Подарок

Рынок представлял собой огромный лабиринт, построенный из ларьков и прилавков. Пахло специями, рыбой, вкусной едой, которую здесь готовили на каждом шагу, воздух был густой и теплый. Солнце уже светило довольно ярко, и на улице становилось жарко. Казалось, жизнь на рынке не останавливается никогда: шумные толпы людей сновали туда-сюда, здесь можно было увидеть множество интересных рас — гномов, людей-птиц, высоких великанов. Где-то выгружали товары из огромных телег. Их везли сюда со всех уголков империи и из-за ее пределов — всё: от еды до дорогой одежды и отличного оружия. Люди торговались, перекрикивая шум и музыку. Кир прислушался — да, точно, где-то далеко в центре площади играла музыка. ​Они продвинулись вглубь рынка и резко свернули направо — музыка начала отдаляться. Барри уже с удовольствием вертел в руках какой-то странный магический предмет, похожий на трубу с колбами, непонятного для детей назначения. Торговец был таким же странным, как и товар одетый в нечто, похожее на доспехи из кожи змеи, коренастый мужик сильно выделялся на фоне толпы. ​Барри был полностью поглощен рассматриванием странного приспособления, когда его подергали за рукав. Повернувшись, он наткнулся на два многозначительных взгляда. — Вот вам на двоих. — Он открыл висевший на поясе кошель и торжественно вручил обоим по пять золотых. — Ровно в полдень чтобы были у главного входа, и ни минутой позже, — сказал он уже в спину убегающим детям. — Будем, будем! — отозвалась Алекса, и они скрылись за углом. ​Раньше, когда они ходили на рынок, могли только с восхищением рассматривать все диковинные вещицы, предлагаемые торгашами. Теперь же они смотрели совершенно другим взглядом: знание того, что они могут позволить себе приобрести всё, что только душе захочется (в пределах суммы, разумеется), распирало изнутри. ​Ловко лавируя между людьми, они бежали по уже знакомому маршруту. Алекса столкнулась с женщиной, вдруг появившейся из-за угла, которая несла огромную корзину яблок. Та пошатнулась и, не удержав свою ношу, рассыпала яблоки. Алекса пискнула извинения, но не остановилась: подхватив с земли два яблока, рванула вслед за Киром. Женщина выругалась и принялась собирать яблоки с земли. ​— Ты с ума сошла? — сказал Кир, кусая яблоко. — Мы и ста метров еще не отошли от Барри, а ты уже… — Ну а что мне было делать? Видел глаза той тетки? Она была готова мне уши оторвать! — перебила его Алекса. — Жуй яблоко и не нуди. Она пару раз оглянулась, погони замечено на было. ​Дальше они шли спокойнее, то и дело останавливаясь и придирчиво разглядывая товар с видом ценителей. У оружейной палатки дружно затормозили и с завистью стали рассматривать группу ребят немного старше них, но уже при оружии. Первый свой меч они получат в семнадцать лет — правило было обидное, потому что у уличной шпаны ножи появлялись раньше, чем они научатся ходить. Конечно, Кир и Алекса предпринимали попытки заиметь свой кинжал втайне от Барри, но закончилось это, как всегда, горящей задницей у обоих. ​— Мы не за этим идем, пошли быстрее, вдруг он уже продал те две. — Кир потянул ее за локоть, и они двинулись дальше к своей цели. — Я уверена, что не продал, — Алекса заметно ускорила шаг. ​Вскоре они увидели толпу детей, стоящих так плотно у прилавка, что товара не было видно. Дети в толпе толкались локтями и наступали друг другу на ноги. Возгласы восхищения летали над их головами. Не без труда, но Алекса и Кир преодолели прослойку из ровесников и оказались у стола. ​На нем лежали доски разных размеров с выжженными рисунками и рунами, раскрашенные во все цвета радуги. Это были летающие доски, некоторые послушно висели в воздухе рядом с прилавком. Они блестели на солнце лакированными корпусами. На каждой доске свой рисунок, некоторые украшала роспись краской, на других были выжженные узоры. Торговец то и дело заставлял одну, особенно