Carpe diem — «Лови момент».

Я гуляла по берегу, в наушниках вовсю гремела песня Nirvana. Качая головой в такт музыке ,  я пыталась забыться и просто не думать ни о чём. Слегка прищурившись, заметила парня, сидевшего на плоском камне, расположенном прямо над морем — это место было обустроено как маленькая площадка для посиделок. Он задумчиво курил, и под гулкую, немного хрипловатую гитару Nirvana эта сцена выглядела очень сексуально. Вокруг никого не было: был пятый час утра, начинало светать, воздух пах морской прохладой и сыростью. Мои мысли не давали мне уснуть, и именно поэтому я вышла на улицу. Укутавшись в кардиган, я медленно подошла к нему, вынимая наушники и одновременно доставая телефон, чтобы остановить музыку. Парень был так погружён в свои мысли, что не слышал шагов. Я подошла и, не спрашивая разрешения, опустилась на холодный камень рядом. Парень либо сделал вид, что не замечает меня, либо и правда был слишком погружён в себя.   Я решила прервать нашу тишину :  — Привет. Он не ответил, просто уставился на меня, а потом медленно кивнул. Я не стала заострять на этом внимание. Удобно усевшись на холодном камне, я посмотрела вдаль, на бескрайнее море. Волны шумели, а на горизонте уже начинало потихоньку выглядывать солнце .  Парень достал из кармана джинсов пачку сигарет и протянул её в мою сторону. Я взяла одну, удобно зажала между пальцами и поднесла к губам — он зажёг её мне. Привкус табака был привычным, но, как всегда, горьковатым. Я закрыла глаза, втягивая дым, позволив ему медленно заполнить лёгкие, затем выдохнула. Открыв глаза, я вновь посмотрела на сидящего рядом парня, который продолжал смотреть на море и о чём-то думать. — Если честно, ты очень громко думаешь. Он посмотрел на меня, прищурив глаза. — Ты какой-то… эмм, даже не знаю, что сказать, — продолжила я, глядя на море. — О чём ты думаешь? Сделав ещё одну глубокую затяжку, спросила я. Он выпустил струйку дыма и ответил чуть грубо: — Тебе-то какое дело? Но тут же поймал мой взгляд и сменил тон: — Прости, —  сказал  виновато посмотрев на меня. Я улыбнулась — искренне. — Знаешь, я недавно узнала, что мой жених мне изменяет. Он удивлённо посмотрел на меня, а затем его взгляд стал каким-то жалобным, полным сочувствия. — Не молода ты для жениха? Сколько тебе? — Двадцать. Да и согласилась я на предложение, чтобы маме насолить. И чем чаще об этом думаю, тем больше понимаю, что до свадьбы это точно не дошло бы.  Я не занимаюсь тем, что жалею себя, поэтому не смотри так жалобно. А этот придурок теперь ходит с разбитой губой, да и его… достоинство, думаю, будет болеть ещё долго. Удар был десять из десяти. Я будто говорила это не ему, а себе, глядя на морской горизонт. Улыбка не сходила с моего лица — я была рада, что смогла отомстить за себя. Парень негромко рассмеялся. Это был тихий, но искренний смех, который мгновенно разрушил напряжение. — Меня зовут Коралина, — представилась я, протягивая правую руку, в которой не было тлеющей сигареты. — Итан, — ответил он, пожав мою руку. Его глаза наконец перестали быть настороженными. Он снова посмотрел на море, и лицо вновь стало задумчивым. — Я просто боюсь подвести свою команду. Впереди нас ждёт самый ответственный момент, который решит наше будущее, — сказал он, закуривая. Я повернулась к нему,  онн был красив: тёмные густые ресницы, тёмно-карие глаза, пара родинок на лице. — Ты веришь в судьбу? — спросила я, сделав последнюю затяжку, потушив сигарету и положив её рядом, так как поблизости не было урн. — Не знаю, — ответил он.  — А я верю. И если вам суждено выиграть и изменить свою жизнь в лучшую сторону — это произойдёт в любом случае. Просто старайся изо всех сил и, главное, наслаждайся. Не думай ни о ком и ни о чём — ни о победе, ни о поражении, ни о признании или ненависти. Просто сделай всё от души. Итан не смотрел на меня — его взгляд был устремлён куда-то вперёд, на рассвет. Он молчал, будто обдумывая мои слова, а затем, повернувшись ко мне, кивнул. — Ты права. Буду просто наслаждаться, — и улыбнулся. Я улыбнулась в ответ. — Послушаем музыку? Он кивнул. Я взяла телефон, вставила проводные наушники и протянула один ему, а второй надела сама. — Надеюсь, тебе понравится мой плейлист. Но если нет — это не мои проблемы. Я включила одну из своих любимых песен — Why’d You Only Call Me When You’re High от Arctic Monkeys. Каждый думал о своём. Я не знала, о чём думал он, но парень был полностью расслаблен — это факт. Качая головой в такт барабанам, я закрыла глаза, наслаждаясь шумом волн и музыкой. Когда песня закончилась, меня отвлёк голос Итана. Я повернулась к нему и поставила следующую песню на паузу. — Что? — переспросила я, так как не расслышала. — Ты любила своего жениха? Он выжидающе смотрел на меня. Сначала я кивнула, а потом отрицательно покачала головой. — Честно — не знаю. Я не могу дать ответ на этот вопрос. В тех отношениях я будто больше выгорала, нежели расцветала. Но я отпустила его очень быстро и легко. Резкий звонок прервал наш разговор. Посмотрев на экран, я увидела детскую фотографию брата рядом с обезьяной. Извинившись перед новым знакомым, я подняла трубку. — «Неужели уже долетел?» —ответив на звонок брата, начала я расспрос. — «Представь себе. Я уже доезжаю до тебя. Звонил узнать, ты спишь или нет.» — « Не сплю» — видимо звуки волн были слышны через динамик .  — «Ты на улице ? В такое время ?» — Лео начал свою тираду старшего брата . — « Ага, но уже лечу домой.»—  закончив вызов я посмотрела на своего нового знакомого .  — Ну что ж, нам пора прощаться, Итан. Приятно было познакомиться. Встав с камня, я засунула наушники в карман и, помахав ему рукой, развернулась и пошла домой. Вдруг парень окликнул меня, и я обернулась. Он остановился напротив и неловко пробормотал: — Может, оставишь номер? — Давай так: если мы с тобой встретимся ещё раз, я его оставлю? Он удивлённо посмотрел на меня, а я улыбнулась и стала объяснять: — Я ведь говорила, что верю в судьбу. Так вот, если нам предписано дружить, встречаться или ещё что-то — мы встретимся снова. И я ушла. В прямом смысле добежав до своего подъезда, я заскочила внутрь. Зайдя в лифт и нажав кнопку своего этажа,  встала спиной к стене, чуть наклонившись, стараясь отдышаться. Тот парень не выходил у меня из головы, но я была уверена на сто процентов, что больше мы с ним не встретимся. Да и я не люблю давать номер телефона — чтобы сначала быть на связи, а потом просто пропасть, оставив его лежать в телефонной книжке без смысла. Двери лифта открылись. Лео стоял у двери и тихо разговаривал по телефону. Он был очень зол — надеюсь, не на меня. Чмокнув в щёчку , я открыла дверь и пропустила его вперёд. Зайдя в квартиру, он резко повысил голос и начал уже кричать на собеседника: — Слушай меня! Я летел десять часов, до этого почти сутки не спал. Ты уверен, что сейчас время мне это всё рассказывать?! Собеседник на той стороне что-то пытался сказать, но Лео закипал ещё сильнее. Быстро закрыв дверь и сняв обувь, я прошла в гостиную. Брат стоял посреди комнаты и тёр виски. — Ты ждал десять часов — значит, подождёшь ещё пару часиков. Я сам наберу, и попробуй только перезвонить. Он резко отключил телефон и кинул его на диван, затем посмотрел на меня и сказал: — Ну конечно, брата обнимать не надо. Ты даже не скучала по мне! Я рассмеялась и, подбежав, крепко обняла его, начиная раскачиваться на месте и пытаясь расшатать. — Я думала, ты зол на меня! Боялась даже смотреть в твою сторону! Вот до чего ты сестрёнку довёл! — откинув голову назад, посмотрела  на него . Мой брат был на две головы выше меня , ростом  где-то 1.85 . Волосы светлые как у нашей мамы , а глаза зелёные . Слегка заросшая щетина придавала только статности .  — Ой, не строй из себя овечку, ты сама меня сгрызёшь. Обняв меня в ответ съязвил он .  Я ущипнула его за бок и пошла в спальню, чтобы снять уличную одежду  и надеть что-то более домашнее. Надев футболку, которую я удачно забрала у брата ещё два года назад, и мои шорты , оставшиеся от каких-то старых пижам , я направилась на кухню, по пути собирая волосы в хвост. — Кофе? — спросила я Лео. — Я выбираю сон. Стягивая с себя футболку, брат буквально рухнул на диван, вытянув ноги и устроившись максимально удобно, засунув одну подушку между ног, а другую — под руки. — Тебе ведь никуда не надо? — спросил он, приподняв голову. Я отрицательно покачала головой. — Сегодня у меня долгожданный выходной. Я подошла к шторам и задёрнула их, чтобы брат мог спокойно поспать. — Это хорошо. Я хочу сегодня кое с кем тебя познакомить. А теперь будь сестрой — принеси одеяло. — Скажешь с кем — принесу. — Тогда буду спать без одеяла. Цокнув, я пошла за ним. Накрыв брата, я вернулась к себе в спальню. Шторы я не открывала, поэтому в комнате и так стоял полумрак. Посмотрев на часы, я увидела время — 7:47. Господи, день только начинается, а я только ложусь спать .  Выключив телефон, я приоткрыла окно для свежего воздуха и залезла под одеяло. В голове было пусто — я быстро провалилась в сон. Проснулась я от звонка. Еле найдя телефон, который где-то затерялся в одеяле, я посмотрела, кто звонит. Это был Данте. Глаза слипались. Ответив, я снова легла и разговаривала с ним, не открывая глаз. — «Да?» — «Спишь, сестричка?» Я разозлилась. Данте был моим кузеном с маминой стороны — его отец и моя мать были родными братом и сестрой. Он старше Лео на три года. Хоть Данте и является мне кузеном, я всегда считала его старшим братом, как и Лео. Мы всё детство провели вместе — каждый праздник, каждые выходные отец вёз нас на ранчо дяди. — «Ага.» — «Слушай, я знаю, что у тебя сегодня выходной, и извиняюсь перед тобой сотню раз, но у нас ЧП. Сможешь приехать на ранчо?» Я молча пыталась переварить всё, что он сказал. Еле разлепив глаза, посмотрела на тумбочку — электронный будильник показывал 11:32. Твою мать, я поспала от силы четыре часа. — «Данте, я тебя убью! Что случилось?»— пробурчала я. — «Отец срочно уехал в город, целый день будет там — с адвокатом какие-то проблемы решает. Придурок Том сегодня утром решил показать всем прыжок назад и ударился головой. Дастин сказал, что у него сотрясение, и ближайшую неделю он должен соблюдать постельный режим. Массимо уехал к родным. В общем, остались я, Джейми, Антонио, Армандо и Барбара.» — «Я приеду и лично тебя прибью.» Сказав это, я выключила телефон и закрыла глаза, уже представляя, насколько уставшей буду ночью. У моего дяди есть ранчо — оно передаётся от отца к сыну. Они занимаются сельскохозяйственным бизнесом: разводят коров, кур, лошадей и пару коз. Недавно дядя Филип купил новых коров — штук пятьдесят, если не ошибаюсь, а может, и больше. Теперь каждой нужно поставить клеймо, чтобы в дальнейшем не было путаницы. Я, как уже говорила, всё детство провела на ранчо и знаю многое. Стараюсь часто ездить туда и помогать нашим ковбоям, чем смогу. Да, с обучением в медицинском это тяжело — я на четвёртом курсе, следующий год последний. После пар я также прохожу практику как студентка в больнице «Сант-Андреа». Собрав последние силы, я встала и поплелась в ванную — умирала хотела в туалет. Сделав свои дела, умывшись и почистив зубы, я начала одеваться. Надела