Малыш Чарли | Pit Babe 1,2,3,4,5

POV Бэйб – Эй. Тишина. – Чарли. – ... - ответа не последовало. – Папа. – Если не откажешься от своих слов, вообще не будем разговаривать, - ответил он. Я буквально растерялся, не знал, что сказать. Только рот раскрывал и закрывал, смотрел на упрямца Чарли, не веря, что он всерьёз воспринял ту глупость, о которой мы полчаса назад говорили. – Не заставляй меня ныть, Чарли! - сказал я. – Как ты можешь так со мной говорить? – ... - обернулся Чарли и уставился на меня, будто я сказал что-то ужасное, способное уничтожить всё человечество. – В твоей обиде нет смысла, - сказал я. – ... – Эй! - и чем больше я говорил, тем сильнее он возмущался. – Когда ты обижаешься, я никогда не говорю, что это бессмысленно! - ответил Чарли. – И я никогда не обижаюсь по пустякам. – О-о-о! - широко распахнул глаза он, и уставился на меня, когда я начал говорить. – Вот это да, сказал так сказал. – ... – Что за взгляд? - спросил я. – Ты – самый бессмысленно обижающийся человек на свете! - ответил Чарли. – Ты первым начал! – Но ты первым сказал, что в моей обиде нет смысла! - сказав это, он снова отвернулся. Последнее время Чарли стал слишком часто на меня обижаться. Раньше это была моя прерогатива! Почему ты взял это на себя так спокойно? И что это значит? Значит ли это, что теперь мне придётся каждый раз умолять тебя? А что, если я тоже обижусь в ответ? – Ах ты... Чарли... Я так просто сказал – лучше уж умолять заранее. А то вдруг он обидится ещё сильнее, а потом не захочет мириться – будет хуже, чем раньше. Да и Чарли в последнее время всё увереннее себя ведёт. – Ладно, ладно, я откажусь от своих слов. Этот парень вообще не красив, ни капли. Совсем не мой тип. Никакого сравнения – до кончика твоего ногтя он не дотягивает. Видимо, услышав нужные слова, Чарли, сердитый как грозовая туча, слегка смягчился. Он скользнул по мне взглядом, повернув голову, сохраняя выражение недовольства в виде опущенных уголков губ, но его тон перестал быть таким резким, каким был в начале. – А почему тогда раньше ты сказал, что он как раз твой тип? – Ну, так просто сказал, - сказал я. – Но на лице у тебя было написано, что ты действительно ему симпатизируешь. – Ну и что? Он же звезда, чёрт возьми! Ты говоришь так, будто если я ему понравлюсь, он обязательно ответит взаимностью. – Значит, если бы он ответил взаимностью, ты бы согласился? - спросил Чарли. – Что? – А звёзд, которые симпатизируют тебе, разве мало? Можно сказать, я превратил катастрофу в полный апокалипсис. Похоже, мне не суждено быть тем, кто умоляет. Раньше я никогда не умолял, потому что не было никого, кого бы я хотел умолять. Но с появлением Чарли, оказалось, что это гораздо труднее, чем я думал. Это не только не помогло – обида стала ещё сильнее. Я схожу с ума!!! – Ты говоришь так, будто все вокруг – геи. – Значит, если бы он оказался геем, тебе было бы очень удобно? – Ой, да прекрати, Чарли! Я действительно больше не выдержу!!! Почему умолять кого-то так сложно? Лучше я вернусь к своему прежнему статусу – человек, который сам обижается. – Я каждый день говорю тебе, что ты красивый, а ты не обращаешь внимания. А как только я один раз сказал, что парень-модель красив, ты сразу начал орать, будто я хочу его увести! Ты совсем с ума сошёл? – Не хочу, чтобы ты любил кого-то другого... – Да как это может быть? Скажи мне, с тех пор как мы вместе, я смотрел на кого-то ещё? Каждый день я думаю только о тебе. Все вокруг давно знают, что я готов за тебя умереть. Только ты один продолжаешь капризничать, обвиняешь меня, будто я с кем-то заигрываю. Если бы мне было так легко полюбить кого-то другого, зачем бы я рисковал жизнью, чтобы вернуть тебя? Подумай, очкарик! Я, кажется, наконец понял, как правильно умолять своего парня. Потому что Чарли перестал хмуриться, а ещё я заставил его раскрыть рот от удивления и он \не пытался спорить. Видимо, этим способом придётся пользоваться почаще. – Перестанешь обижаться? – Перестану... Ну ладно, перестану, - запнулся Чарли, ответил растерянно, с выражением лица, будто не мог понять, как ему себя чувствовать. – Молодец, - поднял я вверх большой палец, после чего широко раскинул руки, готовясь к следующему шагу. – Иди сюда, обними меня. Чарли рассмеялся, но послушно подошёл. Он крепко обнял меня, потом поцеловал в щёку и в ухо – как он обычно делал. Я, не желая отставать, ответил тем же. – Так можно? - рассмеявшись, спросил Чарли. – Что? – Я же обижаюсь, а ты ругаешь меня, а потом велел перестать обижаться? – Я же умоляю. – Так умоляют в твоём понимании? Вот так? – Ну да, в моём понимании так и умоляют. А что, не так? Чарли ничего не ответил, а рассмеялся – видимо, это означало, что он настроен лучше. Мы замолчали на некоторое время. Слышалось только наше дыхание. Мы молча обнимали друг друга, не говоря ни слова. Я подумал, что, наверное, Чарли хотел провести немного времени в тишине – это был его язык любви. В отличие от меня, чей язык