать узел. — Ты не будешь носить его здесь, это слишком по-детски и это…       — Я могу просто заправить его в пиджак. — Подняв руку, он хватает Джона за запястье. — Все будет нормально. Н-никто его не увидит, я обещаю.       Синие глаза кажутся расфокусированными. Они почти разъезжаются в стороны на секунду, а затем Патриот несколько раз быстро моргает. Он откашливается и, отвернувшись, отпускает Хьюи.       — Отлично. Но если я хоть от одного человека здесь услышу про ЛММ, я сорву его с твоей шеи. — Он скрещивает руки за спиной и проходится взглядом по Эшли.       Лицо той дергается.       Патриот свирепо хмурится, глядя на нее.       — Я должен повторить то, что сказал? Вынь дерьмо из ушей и начни уже обучать Хьюи.       — Х-хорошо! — Она подбегает к Хьюи. — Так как сегодня не запланировано никаких встреч, мы можем использовать эту комнату для обучения! Ну разве не замечательно? Давай начнем с политики компании, затем пройдем через кое-какие процедуры и покончим с бумажной волокитой. Звучит хорошо, верно?       Хьюи кивает.       Нервно глянув на Патриота, Эшли вздрагивает и быстро стучит по планшету.       — И-итак, о-основа нашей политики состоит в том, что мы относимся ко всем вопросам очень серьезно. Мы делаем все для создания позитивной и продуктивной среды. Некоторые даже сравнивают нас с пчелиным ульем, так что бззз-бззз! — Эшли пытается разрядить обстановку, рассеять напряжение в комнате.       Хьюи выдавливает жалкую улыбку в ответ на ее шутку.       — «Воут» придерживается иной категории ответственности и уважения, мы изо всех сил стараемся не допускать сексуальных домогательств, дискриминации, неправомерного и оскорбительного поведения и личных конфликтов. И если мы замечаем одну из этих проблем, то тут же принимаем меры и справляемся с ситуацией. — Эшли постукивает ногтями по планшету.       Хьюи поверить не может в то, что они только приступили к изучению политики компании, а он уже услышал столько чуши. Со вздохом он кладет руки на ручки кресла и откидывается на спинку. Джон хватает его стул и подтягивает ближе к своему. Отбросив плащ, он садится, так и не отпустив кресло Хьюи.       Эшли смотрит на это, широко раскрыв глаза.       Хьюи сводит колени и прячет руки в пиджак, моментально замыкаясь в себе. Джон ничего не говорит. Поднимает бровь, глядя на Эшли.       Не сбиваясь с ритма, та продолжает рассказывать о политике и нормах поведения.       Хьюи не может не сосредоточить внимания на одной из затянутых в перчатки рук, которая сжимает ручку его кресла. Нога толкает его, и он подпрыгивает. Кресло не двигается вместе с ним, и он сглатывает. Медленно поднимает глаза. Смотрит на руку Патриота, на орла на его плече, линию подбородка и… в его синие глаза.       Патриот смотрит на него в ответ.       Хьюи слегка дергает ногой от беспокойства. Патриот медленно моргает, Хьюи слышит кашель и резко поворачивает голову к Эшли. Взгляд той на руке Патриота, сжимающей подлокотник, но она не прерывается и продолжает разъяснять статусы защиты и рассказывать, как верно распознать проблему в их напряженной среде.       — Ты можешь обратиться либо к менеджеру — Эшли, либо ко мне, если у тебя есть проблема или вопрос, требующий решения. Если ты столкнешься с тем, что кто-то нарушает правила, мы обсудим…       — Нет. — налетает Патриот, прерывая ее. — Если у тебя возникнет проблема или вопрос, ты обратишься ко мне. Ни к кому больше.       Рот Эшли приоткрывается, заикаясь, она пытается заполучить их внимание снова.       — Или так! Да, это сработает. Э-э, обработка большинства вопросов проходит конфиденциально, и, поскольку ты контактируешь с Уильямом Бутчером, мы настоятельно рекомендуем тебе не допускать утечки информации о нашей работе… Пожалуйста, — заканчивает она, бросая еще один взгляд на Патриота.       — Р-разумеется. — Хьюи кивает.       — Остались какие-то вопросы? — Ее вечная улыбка возвращается на место.       — Нет, с-спасибо. — Хьюи ощущает вибрацию телефона в кармане, но игнорирует ее. Перезвонит, когда они сделают перерыв или и вовсе закончат.       — Отлично! Из-за некоторых жалоб в прошлом мы улучшили нашу безопасность, и теперь у нас двенадцать охранников на каждом этаже, вместо десяти. Они обходят периметр и проверяют некоторых наших сотрудников, так что если ты будешь вблизи кого-то из них, убедись, что на тебе есть бейдж. — Эшли подмигивает, щелкая ногтем по планшету. — В основном ты будешь находиться на этом этаже, поскольку работаешь вместе с Патриотом. Будешь сопровождать его, заодно обучаясь основам.       