джинсы с высокой талией и футболку. Намазала лицо, руки и шею кремом от загара. Достав с полки кепку и по дороге забрав телефон с тумбочки, я вышла. Я удивилась, увидев Лео с чашкой кофе перед телевизором. — Ты чего не спишь? — поинтересовалась я, присев на подлокотник дивана. — Я спал почти десять часов. И, кстати, я тебе говорил про встречу. — А во сколько встреча? — уже прикидывая, как сказать ему, что не смогу присутствовать. — Должна была быть в обед, — ответил он, сделав глоток кофе. — Должна была? — переспросила я. — Ага. У Вик не получилось — их снова заставили репетировать. Я ухмыльнулась и посмотрела на него. — Вик? Твоя девушка? Я уже улыбалась во все тридцать два зуба. Лео резко замер, затем посмотрел на меня и возмущённо сказал: — Ой, можешь не притворяться. По твоей довольной роже видно, что ты догадалась сама. — Ага, вы, парни, не умеете скрывать отношения так, как это делаем мы. — Ты куда собралась?! — недовольно спросил брат, сменив тему. Я устало вздохнула. — На ранчо. Данте позвонил, сказал, что у них ЧП. — А сам он не справится со своим ЧП? Я отрицательно покачала головой, затем встала. — Вы без меня все пропадёте. Пока Лео. Увидимся ночью. Я уже собиралась развернуться, как он остановил меня: — Постой. Я тоже еду. Всё равно делать нечего, да и по дяде с тётей соскучился. — А как же Данте? — По этому самовлюблённому придурку? Никогда в жизни! Лео вытащил одежду из своего чемодана и зашёл в ванную переодеваться. Я тем временем выключила телевизор и залипла в телефоне, периодически зевая. Листая TikTok, меня снова клонило в сон, но я держалась как могла. Звук закрывшейся двери выдернул меня из экрана. Подойдя к уже одетому брату, я кинула ему ключи от своей машины. — Чур, ты водишь. — В таком состоянии я бы тебя за руль и близко не пустил. Давай шустрее. Он вышел в подъезд. Я, наконец, засунула ногу в кеды, вышла следом, закрыла дверь и направилась к лифту. Мы уже выехали за черту города и держали путь в сторону Террачины — это небольшой городок, находящийся недалеко от Рима. Ранчо располагалось примерно за двадцать минут до города. По дороге мы болтали о всяком: брат рассказывал о сделке, которую сорвал. Лео продолжил дело отца. Папа был адвокатом и спустя годы работы открыл собственную юридическую компанию, которая со временем стала одной из самых престижных в Риме. Лео вырос внутри этого мира и знал его изнутри — неудивительно, что он решил работать в этой сфере .  Я смело могу сказать, что мы росли в достатке. Лео взял на себя управление компанией и справлялся с этим более чем уверенно, хотя в последнее время всё реже брался за дела лично. — О чём задумалась? — прервал поток моих мыслей Лео. Я поняла, что уже пару минут смотрю на коробку передач, и, улыбнувшись, сказала, что просто задумалась. Быстро решила сменить тему, пока он не начал расспрашивать и не на придумывал себе чего-нибудь .  — Так значит… Вик? Лео блаженно улыбнулся. Было видно, что он сильно влюблён. И мне это нравилось — я искренне радовалась за брата. — Вик. — И-и-и? Как вы познакомились? Сколько ей лет? Как она выглядит? Может, расскажешь? — засыпала я его вопросами. — Полегче, сестрёнка. У меня от тебя уже голова кружится. — Ну не томи, рассказывай. — Ладно. Он взял телефон, разблокировал его, зашёл куда-то и передал мне, снова посмотрев на дорогу. Я начала рассматривать фотографию, которую он открыл. Это было их совместное селфи. Лео улыбался — таким счастливым я его ещё не видела. Хотя нет… видела. Когда он смыл мою пижаму в унитаз. Рядом с ним была девушка ангельской внешности: светлые волосы, чёлка, которая ей безумно шла, наивно-детские голубые глаза, наполненные озорством. В носу — пирсинг. На фото она корчила смешную рожицу, вытянув губы уточкой. Лео молчал, будто ждал моего одобрения. Не отрывая взгляда от девушки, я пробормотала: — Господи, Лео, она очень красивая . Он начал что-то говорить, а я, слушая его внаглую листала фотографии в галерее. Вот она стоит у зеркала в ванной в огромной футболке Лео и чистит зубы, на голове небрежный пучок, еще пару их совместных фоток .  — Её зовут Виктория. Она бас-гитаристка группы Måneskin. Я выключила телефон, вернула его владельцу и с нескрываемым удивлением спросила: — Бас-гитаристка? Måneskin? Знакомое название… — У тебя есть пара их песен. Одна из них — твоя любимая. И тут до меня дошло. Я поняла, о какой группе идёт речь, но никогда особо не интересовалась ими и даже не знала, как они выглядят. — Ей двадцать один, — вдруг добавил Лео. — Твою мать, Лео! Мы с ней почти ровесницы! Надеюсь, когда вы начали встречаться, ей уже было восемнадцать. — Коралина, не неси чушь! Я что, по-твоему, педофил?! — Немного смахиваешь, — недовольно буркнула я. Он дал мне щелбан. Остановившись на светофоре, Лео посмотрел на меня и начал оправдываться: — Мы встречаемся полгода. А познакомились год назад. Помнишь дом бабушки на окраине Рима? Я кивнула. — Так вот, я сдаю его в аренду им — всей группе. — Зелёный, — сказала я. Он снова сосредоточился на дороге, и мы поехали. В машине повисла тишина. Я поняла, что разница между ними не такая уж большая — всего пять лет. Да и не я должна ему об этом говорить , сама ведь начала встречаться в семнадцать лет с двадцати пяти летним . На месте Лео я бы это предъявил , но он не я.  — Лео, ты уверен в ней? Он, не раздумывая ни секунды, ответил: — Да. Больше я ничего не стала говорить о разнице в возрасте. Он продолжил рассказывать о первой встрече, о Вик, о группе. Как оказалось, у неё есть младшая сестра, отец и мачеха. Мама умерла, когда Вик была ребёнком. Значит, она росла так же, как и я — без материнской любви. Мы уже доехали до ранчо. Брат остановил машину у дома. Выйдя, я сразу начала массировать шею — она ужасно ныла. Надев кепку и засунув телефон в задний карман джинсов, я направилась в дом. Был уже первый час дня. Поздоровавшись с тётей Лили, узнав, как у неё дела и что нового, я поднялась на второй этаж — в гостиную комнату, которая уже давно считалась моей. Открыв шкаф, я достала чапсы. Удобно закрепив их на бёдрах, сняла кепку, вытащила телефон из кармана и положила на тумбу. Взяв солнцезащитный крем, который лежал там же, я снова намазалась и спустилась вниз, не забыв взять с собой телефон.  Лео яростно размахивал руками, что-то объясняя тёте. Та внимательно его «слушала». Наша тётя родилась глухой — с ней мы общались только на языке жестов. Я вышла на задний двор и направилась в сторону сарая. Уже по дороге увидела двоих на лошадях и ещё троих, стоящих рядом. Подойдя к ребятам, я помахала им и, дойдя до кузена, ударила его в плечо. — За что?! — За то, что ты придурок! Он улыбнулся. — Где твоя шляпа, ковбой? Ничего не ответив Данте, я развернулась и пошла к домику, где спали ребята, работающие на ранчо. Внутри было прохладно и пахло сеном, солнцем и потом — типичный запах этого места. Я прошла к небольшой полке над вешалками, забрала оттуда свою ковбойскую шляпу и, надев её, закинула кепку на то же место. На одной из коек лежал симпатичный блондин. Его глаза были закрыты, а голову обматывала повязка из бинта. Том. Тот самый герой, решивший сегодня утром исполнить прыжок назад. Я невольно улыбнулась и, не задерживаясь, вышла обратно. — Я подготовил твоего коня, синьора! — прокричал Антонио со своего коня, подъезжая ко мне. — Спасибо, — я слегка приподняла шляпу правой рукой. — Скольких вы уже успели отметить? Я подошла к коню, погладив его по шее. — Не знаю, Барбара