Blossom

      В комнате, погружённой во мрак, было слышно прерывистое дыхание двух людей, а также звуки борьбы. Некоторые вещи были по случайности сброшены со своих мест, а постель была в беспорядке. Воздух был пропитан ароматами шалфея и ириса, своей тяжестью указывая на вожделение, охватившее этих двоих.       Гао Ту пытается выбраться, отчаянно отпихивая от себя руки альфы. Одежда в беспорядке, внизу влажно и липко. Всё тело охвачено течной лихорадкой, но омега понимает, что ни в коем случае нельзя сейчас позволить себе отдаться этому человеку.       – Глупый омега, подчинись, – грубо хватает парня за бедро Шэнь Вэньлан, подтянув его под себя и рукой надавливая на крепкую спину омеги перед собой.       Доминантный феромон альфы S-класса наполняет лёгкие Гао Ту, заставляя всё его естество подчиниться более сильному. Но Гао Ту всё равно продолжает свои слабые попытки выбраться. Он чувствует накрывшую его ладонь, переплетающую его пальцы и властно вдавливающую их в постель, пропитывающуюся их запахом. Силы покидают его тело, горящее в пламени страсти и под давлением чужих феромонов. Всё его тело идёт против разума и сердца, заставляя его подчиниться, отдаться в руки, так крепко сжимающие его сейчас. Рубашку выправляют из брюк, потянув вверх и обнажая тонкую талию и широкую спину. Всем сердцем Гао Ту всегда мечтал быть любимым и принадлежать Шэнь Вэньлану, хотел получить крупицы его тепла и положительный ответ на свои постыдные чувства к бывшему однокласснику. Разум кричит, что так не должно быть, что хрупкая дружеская связь между ними и так постепенно истончается. Он не должен сейчас позволить овладеть собой под влиянием природы. Но тело предательски подставляется под далёкие от нежных касания. Поясница прогибается, заставляя ягодицы прижаться к выпуклости в брюках человека над ним. Слёзы заполняют глаза Гао Ту, когда он чувствует, что проигрывает эту схватку, подчиняясь феромонам сильного альфы. Он далёк от доминантного омеги, поэтому он с самого начала был обречён на провал.       – Прошу... Не надо... – хрипло умоляет Гао Ту, а его тело вопреки словам дрожит и льнёт к мокрой груди.       Разум Шэнь Вэньлана затуманен похотью от привлекательного аромата этого омеги, не позволяя ему здраво мыслить. Он гладит мягкое бедро, поднимаясь вверх и цепляя пряжку ремня. Он нетерпеливо помечает тело под собой, показывая принадлежность. Бёдра плотно прижимаются к Гао Ту сзади, потираясь сквозь одежду и заставляя того всхлипывать. Он пытается вырваться, но оказывается безжалостно укушенным в чувствительную шею в районе феромонных желез. Стон боли срывается с дрожащих губ, а первые слёзы разбиваются о мятые простыни.       Через пару манипуляций Шэнь Вэньлан скользит рукой под расстёгнутые брюки, потянув их вниз и оставляя омегу полностью обнажённым и безоружным под ним. Гао Ту бросает попытки сбежать, принимая ситуацию. Этот альфа никогда не посмотрел бы на кого-то вроде него. Поддавшись эгоистичному желанию получить хотя бы эту болезненную случайную ночь, он поворачивает голову, чувствуя, как поцелуи переходят с обнажённого плеча, с которого съехала рубашка, на линию его челюсти. Сзади его касаются, проникая пальцами в пульсирующую и зудящую промежность, заставляя румянец окрасить щёки и уши омеги. Испытывая впервые чувство наполненности, его тело дрожит от восторга, желая получить больше. Он легко раскрывается, прикрывая глаза и издавая мягкие стоны от ласкающих его губ.       Гао Ту пытается развернуться, потянувшись к шее Шэнь Вэньлана и заставляя его склониться ниже. Оставляя нежный поцелуй на острой линии челюсти и сдаваясь своим чувствам, он позволяет овладеть своими губами и телом. Почувствовав прикосновение чего-то внушительнее пальцев, он жмурит глаза и утыкается в чужую шею, вдыхая любимый аромат ириса. Тело жаждет большего, но это первый сексуальный контакт Гао Ту, поэтому он подсознательно готовится к боли. Бёдра Шэнь Вэньлана плавно прижимаются к его ягодицам, разнося по телу боль вперемешку с наслаждением.       – Мне больно... – скулит Гао Ту, царапая чужую спину и роняя слёзы. Его первый раз оказался не совсем таким, как в мечтах. Но это всё ещё был Шэнь Вэньлан, поэтому даже если он не видит самого Гао Ту перед собой, он всё равно сейчас ближе, чем когда-либо. Крепкие руки сжимают мягкие бёдра. Находящийся под влиянием течной омеги Шэнь Вэньлан не может рассмотреть чужое лицо во мраке комнаты. Следуя зову природы, он хочет пометить, овладеть, подчинить. Зубы смыкаются на чувствительной части между шеей и плечом, с пухлых губ срывается болезненный крик, а рот наполняет тёплая кровь. Временная метка вызывает в теле Гао Ту экстаз, заставляя издавать всхлипы от боли вперемешку с наслаждением. Чужой язык зализывает болезненный след от зубов, а после проникает в приоткрытый рот омеги, делясь металлическим привкусом и смешивая слюну. Гао Ту обессиленно отвечает на поцелуй, обнимая альфу за шею и чувствуя, как его тело словно разрывают изнутри.       Для первого раза подготовки недостаточно, а альфа перед ним далёк от нежности. Но это всё ещё Вэньлан, поэтому Гао Ту не смеет жаловаться. Вскоре волны удовольствия притупляют боль, заставляя омегу прикрыть глаза и неосознанно двигать бёдрами навстречу. Альфа испускает подавляющий феромон, заставляя беспрекословно подчиняться и безвольно находиться в сильных руках. От силы и частоты фрикций Гао Ту крепче сжимает в руках простыни, судорожно дыша и вздрагивая всем телом, когда горячая плоть внутри попадает в самые чувствительные части его тела. Через некоторое время появляется ощущение, словно член внутри него распух ещё сильнее, поэтому Гао Ту в панике раскрывает глаза и пытается оттолкнуть мужчину.       – Нет, нельзя... Пожалуйста, вытащи. Нельзя внутрь... – отчаянно скулит Гао Ту, вздрагивая всем телом от каждой фрикции.       Шэнь Вэньлан недоволен тем, что омега мешает ему закончить начатое, поэтому он мстительно прикусывает его очаровательно вставший от возбуждения сосок. Протолкнувшись глубоко в нежное и тугое пространство, Шэнь Вэньлан прикрыл глаза и издал блаженный стон.       Гао Ту под ним закричал, прогнувшись в пояснице. Горячее семя струёй хлынуло в его чувствительные точки, заставляя крупно вздрагивать и испытывать болезненно сильный и долгий оргазм. После этого омега оказался совсем без сил и на грани потери сознания. Он не помнит, сколько раз альфа ещё овладел его телом, но когда Гао Ту проснулся, солнце только начало подниматься из-за горизонта.       В комнате царил ужасный беспорядок: на полу валялись предметы, одна ножка кровати была сломана, а на простынях виднелись следы телесных выделений и даже немного крови. Нижняя часть тела ныла, напоминая о событиях ночи. Ноги с трудом держали, спина болела, а в промежности был сильный дискомфорт. Но несмотря на боль, Гао Ту дрожащими пальцами застегнул на себе рубашку и брюки, с хромотой покидая комнату.       Когда Шэнь Вэньлан проснулся, сразу почувствовал головную боль и окутавший его аромат шалфея. Он резко поднялся с постели и почувствовал, как его мышцы немного тянет от нагрузки, которая произошла ночью. Спина сильно жжёт из-за красных царапин, а во рту остаётся сладкий привкус омеги и крови. Взглянув на время на своём телефоне, Шэнь Вэньлан хмурится и встаёт с постели, начиная собираться.       Чёртов омега соблазнил его своей течной задницей, заставив спать с ним в течение всей ночи. Шэнь Вэньлан не мог не испытывать ярости после этой ночи, а его ненависть к омегам только усиливала гнев. Наспех одевшись и пытаясь придать себе наиболее опрятный вид, мужчина спустился вниз, избегая пересечений с другими людьми.       Поскольку этим отелем владел Хуа Юн, он также распорядился предоставить ему машину, если потребуется. Так что Вэньлан добрался до дома без происшествий, встал под душ и беспощадно смыл с себя аромат шалфея. Он не был неприятным и не вызывал в нём тошноты, но принадлежность этого феромона омеге всё равно заставляла испытывать отвращение к прошедшей ночи и к её следам на его теле.