Сoniunctio Оppositorum

-Лена, твою же мать! – в который раз выкрикнула обессиленно Эмма, по-прежнему глядя на закрытую перед ней равнодушную дверь. -Открой дверь, пожалуйста! – мольба прозвучала в сотый раз, отскакивая от холодной древесины, словно от каменной стены. -Я понимаю, ты обижена… Но я замерзла, Лена, голодная и до жути и хочу спать! Впусти меня! – отчаяние сжимало горло, и каждое слово вырывалось с трудом. -Милая, ну пожалуйста… – шептала она, обессиленно прислоняясь лбом к холодной двери, словно надеясь пробить ее. Но в ответ – лишь давящая, всепоглощающая тишина. И вот, словно насмешка, в окне их спальни, где еще недавно горел теплый свет, погасла последняя надежда. "Зашибись…" – прошептала Эмма, чувствуя, как ком обиды и горечи поднимается к горлу. "Просто охренительно…" – выплюнула она слова, злобно глядя на темное окно, и невольные слезы потекли по щекам, обжигая холодом. "Не хочешь пускать? И черт с тобой!" – крикнула она в пустоту. -Я не буду больше унижаться! – и, с хлопком дверцы старенького верного жука, Свон умчалась прочь от этого темного, неприступного дома. Колеса Жука яростно рассекали ночной город, а Эмма, пыталась осознать, что произошло. Неужели гнев Лены настолько велик? Неужели из-за того, что она вернулась на работу, законную, между прочим, она заслужила быть выброшенной на улицу, как бездомная собака? Остановившись в кафе на заправке, она купила себе кофе и какой-то бутерброд, запихивая еду в себя без вкуса и аппетита. Затем, с тяжелым сердцем, направилась в ближайший супермаркет. Раз Лене все равно, где она будет ночевать, видимо, пора ей валить опять в свою "берлогу". Теперь она становилась ее единственным убежищем. Эмма никому не рассказывала о своем тайном доме, созданном с помощью магии и скрытом от любопытных глаз. Это было ее личное убежище, место, куда она могла сбежать от всего мира и побыть наедине со своими мыслями. Оказавшись внутри, она одним движением руки зажгла печь, наполнила гостиную мягким светом и плотно задернула шторы. Быстро приготовив себе нехитрый ужин, Эмма опустилась на диван с бокалом виски. В голове теснились мысли. До первого дежурства после вынужденного перерыва оставалось всего два дня. И если Лена не желает ее видеть или разговаривать, то она тоже не станет делать первый шаг. Почему она всегда должна извиняться? Лена ей помогала, поддерживала, но неужели она не понимает, что Эмма никогда не согласится сидеть без дела и зависеть от кого-либо? Это неприемлемо. И Лена об этом знала. Так почему такое упрямство? Сколько уже было споров из-за работы! Брюнетка, в своей заботе, порой перегибала палку, словно из Свон хотели сделать немощную калеку. Невыносимо! А может, Спасительница просто не привыкла к такому уровню внимания? Хотя столько времени прошло, и казалось, она обрела семью, готовую пойти за ней на край света. Но порой эта забота, эта чрезмерная вовлеченность… Ее слишком много. Поглощенная своими мыслями, Эмма потеряла счет времени, а потом и вовсе не заметила, как крепко уснула, пока громкий рингтон She's the Queen не вынудил ее нащупать рукой телефон и принять вызов. Неразборчивое мычание — всё, на что была способна её заспанная глотка, отвечая на телефонный звонок. — Мххмрм… — Мисс Свон, наконец-то ты соизволила ответить, — послышался в трубке голос Реджины Миллс. — Да, моя Королева, — протянула Эмма сквозь зевок, в котором слышался отголосок сновидений. — Погоди, я тут ещё лошадь не подковала, так что можешь пока полежать в тенечке. Только бога ради, опусти ниже свои юбки, а то у бедных животных может случится сердечный приступ от вида прелестей Злой Королевы. На другом конце провода повисла театральная пауза, словно Реджина пыталась осмыслить услышанное, перечитывая правила этикета для общения с сонями. Она несколько раз недоуменно взглянула на телефон, как будто надеялась найти на экране логическое