считала. Мы тут с шести утра пашем, — Антонио усмехнулся. — Данте даже на перерыв не хотел отпускать, боялся, что не успеем до завтра. Хорошо, синьора Лилиана принесла нам обед прямо сюда. Я фыркнула. Запрыгнув в седло, я устроилась поудобнее. Коня звали Роналду. Кличку ему дали за характер — он пинал всё подряд, так что имя приклеилось быстро. Вообще-то Роналду был не моим. Моя лошадь — Луна. Таким  же кремово-золотистым окрасом , только у неё грива светлая и глаза небесно-голубые. У Роналду же глаза тёмные — явно пошёл в отца, и грива у него была чёрная-чёрная. Красивый, зараза. — Данте паршивец, — буркнула я себе под нос, бросив взгляд в сторону кузена. Он стоял у загона, разговаривал с Армандо и что-то показывал руками. Данте был русым, с волосами до плеч, которые вечно торчали в разные стороны. Загар у него был неравномерный — лицо и руки тёмные, а под майкой кожа заметно светлее. Ростом он был где-то метр восемьдесят с лишним, широкий в плечах, крепкий . Нет это все не благодаря  качалке , а изнурительной и тяжелой работе .  Он был справедливым. Но сегодня он явно нервничал — движения резкие, голос жёсткий. И это меня бесило ещё больше.  — Данте очень справедлив , ты ведь сама в курсе , сегодня мы все его понимаем .  — Да плевать, он всё равно паршивец, — сказала я уже вслух и улыбнулась Антонио, который был старше нас всех, даже дяди. Я направила Роналду по ограждённой территории, сделала пару кругов, давая ему размяться, и подъехала к остальным. Поздоровалась со всеми, перекинулась парой фраз и стала ждать «приказов» кузена. — Так, смотрите, — начал Данте без лишних церемоний. — Меняем слегка стратегию чтобы быстрее закончить . Антонио и Барбара ловят по бычку. Я и Коралина — тоже. Армандо ставит клеймо. Работаем быстро и аккуратно. Поехали. Никому ничего объяснять было не нужно — мы делали это не в первый раз. Клеймирование выглядело просто, если знать, что делаешь. Один ловит корову лассо, второй помогает прижать её к ограждению, чтобы животное не дёргалось. Всё делается быстро: нагретое клеймо — короткое прикосновение — и сразу отпускаем. Никто не мучает скотину дольше пары секунд. Многие люди думают что мы издеваемся над бедными животными , но это не так , мы их любим даже сильнее многих людей кричащих о их страданиях на ранчо .  Я наблюдала, как Барбара — на вид такая хрупкая и миниатюрная — уверенно несётся на коне, ловко кидает верёвку и уже через мгновение фиксирует бычка. Без паники, без суеты.  Роналду подо мной нетерпеливо переступал копытами. Я подтянула поводья, чувствуя, как внутри снова закипает раздражение. Мой выходной. Кофе. Сон. А вместо этого — пыль, коровы и Данте со своими гениальными планами. Я бросила на кузена злой взгляд. — А ведь я могла сейчас лежать в своей уютной кроватке   — пробормотала я себе под нос и направила коня вперёд. Работа пошла сразу — без раскачки. В загоне стоял гул: мычание, лязг металла, крики, свист. Пыль поднималась столбом, липла к коже, забивалась в рот и нос. Солнце уже начинало припекать, и рубашка прилипала к спине. — Ну что, красавица, — пробормотал Антонио, натягивая перчатки, — готова снова влюбиться в запах горелой шкуры? — Я уже привыкла, — ответила я. — Меня теперь только ты пугаешь. — Осторожнее, — хмыкнула Барбара, подтягивая лассо. — А то он решит, что это флирт. — С ним? — я скривилась. — Только если меня скинет Роналду   и я потеряю память. Барбара рассмеялась и пустила коня вперёд. Мы работали слаженно— каждый знал своё место. Антонио ловил бычка, Барбара помогала прижать его к ограждению. Животное дёргалось, фыркало, но всё происходило быстро. Армандо уже стоял рядом с раскалённым клеймом — металл краснел, от него шёл жар. — Давай, не