Кадр за кадром

Зарубежные актёры очень ценятся в порно-индустрии. Река не раз замечал, когда брал людей «издалека» на несколько съёмочных дней, и ролики с ними приносили неплохую прибыль, отчего была мысль заиметь в своей коллекции такую пару, чтобы и аудитории нравились, и деньги приносили, и работать с ними было несложно. Не сказать, что у него большой штат сотрудников, всё‑таки сейчас на Пенаконии сфера взрослых развлечений уже не та, что прежде. Когда-то здесь снимались полнометражные фильмы, нанимали множество сотрудников и вкладывали в это большие деньги. Сейчас же достаточно снимать короткие сюжетные видео, а на съемках не нужно присутствовать большому количеству людей: одного оператора, самого Река и актеров достаточно. Поэтому, когда ему удалось среди сотни независимых актёров, снимающихся в своих собственных домашних видео, он увидел их, то захотел, чтобы они стали его. У Нёвиллета длинные белоснежные волосы, изящное аккуратное тело, под стать аристократу, да ещё и профессия в прошлом говорящая. Верховный судья. В отставке. Река не задавал никаких вопросов о том, почему он нашел его на просторах порно-контента, и не спрашивал на счёт партнёра, который вообще является бывшим заключённым. Просто отправил письмо. Просто провел пробы. Просто стал зависимым от этих двоих в кадре. Такие — актёры на вес золота. Нёвиллет и Ризли не с Пенаконии, даже не с ближайших планет. Они прибыли из Тейвата, и Река пару раз о нём слышал, даже планировал когда-нибудь посетить, но пока что всё никак время не подберёт. — Мне обязательно курить в кадре? — Ризли неоднозначно косится на пачку сигарет в руках Река. — Добавим твоему образу ещё немного брутальности, хотя тебе её и так не занимать. — Река с особым интересом оглядывает накаченные грудные мышцы, косые шрамы на них и перетянутвязанные чёрными бинтами руки. Ризли действительно словно создан для порно, просто нужно правильно раскрыть его потенциал. Тот в ответ только хмыкает и подходит ближе к Нёвиллету, который спокойно сидит на краю кровати и разглядывает интерьер вокруг. Они почти идеально воссоздали комнату, которая привычна ему самому. Пузыри памяти помогли в этом, как ничто другое. У Нёвиллета на руки надеты наручники Ризли, часто мелькавшие в их старых видео, которые когда-то просматривал Река. — Готов? — Ризли оглаживает указательным пальцем подбородок Нёвиллета, не замечая, как Река делает движение рукой. Пространство вокруг лишь на секунду будто бы меняется, но никто этого не ощущает, кроме самого хранителя Памяти. — Всегда, мой дорогой. — у Нёвиллета мягкий, но все равно низкий голос, иногда проскальзывает хрипотца, это заставляющая Ризли всего покрываться мурашками. — Если готовы, то можем начинать! Ризли, ключи от наручников у меня, захотите остановиться — просто поднимите любую руку вверх. — Река отходит в сторону и садится на отдельно подготовленный стул. Последнее время все видео, которые он снимает с помощью пузырей памяти, помогли дойти того, что теперь только ему одному нужно присутствовать во время съёмок. Река выпадает полностью из пространства вокруг, проваливаясь на границу пузыря и реальности. Река любит такие моменты: он видит все и сразу, слышит каждый малейший шёпот и старается запомнить лучшие моменты, чтобы не забыть вставить их в конечный материал. — Юдекс, кажется, вы недостаточно понимаете всю серьезность моих намерений, — у Ризли и Нёвиллета есть явный акцент, и это придает их речи особую пикантность, которая нравится многим зрителям. — Думаете? — Нёвиллету перестаёт хватать кислорода, когда Ризли хватает его за бледную шею и сжимает. Они словно оказываются только вдвоём в этой комнате, совершенно забывая о том, что Река наблюдает за ними. Это хороший пример того, насколько они профессионально подходят к своей работе. — Решение вашего суда… — Ризли говорит медленно, смакует каждую фразу и смотрит прямо в глаза Нёвиллету, отчего у того внутри собирается ком возбуждения. В руках мелькает небольшого размера вибро-пробка. Она уже покрыта