объяснение происходящего. — Эмма, зачем тебе понадобилось подковывать лошадь? — Ваше Величество, ваша кляча нуждается в уходе, питье, еде и… Ох, и в подковах, конечно! Просто не мешайте мне, — пробурчала Эмма, кажется, уже вновь погружаясь на дно сонного царства. — Эмма? Ты где? — Реджина, всё ещё не в силах уложить в голове этот утренний сюрреализм, уставилась в дисплей. — Вы всегда так много говорите, Ваше Высочество? — пробормотала блондинка. — Мисс Свон, что за чушь несёшь?! — Реджина вспылила, не выдержав абсурда ситуации. От резкого крика Эмма подскочила на кровати, словно её подбросило пружиной. — Свон слушает! — произнесла она, теперь уже куда более бодро, хотя хрипотца в голосе ещё выдавала недавнее пребывание в сонном царстве. — Доброго дня, Мисс Свон! — с лёгкими нотками веселья в голосе поздоровалась Реджина.- Или правильнее сказать, почти вечера. — Привет… Прости, я просто спала, — Эмма привычным щелчком пальцев попыталась разогнать остатки сна. — Что-то случилось? С Генри всё в порядке? Я сейчас оденусь и выезжаю. Где вы? — Всё в порядке! — быстро успокоила её Реджина, стараясь придать голосу твёрдость. — Тебя ищет твоя девушка. — Лена? — А у тебя что, их много, Мисс Свон? — съязвила Реджина. — Она приходила к тебе? — Именно. Сказала, что ты не ночевала дома и решила, что ты у нас с Генри. Боюсь, она почти поверила, что ты сбежала от неё, чтобы научить Генри подковывать тех самых гипотетических лошадей! — Надеюсь, она не перевернула весь дом вверх дном? — с усмешкой спросила Спасительница. — Почти. Было немного… напряженно. Ты у Снежки? — Нет. — У бабули? — Нет. — Свон, у тебя запас правдоподобных отговорок иссяк? — Где ты? — перебила её Эмма. — Дома. Собиралась прогуляться до садовой лавки, прикупить новых цветов для своего сада, а потом заявилась твоя… подруга. Так где же тебя носит? Если не у Снежки, не у бабушки Лукас… Может, опять камеру участка используешь как номер в отеле? — Дай мне минутку, — сказала Эмма и отключила вызов. Оглядев комнату, женщина несколькими взмахами руки навела минимальный порядок. Еще одно движение, и вместо заспанного вида на лице появилось подобие бодрости. Переодевшись в джинсы и рубашку, Эмма закрыла глаза и прошептала заклинание. В центре комнаты возник столб бело-серого света, потрескивая и заполняя все вокруг. Когда свет рассеялся, перед глазами изумлённой Реджины, возникла Спасительница. — Привет, Реджина, — с ухмылкой поздоровалась блондинка, прихватив Мэра за запястье, пока та пыталась понять, где она находится, бужучи немного дезориентированной. — Чёрт, нельзя же так без предупреждения! — прошипела Реджина, оглядываясь по сторонам. — Извини! Ты же меня искала, а это — самый быстрый способ, — виновато произнесла Эмма, глядя на неё. — Где это мы? — У меня дома, — ответила Эмма, отходя от Реджины. — Чай будешь? С тарталетками. — У тебя дома? — Миллс прибывала в состоянии шока. — Именно. Добро пожаловать, — слегка нахмурив брови ответила Эмма, уже стоя у плиты и колдуя над заваркой. — Я не понимаю, Эмма… — А ты подумай, — лениво протянула Свон. — Свон! — воскликнула Реджина угрожающим тоном, сдвигаясь с места и приближаясь к блондинке, впиваясь шоколадными глазами в серо-голубые, внимательно наблюдающие за каждым её движением. — Давай без угроз, ладно? — с лёгкой усмешкой ответила Эмма, протягивая Реджине кружку ароматного чая и водрузив рядом тарелку со свежими тарталетками с джемом. — На, успокой нервы. — Мы в Сторибруке? — Ага. А где же еще, Реджина? — расплылась в ухмылке блондинка. — Это мой дом, моё личное убежище. Ты о нём не знала, потому что я создала его, еще будучи Тёмной, когда паранойя достигла пика. Ты бы его просто не нашла. — Заклинание невидимости Тёмного… — Именно. — Но как я сюда попала? Насколько я помню из древних книг и рассказов Румпельштильцхена, в обитель Тёмного посторонним вход воспрещён. — Верно. Но