Малыш Чарли | Pit Babe 1,2,3,4,5

POV Чарли Я потратил полчаса, чтобы доехать обратно до лаборатории. Когда я прибыл, оставил раненого «сына» перед зданием, а затем вошёл внутрь. Я думал, что Лиу и остальные прятались, как я им велел. Было темно и тихо. Помещение снова стало похожим на заброшенный склад. Я нажал выключатель у входной двери и весь холл озарился светом. Всё оставалось в прежнем состоянии. Все двери были плотно закрыты. Не было и следа Джеффа, Криса, Пи Тача и Лиу. Это означало, что они ещё не знали о моём возвращении, или, может быть, не были уверены, тот, кто включил свет – это я, поэтому они не выходили из своих укрытий. Или, возможно… дело было не в этом. Моё предчувствие сработало снова. Но я подумал, что оно сработало слишком поздно. Только когда я вошёл и оказался посреди холла, я начал ощущать, что вокруг витала какая-то странная аномалия. Всё было слишком тихо. Тишина вызывала ощущение пустоты, но я при этом чувствовал, что людей стало больше, чем когда я уходил. В воздухе витал странный запах, смешанный с привычными запахами лаборатории. Эти странные сигналы заставили меня снова достать пистолет из кобуры, но я знал, что в обойме осталось не больше трёх пуль. Я медленно двинулся вперёд, внимательно оглядываясь по сторонам, пытаясь максимально расширить своё восприятие, но это не помогало. Способности Бэйба, жившие во мне, какое-то время работали неправильно. Именно поэтому мне приходилось прилагать больше усилий, чем обычно, чтобы осознавать происходящее вокруг. Вдруг я услышал шаги позади себя. – Чарли! Крис стоял на балконе второго этажа. Он громко крикнул моё имя, с выражением крайнего испуга на лице – самым сильным, какое я когда-либо видел у него. В руке он держал пистолет и направлял его прямо на меня. Бах! Нет… Он целился не в меня, а во что-то позади меня. Бах! Спустя мгновение после того, как доктор Крис нажал на курок, одна пуля прилетела сзади меня и просвистела мимо его левого плеча, заставив его отшатнуться и удариться спиной о стену. Пых! Я был настолько удивлён, что на мгновение сбился с дыхания, но у меня не было времени вскрикнуть или стоять, оцепенев. Я выхватил пистолет из кобуры и резко развернулся туда, откуда, как я предполагал, прилетела пуля. Моё предположение оказалось абсолютно верным. Стрелок, ранивший Криса, стоял позади меня. Он находился всего в трёх шагах и смотрел на меня спокойно и без малейшего признака страха. – Привет, папочка. Мои чувства на мгновение отключились. Не только мои особые способности не работали – в этот момент я ничего не воспринимал, кроме образа Бэйба, стоящего передо мной. Мой мозг не пытался анализировать или искать логику. Я знал, что он не должен был быть здесь, в это время. И самое худшее – он пришёл с пистолетом и стрелял в моих друзей. Это сон? Или я снова запутался и выдумал всё это безумие в своей голове? – Почему ты так смотришь? - спросил Бэйб спокойным тоном, делая два шага вперёд, пока расстояние между нами не сократилось до вытянутой руки. Я мог точно определить расстояние, потому что его тело оказалось прямо у дула моего пистолета. – Ты не скучал? Несмотря на то, что пистолет был направлен ему в грудь, Бэйб улыбался. В его поведении не было и тени страха, будто он на сто процентов был уверен, что, держа пистолет, я не нажму на курок. – Жаль, - сказал он. – Я каждый день скучал по тебе. Зачем он это делает? Его извинения, его признания в том, что он сожалел о сотрудничестве с Тони – всё это было ложью? Я думал, что всё закончилось в тот день, когда мы договорились больше не вмешиваться в дела друг друга. Я думал, что Бэйб одумался и решил отказаться от этого пути. Но в итоге я обманывал сам себя. Бэйб не собирался меняться… Напротив, теперь он действовал открыто, встав на сторону, противоположную моей. И всё это – потому что я причинил ему боль. Это и есть его месть. Сотрудничество с человеком, которого я больше всего ненавидел в жизни, разрушение моих целей, жестокое обращение с моими друзьями – и при этом он не испытывал ни малейшего чувства вины. Видимо, я сильно тебя ранил. – Почему ты стоишь, как вкопанный? - усмехнулся он, насмешливо протянув. – Ну-у, стреляй же. Его голос резал меня и внутри, и снаружи. Моя рука с пистолетом оставалась неподвижной. Я не знал, хочу ли этого. Хочу ли я выстрелить в Бэйба? Я не знал. Возможно, я хотел защитить себя. – Ну стреляй, папочка... Не стой, как мишень. Пока я стоял, онемев и мой мозг отказывался подавать команды, с лестницы второго этажа спустилось шестеро высоких мужчин. У каждого из них был