любви состоял в ссорах или в просьбах сделать что-то ради меня. Но спустя некоторое время во мне закралось странное чувство. Мне показалось, что Чарли молчал слишком долго. Он крепче сжал меня, не собирался отпускать, продолжал прятать лицо у моего плеча. Он любит тишину, я не думаю, что такое поведение может быть признаком расслабления. – Чарли. – Ммм? Его голос стал каким-то странным. – Ты в порядке? Он молчал. Это был сигнал, подтверждающий мои догадки. С ним что-то было не так. – Чарли, - снова позвал его я. – Что случилось? Его поведение изменилось так стремительно, что становилось страшно. Ещё недавно он спорил со мной, шутил, смеялся, всё было как обычно. Но всего за несколько минут, пока мы обнимались, он будто стал другим человеком. – Бэйб, - наконец заговорил он. Его голос стал ниже, чем раньше, и был тихим, будто он потерял силы. – А? Что? – Давай расстанемся. Всё вдруг перестало казаться реальным. Я растерялся. Я сплю? Или мне померещилось от только что принятого лекарства? Почему ты говоришь такое? Ты ошибся? Или я ошибся? Или ты всё ещё злишься на меня из-за того, что было раньше? – Это не смешно, - сказал я резко, пытаясь вырваться из его объятий, но Чарли удержал меня. Он крепко обнял меня, так что я не мог пошевелиться. – Если хочешь пошутить, выбери другую шутку. – Я не шучу. – Чарли, я действительно разозлюсь. – Я говорю серьёзно. Этот тон... Почему ты говорить таким тоном? Если хочешь пошутить – почему стараешься быть таким правдоподобным? – Мы... расстанемся, - сказал Чарли. Я оттолкнул его изо всех сил. В то же мгновение Чарли, казалось, ослабил объятия. Он сел на диван, поднял голову и посмотрел на меня. Я стоял на вытянутой руке расстоянии от него. Его покрасневшие глаза ясно говорили, что Чарли давно плакал, ещё до этого, и именно поэтому он так не хотел меня отпускать. – Что ты ещё задумал? - спросил я резко. – Разве я не говорил, что это последний раз? Хватит уже что-то делать ради меня. Просто останься рядом. Только и всего. Если суждено умереть – умрём вместе! – Нет, Бэйб... нет, - медленно покачал головой Чарли. Слёзы упали на его футболку. Он пытался вдохнуть, подавил всхлип, с трудом подобрал слова: – Это не связано ни с чем другим. Это касается только меня. Только меня одного. Я не делаю это ради тебя. Я сам хочу расстаться. Слёзы хлынули из моих глаз, будто кто-то открыл кран. От слов «я сам хочу расстаться» больше не было никакой логики, никакой причины. Я чувствовал, что это его искренние чувства. Не верю! Я ничего не понимаю. Когда всё это началось, что я сделал не так? И почему... почему не было никаких признаков? – Что ты имеешь в виду? - выдавил я из себя и мой голос дрожал. Я не хотел быть таким, но не знал, как его сдержать. – Что значит «хочу расстаться»? Что это значит? Чарли заплакал ещё сильнее. Он плакал, пока его широкие плечи не задрожали от рыданий, жалко и тяжело. Но у меня не было сил подойти и обнять его. Потому что, возможно, больше всего в этот момент нуждался в объятиях я – тот, кого впервые за всю жизнь бросали во второй раз. Если ты хочешь расстаться... почему плачешь? – Я больше не могу... - боролся за каждый вдох Чарли. Его страдание было сильнее, чем при нашем первом расставании. Это было тщательно обдуманное решение, а не спонтанный порыв, как в прошлый раз. – Я не хочу, чтобы всё было так. Я пытался… Пытался изо всех сил. Но не могу... Я больше не выдерживаю, Бэйб... – О чём ты говоришь, Чарли? Я ничего не понимаю. Чарли только и повторял: «Я пытался» и «Я не выдерживаю», снова и снова, пока я не задумался: насколько же тяжело, оказывается, быть рядом со мной. Сколько усилий и терпения это требует. – Я что-то сделал не так? – Нет... - покачал он головой, опустив взгляд, позволяя слезам падать на тыльную сторону своей ладони, словно дождь перед началом бури. – Всё дело во мне. Я не поверил тебе. Потому что был упрям. И всё стало таким. – Чему не поверил? О чём? – О том, что ты запрещал мне брать чужие сенсы, и пытаться усилить свои... Наконец я начал понимать, о чём он говорит. Я почувствовал, в каком направлении шла эта история. И из-за этого моё сердце сжалось от страха. Я молился, умолял, чтобы мои догадки не оказались правдой. Раньше Чарли всегда оказывался прав. Поэтому я от всего сердца надеялся, что он снова окажется прав. Пусть то, что я подумал, окажется глупостью... – Чарли, - хотел я подойти к нему, но тело будто окаменело. Поэтому я остался стоять на месте и настаивал, чтобы он наконец сказал это ужасное. – Говори. Если будет больно – пусть будет больно сейчас. Всё равно я не смогу этого избежать. – Я... забываю. Я всё ещё не понимал. – Забываешь? Или, может быть... я просто не хотел понимать. – Мои воспоминания... постепенно исчезают. Я растерялся, пытался что-то сказать, но из горла вырвался лишь воздух, словно из меня вырвали мой голос. Внутри груди стало пусто и холодно, будто там больше ничего не осталось. Одна пустая оболочка, не способная