Тёмный может поставить так называемую "метку входа". — Кажется, в голове у меня уже каша. — Я поставила метку на тебя и Генри. Только вы можете попасть сюда. Остальные могут хоть землю рыть вокруг, хоть сканировать местность магией — бесполезно. — Снежка, Прекрасный, Нил? — Они не моя семья, Реджина, — твёрдо, но мягко ответила Эмма, глядя ей прямо в глаза. — Заклинание работает только на тех, кто действительно часть семьи Тёмного, если таковая вообще имеется. — А разве ты не должна оставаться Тёмной, чтобы заклинание продолжало действовать? — с нахмуренными бровями поинтересовалась Реджина, глядя в недоумении на блондинку. — Не совсем так. Но ты права: во мне всё ещё должно оставаться тёмное начало. Как говорится, одна маленькая ложка дёгтя… Миллс стояла, словно громом пораженная, уставившись на Эмму расширенными от изумления глазами. — Но я думала, что мы избавили тебя от этого… — прошептала она, словно боялась нарушить зыбкую тишину. Эмма села в кресле напротив, закинув ногу на ногу и небрежно покачивая ботинком. В ее глазах плясали искорки озорства, словно она наслаждалась произведенным эффектом. — В основном, — ответила она с легкой усмешкой. — Но, знаешь ли, было бы глупостью полностью отказываться от умений Тёмного. Генри, конечно, твердит, что Добро всегда побеждает, но мы-то с тобой знаем, что врагов мы одолевали вместе, соединяя мою светлую и твою тёмную магию. Она замолчала, пристально глядя на Реджину. — Не бывает только белого и только черного, Реджина. Всегда есть оттенки, полутона. Поэтому я немного поэкспериментировала, смешала свою светлую магию с темной, отсеяла все лишнее, оставив лишь самое ценное, самое сильное. Преобладает, конечно, светлая, так что не стоит паниковать. Я не собираюсь становиться новой Темной Ведьмой и терроризировать город. Ты же знаешь, я никогда не подвергну опасности тех, кто мне дорог… особенно тебя и Генри. И потом, именно благодаря твоему… присутствию, я научилась контролировать свою светлую магию. Ты же всегда говорила, что я обладаю несметной силой, но использую ее, как последняя идиотка. Что ж, я исправилась. Теперь я вполне соответствую твоим высоким требованиям, Ваше Высочество, — Эмма лукаво подмигнула Реджине, отчего та еще больше опешила. — Но… как ты этому училась? Ты же не была в Сторибруке целых полгода! Эмма пожала плечами с нарочитой небрежностью. — А кто сказал, что меня здесь не было? Я просто не афишировала свои визиты. Приезжала украдкой, когда моя Леди Босс была в командировках. — И ты ничего нам не говорила? В глазах Эммы промелькнула тень вины. Она слегка нахмурилась, закусив губу. — Так было нужно, Реджина. Мне действительно нужно было. И, к счастью, у меня был очень хороший учитель. Лицо Реджины исказилось в гримасе недоверия. — Кто мог научить тебя совладать с магией такой силы? Эмма выдержала драматическую паузу, словно смакуя момент. — Дракон. — Но он же… — Умер? Не совсем, — перебила ее Эмма, махнув рукой. — Я его воскресила. И даже не пытайся узнать, как. Но он жив, и он прекрасный учитель. Мудрейший из мудрейших. Должна признать, у меня теперь три самых выдающихся наставника: Ты, Дракон и… Румпельштильцхен. Реджина схватилась за голову, словно опасаясь, что та сейчас взорвется. — Румпельштильцхен?! Ты что, совсем сдурела, Свон? — Не в том смысле, что он меня тренировал, как тебя, — поспешила объяснить Эмма. — Он скорее, образный учитель. Как если бы ты учился на чужих ошибках. Я просто изучала его историю, его логику, его приемы, его слабые стороны. В этом он оказался неплохим наставником. Эмма внезапно сменила тему, словно опасаясь зайти слишком далеко. — Так что там с Леной? — Что? — Лена. Ты звонила сказать, что она к тебе приходила. — Ах, да, точно… — Реджина выглядела растерянной и немного сбитой с толку. — Она искала тебя. Говорила, что очень переживала, что тебя нигде нет. — Хорошо, — отрезала