Дочь Бея и византиец

      Фатма мчалась сквозь ночной лес и луна освещала её путь. Кровь билась в её висках, подобно набату, а гнев — яростный и неудержимый — захлёстывал её с головой. Правда, которую она узнала пару часов назад, жгла её будто калённым железом и не давала дышать.       Флавиус. Мужчина, которого она… Мужчина, которому она доверяла. Мужчина с красивой улыбкой и сладкими речами. Мужчина, рядом с которым её сердце стучало быстрее.       Этот мужчина был её врагом. Был тем, кто обещал убить её отца и брата, уничтожить её семью. Был византийским генералом, который планировал использовать её, как орудие своей изощрённой мести. А она, как глупая маленькая девочка, попалась в его ловушку. Как мотылёк, летела на его пламя, не понимая, что вот-вот погибнет.       Что ж, этот огонь опалил её крылья, но не убил её.       И теперь её очередь бить.       Фатма покрепче вцепилась в поводья и пришпорила коня. До места их тайных встреч она добралась быстро. Он уже был там: стоял, оперевшись плечом о старый дуб и крутил в руках очередную гвоздику. Как только Фатвиус увидел её приближение, от оттолкнулся от дерева. На его лице расцвела чарующая улыбка и он направился к ней. Фатма в два счёта слетала с коня и, вытащив свой меч из ножен, понеслась ему на встречу.       — Что ты делаешь, Фатма? — Растерянно спросил Флавиус, с трудом уворачиваясь от оружия в её руках.       — Убиваю врага! — Сквозь сжатые зубы выплюнула она и вновь размахнулась. — Дерись со мной, Флавиус Византиец! Дерись, лжец!       Флавиус изменился в лице. Он побледнел, а его взгляд сделался таким виноватым, что у Фатмы дрогнуло сердце. Он продолжал уворачиваться от её ударов, но не спешил доставать своё оружие.       — Фатма, пожалуйста!.. — Он отскочил назад и примиряюще поднял руки. — Выслушай меня…       — Я больше не буду слушать ничего, что произносит твой ядовитый язык. Ты врал мне, смотря прямо в лицо! — Девушка вновь приблизилась к мужчине, сделала пару взмахов и едва не проткнула его.       Флавиусу пришлось обнажить свой меч, принимая на него очередной удар. Фатма надавила на свой клинок, но Флавиус успешно блокировал её. Девушка зарычала от бессилия.       — Фатма… Я не хотел, что бы всё получилось так! — Умоляюще произнёс он.       — Молчи, змей! — Крикнула Фатма Хатун, оттталкивая его от себя. — Я больше не поверю ни одному твоему слову! Но тебе стоит верить моему: ты не покинешь эту поляну живым!       Флавиус ничего не ответил. Лишь сжал зубы и посмотрел на неё изучающим взглядом. Дальше они дрались молча. Их бой был похож на танец — быстрый, яростный и смертоносный. В какой-то момент Фатма поняла, что начинает уставать. Её противник был больше, сильнее и он, конечно же, рассчитывал, что эти преимущества помогут ему. Одна мысль о том, что она будет побеждена им в очередной раз, заставил вулкан злобы и обиды внутри неё клокотать. Вспышка злости, затмившая ей глаза, и послужила причиной её ошибки: Флавиусу удалось выбить меч из её рук. Он тут же отбросил свой и схватил её за плечи, прежде чем она успела потянуться к кинжалу на своём поясе.       — Послушай же меня, упрямая девчонка! — Он легонько встряхнул её, ловя взгляд девушки. — Да, признаю, всё это начиналось, как месть. Я хотел использовать тебя, чтобы больнее ударить твоих отца и брата, но потом… Потом я узнал тебя, Фатма Хатун. И полюбил тебя. Полюбил дочь и сестру своих врагов. Дочь и сестру тех, кто лишил меня семьи. Я не хотел этого, Фатма, поверь мне. Я боролся с собой. Но я ничего не смог поделать: моё сердце выбрало тебя. Я не могу без тебя жить.       Фатьма застыла, будто громом поражённая. Её взгляд прикипел к Флавиусу, стараясь понять: не обманывает ли он её вновь? Выражение раскаяния и нежности на его лице говорило само за себя. Сердце Фатмы на мгновение замерло, а потом забилось с удвоенной силой.       — Нет… Ты вновь морочишь мне голову… — прошептала девушка, не в силах отвести от него глаза. Не в силах перестать на него смотреть.       — Я люблю тебя, мой ангел. Это правда. — Тихо и уверенно сказал он, а затем одним слитным движением притянул её к себе поближе и, наклонившись, мягко коснулся её губ своими.       Время остановилось. Весь мир перестал существовать. Были только его губы, которые оставляли огненный след на её собственных. Запечатлевали её. Фатма ахнула, приоткрыла рот, и Флавиус тут же воспользовался этим, углубляя поцелуй. Он отпустил её плечи. Одна его рука оказалась на её затылке, а другая целомудренно опустилась на талию. Флавиус бережно держал её и Фатма знала, что если захочет, то с легкостью сможет выскользнуть из его объятий.       Но, будь она проклята, она не хотела!        Фатма ощущала его тёплое дыхание на своём лице и, прикрыв глаза, позволяла себя целовать.       Всего пару мгновений позволяла себе ощутить: каково это, когда любимый мужчина так близко? Позволяла себя ощутить сладость его поцелуя и на пару секунд забыть, кем был он и кем была она.       В следующий момент Флавиус охнул в поцелуй и судорожно вдохнул. Маленький нож, который так удобно прятался в рукаве — его подарок, вонзился между ребрами Флавиуса. Вонзился глубоко, опасно близко к сердцу.       Фатма отодвинулась. На её лице блестели слёзы.       — Моим же оружием, любимая, и практически в сердце!.. Но тебе не нужно было так стараться: ты итак ранила меня в самое сердце тогда, у ручья, когда я впервые увидел тебя. — Флавиус восхищённо улыбнулся, на его губах в лунном свете девушка увидела кровь. Он вытащил нож, отбросил его в сторону, а затем прижал ладонь к груди и беспомощно посмотрел на неё. — Я заслужил это, я знаю.       — Да! Ты заслужил! — Теперь она рыдала, отходя от него всё дальше и дальше.       Фатьма старалась убедить себя, что так оно и есть, но у неё почему-то не получалось. Флавиус опустился на колени, всё сильнее прижимая ладонь к ране. Но он будто бы не обращал на этого большого внимания — он продолжал смотреть на девушку. И в этом взгляде было столько любви, что у Фатмы мурашки побежали по коже.       Ей нужно было уходить. Она сделала всё, что была должна. Вместо этого она с яростным криком бросилась к нему, упала рядом с ним и, оторвав длинную полосу ткани от своего платья, прижала к его ране.       — Я ненавижу тебя! — Воскликнула она, перевязывая его и надеясь, что не задела никакие жизненно важные органы.       Она была ослеплена яростью, но, в последний момент её рука дрогнула и вместо того, чтобы вонзиться прямо в сердце, её нож прошёл ниже. Фатма с ужасом осознала, что не может его убить.       Ведь она…       — Моя любовь... — Вновь повторил Флавиус, а затем прикрыл глаза и впал в беспамятство, тяжело оседая в её руках.       … тоже любила его.