пистолет. В центре группы шли мои учёные – Пи Тач, доктор Крис, Лиу и Джефф. Их руки были связаны за спиной и их принуждали спускаться по лестнице с очевидной целью – запугать меня. – Если не можешь нажать на курок, зачем вообще держать пистолет? Бэйб рассмеялся. Он широко улыбался, хотя не было ничего смешного или поводов для веселья. Мои друзья и брат были пленниками, обращались с ними как с заключёнными. Он не взглянул на Джеффа – человека, которого раньше называл своим вторым братом. А Крис истекал кровью в плече, получив ранение от выстрела. Как ты можешь смеяться в такой момент? Человек, в которого я влюбился… Когда ты стал таким жестоким? Огромная масса чувств сдавила мою грудь, и я не мог произнести ни слова. Я не знал, как реагировать на эту ситуацию. Когда я случайно встретился взглядом с Крисом, он смотрел на меня, будто пытался передать какое-то сообщение. Но я не был уверен, что это означало. Он хотел, чтобы я выстрелил в Бэйба? Или, наоборот, предлагал сдаться? К чёрту, я хотел бы, чтобы он закричал вслух. Мой ум не был таким острым, каким он, по его мнению, должен был быть. Хватит считать меня умным. Кто бы умный позволил себе оказаться в такой ситуации? Именно это видение я увидел в будущем у Лиу – всех, раненых, стоящих на коленях. Полчаса назад я с облегчением думал, что сумел помешать Виннеру добраться сюда. Я наивно полагал, что все будут в безопасности, не подозревая, кто настоящий враг. – Может, так будет проще? Голос Бэйба проник в моё сознание. На этот раз он не просто говорил – он наклонился вперёд, приложил свой лоб к дулу моего пистолета, поднял глаза и улыбнулся мне, будто говоря: если ты сейчас нажмёшь на курок, я не буду возражать. Но зачем мне это делать? Бэйб должен был знать, что моей целью никогда не был он. И никогда не будет. Я ответил на его вопрос, расслабив руку, которой сжимал рукоять пистолета. Лишь указательный палец остался на спусковом крючке. Ствол медленно опустился к полу. Бэйб широко улыбнулся в ответ, а затем выпрямился и встал в обычной позе. – Зачем ты это делаешь? - спросил я его. – Что ты имеешь в виду? – Пи Бэйб... – Не надо так говорить, - притворно надулся он. В обычной ситуации я бы подумал, что он такой милый, что хочется броситься и сильно чмокнуть его в щёку. Но в тот момент, когда у каждого из нас в руке был пистолет, я вынужден признать, что не видел в нём ничего милого. – Я хотел поговорить по-хорошему. Но вот эти, - кивнул в сторону моих учёных Бэйб, – швырнули в меня какую-то хреновину... Смотри. Он повернул голову, демонстрируя левую щёку. На скуле был слабый синяк. «Хреновина», о которой он говорил, была, скорее всего, бюреткой. А кто бросил – по выражению лица, скорее всего, Лиу, потому что она надула губы, когда Бэйб жалобно смотрел на меня. – Больно же. – Один бросок в тебя – и ты считаешь, что должен так отвечать? – Нет, я так не думаю, - пожал плечами Бэйб, подняв обе руки, будто сдаваясь. – Это они всё сделали. – Он имеет в виду своих подручных, которых привёл с собой, - сказал Крис. – А что насчёт того, что ты выстрелил в Криса? – Он выстрелил в меня первым! – Ты целился в меня первым, - тут же парировал Крис, но один из подручных тут же ударил его тыльной стороной ладони, отчего его голова резко повернулась. Эта сцена вызвала во мне жгучее раздражение, и я почувствовал, как по телу разлилось жаркое желание снова поднять пистолет и направить его в голову этого ублюдка. – Попробуй только ещё раз, - резко обернулся я к тому самому негодяю, который ударил доктора Криса. Моё раздражение кипело. Тот замялся, растерялся и бросил взгляд на Бэйба, будто прося помощи. Похоже, он осмеливался только потому, что действовал по его приказу. – Не трогайте его, - спокойным тоном приказал Бэйб своим приспешникам, после чего снова повернулся ко мне. – Они ведь любят друг друга. Прозвучало ледяным сарказмом. В то же время в его словах слышалась и горькая насмешка. – Любят друг друга больше, чем он меня. Интересно, почему бы им не сойтись? И обида. Я думал, что Бэйб знал, каковы были наши с доктором Крисом отношения. Крис категорически отвергал любовь, а я давно был обречён любить лишь одного человека. Между мной и Крисом существовали лишь взаимопонимание как у людей с общей целью и уважение как у профессионалов. Обо всём этом Бэйб знал с самого начала. И всё же он ревновал, считал, что я чувствовал себя счастливее с Крисом, чем с ним. – Скажи, чего ты хочешь, Бэйб? Скажи прямо. Но у меня не было времени на объяснения. – Тебя. – Я серьёзно... – И я серьёзен, - перебил Бэйб резким