Эмма, избегая смотреть в глаза Реджине. — Хорошо?! — переспросила Реджина, словно говорящая кукла, запрограммированная повторять чужие слова. — Мы поссорились, — вздохнула Эмма, откидываясь на спинку кресла. — Она не хочет, чтобы я работала, а я не хочу сидеть без дела. В итоге она выставила меня из дома. Сказала, что не желает меня видеть. Наверное, позовет обратно, когда немного остынет. — Она тебя выставила из дома? — Ага, — Эмма пожала плечами. — Женщины… что с них взять. Реджина нахмурилась, словно получила удар под дых. — Почему ты не пришла ко мне? В глазах Эммы мелькнула тень грусти. Она отвела взгляд в сторону. — Реджина, я, конечно, благодарна, но я не могу каждый раз перекантовываться у тебя, когда моя дражайшая половина вышвыривает меня за дверь. Я же не щенок какой-нибудь, хотя, видимо, Лена так и считает. Что меня можно отсылать, когда я ей надоела, а потом, поманив косточкой, позвать обратно. — То есть, это не первый раз… — Уже, бывало, да, — Эмма вздохнула. — Она у меня вспыльчивая. Слегка. Или не слегка. Впрочем, кажется, я упоминала об это ранее, не так ли? Блондинка цокнула языком.- Не знаю. Короче, женщины — это сплошная головная боль. Надумаешь сменить лагерь — подумай сто раз. С мужчинами проще: примитивнее, предсказуемое, стабильнее, — закончила она сардоническим тоном. Реджина потерла лоб, чувствуя, что у нее сейчас расколется голова. — Знаешь, мисс Свон, кажется, тебе удалось в очередной раз выбить у меня почву из-под ног, — пробормотала она. — У тебя есть что-нибудь покрепче? — Конечно, — Эмма щелкнула пальцами, и на столе возникла бутылка Chateau Latour 47 года, тонкий бокал и тарелка с изысканной сырной нарезкой. — Ого! Где ты взяла такую редкость? — Миллс восхищенно схватила бутылку. Эмма загадочно улыбнулась и перехватила у нее бутылку. — Это мой маленький секрет, — промурлыкала она, ловко открывая вино. Реджина откинулась на спинку кресла, наблюдая за тем, как Эмма разливает вино. В ее глазах плескалось сложное сочетание чувств: изумление, недоверие и… что-то еще, что она упорно отказывалась признавать. — Если ты будешь так меня поить и кормить, я, чего доброго, и вправду на тебе женюсь, Свон, — полушутя произнесла она. Эмма замерла на мгновение, сжимая в руке бокал с вином. Сердце вдруг бешено заколотилось в груди, словно пойманная в клетку птица. — Я не могу допустить твоей преждевременной кончины, моя Королева, — отшутилась она, старясь скрыть смущение. — Кстати, Генри сегодня опять с Грейс? - Угу, они решили сегодня сходить на пикник, а потом у них посиделки у костра на берегу с ребятами – Итак, мисс Свон, – она обернулась спиной к Эмме, осматривая дом. – Сдается мне, ваше скромное жилище? – тон был нарочито небрежным, но глаза выдавали любопытство. Дом оказался неожиданно светлым, даже уютным. Белые стены, потолок из переплетенных ветвей создавали ощущение простора и… сказки, если верить в эту чушь. А камин из крупного камня… что ж, по крайней мере, хоть что-то здесь выглядит солидно. – Пойдем, - Эмма слегка порозовела щеками и замялась, теребя край куртки. - Он небольшой, мне много не надо. Тут всего три комнаты – моя, твоя и Генри, и два кабинета. Для тебя и для Генри. Для Генри я сделала кабинет… в виде библиотеки, - и Эмма распахнула резную дверь, жестом приглашая войти. Внутри действительно была библиотека, хотя Реджина скорее назвала бы это "логовом книжного червя". Шкафы в викторианском стиле ломились от книжных корешков, а в углу стоял внушительный стол и мягкий стул. Но внимание Реджины привлекли полки над столом. Там, словно реликвии, стояли старые игрушки Генри, коллекция комиксов и засмотренные до дыр диски. В углу был диван, напротив – телевизор. "Наверняка, чтоб мальчик совсем не отрывался от земли", - фыркнула про себя Реджина. – Наш сын будет в восторге, - прошептала она, ощущая, тепло разливается в