ни чувствовать, ни реагировать, кроме как на ужасающую пустоту. Я видел подобное много раз. Это не было чем-то новым, но я намеренно закрывал на это глаза. Чарли, который раньше был внимательным, заботливым, замечал всё и помнил каждую мелочь, в последнее время стал часто забывать. Невероятные вещи. Он задавал одни и те же вопросы снова и снова. Забыл, что я давно бросил курить. Забыл, почему я каждый день принимал лекарства. Но я ни разу не заподозрил ничего. Потому что он смеялся и говорил: «Я шучу». Я только и говорил: «Опять уткнулся в книги и забыл обо мне», хотя знал, что он не мог забыть ни одной моей вещи. Никогда. – Это продолжается уже давно. Я думал, что это несерьёзно. Если я буду повторять каждый день, постоянно напоминать себе – я не забуду. Но это не помогает. С каждым днём становилось хуже. А самое ужасное... Я не знал, кто из нас двоих умрёт первым. – Большинство того, что я забываю... это воспоминания о тебе. Нет! Его мозг не специально стирает только мои воспоминания. Просто они заполняют всё. Поэтому он и думает, что больше всего теряет меня. Именно потому, что он думает обо мне, он и замечает, как всё это исчезает. – Только потому, что ты забываешь меня, ты решил расстаться со мной? - я не знал, на что именно надеялся. Надеялся ли я, что Чарли передумает? Что он изменит решение? Я не знал. Но я не хотел, чтобы мы так легко отпустили друг друга, как в прошлый раз. – Ты не думаешь, что если мы будем вместе, я буду напоминать тебе каждый день? Буду помнить за нас двоих? Люди с болезнью Альцгеймера остаются с партнёрами. Почему ты не можешь? – Я думал, что смогу. Я попробовал, Бэйб. То, что мы до сих пор вместе – это моя попытка. Но чем дольше мы вместе, чем чаще я вижу тебя, тем сильнее я тебя люблю. И когда я понимаю, что однажды я обязательно забуду тебя... Бэйб, ты хоть представляешь, как это мучительно? Я хотел знать, насколько это мучительно. Будет ли это так же больно, как осознание того, что однажды я стану для него чужим? – Я записываю всё о тебе. Всё, что только могу вспомнить. Каждый день добавляю что-то новое. Каждый день повторяю. Потому что думал: если я буду стараться, я никогда не забуду... Кто страдает больше – тот, кого забывают, или тот, кто забывает? – Но сегодня утром, когда я проснулся, я открыл глаза и увидел тебя рядом. И сидел десять минут... пытался вспомнить, кто ты. Или, может, не важно, кто страдает больше. Боль от того, что тебя забывают, – это одно. Но видеть, как страдает Чарли, – возможно, это знак, что мне нужно быть менее эгоистичным. – Сейчас я думаю, что если я останусь с тобой, я сойду с ума. Возможно... отпустить – это вовсе не ошибка. – То, что я люблю тебя всё сильнее с каждым днём... заставляет меня бояться забыть. Это было настолько больно слышать, что у меня перехватило дыхание. Но, может быть, это одно из немногого, что я могу сделать ради него. – На этот раз я прошу расстаться по своей воле. По-настоящему. И теперь... он больше не лжёт мне. Я не мог сказать ему ни слова. Все силы покинули меня. Я опустился на пол, сел на пустое место перед ним, положил голову на подушку, на которой спал бесчисленное количество раз, пытаясь тихо попрощаться с этим теплом. Но это было нелегко. Потому что чем сильнее я говорил себе: «Всё будет хорошо», тем громче голос в голове кричал: «Как я без него?». – Я люблю тебя. Больше всего на свете. Я запечатлел его последние слова любви в самой глубокой части своей памяти. Я хотел запомнить их навсегда. Но не хотел часто вспоминать, потому что осознание того, что я больше никогда не услышу их из его уст, было слишком жестоким для меня. – Я тоже люблю. Всегда. С этого момента только я буду помнить, насколько сильно мы когда-то любили друг друга. Но это не имеет значения. Для меня одного этого более чем достаточно. Год спустя. POV Чарли Атмосфера на автодроме снова подняла мне настроение, как и всегда. Звук двигателей гоночных машин, возможно, казался бы раздражающим для тех, кто не увлечён ими, но для меня он каждый раз заставлял кровь бурлить. Раньше я только сидел в зрительских рядах и смотрел гонки. В дни, когда мне доставались плохие места, я ничего не видел. На экран прямой трансляции приходилось вытягивать шею, пока она не начинала болеть. Но после того, как у моего талантливого младшего брата появился парень – капитан известной гоночной команды «Х-Hanter», я получил особое право свободно входить и выходить из боксов команды, будто был её полноценным членом. А особенно, когда я носил бейдж с надписью «VIP», могу сказать честно – это было чертовски круто. – Привет, Чарли, - ко мне подошёл Пи Норт, похлопал по плечу и приветливо поздоровался, как обычно. Он был одним из ведущих гонщиков, на которого в этом году следовало обратить особое внимание. Его результаты становились всё лучше после каждой гонки. Его характер казался слишком игривым, в целом я считал его и сильным гонщиком, и приятным человеком. – Опять пришёл посмотреть