и твёрдым голосом. Его слова гулко разнеслись по холлу, остановив всё движение и привлекая внимание всех к нему. – Мне всё равно на ваши дела. Я пришёл сюда ради тебя. – Что вы собираетесь со мной делать? - спросил я, слегка наклонив голову. – Хотите поговорить со мной? – Мне не хочется. Но есть тот, кто хочет поговорить с тобой. – Кто именно? - спросил я с видом наивного удивления, хотя уже знал, о ком он говорит. – Твой отец, этот урод? – Как хочешь, так и называй, - ответил он. Похоже, он не слишком обрадовался, что я назвал этого урода его отцом. Кажется, Бэйб так и не привык называть Тони отцом, но поскольку он хотел отомстить мне и уничтожить всё, что я создал, то согласился сотрудничать со старым псом, которого сам же называл человеком, которого ненавидел больше всего. Наверное, он ненавидел меня сильнее, чем Тони. – Но я советую тебе пойти со мной добровольно. Тогда всё закончится хорошо. Никто не пострадает. – А если я откажусь? - спросил я в ответ. – Что ты сделаешь? Убьёшь всех здесь? Включая Джеффа? Я особо выделил имя Джеффа, надеясь, что это вернёт Бэйбу рассудок. Если он не испытывал сочувствия к Пи Тачу, Лиу или Крису – это я ещё мог понять, он не был с ними связан. Но Джефф – другое дело. Они оба этого не признавали, но я знал, что Бэйб и Джефф были близки. Ближе, чем кто-либо думал. Бэйб считал Джеффа своим настоящим младшим братом, и Джефф отвечал взаимностью. Он заботился о Бэйбе так же, как заботился обо мне и Пи Алане. И каждый раз, когда я ссорился с Бэйбом, Джефф всегда вставал на его сторону – неважно, насколько глупым или эгоистичным был он в тот момент. Джефф не проронил ни слова. На его лице не было и тени страха, он выглядел совершенно спокойным. А я в это время был на грани паники, сердце сжималось от одной мысли о синяке в уголке рта моего младшего брата. – Нет, - спокойно ответил Бэйб, медленно покачав головой и пристально глядя мне в глаза. Затем он резко обернулся к своим подручным: – Бросьте оружие! Те растерялись, переглянулись, не понимая приказа. – Я сказал – бросьте! После крика они тут же повиновались. Подручные бросили пистолеты на пол и пнули их подальше, но продолжали стоять, окружив пленников. – Я обещаю, что никто не причинит им вреда, - снова повернулся ко мне Бэйб. – Ты пойдёшь со мной? – Если ты обещаешь, что с ними ничего не случится, зачем тебе тогда нужен я? – Может быть, потому что... Бэйб не закончил фразу. Вместо этого он поднёс пистолет, который держал в руке, к своему виску. – Вот так? У меня сердце сжалось при виде этой сцены. Когда я направлял на него пистолет, я не боялся, потому что знал: я никогда не нажму на курок. Но я дрожал всем телом, потому что знал: Бэйб не такой трусливый, как я. Я знал, что он не боялся смерти. Бэйб был готов умереть в любой момент. А вот я – нет. Я никогда не был готов потерять его. – Бэйб... Не делай этого, - взмолился я, говоря серьёзно. – Положи пистолет. Прошу тебя, не... – Ты пойдёшь со мной? Он продолжал задавать один и тот же вопрос, будто это была единственная команда, оставшаяся в его голове, а его взгляд был лишён страха и сомнений. Я не знал, что заставило Бэйба стать таким. Было ли это его истинное намерение, которое я видел, или его заставили это делать. Или, может, это связано с тем, что Бэйб говорил мне раньше – как Тони угрожал уничтожить команду X, если я не откажусь от своего плана. Если это правда, то его поступок выглядел логично. Команда X была единственной семьёй, которую Бэйб имел. Неважно, что бы ни случилось, он, не колеблясь, защитил бы свою семью. Даже ценой меня. Я бросил взгляд на Джеффа, стоявшего на коленях позади Бэйба, надеясь, что брат сможет дать мне ответ. Джефф посмотрел прямо на меня и слегка кивнул, будто говоря: иди. Ответ Джеффа был ясен, но причина – неясна. Я пытался думать, используя остатки своих способностей, которые в этот момент были подавлены. Самое логичное объяснение, которое пришло мне в голову, – Джефф понял, что вероятность того, что Бэйб нажмёт на курок, очень высока. Что касалось меня, если меня отправят к Тони, я, скорее всего, сумею выжить и вернуться. Я пришёл к такому выводу исключительно на основе доверия. Я думал, что Джефф достаточно верил в меня, чтобы пойти на такой риск. – Я пойду с тобой, Бэйб, - наконец произнёс я. Услышав мой ответ, Бэйб не выглядел удивлённым. Он слегка улыбнулся, довольный, но не опустил пистолет. Пришлось просить ещё раз: – Убери пистолет. Я же сказал, что пойду с тобой. – Подойди и забери его у меня. – Что? – Подойди и вырви пистолет. Словно за время нашей