Слово, которое бы он использовал, чтобы описать свое нынешнее состояние — это «дискомфорт». Эшли пристально глядит на него, а рука Патриота все еще на подлокотнике.       Может, ему все же стоило ответить на звонок и улизнуть?       — Закругляйся и выметайся. Ты говоришь одно и то же, он работал в крупной организации раньше, он, вероятно, уже в курсе основ политики, в конце концов. — Поднявшись, Патриот заходит Хьюи за спину и кладет руки ему на плечи, большие пальцы впиваются лопатки.       — Да, сэр. — Эшли отступает. — Если тебе захочется прочесть или прослушать что-либо из того, о чем я говорила, то ты сможешь найти все в файлах, приложенных вместе с презентацией, к письму. Есть как видео, так и расшифровка.       — Эй, почему бы нам не перейти к практике? — Патриот ухмыляется, склоняясь над Хьюи и слегка сжимая его плечи. Что-то хрустит, и Хьюи дергается.       — Э-э, к практике? Сэр, потребуется минимум неделя, чтобы убедиться, что он готов. И-и мы только коснулись политики и руководящих принципов, он не сможет… Быть… — Эшли замолкает. Хьюи поднимает взгляд на Патриота и видит в его глазах красные огоньки.       Трясущейся рукой он тянется к плечу и касается кисти Джона. Алое сияние угасает, остается лишь потрясающий синий, и Джон опускает взгляд на Хьюи.       — Попрактиковаться, отрепетировать со мной речь, походить за мной на протяжении дня. Ты вернешься сюда в три и продолжишь его обучать. — Джон вытаскивает Хьюи из кресла и ведет к окну.       — С-сэр…       — Прочь! — Патриот взмахивает рукой.       Хьюи наблюдает, как она выбегает из комнаты.       — Э-это было немного грубо. О-она просто…       — Была крайне надоедливой. Все о нашей политике можно найти на нашем сайте. Ей было не обязательно разъяснять каждый пункт. Если у тебя проблема, ты обращаешься ко мне. Все, закончили с политикой. — Патриот закатывает глаза, а затем смотрит вниз на здание.       Хьюи стоит, сгорбившись, у него не выходит оторвать взгляд от супера.       — Т-ты не можешь злиться на нее за то, что она делает свою работу.       — Могу, если она делает ее неправильно, — возразив, Патриот бросает на него взгляд. Через секунду его глаза вновь на здании под ними. — Этот галстук абсолютно нелепый.       — Я знаю, и он мне нравится. — Хьюи пытается повернуться, чтобы осмотреть конференц-зал или, наконец, понять, что за телевизоры здесь установлены, но хватка на запястье не позволяет ему.       Прилив страха захлестывает его.       — Останься, — приказывает Патриот, будто хозяин питомцу.       — Я никуда не ухожу. — Грудь сдавливает, Хьюи пытается вырвать запястье из чужой хватки.       Патриот не отпускает и не говорит ни слова. Хьюи сдается после нескольких секунд борьбы и раздраженно фыркает. Патриот разжимает хватку, его пальцы в перчатке скользят к ладони и соединяются с пальцами Хьюи. Джон делает глубокий вдох и тихонько выдыхает. Плечи Хьюи расслабляются.       — У меня есть несколько реплик, которые нужно отрепетировать, и мне нужен кто-то, кто будет моей Старлайт. У нас несколько совместных появлений. — Джон ухмыляется, а Хьюи сжимает кулаки, заслышав имя своей девушки.       — Х-хорошо.       — Отлично. Пошли. — Повернувшись, Патриот тянет его за собой.       Хьюи спешно идет за ним, спотыкаясь, и едва не врезается лицом в супера.       — Я знаю, что ты раньше помогал Старлайт репетировать, так что это должно быть просто, верно? — Джон продолжает вести его за собой, пока они не оказываются в коридорах. Остановившись на секунду, он медленно отпускает пальцы Хьюи и выпрямляет спину.       — Д-да. Просто. — Кивает Хьюи, растирая руку.       — С-сэр! — Окрик останавливает их.       — Ну что еще? — Патриот даже не оборачивается.       — У н-нас здесь проблема, на к-которую вы захотите взглянуть! — панически выпаливает Эшли. Ее лицо ярко-красное, как томат.       — И насколько большая это проблема? — Он потирает переносицу.       — Огромная.       Патриот все же поворачивается и следует за Эшли, та мчится обратно в конференц-зал. Хьюи остается на месте, потерянный и сбитый с толку.       — Пошли, — бросает ему Джон через плечо.       Хьюи идет за ними. В конференц-зале Эшли пару раз тыкает по планшету, и экраны на стенах зажигаются. На том, что в середине, справа, включается видео.       «Новостной репортаж, девятнадцать погибших».       Хьюи наблюдает, как мужчина на экране сжимается, согнувшись, а затем взрывается с воплем.       Блядь. Ему нужно связаться с Бутчером или М.М, с кем угодно и сказать им… Кажется, это Солдатик.       — Черт побери, — срывается с его языка. Джон, не отрываясь, смотрит на экран, у него дергается глаз.       — Сэр, я думаю, нам стоит дождаться Старлайт и устроить собрание. Мы можем потянуть время и решить, что делать с супером, который либо перегнул палку, либо является еще одним супертеррористом, — она выплевывает слова так быстро, что мозг Хьюи не успевает их обработать.       Джон не отвечает, по-прежнему уставившись на экран. Хьюи делает шаг к нему и, протянув руку к шее супера, касается ее. Отскочив, тот разворачивается, плащ задевает ноги Хьюи. На него смотрят широко раскрытые синие глаза. Хьюи опускает руку и глядит вниз на собственную обувь.       — Я-я думаю, Эшли права.       Закивав, Джон часто моргает, кажется, пытаясь перевести дыхание.       — Д-да. Хорошо, это звучит хорошо. — Пронесшись мимо Хьюи, он вновь хватает его за запястье и тянет к выходу из комнаты. — «Воут» не выпустят заявление, пока наш сокапитан не прибудет.       — Да, сэр! — кричит Эшли им вслед.       Патриот тянет его за собой, пока они не спускаются в знакомый коридор, где он практически ударяет по кнопке лифта. Они ждут его прибытия в тишине пока, наконец, не раздается звонок.       — О-оставайся здесь. — Патриот замирает. — Я ненадолго, мне нужно… Блядь, просто стой здесь и не двигайся! — Забежав в лифт, он впечатывает в кнопку кулак.       Двери закрываются, и Хьюи остается в одиночестве посреди коридора.       — Ты издеваешься надо мной? — вопрошает он в пустоту.       Стоять на месте тяжело, потому что у него крутит кишки от волнения. Хьюи поворачивается и, сунув руки в карманы, идет прочь, исследуя и запоминая расположение коридоров и комнат. Он отсылает Бутчеру сообщение о возможном появлении Солдатика, но не получает ответа. Он решает вернуться в конференц-зал после того, как ловит третий по счету странный взгляд от встреченных работников башни.       Прислонившись к стене в ожидании, он достает телефон и видит сообщение от Энни:       «Ты в порядке?»       Дикое биение сердца в груди затихает, а губы растягиваются в слабой улыбке. Он почти дописывает ответ, когда знакомый голос прерывает его.       — Ты что, на хрен, тут забыл?       Хьюи удивленно вздыхает, прижимая телефон к груди и резко оборачиваясь к говорящему.       Поезд-А, нахмурившись, смотрит на него из другого конца коридора.       Хьюи немедля испытывает желание свернуться калачиком и умереть в какой-нибудь дыре.       — П-привет.       — Твоей девушки тут нет, так что ты тут делаешь? — Поезд-А топает к нему, чем ближе он подходит, тем сильнее ощущение, что что-то в нем неправильно.       Его плечи напряжены, глаза пылают от ярости, крепко сжатые кулаки дрожат.       — Я… Ну, я вроде как теперь работаю здесь? Я не знаю, официально ли это или нет? Так что, да… — Хьюи прячет телефон в карман.       — Как это, блядь, случилось? — Поезд-А издает стон. — Старлайт трахнулась с кем-то, чтобы устроить тебя сюда?       Его челюсть гневно сжата.       — Патриот попросил меня стать его ассистентом. — Со свирепым взглядом Хьюи делает шаг к Поезду-А.       — Что? — только и может, что выдать тот.       — И следи, что говоришь о моей девушке! Ей не нужно с кем-то спать или целовать чью-то задницу, чтобы чего-то добиться, а в особенности, устроить меня на работу! — Что-то будто поворачивается внутри него. Уши горят от гнева, который возрастает, чем дольше он смотрит на супера, который убил Робин.       — А ты следи, как, черт подери, со мной разговариваешь! Просто потому, что ты сучка Старлайт, а теперь, предположительно, еще и Патриота — ни хрена не значит. Я все еще могу надрать твой тощий зад. — Теперь, когда Поезд-А подошел совсем близко, его руки кажутся не дрожащими, а вибрирующими.       Хьюи раскрывает рот, чтобы сказать что-нибудь, что угодно, что либо поможет избавиться от супера, либо разозлит того еще больше. Но лифт позади звякает, и двери открываются, являя Патриота. Тот выглядит спокойнее, чем когда-либо, лишь одинокая прядь выбивается из прически.       — Что это сейчас было, Поезд-А? Я что, только что слышал, как ты оскорблял моего ассистента?