смазкой, всё заранее было подготовлено, о, и во рту образуется тягучая слюна. Хочется сдержаться, чтобы не выпустить свою настоящую натуру гидро-дракона наружу, пусть здесь на Пенаконии ему и незачем скрываться, но ведь хочется всё начать с чистого листа. — Я с ним не согласен, — наконец-то заканчивает фразу Ризли и толкает Нёвиллета на кровать. Наручники звякают, разливаясь коротким звонким звуком по комнате. Река прикрывает глаза, потирая висок от усталости. Главное — держать под контролем пузырь, он уже вдоволь насмотрелся на голые тела актёров, это даже уже не возбуждает. Скорее он любуется ими с эстетической точки зрения. Нёвиллет закатывает глаза, отыгрывая свою роль: ему плевать, что какой-то там начальник тюрьмы не согласен с его решением. Он — голос народа, а значит, все его решения должны быть приняты, даже если кому-то они не нравятся. Анус слегка сжимается, когда внутрь толкают пробку, а с губ срывается стон. — Хочется добиться от вас пересмотра этого решения. — В просьбе отказано. — Тут же произносит Нёвиллет и стисикивает челюсть, когда Ризли включает второй режим на пробке. Вибрация то появляется на несколько секунд, то вновь исчезает. Над ним явно издеваются. — Тогда и в ваших просьбах остановиться сегодня тоже будет отказано. — Река не может удержаться от улыбки в этот момент. Ризли продолжает стоять у края кровати, напористо раздвигает колени Нёвиллета в сторон, и открывает отличную картину, как для кадра, так и для себя. Смотрит на аккуратный возбуждённый член, на головке которого сверкает капля предэякулята, нажимает на пробку, вгоняя её глубже, и вместе с этим меняя режим на постоянную вибрацию. Нёвиллет тут же прижимает руки к груди и приподнимает бедра, упираясь пятками в матрас. Все мысли вылетают из головы, остаётся только улыбка Ризли где-то на периферии сознания и пробивающийся в ноздри запах табака. Он открывает пошире глаза и наблюдает, как его партнёр закуривает, продолжая просто наблюдать. Это вызывает по всему телу зуд: ему хочется, чтобы его касались, сжимали, целовали, но приходится только стыдливо сводить ноги вместе, в попытке прикрыться. Но их тут же раздвигают обратно, а в наказание он получает шлепок по бедру. Ризли прикусывает сигарету хватает Нёвиллета за лодыжку и поднимает ногу вверх, чтобы было удобнее нанести несколько сильных ударов. — Всё ещё не пересмотрите своё решение? — Ногу отпускают, и она просто падает на кровать, Нёвиллет дёргается в попытке опустить руки, чтобы коснуться своего члена, но он знает, что тогда получит ещё более жестокое наказание. Ему и так придется пережить отложенный оргазм сегодня; с остальным не уверен, что справится. Они редко снимали видео с БДСМ-тематикой, да и вряд ли сегодня проникнуться ею сегодня полностью, но всё равно равно элементы доминантного Ризли и полностью подчиняющегося Нёвиллета, заставляют внутри всё сжиматься. Наручники вновь издают звук параллельно с громким стоном. Пробка двигается внутри от того, что Нёвиллет постоянно елозит бёдрами по постели. Внизу всё влажно от смазки, температура тела становится выше, и кожа покрывается испариной. — Нет, моё слово — закон, и я не буду меня-кха! — Ризли прикусывает губу от наигранной злости, наклоняется к Нёвиллету, вставая коленями на кровать, и выдыхает дым прямо в лицо, отчего тот закашливается. Смотреть за таким Нёвиллетом — одно удовольствие, Ризли кладет ладонь на его член, прижимая к животу, а затем выкидывает окурок в заранее подготовленную пепельницу. Нёвиллет тут же поднимает бёдра вслед за ладонью, но ему не хватает этих движений. Хочется чтобы пальцы Ризли сжались в кулак, чтобы темп был быстрее, потому что сейчас всё слишком медленно. — Какой прекрасный вид, — тихий смех вызывает мурашки, тело перестает подчиняться, когда чужие чужие пальцы переключают режим вибрации на следующий, и Нёвиллет даже не успевает понять, что происходит. Хочется кончить, ему совсем немного нужно, чтобы наконец-то словить оргазм. — Нет, нет, нет. — Вы об этом пожалеете! — Нёвиллет вскрикивает от