разлуки Бэйб стал другим человеком. Я больше не понимал его. Каждое его действие было непредсказуемым, а ещё сложнее было понять смысл, стоящий за этими действиями. Всё выглядело странно и бессмысленно, и в то же время чувствовалась чёткая цель, до которой мой ослабленный мозг пока не мог дотянуться. – Бэйб, хватит играть. Я не... – Подойди и забери пистолет из моей руки, пока я не нажал на курок. Лицо и голос Бэйба не выражали никакой шутки, и я понял, что не могу тратить время на попытки понять то, что не удастся понять за следующие тридцать секунд. Я бросился к нему, схватил пистолет и попытался вырвать его. Но Бэйб сопротивлялся. Мы боролись. Он резко вывернул мою руку за спину, скрутил её так, что я согнулся, и вдруг... Тук! Всё погасло. ***** Я открыл глаза в незнакомой комнате. Она была примерно такой же по размеру, как спальня Бэйба, но совершенно пустой, вызывая ощущение пустоты. Внутри не было ничего, кроме стула, на котором я сидел. Он напоминал стоматологическое кресло, которое я ненавидел, но этот был ещё хуже – мои руки, ноги и корпус были плотно закреплены прочными кожаными ремнями. Не было ни малейшего шанса пошевелиться. Я был привязан к этому стулу посреди пустой белой комнаты, совершенно один. Прямо передо мной была плотно закрытая дверь. Я не слышал звуков снаружи, не чувствовал резких запахов. Не знал, то ли из-за того, что это место специально очистили от раздражителей, то ли из-за того, что мои чувства перестали работать. Я смотрел на дверь, не зная, что делать дальше, не понимая, чего ждал. На мгновение мне показалось, будто я – свинья, ожидающая, когда её поведут на убой. Прошло около пяти минут, пока я сидел, бессмысленно дыша. Наконец дверь открылась. Первым, кто вошёл, был Бэйб. Он посмотрел на меня с невозмутимым лицом, подошёл и остановился рядом со стулом. Затем он положил ладонь на мою, слегка сжал её. Тепло от его тела перетекло в моё, лишённое сил. А потом в его глазах, ранее холодных и безразличных, ясно отразилась тревога. Бэйб приоткрыл рот, собираясь что-то мне сказать, но его намерение прервал громкий стук десятка пар кожаных подошв, приближающихся к двери. Бэйб проглотил свои слова, убрал руку и сделал шаг назад от моего стула. – Здравствуй, сынок. Наконец появился человек, которого я меньше всего хотел видеть. Тони – человек, которого я считал давно превратившимся в удобрение – стоял передо мной с довольной улыбкой, легко помахивая рукой. Рядом с ним стояли более десятка телохранителей и двое мужчин в белых халатах. Количество охраны, которое он привёл, заставило меня невольно почувствовать гордость. Похоже, он считал меня опасным, раз притащил с собой столько защитников, хотя я мог шевелить только головой, пальцами и чуть-чуть кончиками ног. Вот и всё. Никогда раньше я не чувствовал себя настолько чудовищем. Ха… – Давненько не виделись, - широко улыбнулся демонической улыбкой главарь. – Ты стал намного красивее. Мог бы стать звездой. Его улыбка была ещё более жуткой, чем в последний раз. Он будто бы носил маску. Улыбка выглядела яркой, но неестественной. А всё, что слишком яркое, в итоге превращается в ужас, заставляющий волосы вставать дыбом. Он подошёл ближе. Телохранители в чёрном разошлись по углам комнаты. Двое в белых халатах приблизились, держа в руках чемоданы, похожие на медицинские наборы. Честно говоря, в этот момент я... Я чувствовал себя настоящей лабораторной крысой. Раньше я выполнял роль подопытного для Пи Тача, Лиу и Криса, но ни разу это не было так страшно, как в тот момент. Бэйб, стоявший рядом и пытавшийся сохранить каменное лицо, словно робот, побледнел. – Смотришь на тебя – и задаёшься вопросом: почему бы тебе не гонять на машинах, чтобы девчонки визжали от восторга? Если надоело – попробуй сняться в кино, заработаешь денег на жизнь. Зачем тебе лезть в эти передряги и самому создавать себе проблемы? - смотрел на меня с усталым видом Тони, словно заботливый родитель, который не знает, как справиться с упрямым сыном. Он вёл себя так, будто я – сын, который каждый день устраивал ему головную боль, в результате чего у него не осталось выбора, кроме как послать людей, чтобы поймать меня, привязать мне руки и ноги к стулу и начать ныть, притворяясь, что делал всё это из любви и заботы. – У тебя есть всё, что нужно в жизни. Что ещё тебе нужно, Чарли? Я отпустил тебя жить своей жизнью. Почему ты снова возвращаешься сюда и создаёшь проблемы? Он говорил так, будто вся вина лежала на мне. Я сам всё усложнил и вынудил такого доброго взрослого, как он, совершать ужасные поступки, а