Бездна

***

Знаешь, я ведь так любил.

Я орал в ночи от боли.

Днем кричал: "Нет, все нормально,

Отвалите от меня".

Знаешь, я почти забыл,

Утопая в алкоголе,

Растворяясь в этом море,

Словно в бездне навсегда

"Бездна" - Владимир Клявин

      Больше всего на свете Марк хотел, чтобы он ушёл, исчез, остался неприятным, но желанным воспоминанием, которого не вернуть. Что-то вроде первого романа, первого поцелуя, первого секса, когда много чувств и мало логики.       Но волки на сердце воют, когда он уходит. Молча. Тихо. Без суеты. Без пафоса. Без благодарности или проклятий. Ничего после себя не оставил. Собрал вещи (даже картины снял со стены) и исчез, остался тем самым воспоминанием.       А Марка крутит.       Он не может найти себе место. Бродит по городу, озирается по сторонам, надеется поймать взглядом его и просто успокоиться, что ли. Вряд ли он теперь захочет говорить, вряд ли обрадуется расставанию с женой, вряд ли даст второй шанс.       Или не второй?       О чём вообще думал Кай?       В его голубых глазах плескалось много эмоций, а Марк их не читал, не разбирал, просто иногда рассматривал радужку и думал, что она бы могла сравниться с брелоком от ключей квартиры Кая – голубым шаром, где, кажется, запечатлелось небо. Голубое. Бескрайнее. Манящее. Недоступное. Напоминающее воплощение свободы.       Правда, Марк теперь официально свободен.       Его ничего не тяготит из обязанностей. Ему больше не нужно разрываться между женой с ребёнком и любовником. Потому что и те, и тот больше не ждут. Они начали жить сами, с чистого листа, а он остался голубым пятном из прошлого, от взгляда на которое на языке горчит сожаление о том, что отстирать его, увы, невозможно.       Невозможно и перестать вспоминать прошлое, когда всё было будто в узде, подчинялось власти Марка. Он не понял, когда отпустил канат, когда всё пошло под откос. А может оно катилось к чёрту с самого начала? Наверняка так оно и было.       Марк просто не замечал, потому что бежал. Он, в целом, вечно бежал от проблем, от чувств, от себя, от жены, от Кая. Не позволял никому приблизиться, не хотел обжечь руки. В итоге сжёг сердце и остался ни с чем.              Развод прошёл относительно гладко. Марк приезжал, помогал с ребёнком и по дому, платил алименты, но снова сблизиться с бывшей уже не мог, да и не особенно того и хотел, если говорить на чистоту. Просто хотел стабильности.       Частично она теперь есть.       Марк стабильно один, куда бы не пошёл.       Ему некуда податься, а он тащится из раза в раз в лес, где бежит, бежит, бежит… Надеется встретить там Кая, как в глупых романах. Но никакого Кая нет. Возможно, он уехал из города с концами. Тут Кая ничего не держало, кроме Марка. Кай молод и хорош собой. Он обязательно приткнётся куда-нибудь, а потом и к кому-нибудь.       Сердце от этого было готово взорваться.       Ревность поглощала. Скорее всего, Кай тоже мучился от этой суки, когда Марк возвращался к жене, которой ласково шептал «люблю». Наверняка так и было. Просто Марк не думал, боялся за себя, а теперь и жалеет себя: он не готов смириться с тем, что у Кая будет кто-то другой, более любящий и открытый, плюющий на мнение большинства.       Марк любит, но не готов отпустить.       Он убеждается в этом, когда всё же настигает Кая. Видит его в Мюнхене, куда был отправлен в командировку. Там в одном из баров видит Кая рядом с каким-то низкорослым жилистым парнем с большими оленьим глазами голубого цвета и чёлкой, зачёсанной на одну сторону. Этот молодой человек открыто обнимает Кая, смотрит на него влюблённо и гогочет периодически. А Кай выглядит таким счастливым, что у Марка кишки от злости и ревности сворачиваются в тугой пульсирующий узел. Зависть по костям бродит.       Марк хочет подорваться, треснуть и Каю, и его хахалю, а потом утянуть первого в поцелуй, разреветься, взвыть и спросить, почему не дал шанса, почему так быстро и тихо ушёл, почему не оставил никаких намёков или подсказок.       Однако мышцы будто наливаются свинцом.       Двигаться не выходит.       Перед глазами счастливый Кай, который на мгновение поворачивает голову, видит Марка, на секунду замирает, но быстро перестаёт смотреть и продолжает слушать своего парня.       Марк с тяжёлым сердцем покидает стены бара.       Остаётся совсем один.       Стабильно ненужным, мозолящим глаза голубым пятном.

***