гонку? – Ну, мне нравится, - смущённо рассмеялся я. – Раз нравится смотреть, пробовать самому не хочется? – Ой, нет, я не справлюсь, - почесал я щёку, продолжая смущаться. Я давно следил за миром автогонок, но мне ни разу в голову не приходило участвовать самому. Такое дело требовало высокого уровня мастерства – гораздо выше, чем у меня, обычного ботаника, который только и умел, что смотреть, как гоняют другие. – Я не такой крутой, как Пи Норт. Лучше просто посижу и посмотрю. – Скромничаешь, - бросил Пи Норт и тут же ушёл, потому что его позвали члены команды – готовиться к гонке. В этот день был последний заезд сезона. «Х-Hanter» продолжал демонстрировать отличную форму, без сбоев прошёл в финал, и, как преданный поклонник скорости, я был уверен, что в этом году команда «Х» точно станет чемпионом. Гарантированно. Громкие крики трибун не оставляли сомнений в их причине. Гонщики выходили на трассу. Поклонники разных команд поднимали шум, приветствуя своих любимцев. И самый громкий крик, который прозвучал был только для одного человека. – Пит Бэйб!!! Когда выходил великий король, приветствие должно было быть оглушительным. Я смотрел на экран монитора, где появился Пит Бэйб – главный гонщик «Х-Hanter», с чувством, будто увидел любимую знаменитость. Я видел его за сотни гонок, каждый раз, когда он появлялся на трассе, я испытывал волнение и трепет. Вокруг него словно сияла аура, а его расслабленное выражение лица делало его ещё более привлекательным, чем других гонщиков. Он никогда не смотрел в камеру, никогда не махал рукой болельщикам – вся его концентрация была сосредоточена только на машине и себе. И, как мне казалось, именно это и делало Пит Бэйба особенным, отличавшимся от всех. – Ты так сильно им восхищаешься? Я слегка вздрогнул, когда рядом с ухом вдруг раздался голос, пока я был полностью погружён в изображение на мониторе. – Взял у него автограф? – Ого... Пи Алан, - вздохнул я. Сколько бы раз я ни приходил на гонки, друг Джеффа постоянно подшучивал над тем, что я был фанатом Пит Бэйба. Вначале это было забавно, но в итоге начало смущать. – Я давно взял у него автограф. – Правда? - рассмеялся Пи Алан. – А фото с ним делал? – Нет, такого я не осмелился бы. – Почему? Бэйб добрый. Если попросишь – разрешит. – Нет, лучше не надо. Я стесняюсь, - я был уверен, что у меня на лице была вымученная улыбка. Джефф говорил, что я всегда так делал, когда отказывался от чьей-то доброты. – Уже то, что я могу приходить сюда и торчать в боксах, – много. – Много? Да ты же брат по братству! Слова Пи Алана не были особенными, но взгляд и тон, которым он их произнёс, вызвали у меня странное ощущение. Такое часто случалось. Я всё время чувствовал, что был хорошо знаком с людьми из команды «Х», и они, в свою очередь, относились ко мне с особой добротой. Каждый раз, когда я приходил на трассу или заезжал в мастерскую с Джеффом, все подходили, здоровались, шутили со мной, будто мы были близкими друзьями много лет. И они часто смотрели на меня такими взглядами, которые я не мог понять. Казалось, они постоянно были грустны или вспоминали что-то важное. Иногда они говорили о вещах, которых я не понимал. Например, однажды Пи Алан сказал мне: «Ты был королём команды "Х"», – после чего горько рассмеялся и добавил: «Шучу». А в другой раз Пи Норт сказал, что я был вечным соперником Кима. Я тогда не понял, но кивнул и рассмеялся вместе с ними. Когда я спрашивал Джеффа, он каждый раз отвечал одно и то же: «Да он шутит о чём-то, что давно забыл». Он никогда не давал серьёзного объяснения тому, что значили эти слова. Дело в том, что происходило много событий в прошлом, которые я не помнил. Джефф сказал, что я попал в аварию, ударился головой, и часть моей памяти исчезла. Когда я впервые узнал об этом, мне стало странно, пусто внутри. Но когда Джефф сказал, что у меня амнезия, как у главного героя корейского сериала и я забыл об этом странном чувстве. То, что часть моей памяти пропала, не повлияло на мою повседневную жизнь. Я жил как обычно, учился (на аспирантуре), хорошо усваивал и запоминал новую информацию. Единственное, что меня беспокоило, – это замешательство, когда ко мне подходили незнакомые люди. На улице я часто чувствовал, что на меня смотрят. Иногда ко мне подходили, чтобы поговорить или сфотографироваться, будто я был знаменитостью. Джефф объяснил это тем, что до аварии я был известным человеком. Когда я спросил, в какой именно сфере, он каждый раз отвечал: «В сфере красоты», – пока мне окончательно не надоело задавать этот вопрос. Поэтому я решил, что некоторые вещи, которые говорил Джефф, – не правда. Он отшучивался, потому что ему лень было объяснять. Что касается его слов о моей известности, я был уверен, что это стопроцентная ложь. Я много раз пытался найти своё имя в интернете, но не находил ничего, что было бы связано со мной. Если бы я был известным, то почему моё имя или фото не появлялись на каких-нибудь платформах? Я был знаменит