он не хотел этого ни капли. – Из всех моих детей я всегда считал тебя самым умным. Но судя по всему... ты самый глупый, Чарли. Тони не был так уж неправ. Да, я был глуп, как он и сказал. Потому что ни один здравомыслящий человек не стал бы сам загонять себя в такую ситуацию. Ни один умный человек не отказался бы от того, что у него было, ради собственного душевного спокойствия. Ни один умный человек не отпустил бы самое важное в своей жизни, лишь потому, что считал защиту этого человека важнее, чем то, чтобы быть рядом с ним до самого конца. И вот, когда времени осталось мало, я боялся одного – что этот мерзкий мир причинит ему вред. Именно поэтому я должен был сделать всё возможное, чтобы убедиться: после моего ухода будет достаточно безопасно для него. – Я пытался остановить тебя всеми способами, но раз ты упрям и не хочешь останавливаться, то, как отец, я должен вмешаться, пока ты не навредил другим людям. Я думал, что он слишком увлёкся ролью отца – до тошноты. Что касается других детей – не знаю, но я никогда не считал его отцом. С самого детства, когда я ещё не понимал многого, я видел в Тони одного из начальников, человека, который давал мне еду, воду и крышу над головой. Я никогда не понимал тех детей, которые видели в нём настоящего отца, мечтали о его любви и признании. Он никогда не смотрел ни на кого и ни на что с любовью. Ни разу... Поэтому самое глупое – это тосковать по тому, чего изначально не существует. – Другие люди? - горько рассмеялся я. – Тот, кто страдает из-за этого – это ты сам, не так ли? – Ну да. А какой хороший сын заставляет своих родителей страдать? – Ты не мой отец. – Почему нет? - снова он изобразил жуткую улыбку. – Я заботился о тебе, воспитывал тебя. Если мы не отец и сын, то кто тогда? – Не знаю. Может, хозяин и слуга? – Говори с отцом уважительно, Чарли. – Когда у меня появится отец – попробую. Тони коротко рассмеялся и языком толкнул щеку изнутри. Такое поведение означало, что я успешно вывел его из себя хотя бы немного. И этого было достаточно для человека, чьё единственное движение – рот. – Если не можем говорить по-хорошему, тогда не будем говорить, - сказал Тони и кивнул двум мужчинам в белых халатах. Те кивнули в ответ и двинулись ко мне, каждый с подозрительным чемоданом в руках. – Постойте! - внезапно раздался голос Бэйба, который до этого молчал. Он поднял руку, останавливая тех, кто, судя по всему, были врачами, не давая им приблизиться ко мне. – Ты же сказал, что позвал его на переговоры? – Мы переговорили, - безразлично ответил Тони. – Видишь, как всё обстоит. Чего ещё ожидать, Бэйб? – Это ты называешь переговорами? - начал возмущаться Бэйб. Его резкие слова и поведение говорили о том, что Тони нарушил их договорённость. – Ты не сказал ему ничего! Не дал ему шанса ответить! И ещё что-то собираешься делать с ним? Тони не ответил. Оба врача повернулись к нему, ожидая указаний. Увидев, что Тони кивнул, они двинулись ко мне. Но, конечно, не успели подойти – их снова остановили. Бэйб встал перед стулом, на котором я сидел, показывая: что бы они ни собирались делать, он не позволит. – Что вы собираетесь делать? - резко спросил Бэйб. – Мы хотим взять образец крови, - сказал врач, который выглядел выше. Говорил он холодно и спокойно. Когда он открывал рот, в нём чувствовалась надёжность, но одной этой демонстрации было недостаточно, чтобы Бэйб ему поверил. – Отойди, пожалуйста. – Нет. – Зачем ты усложняешь всё, Бэйб? - начал терять терпение Тони. – Я хочу взять немного крови. Я не собираюсь убивать его. – Зачем тебе она? – Мне интересно, что в ней содержится. Бэйб не понимал, что Тони делал или чего хотел. Из разговора и ситуации я сделал вывод: они заключили сделку – Бэйб должен был привести меня, при этом Тони пообещал ему, что хотел поговорить со мной, а взамен отпустит нас всех. Но как только Бэйб доставил меня, Тони не стал утруждать себя переговорами и попытался сделать что-то, что не входило в изначальную договорённость. – Зачем? - продолжал спрашивать Бэйб. – Зачем тебе знать, что в крови Чарли? Это просто кровь. – Да ты шутишь, - тихо рассмеялся Тони. – Кровь может сделать гораздо больше. Кровь – это код, это карта человека. Кровь – начало и конец всего. Кровь может рассказать больше, чем ты думаешь. Особенно кровь такого аномального существа, как Чарли. Я видел только спину Бэйба, но знал, какое у него было выражение на лице. У него дрожали плечи, руки сжал в кулаки с огромным усилием. Ситуация была ужасной, но я чувствовал облегчение, видя его гнев. Он злился из-за меня… Злился