груди. – Лучше и не придумаешь. – Реджина на мгновение накрыла ладонь Эммы своей. Ее кожа была теплой и чуть шершавой. – Это… чудесно, Эмма. – Кхм, – Эмма неловко прочистила горло, отводя взгляд. – Пойдем дальше. Тут твой кабинет, Ваше Величество, – она распахнула следующую дверь и, посторонившись, пропустила Реджину вперед, наблюдая за ней с каким-то нечитаемым выражением в глазах. Кабинет Реджины был… если не сказать лучше, чем ее собственный в мэрии, то как минимум не хуже. Огромные окна от пола до потолка заливали комнату светом. Стены облицованы светлым дубом, а у окна стоял массивный стол с креслом, больше похожим на трон. И, конечно, шкаф с книгами по заклинаниям и рецептам зелий. Проводя пальцами по корешкам, Реджина заметила, что каждая полка подписана: Аренделл, Сказочная страна, Камелот… будто путеводитель по ее кошмарам. – Вытащи книгу на третьей полке, третью с края, – попросила Эмма. Реджина скептически изогнула бровь, но послушно выполнила просьбу. В тот же миг раздался тихий щелчок, и часть стены отодвинулась, открывая потайную дверь. Внутри оказалась… лаборатория? Алхимическая мастерская? "Так, и чего тут только нет", - мысленно присвистнула Реджина. Шкафчики с мензурками и аппаратами, стена, увешанная пучками трав и кореньев, склянки с разноцветными жидкостями… и все это тщательно подписано. Она пробежалась взглядом по названиям – многие из них она видела впервые в жизни. – Это… трофеи с моих путешествий во времена Тёмной, - смущенно пробормотала Эмма. – Редкие, экзотические ингредиенты, но есть и вполне обычные. Никогда не знаешь, что может пригодиться. Я постаралась разложить все по полочкам, как в библиотеке: заклинание – компонент, чтобы тебе было проще ориентироваться. Надеюсь, тебе понравится… Здесь всегда поддерживается нужная температура, чтобы ничего не испортилось, а я планирую сделать копии твоих книг и хранить оригиналы здесь, в безопасности. Что скажешь? Как тебе? Что нужно переделать? – в глазах Эммы плескалось искреннее беспокойство. Реджина стояла, потеряв дар речи. В голове был хаос. Никто. Никогда. Ни один человек не делал для нее ничего подобного. Чтобы кто-то так беспокоился о ней, так продумывал все до мелочей… Она чувствовала, как к горлу подступает ком и неясное щемящее чувство захватывало её сердце. – В каждой комнате есть зеркало, - продолжила Эмма, чуть тише, будто боясь спугнуть Реджину. – Которое можно использовать как портал. На всякий случай, мало ли где понадобится. Я их пока не активировала, нужно сделать это вместе, чтобы мы обе могли ими пользоваться. Думаю, ты не против. А еще я построила два склепа под домом - мой и твой. Вдруг захочешь перенести свое добро, не бегать же туда-сюда пешком. В твой сможешь заходить только ты - он заколдован твоей кровью. А мой – для тебя и Генри. Мой еще и служит мне кабинетом. Ну, пойдем дальше? Расскажу, что где находится. Реджина лишь кивнула, не находя слов, и молча последовала за Эммой. Спальня Генри, ее спальня, спальня Эммы… просторная ванная, отдельная ванная для Генри, кухня, техническое помещение… Сад. Целый сад, засаженный яблонями. Для нее. Редкие сорта. По одному сорту из каждого мира. И клумбы с экзотическими цветами, среди которых Реджина узнала ингредиенты для зелий. Небольшой пруд. – Здесь вода из озера Ностос, - смущенно пояснила Эмма. – Кора восстановила его, помнишь? Я подумала, что волшебная водичка нам пригодится. Конечно, здесь она немного растеряла свою силу, но все еще лечит, восстанавливает и… помогает растениям. – Когда…? – Реджина задохнулась. – Когда ты успела все это сделать? – она впилась взглядом в серо-голубые глаза Эммы. – Ну, как-то… постепенно, – Эмма пожала плечами. – Когда я была Тёмной, я поняла, что нам нужно такое место. Я не знала, что со мной будет дальше, но я хотела, чтобы у вас было убежище, если что. Я же, черт возьми, Спасительница. Сторибрук – это