только среди инопланетян? У меня каждый раз начинала резко болеть голова, когда я пытался вспомнить эти события. Поэтому я решил перестать копаться в прошлом. Если продолжать, ничего важного не всплывёт. Главное – я живу изо дня в день. Этого мне было достаточно. Я больше ни на что не претендовал. – Опять эта физиономия, - слегка толкнул меня в голову Пи Алан. – Я сказал: ты – брат Джеффа, значит, ты и мой брат тоже. – А... - кивнул я. – Спасибо. Пи Алан улыбнулся в ответ. Он будто хотел что-то сказать, но в итоге решил промолчать. В этот самый момент гонка должна была начаться. Капитан в наушниках стоял у монитора, готовый к старту. Зазвучал обратный отсчёт, и четырёхколёсные ракеты рванули с места. Пи Бэйб, как обычно, шёл первым. Он занял первую позицию на квалификации, поэтому и стартовал с передней линии. Его форма была отличной, а скорость впечатляла, как всегда. Он чётко проходил повороты, идеально сохранял баланс. Было поразительно, что он продолжал улучшаться, хотя и раньше был настолько силён, что его было невозможно обогнать. Обычно таких сильных гонщиков трудно удивить – ты и так знаешь, как они будут ехать и чем закончится гонка. Но Пи Бэйб был не таким. Он постоянно поднимал планку всё выше и выше, удивляя зрителей и соперников. Пит Бэйб – великолепен! Я не отрывал глаз от экрана. Сердце билось так сильно, будто я сам сидел за рулём. Оно билось ещё сильнее, когда камера приблизилась к машине Пит Бэйба. За последний год он начал использовать новую машину в гонках – синий Nissan Skyline GT-R. Эта машина вызвала много обсуждений, потому что раньше Пит Бэйб всегда гонял на одной и той же машине. Когда он перешёл на эту «небесную» машину в последних сезонах, люди стали гадать, не означает ли это что-то особенное. Кто-то говорил, что он, возможно, думает об уходе из спорта (лично я считал, что это маловероятно), а кто-то предполагал, что он влюбился и новая машина – символ его любимого человека. Результаты гонки оказались ожидаемыми. Пит Бэйб первым пересёк финишную черту и в очередной раз стал чемпионом сезона. Более того, гонка была признана одной из величайших побед в его легендарной карьере. Второе место тоже было интересным: Вилли, молодой гонщик из команды E.T.A., занял второе место, установив при этом новый личный рекорд. Вилли считался самым заметным новичком после Пит Бэйба. Многие говорили, что он может стать следующим Пит Бэйбом. Что касается меня, то я считал эти слова самой бессмысленной чепухой из всего, что мне доводилось слышать. Другого Пит Бэйба не будет. Такой как Пит Бэйб – только один. – Отлично, Бэйб! Пи Бэйб, Дин и Пи Норт вернулись в боксы после гонки. Пи Алан, Джефф и другие механики с энтузиазмом поздравляли их. Пи Бэйб похлопал Пи Алана по руке, широко улыбнулся и подробно рассказал о ситуации во время гонки. Затем к нему подошёл Вилли из соседнего бокса. Они о чём-то шутили, разговаривали по-дружески, будто совсем не были соперниками на трассе. Их тёплые отношения стали поводом для слухов о том, что Пит Бэйб из «Х-Hanter» и Вилли из E.T.A. встречались. По правде говоря, я считал, что это возможно, но с точки зрения личных чувств я был уверен: это неправда. Пит Бэйб никогда не мог бы полюбить такого мальчишку. Из-за того, что я стоял, погружённый в свои мрачные мысли, то не заметил, как Бэйб подошёл ко мне вплотную. Он стоял прямо передо мной. И улыбался мне. – Привет, Чарли. Он первым поздоровался со мной. Каждый раз, когда мы встречались, я хотел быть первым, кто скажет «здравствуй», но так и не решался. Я стеснялся и не знал, что сказать. В обычной жизни у меня не было проблем с общением, но перед Пит Бэйбом я терял себя. В итоге каждый раз выходило так, что он подходил ко мне первым. – Здравствуй, Пит Бэйб. Поздравляю, ты снова победил. Мой голос прозвучал странно? Или я опять глупо улыбнулся? Почему он засмеялся только потому, что я ответил ему? – Как тебе? – Что? – Когда я был на трассе... ты смотрел? – Смотрел, конечно, - ответил я сразу. – Сегодня ты ехал потрясающе. Баланс идеальный. Быстрее, чем в прошлой гонке. Особенно последний поворот – вышел плавно, очень круто, честно. Я поднял оба больших пальца вверх, и Пит Бэйб рассмеялся ещё громче. Причину было несложно понять: я слишком увлёкся и слишком эмоционально восхищался им. Каждый раз, когда я стою перед Пит Бэйбом, я веду себя именно так. – Хорошая цепочка, - пока я стоял, краснел и не знал, куда деться, Пит Бэйб внезапно заговорил о моей цепочке. – Я вижу, ты её всегда носишь. Подарок от парня? Я много раз замечал, что он каждый раз, когда мы встречались, смотрел на эту цепочку. Я не понимал, почему он так интересовался ею. Это была обычная серебряная цепочка с простым кольцом. Я не помнил, откуда она у меня и когда я её купил. Просто чувствовал, что мне хорошо с ней, и поэтому никогда её не снимал. – А? Э-э, нет, - сразу замахал я руками. – У меня... нет парня. – Как так? - наклонил он голову и его взгляд заставил