на Тони за нарушение обещания. Злился на то, что меня подвергли опасности. И я чувствовал, что Бэйб изо всех сил пытался меня защитить. Он меня не ненавидел. Это – самая хорошая новость. – Ты... сказал, что в лаборатории есть бомба, - сквозь стиснутые зубы произнёс Бэйб. Эти слова дали мне ещё одну важную информацию: они не просто заключили сделку, но и Бэйба шантажировали, заставив его это сделать. – Сколько ещё лжи ты собираешься рассказывать? Тони знал, что ни Виннер, ни его подчинённые не смогли бы доставить меня сюда силой. Если бы они попробовали – я бы сопротивлялся и в итоге сбежал. Единственный способ доставить меня – это заставить прийти добровольно. А единственная причина, по которой я согласился бы прийти, – это Бэйб. Бэйб не настолько глуп, чтобы поверить Тони. Но у него не было выбора. Тони использовал мою жизнь как залог – настоящий или вымышленный, но Бэйб не мог рисковать. Любовь стала слабостью. Он не мог рисковать и сказал, что это неправда, потому что, если бы это оказалось правдой, это значило бы, что он предпочёл проигнорировать мою жизнь и смерть. Поэтому его нападение на лабораторию – это не атака и не угроза, а попытка спасти всех, кто там находился. И вот почему Бэйба сопровождали подручные Тони на каждом шагу. Тони боялся, что Бэйб предаст его, а он должен был делать всё возможное, чтобы Тони поверил: он не станет предавать. Я был спокоен: Бэйб не хотел бить меня пистолетом по затылку. – Сколько угодно, лишь бы ты мне подчинялся, - спокойно сказал Тони. – Хватит упрямиться, Бэйб. Не заставляй меня поступать жестоко с тобой. Он не хотел спорить. Единственное, чего он хотел – это взять мою кровь и сделать с ней что-то, что не сулило ничего хорошего. В голове такого человека, как он, всегда была только собственная выгода. Пых! – Хватит притворяться, будто ты добрый. Бэйб оставался тем Бэйбом, которого я знал – он был готов биться до последнего. Вместо того чтобы отступить, он вытащил маленький нож из куртки, отступил, встал спиной к моему стулу и занял боевую стойку, не обращая внимания на то, что противников было в десять раз больше. Тони закатил глаза от раздражения из-за упрямства Бэйба. Он не особенно боялся: один маленький нож вряд ли мог что-то изменить. Он больше раздражался на своих подчинённых, которые позволили Бэйбу пронести оружие с собой, всё оружие должно было быть изъято до входа. Из-за этого его планы пошли медленнее, чем он рассчитывал. – Бэйб... – Не говори ничего, - перебил он меня, не отрывая взгляда от охранников, которые окружали его. – Если сам не можешь встать со стула – не жалуйся. Я сделал всё, что мог. – Именно потому, что знаю и останавливаю, - горячо сказал я. – Я знаю, что ты силён, но один против десяти – это слишком. Ты получишь ранения понапрасну. – А ты хочешь, чтобы всё, что ты делал, рухнуло здесь и сейчас? Я замер… и растерялся, не ожидая, что всё, что я делал, будет для Бэйба настолько ценным. Раньше он издевался, называя это «бессмыслицей», «бредом» или «чёрт знает чем». Цель, которую он заставлял меня выбирать – между ним и собой, – которую он якобы ненавидел и никогда не понимал, – он пытался отстоять её любой ценой. – Если ты позволишь ему добиться успеха, ты будешь жалеть об этом всю оставшуюся жизнь. То, что он сказал, будто не любит меня... Как я мог такое подумать?! – И я не хочу, чтобы ты ходил с грустным лицом всю жизнь. Это раздражает. После этих слов я больше не пытался его останавливать. Я позволил Бэйбу выйти и разобраться с этими псами в костюмах, смотрел, как он рубился маленьким карманным ножом. Вжух! Противники нападали один за другим. Бэйб с силой ударил одного ногой, но тут же получил ответный удар в лицо, отчего голова резко дёрнулась. Уф! Удар был мощным, но Бэйб стиснул зубы и нанёс следующий удар. Говорить, что нож в его руке бесполезен, – значило бы сильно его недооценивать. Бэйб вонзал нож в этих подонков повсюду, пока они не начали стонать. Кровь брызгала на пол, словно создавая картину абстрактного искусства. Одного он дважды ударил в грудь. Тот закричал от боли и рухнул замертво. Другого он ранил в бедро. Тот попытался ковыляя подкрасться сзади и обхватить Бэйба за шею, но благодаря моему крику предупреждения Бэйб успел резко развернуться и ударить его ногой по горлу. Когда этот идиот потерял равновесие и упал, он принялся топтать его лицо снова и снова, пока тот не перестал реагировать. Кровавые капли разлетелись повсюду вокруг моего стула. Запах крови стал сильным, вызывая тошноту, но я был чрезвычайно доволен. Я смотрел на Бэйба, который