Песок и камни

Два мужчины в робах бежали по городу, стараясь не сбивать простых людей. лица обоих скрывались под плащами. Один значительно выше другого, но оба явно представители ордена джедаев. Они преследовали одного мужчину - сенатора Антара, коего было приказано скрытно сопровождать - Оби-Ван, ты должен преследовать его сбоку, там есть тропи… - Есть мастер! Парнишка помладше тут же сменил путь, чем вызвал у Квай-Гона слегка нервный вдох. Порой Кеноби просто не слушал его, точнее слушал, но не дослушивал до конца. Постоянно прерывая его мысль. Когда-нибудь его падаван научится быть внимательнее к чужим словам и поручениям. В любом случае, сейчас Квай-Гона успокаивало, что это задание к числу опасных не относилось, а значит его падаван будет в безопасности. Сила становилась всё прочнее с каждым месяцем. Почти год тренировок пролетел незаметно, словно его и не было. Квай-Гон уже начал чувствовать практически интуитивно что в голове у юного паддавана.  Когда он взбудоражен, когда спокоен. Он уже знал в каком состоянии лучше работать с Силой, а в какой с фехтованием, когда лучше говорить о чём-то простом, а когда стоит затрагивать сложные темы. Он угадывал в 99% случаев, но осечки случались. Квай-Гон продолжал двигаться вперед, не упуская из виду сенатора Антара. Задачей джедаев было следить за его спокойсвием и сохранностью. Никаких лишних движений, звуков и как можно меньше внимания в их адрес, чтобы каждое движение было выверенным и спокойным. Однако, юный задор Оби-Вана заставлял Квай-Гона переживать чуть больше обычного. “Будь максимально осторожен” - посылал он мысли Силой юному падавану, в надежде, что к этому мальчик прислушается. Чтож, рыцарь-джедай был уверен, по крайней мере Кеноби сделает всё, что от него зависит. Было важно показать, что сенатор не боится предстать перед глазами народа и идти рядом с ними по простым улицам, однако дать возможность людям, желающим показать себя, сделать это должным образом. Мастер был спокоен, его внимание было рассредоточено, растворено в окружающем пространстве — он «слушал» Силу. Оби-Ван, напротив, был собран, его взгляд методично сканировал тенистые аллеи, напряжённые плечи выдавали его готовность. Это ощущалось Квай-Гоном даже на расстоянии “ Расслабь дыхание, падаван, - тихо сказал Квай-Гон в Силу. — Ты смотришь глазами, а не чувствуешь. Напряжение - плохой союзник.” В этот момент Сила сжалась, как струна, готовая лопнуть. Это была не атака, а предупреждение — резкий, холодный укол в сознание. “ Вниз!” — выдвл Квай-Гон в силу, не раздумывая. И Оби-Ван тут же затаился. Он не толкнул сенатора, а мощным, но мягким Толчком Силы сдвинул его с места, словно шахматную фигуру, на два метра в сторону, под прикрытие массивной каменной балюстрады. В ту же секунду из воды озера, тихой до сих пор, вырвались три обтекаемые фигуры в чёрных гидрокостюмах. Их оружие — компактные виброклинки и маленькие, но мощные бластеры для подводной стрельбы — уже было наведено. Их атака была безупречно скоординирована. Двое сразу бросились на джедаев, не для победы, а для скованния. Их цель — отсечь защитников от цели. Третий  метнулся к сенатору, его виброклинок гудел в сыром воздухе. Мастер даже не обнажил меч сразу. На наёмника Альфу, выскакивавшего из воды, он обрушил волну поднятой Силой водяной взвеси, ослепив его на секунду. Вторым движением — резкий, направленный Толчок в грудь Беты, отшвыривающий того обратно в озеро с тяжёлым всплеском. Его голос был спокоен и чёток: - Оби-Ван! Цель! Я займусь этими. Юноша, застигнутый врасплох скоростью атаки, всё же среагировал. С резким вжжумом его синий тренировочный клинок рассек вечернюю тьму. Он не успевал добежать, чтобы встать между нападающим и сенатором физически. Вместо этого он использовал то, что тренировал: не грубый Толчок, а точное, хлёсткое отведение. Сила ударила не в тело наёмника, а в его запястье с виброклинком, отклонив смертельный удар в камень моста, который осыпался искрами. Квай-Гон наконец, зажёг свой зелёный клинок. Он не атаковал, а контролировал. Его меч был центром водоворота, притягивающим огонь бластеров (теперь наёмники перешли на наземное оружие) и атаки виброклинков. Он отступал к мосту, заманивая их на более узкое пространство, где их численность становилась помехой. Он парировал выстрелы обратно в их щиты, создавая рикошеты, которые дезориентировали противников. Его стиль был экономичен и предсказуем… для них. Внезапно он нарушил ритм, пропустил скользящий удар и, используя инерцию противника, плечом вогнал его в каменную колонну. Один вышел из строя. Это был тяжёлый бой для Кеноби. Убийца был опытным профессионалом, его стиль — агрессивный, жестокий, построенный на подавлении. Он