обиды, когда Ризли пережимает член у основания. Становится дурно от переполняющих эмоций, в комнате становится душно, и хочется прохлады. Мысли Нёвиллета будто читают в данный момент, и ладонь Ризли становится холоднее, отчего член начинает покалывать. Использовать свою элементальную силу противозаконно в этой ситуации, но насколько же это приятно. Так, что теперь кончить хочется ещё сильнее. Ризли смеётся и кладет вторую ладонь на шею Нёвиллета, слегка перекрывая ему доступ к кислороду. Ему то дают вдохнуть и ускоряют движения ладони, то тут же рука на горле сжимается, а другая вовсе перестает трогать член. Еще эта пробка так идеально не раздражает, посылая волнообразные вибрации, и Нёвиллет запрокидывает голову. Волосы, собранные до этого в косу, растрепались, лезут в лицо и мешаются, пока перед взглядом пелена из слез. Ему становится дурно от ощущений вокруг, раньше они не пробовали полностью отдаваться в руки друг друга, просто занимались сексом на камеру, а людям это нравилось. Здесь что-то другое, ему точно не дадут кончить, пока Ризли сам этого не захочет, и ситуация может зайти слишком далеко. Нёвиллет слегка двигает корпусом, чтобы получить желанное трение, по его быстро рассекречивают и бьют по щеке. Вот это что-то новенькое, с губ срывается резкий вдох, а глаза встречаются с пьянящими зрачками Ризли, который полностью входит во вкус их игры. Сколько это продолжается? Недолго ведь? Они, наверное, только начали, а ему уже хочется это прекратить. Тело мечется по постели из стороны в сторону, когда рука Ризли вдруг начинает двигаться слишком быстро. Совсем немного остаётся до момента, когда Нёвиллет наконец-то кончит, но ладонь исчезает, как и пробка, оставляя после себя только пустоту. Нёвиллет складывает руки в молитвенном жесте, но ему вряд ли сейчас помогут хоть какие-то боги, когда Ризли нависает над ним. Он улыбается с животным оскалом, проходясь языком по ряду зубов. Кожа покрывается мурашками, Нёвиллет натурально краснеет от сексуального напряжения между ними и кончает, как только Ризли делает резкий толчок. — Какой же вы непослушный, Юдекс, — тихий смех вызывает дрожь в теле, Нёвиллет не успевает даже вдохнуть или отойти от оргазма, как член входит глубже, распирает изнутри и заставляет давиться стонами и слюной. Ризли сминает бледную кожу Нёвиллета, двигается резко и неравномерно, потому что сам вот-вот готов кончить, но он успевает ощутить второй подступающей оргазм у Нёвиллета и пережимает член у основания. В глазах пляшут огоньки возбуждения, а на губах расцветает ехидная улыбка. Рука поднимается для второй пощёчины, и Нёвиллет успевает это заметить. Он жмурится и шумно выдыхает, когда вторая щека начинает гореть, а по комнате разливается звук удара кожи о кожу. — Пожалуйста, — сипло выдыхает Нёвиллет, но Ризли отрицательно мотает головой и делает ещё несколько резких толчков, кончая. Нёвиллет жалобно поскуливает, когда член выходит из него, руки тут же опускаются вниз, и он тихо стонет, смотря на то, как Ризли наблюдает за его мастурбацией. Второй оргазм наступает быстро, длится дольше и буквально заставляет растечься по кровати, как масло по сковороде. — Это было великолепно, — негромко произносит Река, приходя в себя. У него немного кружится голова, горло пересохло от того, как сильно он концентрировался на том, чтобы пузырь памяти оставался в равновесии. Нёвиллет тяжело дышит, но все равно показывает «класс», пока Ризли принимает из рук ключи от наручников и наконец-то расстёгивает их, рассматривая покрасневшие запястья партнёра. — Как только придёте в себя, скажите мне, я вас выпущу, а сам останусь собирать материал, — Река сам кривится от двусмысленности своей фразы, но в ответ ему только кивают. Ризли целует Нёвиллета в висок, убирая влажные волосы с его лица. Тот тихо смеётся и пытается собраться с силами, чтобы встать с кровати, пока Река остаётся стоять в стороне. Этот материал сможет принести ему очень большую прибыль, и он несказанно рад, что заполучил такие алмазы в свою коллекцию.