сражался с ними до последнего, чувствуя стыд и вину. Я слишком его недооценивал. Я думал, что один против десяти – это слишком для него. Но судя по тому, что я видел, скорее жалкими были те тупые ублюдки в костюмах. Как я мог забыть, насколько силён был мой парень? Впечатляющее выступление Бэйба продолжалось. Больше половины противников лежали на полу, остальные были измотаны. По всем признакам, победа была за ним... Если бы не одно важное обстоятельство, которое он упустил из виду. Вшух! – Хватит играть. Холодный ствол пистолета прижался к моему виску, а ледяной голос Тони заставил Бэйба, который был на грани победы над подручными, мгновенно замереть. Он обернулся ко мне, широко раскрыв глаза. В тот момент, пока он стоял, оцепенев, один из охранников бросился вперёд, ударил его по ногам и Бэйб упал. Затем тот прижал его лицом к полу и коленом удерживал на месте. – Думаешь, у меня есть время играть с тобой весь день? - раздражённо спросил Тони и резко кивнул, отдавая приказ врачу, который стоял в углу комнаты, выполнять свою задачу. Бэйб, прижатый к полу, изо всех сил пытался вырваться, но, потеряв много сил и получив ранения, не мог освободиться. Он смотрел на меня. Наши взгляды встретились. Я пытался глазами передать ему: «Всё в порядке». Но, кажется, это лишь усилило его боль. Бэйб заплакал, а я сидел неподвижно, с пистолетом у виска, пока бездушный врач откачивал мою кровь. – Всё, - с облегчением выдохнул Тони, когда врач набрал нужное количество крови. Они аккуратно поместили мою кровь в пустой чемодан, который был приготовлен, плотно закрыли его, будто это был драгоценный алмаз, и передали одному из охранников, чтобы тот унёс из комнаты. – Теперь вводим препарат. – Что за чёрт ты ещё задумал?! - закричал Бэйб, покраснев от ярости, услышав странное распоряжение Тони. Второй врач подошёл ко мне с подносом из нержавеющей стали, на котором лежал шприц. Я сидел неподвижно, как и до этого, но это было в десятки раз мучительнее из-за криков Бэйба, который пытался помешать им прикоснуться ко мне. – Нет! Вы, сволочи! Отойдите! Я сказал – отойдите! Бэйб изо всех сил вырывался, пока трое охранников не навалились на него, чтобы удержать. Его лицо исказилось, вены на висках и шее вздулись, голос дрожал, слёзы текли по щекам. А я смотрел на эту сцену плача, не в силах сделать что-либо. Одного вида, как Бэйб плакал, было достаточно, чтобы мне стало невыносимо больно. А когда я видел, как он в ужасе плакал, дрожал, а я не мог ему помочь, – я чувствовал, будто задыхаюсь и вот-вот умру. – Отпустите меня! Отпустите!!! – Вводи, - спокойно сказал Тони, будто не слышал криков Бэйба. – Кровь взяли, да? – Более чем достаточно, - ответил врач, в то время как его рука уже готовилась ввести мне в руку шприц с какой-то субстанцией. – Что вы делаете с моим парнем?! Прекратите немедленно! Я сказал – прекратите! Иначе я убью вас! Уничтожу всех до единого, вы, проклятые твари из ада!!! – Бэйб... - смотрел я, как он извивался, как будто его облили кипятком, слёзы и сопли текли по лицу, невозможно сдержать. Я хотел закрыть глаза, чтобы не видеть этого, но боялся до ужаса, что в ту самую секунду, как я закрою глаза, эти ублюдки сделают с ним что-то ещё более мерзкое. – Всё в порядке... Всё в порядке. – Не... не трогайте его, - голос Бэйба ослаб. Он прижал лицо к полу, перестал сопротивляться, но не потому что сдался – у него не осталось сил бороться. – Не делайте ничего с Чарли, прошу вас. Я сдаюсь. Сдаюсь. Вы взяли его кровь, разве нет? Что ещё вам нужно? Отпустите его, верните мне его... прошу, не делайте этого. – Да брось, Бэйб, не бойся ты так. От этого он не умрёт, - сказал Тони безразлично. Его спокойное, расслабленное поведение выглядело так, будто он находился в совершенно другом мире, по сравнению с нами. Перед ним – место, залитое кровью, подчинённые, которые еле дышали, и один из его бывших воспитанников, который рыдал, разрывая сердце. Но для Тони всё это было картиной, лишённой какого-либо значения. – Это последняя версия стимулирующего препарата. Возможно, он ещё несовершенен – многие с сенсами не выдерживают эффекта. Но с таким мутантом, как Чарли, должно быть всё в порядке. У него внутри полно сенсов, а он всё равно жив. Усилим немного его силы. От этого он не умрёт. Потому что я нуждаюсь в нём... пока не вытащу из него все эти сенсы до последнего. – Тони!!! - завопил Бэйб, услышав объяснение про это грязное зелье. – Ты, ублюдок! Подонок! Я убью тебя! – Ну ладно, когда будет время, я позволю тебе прийти и поиграть в убийцу, - рассмеялся Тони