бил не по клинку, а по рукояти, по корпусу, использовал локти и удары ногами по голеням. Оби-Ван, привыкший к чётким фехтовальным канонам, поначалу терялся. Он защищался, отступая, чувствуя, как вибрация от ударов виброклинка отдаётся в его кости. Сенатор, тем временем, не просто стоял. Он схватил декоративный тяжёлый горшок с растением и со всей силы швырнул его в наёмника. Горшок разбился о его бронированное плечо, не причинив вреда, но отвлёк на долю секунды. Момент истины для Оби-Вана. Этого мига хватило. Вместо того чтобы атаковать самому, Оби-Ван сделал шаг в сторону, пропуская инерцию атаки нападающего мимо себя, и подставил ногу. Наёмник споткнулся. И в этот момент Оби-Ван, не стал наносить удар мечом. Он нанёс короткий, жёсткий удар рукоятью своего активированного светового меча в шлем противника. Тот зазвенел, оглушая нападавшего. Квай-Гон, обездвижив второго наёмника Силой, увидел финальную часть схватки падавана. Он кивнул, давая понять, что справляется он отлично, ожидать подобного рыцарь-джедай не мог, от чего в моменте в нём взыграла гордость. Он уже не просто вчерашний юнлинг - с каждым днём мальчик становится всё ближе к самому Квай-Гону. Оби-Ван, тяжело дыша, приставил кончик своего светового меча к горлу оглушённого асасина. В его глазах горел гнев и решимость наконец покончить с этим. У повышенного чувства справедивости, в случае с Кеноби, была обратная сторона - он не любил прощать и оставлять в живых. Падаван уже было поднял меч, чтобы нанести удар, как вдруг… - Оби-Ван, - голос мастера прозвучал тихо, но ясно, как удар гонга. - Посмотри на него. Он побеждён. Его воля сломлена. Оби-Ван дрогнул. Он посмотрел на беспомощного противника, потом на спокойное лицо Квай-Гона, который даже не заносил меч для финального удара над своими противниками. - Но он… он хотел убить! - выдохнул падаван. -  И мы его остановили, - Квай-Гон медленно погасил свой клинок. - Наша задача - защитить, а не казнить. Смерть — это последнее средство, когда все другие пути исчерпаны. И сегодня они не исчерпаны. Вызови охрану Сената. _______________________________________________ Дождь продолжал идти, смывая с моста следы борьбы. Сенатор Антар, побледневший, но собранный, благодарил их. Оби-Ван, погасив свой меч, смотрел на оглушённых и связанных наёмников. Он чувствовал не триумф, а странную пустоту и… облегчение, что не сделал последнего шага. -  Ты хорошо сражался сегодня, - сказал Квай-Гон, подходя. - Ты учишься быстро, мой юный падаван, но забываешь порой о самом главном. Сила — не для того, чтобы вершить суд. Она для того, чтобы охранять жизнь. Все жизни. Даже те, что скрыты под маской врага. Запомни это чувство. Чувство выбора. И Оби-Ван запомнил. Не как теорию, а как холодную влажность вечернего воздуха, стук сердца в ушах после боя и вес своего меча в руке в тот миг, когда он решил его опустить. На его плечо медленно опустилась рука Квай-Гона и, после легкого поклона в знак уважения в адрес Сенатора, плавно повела его в другую сторону. - Самое время угостить тебя чем-нибудь, - Тихо уведомил мастер Джинн, кинув на мальчика одобрительный взгляд с лёгкой улыбкой. - Угостить? С чего бы это? - Кеноби поднял взгляд на мастера с недоумением, надевая на голову капюшон от плаща. - Думаю первого помилованного человека нужно праздновать не меньше дня Галактической Республики. - Квай-Гон убрал руку с плеча мальчика и спрятал её в свои рукава. - Что думаешь насчёт похода в кафе? - Звучит лучше, чем очередной сух.пайок, - с довольной улыбкой выдал Кеноди и упер руки в боки, - Знаете, Мастер, вы мне нравитесь! Квай-Гон невольно прищурился, слегка напряженно глядя в глаза ученику. - Что ты имеешь в виду? - Ну, когда вы только стали моим мастером я не был уверен, что мы поладим. Да и, честно говоря, я вообще не думал, что вы захотите делать для меня что-то такое… а тут… мне нравятся те, кто меня кормит. Оби-Ван вложил в эти фразы всю искренность, накопившуюся по отношению к Квай-Гону. Чем больше времени они проводили вместе, тем сильнее юнец привязывался к учителю и начинал относиться к нему по-особенному. С определенной добротой, заботой и доверием, которые он, вообще-то, предпочитал держать в себе, но сейчас почему-то решил поведать. Губы мастера дрогнули в лёгкой улыбке. Было в ней что-то спокойное, словно минутное волнение в глазах джедая резко сменилось покоем. - Чтож, тогда нам стоит подобрать корабль до Нар-Шаддара. - Что? Любимого места контрабандистов? - Удивлённо переспросил Оби-Ван, скептически нахмурив брови - Контрабандистов и гурманов. Где как ни там лучшая еда в Республике. Тебе понравится. И двое джедаев скрылись в поисках транспорта, в надежде ненадолго скрыться от привычной рабочей суеты