моё сердце биться так, будто оно вот-вот выпрыгнет из груди. Он выглядел так мило, что я начал сомневаться, имею ли я право вообще смотреть на него так близко. – Ты же такой красивый! Пит Бэйб сказал, что я красивый! Я могу умереть прямо сейчас. Здесь и сейчас. – Э-э... – Шучу. – Что? – Я не про это. Я правда считаю тебя красивым, - быстро поправился Пит Бэйб, будто боялся, что я пойму его неправильно. Но в тот момент у меня не было сил думать о чём-то подобном. – Я про цепочку. Я знаю, что её тебе не парень подарил. Я не был уверен, как на это ответить, потому что не понимал, что он имел в виду. – Рассказать тебе один секрет? - приблизил он своё лицо, прошептал тихо, как и положено секрету. – ... Я должен был бы волноваться из-за этого, но мои ощущения давно вышли за рамки обычного волнения. Я окаменел, когда он приблизился. Запах его парфюма вытеснял из моей памяти все другие ароматы мира. – То кольцо, что ты каждый день носишь на шее... ты купил его мне в прошлом году на день рождения. Но мы расстались раньше, так что, ты так и не успел вручить его. – Что? Что он сказал? Я купил ему кольцо? Мы расстались? Он хочет сказать, что мы были вместе? Это безумие. Чтобы я и Пит Бэйб были парой – это бессмыслица, хуже, чем если бы курица родила живого цыплёнка. – Бэйб, я же просил – не дразни Чарли. Голос, раздавшийся рядом, показался мне голосом божества, пока я стоял, окаменевший, перед человеком, который мне нравился. Джефф подошёл и встал между мной и Пи Бэйбом, будто не хотел, чтобы тот продолжал. Он говорил с лёгким раздражением (я вообще не понимал, как Джефф осмеливается раздражаться на Пи Бэйба). Пит Бэйб отступил, пожал плечами, чуть приподнял уголки губ в улыбке, довольный тем, что успешно меня разыграл и ушёл, ничего больше не сказав. – Опять стоишь как истукан и позволяешь ему дразнить себя, - закончив ругаться на Бэйба, Джефф повернулся и начал ругаться на меня. – Что с тобой? – Пи Бэйб сказал кое-что странное. – Он просто так говорит. Чем больше ты не понимаешь, тем больше ему нравится дразнить. Джефф не спросил, что именно сказал Пи Бэйб. Или, может, он всё слышал с самого начала. Мой младший брат всегда так себя вёл. Много раз я чувствовал, что у Джеффа и Пит Бэйба было множество общих секретов. Секретов, которые могли знать другие, но которые мне знать было нельзя ни в коем случае. Вот и про это кольцо тоже. А... неважно. Ладно. Главное – с этого момента я должен быть более осторожен с Пит Бэйбом. – Потом пойдёшь со мной в мастерскую, - приказал строго Джефф. И кто из нас старший, а кто младший? Этот мальчишка командует мной по всем вопросам, бранит утром и вечером, будто я – маленький ребёнок. – Зачем? – Праздновать чемпионство, - ответил Джефф. – На этот раз Пит Бэйб сказал, что не хочет идти в клуб, а хочет отпраздновать тихо, только с командой. Поэтому решили собраться в мастерской. – Команда празднует и я могу пойти? - указал я на себя, будто пытался напомнить Джеффу, чтобы он хорошенько посмотрел. Может, вдруг вспомнит, что я вообще не имею отношения к команде «Х», кроме того, что я его старший брат. – Ты тоже в команде. – Что? – Пойдёшь. Джефф больше ничего не объяснил. Он резко ответил и ушёл обратно к механикам, которые окружили машину Дина, оставив меня в очередной раз в полном замешательстве. Вот именно это и есть та самая трудность, о которой я говорил – трудность человека с потерей памяти. Мои близкие постоянно говорят о чём-то, чего я не понимаю, и не объясняют ничего. Если они не хотят, чтобы я знал, зачем тогда говорят странные вещи, которые я могу услышать? Это чертовски раздражает. Никогда ещё ни разу я не заходил в мастерскую «Х-Hanter» и не испытывал при этом волнения. Видеть гоночные машины, стоящие вплотную друг к другу, – это ощущение невозможно описать. Особенно когда у Пи Алана появляется новая машина, я хочу проводить здесь весь день. Сидеть и смотреть, как он её настраивает, – уже счастье. И наступил как раз такой день. – Ну как... классно? - спросил с улыбкой Пи Алан, будто немного насмехался надо мной, но я не возражал. Я и сам понимал, что в этот момент вёл себя по-дурацки. Я старался сдержаться, но не мог. Этот RX-7 был чересчур крут. – Очень классно! - обернулся я к Пи Алану, взволнованно, не в силах сдержать эмоции. – Можно мне подойти поближе? – Да, она местная, - спокойно ответил Пи Алан. – Получил в прошлом году. Но какой-то мальчишка взял и устроил на ней дрифтинг, так что она вся развалилась. Когда вернулась, я подумал, что это куча металлолома. Поэтому я отнёс её в шоу-рум и оставил там. Потом заказывал детали отовсюду, постепенно чинил, постепенно тюнинговал. Только сейчас закончил. – Это потрясающе... – Тебе нравится? – Конечно, Пи, - ответил я без колебаний. – Это машина моей мечты. – А как насчёт Каймана? Пи Алан спросил про машину, на которой я обычно ездил. Красивый Кайман, который, как говорил Джефф, я сам купил на свои деньги год назад. – Тот тоже нравится, но