Всегда

В мире, где Дмитрий был простым прохожим, а я обычной девушкой.

             — Лэйн...       Сколько себя помню, всегда боялась глубины. Она пугает больше, чем высота или падение... Пугает и притягивает одновременно — в этом и есть ее главная опасность. Ее хотелось понять и разгадать, расшифровать подобно древнему тексту на исчезнувшем языке. Мне всегда это нравилось, уносило в другую реальность, которой быть не могло. Там я пряталась от всего, что могло бы побеспокоить меня: от родителей, одноклассников, учителей. Лишь прохожие ничем мне не докучали, среди них меня просто не существовало.       — Лэйн.       Кто-то звал меня так отчаянно, но сквозь толщу воды я его не слышала. Меня одновременно поглощали страх и предвкушение — я знала, что вскоре достигну дна, и хотела узнать, что меня там встретит. Или кто.       — Лэйн! Ты слушаешь?       Я наконец отвела взгляд от окна и посмотрела на Джейса. Он дожевывал карбонару, хмуро глядя на меня, будто собирался в чем-то обвинить. Мы сидели в кафе неподалеку от университета, коротали время между парами. Передо мной стояла тарелка с нетронутой пастой.       — Прости. Ты что-то сказал?       — Да, Лэйн, я что-то сказал, — ответил парень, запив еду содовой. — Но тебе, очевидно, было неинтересно.       Я вгляделась в его лицо. Чуть смуглая кожа, вьющиеся русые волосы, средней ширины плечи. Черная джинсовка поверх белой футболки, кольцо в левом ухе. Разве оно там было? Кажется, у него не было проколов. Серые глаза... Они всегда казались мне голубыми. Видимо, мое лицо приобрело какое-то очень странное выражение, потому что Джейс медленно поставил стакан на стол и серьезно посмотрел мне в глаза.       — С тобой все хорошо?.. Выглядишь какой-то потерянной.       Он прав. Что я вообще здесь делаю? Почему рядом со мной он?       Впервые я так отчетливо ощутила, что нахожусь не на своем месте. Это чувство и раньше посещало меня, но не душило, а лишь заставляло ненадолго уйти в себя и забыть о том, что рядом кто-то есть. Кожа на левой ладони около большого пальца отчего-то зазудела, и я стала нервно ее почесывать. С каждой секундой становилось больнее, но легче: начало казаться, что я постепенно возвращаюсь в действительность. Джейс как-то ласково коснулся моего колена под столом, мягко улыбнулся, рассчитывая подбодрить — по глазам было видно.       — Если ты переживаешь из-за профессора Саммерса, то забей. Он на экзаменах никого еще не валил, ты не будешь первой.       Профессор, экзамен... Я вернулась к тому, с чего начала: возникло стойкое ощущение, что я выплыла из-под толщи воды у неизвестного острова и пытаюсь делать вид, что оказалась у себя дома. Джейс смотрел на меня тепло, успокаивающе, и на любую другую нормальную девушку это подействовало бы. От его прикосновения к моей ноге хотелось неприязненно поджать губы, но делать ничего не пришлось — Джейс, не увидев никакой реакции на свои слова, убрал руку и тяжело вздохнул.       — Ну вот и почему ты такая?.. — произнес он с усталой усмешкой. — Словно не от мира сего.       Кто-то уже говорил мне подобное. Или я помню то, чего никогда не случалось?       — Прости. Мне надо пройтись.       Это все, что я успела вымолвить, перед тем как спешно покинуть заведение. Наверняка Джейс смотрел мне вслед удивленно или раздраженно, впрочем, это было не так важно. Толкнув стеклянную дверь и почти выбежав на улицу, я врезалась в кого-то примерно на голову выше. Мужчина в военной форме осторожно придержал меня, чтобы помочь остаться на ногах. Его ледяные голубые глаза, чуть сощуренные из-за хмурых бровей, бегло осмотрели мое лицо, которое тут же словно укололо тысячей игл. Короткий шрам на его верхней губе странно дернулся, и незнакомец вдруг отпустил меня.       В груди отчего-то потеплело. И в то же время в животе скрутился узел, как будто я не питалась несколько дней — меня пронзило болью, но даже дернуться не получилось. Смутно знакомые глаза этого мужчины оказались важнее. Они были холодны, должны были казаться мне чужими, но не казались.       — Осторожнее, — сказал он только, прежде чем пойти дальше.       Глядя вслед его удаляющейся спине, я одновременно видела и нечто, чего, наверное, никогда не могло быть...       Мрачный зал, холодный пол. И он напротив.       — Осторожнее, лаборант. У тебя весьма ограниченное количество ходов.       — Тут ты прав генерал... Кажется, я загнала себя в ловушку.       — Не будь к себе так категорична. Выход еще есть.       Я кивнула, поджав губы, и продолжила глядеть на гобан. Ситуация действительно была весьма скверной: игра подходила к своему логическому концу, я потеряла много своих камней — Дмитрий дал мне возможность поиграть за черных, так как считал себя в разы опытнее.       На самом деле, предлагая генералу поиграть, я совершенно не ожидала, что он окажется знатоком. Просто по возвращении из Нью-Йорка в Оксфорд бездельничать в отсутствие работы и новостей стало невыносимым, а врач как раз нашел в какой-то из комнат старый гобан и набор камней для игры в го. Даже примерно объяснил мне суть, после чего, как всегда, молча удалился. Никто в отряде все еще понятия не имел, как его зовут.       — Это твоя первая игра, — напомнил Дмитрий. — Проиграть не так страшно.       — Я не люблю проигрывать, — ответила я, подняв на него глаза.       Генерал только улыбнулся. Так мягко, как еще никогда не делал. На мгновение я даже вспомнила его отца — он тоже однажды, всего один раз улыбнулся мне так. В тот почти ничем не отличавшийся от других снежный день на базе "Сибирь" я праздновала день рождения. Генерал Ллойд был как никогда мягок со мной, даже сделал мне чай и разрешил уйти в свою комнату пораньше.       Кажется, сама судьба велела мне работать с его сыном. Они похожи, и в то же время совсем разные.       — Я знаю, Лэйн. Не любишь и боишься.       — Нет, не боюсь, — нахмурилась я. — Просто знаю, что цена ошибки высока. Как и цена проигрыша.       Дмитрий помрачнел и вдруг коснулся моей щеки. Кожа его пальцев была шершавой и даже грубой, но такая нежность мне нравилась. Колючая, даже больная — она была мне приятна настолько, что я готова была ей дышать.       — Мы сейчас не на минном поле, лаборант. Это просто игра.       — Знаю, — ответила я, чуть склонив голову навстречу его прикосновению. — Считай, я так тренируюсь. Ведь скоро быть не на минном поле у нас не получится.       Мой настрой, кажется, разозлил его. Должно быть так, ведь Дмитрий отодвинул гобан в сторону, скинув на холодный пол половину фишек, и подсел как можно ближе ко мне, чтобы обнять и крепко прижать к себе. В его сильных руках мне стало немного спокойнее, и все же я знала, что мы оба лишь пытаемся отсрочить мысли о неизбежном. О смерти. Она ждет нас, приближается и готовится к тому, чтобы забрать все самое ценное. Возможно каждого из нас у другого.       Дмитрий погладил меня по волосам и тихо произнес:       — Что бы ни случилось, думай только о том, что должна выжить.       — Нет.       Генерал отчеканил строго, согласно своей должности:       — Лэйн... Это приказ.       — Я буду думать о том, что выжить должны мы оба, — ответила я, посмотрев ему прямо в глаза. — Мне не нужен мир в развалинах, где тебя нет.       Без лишних слов Дмитрий просто поцеловал меня. Всю палитру эмоций вложил в одно простое соприкосновение губ: нежность, страсть, воодушевление и горькое отчаяние. Все это мы будем делить либо до того, как навсегда покинем этот ужасающий мир, либо до тех пор, пока не увидим, как он воскреснет. В последнем случае, я точно уверена, Дмитрий никогда больше не оставит меня. Мой мир будет рядом с ним и больше нигде...       Когда наваждение прошло, я заметила, что он обронил перчатки. Он, точно он — они были того же темно-зеленого цвета, что и военная форма. Я подхватила их с земли и побежала вперед что было силы, тяжело дыша и постоянно оглядываясь. Ветер резал лицо и уши своими холодными порывами, по ногам в колготках били капли из луж, куда я на бегу наступала. Звала его в мыслях по имени, хотя даже не понимала, откуда знаю его.       Дмитрий... Дмитрий Ллойд. Генерал!       Наконец, мне повезло заметить его стоящим у дверей какого-то медицинского центра, что был совсем недалеко от кафе, где я была с Джейсом. Буквально пара сотен метров дальше по улице. Заметив меня, мужчина удивленно откинул от себя тлеющую сигарету. Хотя, наверное, он все же смотрел на перчатки: на моем румяном от бега лице ничего интересного быть не могло.       Безмолвно протянув ему свою находку, я сглотнула и поджала губы. Теперь все его лицо казалось мне знакомым и, что даже пугало, родным.       — Спасибо, — коротко ответил Дмитрий, сунув перчатки в карман своей куртки. — Совсем о них забыл.       Я кивнула, неловко потерла свою шею. Бежала так быстро, что, кажется, немного ее простудила. Завтра наверняка начнет болеть.       — Как тебя зовут?       — Лэйн.       Ответила я как по команде. Мужчина кивнул и даже слегка улыбнулся. Ловко, одним быстрым движением стянув со своей шеи темно-зеленый шарф, он надел его на мою, стараясь не касаться кожи. Проговорил серьезно, будто намеревался отчитать:       — Заболеешь — парень будет волноваться.       — У меня его нет.       Соврала я или же сказала правду? Теперь не знаю. Может, в этом мире он действительно у меня был.       — Тогда родители.       — Пожалуй... Спасибо.       Не зная, как быть с шарфом, я неловко переступила с ноги на ногу. Дмитрий, заметив мои колебания, спокойно сказал:       — Оставь себе. На память.       Мне пришлось только кивнуть и пойти в сторону университета. Медленно и размеренно, чтобы не так сильно ощущать дрожь в ногах от недавнего бега. Закутывая заледеневшую шею и голову в теплый армейский шарф, я ощутила мягкий шлейф хвойного аромата, а на одном конце ткани увидела именную нашивку.       Дмитрий Л.       Не знаю, кто ты и что все это значит, но, кажется, мы встретились не просто так. Может, я знала тебя в другой жизни? Или в другом мире, где мы были друг для друга кем-то большим, чем просто незнакомцами?

***

      Из тысячи сценариев мы выбрали тот, в котором в итоге встретились... А может, у каждого из этой тысячи всегда один конец? Тот, в котором я и он вместе. Вне времени, вне должностей и вне событий — всегда.