тяни, — крикнул Данте. — Он не на свидание пришёл. — С тобой бы я вообще не торопился, — огрызнулся Армандо. — Вдруг понравится. — Только попробуй, — Данте усмехнулся, но глаза у него были серьёзные. — Я тебе потом клеймо на задницу поставлю, чтоб не перепутали. — О, я знал, что ты обо мне мечтаешь, — рассмеялся Антонио. Я рассмеялась , а следом  спрыгнула с коня, достав телефон из кармана джинсов. Подошла чуть ближе, выбирая ракурс. — Подождите секунду, — сказала я. — Это надо зафиксировать. — Только не снимай мою задницу , — бросил Армандо, не оборачиваясь. — Жаль, а то лайков было бы больше, — ответила я, включая камеру. Я навела телефон на бычка: напряжённые мышцы, верёвки, руки, сжатые в кулаки. Армандо быстро приложил клеймо — короткое шипение, запах палёного, резкий, но уже привычный. Бычка тут же отпустили. — Всё, свободен, красавчик, — пробормотала Барбара, хлопнув животное по боку. Я сняла ещё пару секунд и выключила запись.  —  Как запишешь ? « Бессердечные ковбои мучают бедное животное» ? — спросил Антонио, вытирая лоб рукавом. — «Утренний спа-процедуры на ранчо», — усмехнулась я. — Или «мужчины без рубашек и горячий металл». — Вот это правильный маркетинг, — кивнул он. — Данте, снимай майку, ты нам продажи поднимешь. — Пошёл ты, — отрезал кузен. — Работай давай. Но уголок его губ дёрнулся. Мы продолжили. Один бычок за другим. Руки двигались автоматически: поймать, прижать, клеймо, отпустить. Кто-то ругался, кто-то шутил, кто-то просто тяжело дышал, опершись на ограждение. Я пыталась  снимать больше моментов и каждого из ребят . Антонио наш старичок , ему было уже почти под семьдесят , но он был энергичнее всех на этом ранчо . Белые усы , короткая стрижка , неравномерный загар , худое тело . Армандо паренек лет тридцати , выбритый до нуля . На голове была небольшая шевелюра , бывший спецназовец . Барбара  на вид кажется хрупкой , но тут она доказала всем обратное , с первого дня могла заткнуть  любого из этих  ребят . Блондинка , ростом под метр семьдесят , с испанским акцентом . Её принял мой дядя , а всем просто пришлось молча согласится , до этого ребята грубо отзывались о девушках ковбоев. Я веду социальные сети нашего ранчо , пытаясь как-то рекламировать нас .  — Коралина, — окликнул меня Данте,  — не зависай. Я вздохнула, сунула телефон обратно в карман и снова запрыгнула на Роналду.  Роналду рванул с места, пыль взвилась под копытами. Я поймала следующего бычка и почувствовала, как внутри, несмотря на усталость и раздражение, появляется знакомый азарт. Работа была грязной, шумной, тяжёлой. Но это была работа.   На улице заметно похолодело , но нам было все равно . Мы закончили свою работу и счастливые переводили дыхание и силы . — Вы сегодня молодцы, — сказал Данте, оглядывая нас. Я открыла глаза, посмотрела на него и недовольно буркнула: — И всё? — Так я же похвалил, — нахмурился он. — Твою похвалу в карман не положишь. Ребята тут же поддержали меня свистами и одобрительными возгласами. Данте явно скривился. — Вы здесь по своей воле, — пробурчал он. — И деньги за это получаете хорошие. — Да, братец, ты прав, — я усмехнулась, но голос у меня был усталый. — Только сегодня ты этим ребятам даже нормально выдохнуть не дал. Слышала, что обед они получили исключительно благодаря тётушке. Я помолчала секунду и добавила: — А я вообще сегодня не должна была здесь быть. Данте не стал спорить. Он лишь мотнул головой и пошёл в сторону дома. Уже не оборачиваясь, крикнул: — В пятницу — бар. Все вместе. За мой счёт. На секунду повисла тишина, а потом загон взорвался хлопками, свистом и радостными криками. —  Вот тебя лучик мы и будем звать на переговоры с ним ! — засмеялся Антонио. Барбара протянула мне руку, и я, ухватившись за неё, поднялась на ноги. — Сто семьдесят пять бычков за день, — сказала она, оглядывая загон. — Командой из пяти человек. — Думаю, мы могли бы поставить рекорд, — добавила я. Мы ещё немного постояли вместе: кто-то сел прямо на ограждение, кто-то пил воду из бутылки, кто-то шутил, обсуждая, кто в пятницу напьётся первым. Солнце уже клонилось к горизонту, свет стал мягче, тени — длиннее.  — Ладно, — сказала я, поправляя шляпу. — Я пошла. Мне нужно смыть с себя эту грязь и запахи .  — Не забудь нас в сторис отметить! — крикнул Антонио. — И пропиарить вас бесплатно ? Никогда!  — бросила я через плечо и улыбнулась. Я направилась к дому. С каждым шагом всё сильнее чувствовала запах пыли, пота и животных — джинсы были в грязи, футболка  липла к телу, а волосы наверняка выглядели как гнездо. По дороге я заметила Джейми. Он шёл навстречу, как всегда спокойный, будто день только начинался. Брюнет, с заросшей бородой, крепкий, подкаченный — не показной, а рабочий. Голубые глаза прищурены от солнца, лицо и руки в пыли, как обычно. Нос с небольшой горбинкой придавал ему суровости. Не эталон красоты, но определённо симпатичный. — А ты где пропадал? — спросила я, поравнявшись с ним. — Мы тут чуть не сдохли. Его губы скривились в ели заметной улыбке .   — Были другие дела — коротко ответил он. — И всё? — я приподняла бровь. — Даже не расскажешь? Он пожал плечами .  — Почему ты тут ?  — Данте позвал , сказал без меня не смогут . — Мы пропадем без тебя .  — Конечно! Ладно Джейми , не буду задерживать , мне нужно искупаться . Я брезгливо показала на себя .  Пока . Джейми просто помахал  мне и пошел дальше .  Я продолжила путь к дому, уже представляя горячий душ, чистую одежду и тишину. Когда я спустилась вниз, волосы всё ещё были слегка влажными. Душ смыл с меня пыль, усталость и запах ранчо — будто стер весь день целиком. Я переоделась быстро и без раздумий: юбка до колен и тёплая приталенная футболка с открытым животом. Никакого макияжа — только тушь и немного блеска на губах. Увлажняющий крем приятно стянул кожу, а волосы я собрала в высокий хвост. В доме было тихо и по-вечернему уютно. Дяди ещё не было, что совсем не удивляло. Данте тоже где-то пропадал. Зато на кухне были Лео и тётя. Он помогал ей — что-то доставал, что-то нарезал, наклоняясь к ней, а она отвечала ему быстрыми, уверенными жестами. Лео отвечал тем же, иногда сбиваясь, но тётя терпеливо поправляла его, слегка улыбаясь. Я села на стул у стены и просто наблюдала за ними. Смотрела, как двигаются их руки, как меняются выражения лиц, как они понимают друг друга без слов. Я пыталась уловить суть разговора, но выходили лишь обрывки — что-то про ужин, про отца, про дорогу. Вмешиваться не хотелось. Постепенно стол был накрыт. Ничего сложного — лёгкий ужин после тяжёлого дня. Мы ели немного, без спешки. За окном небо темнело, солнце окончательно пряталось за горизонтом, и в доме зажгли свет. Я мечтала только о своей квартире и удобной кровати где я буду спать . Я сказала Лео что нам уже пора , он  показал тёте жестом, что нам пора ехать. Она кивнула, и обняла нас обоих по очереди. Данте появился у выхода почти в последний момент — махнул рукой и что-то показал Лео, явно желая доброй дороги. Мы вышли на улицу. Воздух стал прохладнее, пах землёй и вечерней тишиной. Лео завёл машину, и мы выехали с территории ранчо. В машине была спокойная обстановка , тихая музыка расслабляла меня . Доезжая до черты Рима вдруг брат взял поворот в совсем другом направлении .  Я уже собиралась спросить, почему он свернул не туда, когда он сам заговорил: — Мы едем не домой. Я повернулась к нему. — В смысле? — В загородный дом бабули, — спокойно сказал он. — Пора вам наконец познакомиться.