со мной до конца, так написано во всех этих сказках. И, если честно, иногда мне просто хочется не чувствовать себя обязанной кому-то. Хочется что-то иметь для себя. Защищенное, безопасное, функциональное… Чтобы в случае чего я знала, что с вами все будет в порядке. Даже если я… - она запнулась. – …погибнешь? - Подсказала Реджина. Эмма вздрогнула, будто ее ударили. – Да, - тихо ответила она. - Чтобы даже если я погибну, вы были в безопасности, куда не залезла бы ни одна тварь. Чтобы вы были в безопасности. – Я думала, ты хочешь уехать из Сторибрука, – задавалась вопросам бывшая королева, проведя рукой по волосам. Женщина изучала Эмму, словно редкий экспонат. В ее взгляде читалась смесь досады, понимания и чего-то, что она старательно пыталась скрыть. Эмма же чувствовала себя пойманной в ловушку ее пристального внимания. – Хотела, – наконец выдохнула Эмма, нервно теребя прядь волос. – Реджина, я… Я не была уверена, что хочу постоянно жить в Сторибруке. Да, здесь моя семья, вы все. Но я… Я выросла не здесь. Хоть и родилась в замке Зачарованного леса. Моя душа принадлежит реальному миру. Моя суть… Она там. За границей Сторибрука . Невозможно вычеркнуть из  двадцать восемь лет жизни  вне …этой сказочной системы. Я не хотела давать вам ложную надежду, а потом, сорваться и уехать, чтобы вы снова восприняли это как… как предательство. Снова назвали бы меня… как ты там меня окрестила? Ах да, "ненадежный элемент"! Шериф кисло усмехнулась, передразнив тон Реджины, с которым когда-то произносилась эта фраза.  -Потому что я прежде всего человек и лучшее что я научилась это убегать. Эмма горько усмехнулась, отводя взгляд. – Мне нужен этот мир, чтобы не чокнуться. Чтобы хоть иногда иметь право выбора! Ты же помнишь, как ты обвиняла меня, когда тогда я уехала? Но мне тогда дышать было нечем! Я уехала, чтобы не сломаться окончательно. Потому что вы нуждаетесь в Спасительнице. И это помогло! Я приняла себя. Смирилась. Поверь мне! Здесь я – шериф, Спасительница. А там… я просто Эмма. Не проклятое дитя истинной любви, которому все норовят вырвать сердце, или навредить через Генри… или тебя. Там я – просто человек. Да и будем честны… Как сильно я бы ни нравилась Лене, она меня бросит, как только увидит магию… Или наше с тобой взаимодействие. Меня выставили за дверь за то, что я не спросила у Леди-Босс разрешения вернуться на работу! А прошло всего полтора месяца! Я не тешу себя надеждами, что Лена примет меня, этот город и мы будем жить тут долго и счастливо, вызывая умиление у жителей своими радужными соплями и давая им поводы для сплетен. Она уйдет. Рано или поздно. Про её ревность я, пожалуй, не буду упоминать. Еще пара дней и мне будет стыдно ходить по улицам Сторибрука и здороваться с  местными. Откуда мне знать, к какому столбу меня приревнуют в следующий раз. Я устала от этого. Дико устала, Реджина. А ты и Генри… вы – моя константа. Мой якорь. Это же очевидно. Реджина нахмурилась, слегка склонив голову. – Тогда зачем ты привезла ее сюда? И рассказала ей все? Эмма развела руками в жесте бессилия. – Генри убедил меня, что нужно верить в лучшее. Что раз я обеспечила хэппи-энды стольким людям, то и сама обязана попробовать. А мой мудрый учитель, Дракон, настоял на том, чтобы я не боялась притащить кого-то из реального мира. Может, этот человек меня удивит. С Леной у нас получилось. Она поладила с Генри. И, кстати, ее методы воспитания на удивление похожи на твои. Она не бросила меня, когда мне нужна была помощь, буквально заставила меня заново жить. Я ей буду благодарна за это всегда. И потом, она хотя бы не стала очередным одноразовым сексом на выходные, как раньше, когда я сбегала в Бостон. Но, Реджина, мы обе знаем, что с личным счастьем у нас, мягко говоря, не очень. И моя интуиция… Я не могу отмахнуться от нее. Что-то мне мешает. – То есть, если не сложится, ты просто отправишь ее