это не машина моей мечты. – Уже надоел, да? – Ну... это... – А хочешь попробовать поездить? – Что? - переспросил я, потому что подумал, будто ослышался. – Разве это не машина твоей мечты? - улыбнулся Пи Алан, чуть приподняв бровь, подтрунивая надо мной. – Поехали, выведем её на трассу и попробуем. Но поверьте, я не был зол. Я был счастлив, потому что он предлагал мне нечто, что выходило за рамки моей мечты. – Но я ведь не гонщик... – Если проедешь хорошо, эта машина станет твоей. Все сомнения и вопросы, что крутились в голове, мгновенно ушли в сейф, вместе с чувством стеснения. Я знал, что должен хотя бы раз отказаться, из вежливости, поиграть в скромность. Сделав это, а потом Пи Алан передумал бы и домой я бы вернулся пешком рыдая несколько дней. Огромное счастье прокатиться на такой машине, пусть и не моей. Кроме машины, которая превосходила все мечты, и одежда, которую я носил, тоже была на совершенно другом уровне. Я и подумать не мог, что команда «Х» разрешит человеку, не являющемуся гонщиком, надеть их гоночный костюм. А ещё большее удивление вызвало то, что запасной костюм, который Джефф принёс мне, сидел идеально, будто был сшит специально под меня. – Езжай спокойно, слушай своё тело, - слегка коснулся моего плеча Пи Алан. Наверное, он думал, что я нервничал из-за того, что садился за руль такой крутой машины. Сам я ожидал, что буду растерян и сильно взволнован, но как только я сел внутрь, странное ощущение охватило меня, словоно мне всё было знакомо. – Гони на полную. – Спасибо, - ответил я. Пи Алан кивнул и вышел с трассы. Я ещё немного посидел, собрался с мыслями, готовясь вывести на трассу этого красивого малыша. Но как только я потянулся к кнопке запуска, сзади раздался звук ещё одной машины. Она приближалась всё ближе и в итоге остановилась рядом с моей. – Поедем наперегонки? Пит Бэйб. Он был в гоночном костюме, его великолепный Skyline рычал, внушая трепет и он бросал мне вызов. Король и обычный человек вроде меня... О чём он только думает? – Если ты победишь, сможешь попросить у меня что угодно. Одно желание. Подождите... Любое желание? – Любое. Ты можешь попросить обо всём. Пит Бэйб ответил с лёгкой улыбкой, будто услышал мои мысли. По правде говоря, его предложение сначала показалось мне захватывающим. Но я понял, что не особенно на это рассчитывал. Если честно, победить его было невозможно. Поэтому, если я соглашусь, ничего не потеряю. Если выиграю – получу награду (хотя это было нереально), если проиграю – тоже ничего не потеряю. И так я собирался покататься. А теперь появился ещё один человек, который поедет со мной. Всё равно особой разницы не будет. – Ладно, согласен! Я ответил согласием, а Пит Бэйб удовлетворённо улыбнулся, затем поднял стекло и плотно закрыл его. Пи Норт, который должен был подавать стартовый сигнал, подошёл и встал посередине перед нашими машинами. У края трассы стояла вся команда «Х», выстроившись в ряд (как давно они там стояли?), и из-за этого моё простое катание выглядело слишком серьёзным, совсем не так, как я изначально задумывал. Но ладно. Главное – получать удовольствие от езды. Пи Норт подал сигнал к готовности. Я глубоко вдохнул, чтобы сосредоточиться и через три секунды он дал старт. Я и Пит Бэйб начали движение одновременно. То, что наши машины шли рядом, удивило меня. Я думал, что Бэйб сразу уйдёт вперёд, и не знал, так он задумал или наши скорости действительно совпадали, но тот факт, что меня не оставили далеко позади, как я ожидал, заставил меня по-настоящему захотеть соревноваться, хотя изначально я не планировал этого. На первом и втором поворотах наши машины шли очень близко друг к другу, настолько близко, что я сам удивился. Я никогда раньше не управлял гоночной машиной, не учился и не тренировался в таком стиле вождения. Всё моё время я был лишь зрителем и поклонником «Х-Hanter». Но не знаю почему, как только я нажал на педаль газа, кабина тут же почувствовалась как моё родное место. Я ощутил странное сочетание знакомства, удовольствия и комфорта. Моё тело двигалось само, автоматически. Я управлял машиной так, как хотел, будто мы с этим красавцем стали единым целым. И это было не только в этот момент – мы будто давно были связаны, настолько близки, что могли ехать бок о бок с машиной Пит Бэйба и не выглядеть при этом глупо. После красиво пройденного последнего поворота я был настолько горд, что мне казалось, будто я вот-вот взлечу сквозь крышу. Я не оторвался ни на секунду. Мы поочерёдно обгоняли друг друга на всём пути. Моё сердце ликовало, я чувствовал себя свободным, будто парил в небе, а не ехал по трассе на земле. Оставалось совсем немного до финиша. Небо, тёмное с самого начала, стало ещё темнее. Ветер усилился, тучи сгущались, и через несколько секунд дождь ударил по лобовому стеклу моей машины. «Хорошо, что он начался под конец гонки.» – с облегчением подумал я. Финиш был прямо передо мной. По краю трассы по-прежнему стояли болельщики «Х», у каждого