с добродушным видом, медленно подошёл и остановился перед Бэйбом. Его носок был на расстоянии меньше ладони от его лица. Затем он легким движением потёр блестящим кожаным ботинком по щеке Бэйба, словно играясь с прирученной собакой. – Если сможешь. Я сжал кулаки, глядя на это зрелище, пытался рвануть руки, вырваться из толстых кожаных ремней, которые держали меня, но всё было бесполезно. Эти крепления были слишком прочными, чтобы я мог разорвать их голыми руками. Но вид, как Тони грязным ботинком трёт по лицу моего любимого, заставил меня пожалеть, что я не мог броситься и голыми руками содрать с него кожу. Бэйб поднял голову и посмотрел на Тони с ненавистью. Он не ответил словами, но вместо этого плюнул прямо на дорогие туфли и широко улыбнулся, довольный своим поступком. Бамс! В ответ Тони ударил его ногой, разбив ему губу. – Ты и вправду грязный тип, - раздражённо пробурчал Тони, вытерев ботинок о костюм одного из своих охранников, который лежал без сознания, будто тот был тряпкой, а не человеком с плотью и кровью. – Как только закончите с Чарли, следующим будешь ты, Бэйб. Закончив говорить, этот мерзавец обернулся и кивнул врачу, стоявшему рядом со мной с глупым выражением лица, приказывая продолжать. В тот самый момент, когда игла вошла в мою кожу, я не почувствовал ни малейшей боли. Мой взгляд застыл на Бэйбе. Мы смотрели друг на друга, утешая друг друга глазами. Мне казалось, будто я слышал от Бэйба слова: «Всё будет хорошо». И я пытался ответить ему теми же словами. После того как препарат был введён в моё тело, врач в белом подошёл и вкатил какое-то устройство. Оно выглядело как энцефалограф, но было сложнее – со множеством свисающих проводов и маленьких пластин, похожих на электроды. Он прикрепил их к обеим моим вискам, а затем включил аппарат. Принцип работы напоминал энцефалограф, но это была машина, измерявшая какие-то показатели во мне. Вероятно, она должна была показать, подействовал ли стимулирующий препарат или нет. – Ну что? - спросил Тони, когда врач с глупым лицом уже какое-то время молча сидел, нахмурив брови и уставившись в монитор. – Не действует совсем? – Организм отреагировал, но он... Я думаю... – Говори понятнее! Тони резко повысил голос от раздражения, потому что врач всё тянул и мямлил, а я тем временем затаил дыхание, ожидая ответа. – Тело отреагировало на препарат, но... наоборот. Тони замер. Он застыл на несколько секунд, будто заколдованный, а затем спросил леденящим тоном: – Что ты хочешь этим сказать? – Я хочу сказать... что вместо того, чтобы усилить сенсы, препарат... полностью уничтожил все имевшиеся. Это была самая шокирующая новость, какую только мог получить этот старый пёс, потому что ответ настолько оглушил его, что он на мгновение окаменел. Его ранее бледное лицо покрылось багровым румянцем, а затем в нём проснулась настоящая собачья ярость. Тони бросился к врачу, схватил его за воротник и стал трясти, как безумный, в надежде, что его истерика изменит реальность. – Что ты имеешь в виду – «полностью уничтожил»?! Как это вообще возможно?! Но это было возможно. То, что однажды разрушено, никогда не вернётся, как бы ни хотелось. – Я сказал тебе усилить их, а не уничтожить! Ты врач или собака?! Идиот!!! Врач, нанятый для этой работы, получил удар, от которого пошла кровь изо рта. Белый халат покрылся свежими красными пятнами, которые выглядели намного ярче, чем раньше. Должен сказать, что так он выглядел намного лучше, чем до этого. И я уверен, что Бэйб думал так же, потому что чем больше Тони терял рассудок, тем громче становился смех Бэйба, врезаясь прямо в нервы обезумевшего пса. – Что, чёрт возьми, смешного?! - в ярости закричал Тони и бросился к Бэйбу, схватив его за воротник. Подручные, которые до этого держали его, тут же разбежались в разные стороны. Никто не осмелился вмешаться. Их не учили думать. – Это из-за тебя?! Это ты так сделал?! – Ну да... Я сам всё устроил, - ответил он с улыбкой, от которой, будь я не влюблён в него, я бы обмочился от страха. Но, к счастью, я знал его истинную сущность – насколько он на самом деле милый и трогательный. Поэтому он не казался мне страшным. Наоборот – он выглядел чертовски сексуально. – Сюрприз, папочка? – Ты, щенок! Это не было тем, что я себе представлял. Но это оказалось настолько потрясающей картиной, что её невозможно было оценить словами. Да, Бэйб был избит, я сам был беспомощным идиотом, привязанным к стулу, вокруг нас – ужасающие следы крови. Но именно это... это и была картина победы. И эта победа стала возможной только благодаря ЕМУ.