обратно в Бостон? Сотрешь ей память? Эмма кивнула, опустив глаза. – Да. Безопасность города превыше всего. Ну и мы в ответе за тех, кого приручили, - горько улыбнувшись признала Спасительница. – Может быть, твоя интуиция ошибается. Эмма, ты, как никто другой, заслуживаешь счастья. Но все, что ты говоришь мне сейчас… Ты сама себе не даешь шанса. Не стоит хоронить все надежды на будущее с ней. Может быть, она и правда тебя удивит. Она была искренна, когда пришла ко мне, искала тебя. Было видно, что она сожалеет о вашей ссоре. Не надо упрямиться, Мисс Свон. – Может быть, может быть, ты права, – тихо пробормотала Эмма, но в её голосе сквозило сомнение. – Но когда меня выставляют за дверь почти после каждой серьезной ссоры… Я не знаю, как перебороть этот страх. Правда, не знаю. Я гребанных четыре часа провела под дверью, вымаливая прощения! Хотя я могу эту дверь снести щелчком пальца! И все только потому, что я не спросила разрешения!? Я взрослая женщина, мать уже почти совсем взрослого парня! Даже ты, которая хотела меня убить, на протяжении многих лет, не позволяла себе такого! Мой враг относился ко мне лучше, чем моя девушка. Не смешно ли? – Эмма грустно усмехнулась своим мыслям, покачав головой. – А ее ревность к тебе… – она закатила глаза, махнула рукой и устало добавила: – Она просто сводит меня с ума. Реджина сделала паузу, задумчиво покручивая кольцо на пальце. – Лена очень умная, сильная, но, как и все мы, она не идеальна. Ревность, Мисс Свон, это как яд, она может разъесть даже самые крепкие отношения. Но, вместо того чтобы отворачиваться от нее, попробуй понять, откуда растут ноги у этой ревности. Она боится потерять тебя, боится, что ты вернешься к прежней жизни, где для нее может не найтись места. Ревность – это часто просто страх. Страх быть отвергнутой, брошенной, замененной. Вместо того чтобы обижаться на ее реакцию, попробуй понять, откуда она берется. -Ты решила избавится от Арчи?,- приподняла бровь Спасительница и фыркнула Реджина же проигнорировала этот маленький выпад со стороны блондинки. - Подумай сама, Свон. Ты, как вечный герой, снова облачаешься в доспехи шерифа, а она остается в тени, волнуясь за тебя и чувствуя себя бессильной. Ей нужно чувствовать себя важной, нужной, убедиться, что её любовь и поддержка имеют значение. Иначе, ты рискуешь потерять не только ее доверие, но и ее саму. Нельзя просто так взять и отмахнуться от её чувств. Ревность – это как сорняк, она прорастает там, где есть хоть малейшая трещинка в доверии. А ты, милая, своими поступками сама поливаешь этот сорняк. Реджина вздохнула и посмотрела Эмме прямо в глаза. – Не будь дурой, Свон. Любовь – это редкий дар, и ты должна бороться за него. Если ты чувствуешь, что Лена – твоя судьба, не отпускай её. Дай ей шанс, дай себе шанс. В конце концов, – продолжала мэр, , – любовь – это как лотерея. Шансы невелики, но представьте, как приятно будет выиграть кучу… прости, радужных соплей! А если серьезно, ну, знаешь, кроме того, что половина города уже обсуждает, как ты в ночи молотила в дверь, умоляя впустить тебя – ведь это же так романтично! Прямо современная версия Ромео и Джульетты, только вместо балкона – кодовый замок, а вместо яда – похмелье. -  Ты решила побыть купидоном, мадам мэр? - поинтересовалась блондинка - Да-да, бывшая Злая Королева устраивает счастье дитю истинной любви, -с ухмылкой парировала Реджина. -Кто бы мог подумать, что я доживу до этих времен, - по-доброму вернула ответ блондинка, - ни в сказке сказать ни пером описать. -Вино, кстати, и правда отменное, - покручивая бокал в руках, отметила старшая женщина. -Растешь в моих глазах, Свон. -Всё к вашим ногам, Ваше Величество, -подмигнув весело произнесла Спасительница и они продолжили распитие бутылки за неспешными разговором, благополучно сделав вид, что разговора об отношениях шерифа и её пассии вроде, как и не было.