были дождевики, будто они готовились к этому заранее. Оставалось несколько сотен метров до финиша. В этот момент я подумал, что, может быть, чудеса действительно случаются. Возможно, я смогу победить Пит Бэйба. Если я прибавлю скорости, то, может быть, невозможное станет реальностью. Но вдруг мой соперник сделал нечто ещё более неожиданное. Пит Бэйб постепенно снизил скорость, пока не оказался позади меня, а затем его машина остановилась. Я, удивлённый, вместо того чтобы ехать дальше и победить с разницей, затормозил и тоже остановился. Мы стояли неподвижно перед финишной чертой. И Пит Бэйб вышел из машины. Он остановился перед своей машиной под проливным дождём, который продолжал лить. Пит Бэйб закрыл глаза и поднял лицо к небу, позволяя дождю мочить его тело до полного промокания. Я тоже был мокрым и не понимал, что происходит, и о чём он думает. Единственное, что я знал точно в этот момент, – он был невероятно красив. Мне казалось, что мы близки, хотя стояли далеко друг от друга. Будто мы давно знали друг друга, будто были знакомы всю жизнь, хотя на самом деле я каждый раз запинался и не знал, что сказать, когда оказывался перед ним. Тело под гоночным костюмом – одно лишь воображение вызывало ощущение мягкости и тепла, которое манило. Его запах одновременно успокаивал и возбуждал. Невероятно, что мы были просто знакомыми. И ещё более невероятно... что я мог полюбить его так сильно. – Пит Бэйб... Я позвал его имя, перекрикивая усиливающийся шум дождя. Он обернулся на голос, посмотрел прямо на меня и улыбнулся. Самая красивая улыбка в мире. – Ты... плачешь? Под этой прекрасной улыбкой у меня сжалось сердце. Мне показалось, что он плачет. Я не мог видеть его слёз из-за дождя, стекавшего по лицу, но моё чувство не могло быть ошибочным. Пит Бэйб плакал… Но я не знал, почему. Почему ты плачешь? И почему мне так больно... больно от мысли, что ты плачешь? – Ты в порядке? - спросил я. Хотелось подойти к нему ближе, но ноги не слушались. – Ты можешь... не плакать? – Почему? – Потому что... - вдруг мне тоже захотелось заплакать. Я поднял руку, погладил себя по груди, пытаясь успокоиться, сделать вдох медленнее. Потому что сжимающая грудь боль причиняла мне страдания. – Мне больно. Ещё одна вещь, которую я не мог объяснить. Почему мои чувства к нему настолько сильны? Мы разговаривали всего несколько раз, я не смел смотреть ему в глаза. Но я улыбался, когда видел его улыбку, плакал, узнав, что он плачет, и тревожился, боясь, что он грустит. Я боялся, что он несчастен. – Чарли. – ...Да? – Ты счастлив? Я хотел знать, что между нами происходит. Возможно ли, что между нами будет нечто большее? Шанс был ничтожен, но возможно ли, что мы не просто знакомые? Возможно ли, что он – одна из тех вещей, которые я забыл? – Я... Самое главное, чего я боялся... если должен был забыть. – Я хочу, чтобы ты был счастлив. К этому моменту я точно понял, что Пит Бэйб плакал. Он всхлипывал, его тело сотрясалось, он поднял руку, чтобы закрыть рот, боясь, что из него вырвется звук. И чем больше я это видел, тем сильнее хотел немедленно броситься к нему и обнять. Может ли человек так сильно полюбить того, кого не знает? – В итоге ты победил меня, да? - спросил он. – Нет, - ответил я, покачав головой. – Я ещё не пересёк финишную черту. – Значит, не получишь награду, - тихо рассмеялся он, плача. – Но твоя машина ближе к финишу. Если хочешь, можешь попросить. Правда? Я могу попросить? – Пит Бэйб... Лучше не надо. – Что? – Если бы я был немного младше... но не таким глупым... ты бы согласился быть со мной? Сердце было полно сомнений, но я произнёс эти слова. Пит Бэйб заплакал ещё сильнее, но в то же время улыбался. Улыбался так широко, что я забыл, что мы стояли под проливным дождём, под тёмным небом. Его улыбка была яркой и чистой, разгоняя весь холод и пустоту, словно их и не существовало. И весь мой мир засиял ярче всего в тот момент, когда он кивнул в ответ на мой вопрос. Я надеюсь, что однажды все вопросы, копившиеся в моём сердце, получат ответы. Особенно о нём. Если есть что-то, что я забыл, я хочу вспомнить это снова – всё, от первого до последнего. И я отпущу это, если такой возможности не будет. Но я создам всё заново. Сознательно, старательно, сделаю это красивее и крепче, чем раньше. И клянусь, в этот раз я никогда больше не забуду. -Конец- От переводчика: Наконец закончилась эта эпопея с 5 книгами. История интересная, очень неоднозначная и, честно говоря, совершенно не в моём вкусе. Однако, нужно отдать должное автору произведения и актёрам, которые воплотили в жизнь персонажей. Не всё было 100% попаданием, и уж точно, не всё мне понравилось, как в книге, так и в лакорне. Было местами сложно переводить, особенно с учётом тайского языка оригинала и жанра омегаверса. Но, мы это сделали! Отдельная благодарность всей команде за поддержку: Кэт, LB, Ulia-Iv, Катерина и все, кто меня поддерживал на этом, довольно сложном, путешествии по миру гонок.