красивую, доску проделывать пируэты в воздухе над головами детей, отчего те были в восторге. ​— Вон они, смотри! — На противоположном от них краю стола лежали рядом две доски из светлого дерева с изображениями орлов в полете. Доски были почти одинаковые, одна немного больше — как раз под рост Кира. ​Они только пару раз летали на похожей доске их друг Воробей недавно обзавелся такой и дал им покататься. Хвастался, что его-то доска самая быстрая. Чувство полета было незабываемым. С того самого момента они выпрашивали доски у Барри. ​— Здравствуйте, дайте нам те две, — произнес Кир. Продавец, высокий и худой человек с добрыми глазами, улыбнулся ему. — Восемь золотых, дружок, — отозвался он. ​Быстро расплатившись и приняв из его рук долгожданные доски, они выбрались из толпы и встали посреди прохода, с восторгом разглядывая гладкую, немного холодную поверхность. — Неплохой выбор, — сказали едким голосом сзади. — Неужели это всё, на что хватило ваших копеек? ​Обернувшись, они, ожидаемо, наткнулись взглядами на самодовольное лицо Руфуса. Это был высокий парень, темноволосый, со злыми маленькими глазами, в которых читался вызов. — Да иди ты лесом, Руфус! — вспылил Кир. ​Алекса взяла его за рукав. Месяц назад их драка кончилась победой Кира, но принесла тогда много неприятных последствий в его жизнь. — Не бойся, в этот раз я не намерен лезть в драку. Кир, может, хочешь опробовать свою рухлядь? — Он кивнул на новую доску. — У меня тут тоже кое-что есть. ​Вдруг в руках Руфуса непонятно откуда возникла доска из темного дерева с золотыми узорами. — Ух ты, интересно, а панталоны у тебя тоже позолоченные? — хохотнула Алекса из-за спины Кира. — Замолкни, малявка, — бросил Руфус. — Предлагаю спор, — обратился он к Киру. — Кто быстрее долетит до того столба. Спорим на два золотых? ​Кир и Алекса переглянулись. У Кира был только один его золотой, но он проигрывать не собирался. Алекса была в нем уверена, она кивнула. — Спорим. ​Кир не без отвращения пожал руку Руфуса. Внутри него вдруг появилась какая-то глупая уверенность и азарт. С Руфусом у них была давняя вражда. Сейчас, когда ему выпал шанс его победить, отступить он не мог и не хотел. ​Главную сложность составляла толпа — плотная толпа на протяжении всего пути, а также большое количество поворотов. Цель находилась примерно в трехстах метрах — это был столб, который возвышался над всеми постройками рынка. ​Две доски воспарили над землей, дуэлянты встали на них бок о бок. Пока Алекса считала время до старта, Кир выбрал оптимальный маршрут. — Три, два, один, старт! — Они сорвались с места одновременно и какое-то время летели совсем близко, пока Кир не отлепился от Руфуса. Он решил пролететь как можно ниже, пригнулся к доске, пролетая между людьми. Чуть не врезался в мужчину в доспехах, еле как успел нырнуть под его локоть и не получить железной перчаткой в лоб. Руфуса не было видно, его закрывала толпа, но Кир был уверен, что он тоже несется по противоположной стороне прохода, обходя людей. Кир аккуратно вписался в поворот и снова набрал скорость. Столб был уже совсем близко, и он мог смотреть только вперед на него. Вдруг он почувствовал, как что-то прикоснулось к его ноге и сильно толкнуло. В следующий момент его тряхнуло, и он потерял равновесие. Мир вокруг закружился очень быстро, перед глазами мелькало небо, лица людей, и, наконец, перед его взглядом оказалась плотно утоптанная земля. Кир упал на нее и проехал еще какое-то расстояние по песку и грязи. В ушах звенело, и сильно болели содранные ладони. Осознание ситуации пришло не сразу. Только теперь, лежа лицом в земле между людьми, он увидел спину Руфуса. ​— Ишь, разлетались тут! Получше места не нашли? — Кира вдруг сильно потянули за шиворот вверх, и он оказался на ногах. — Цел хоть, балда? Обернувшись, Кир увидел человека в возрасте, очень высокого и полностью седого. Одет тот был в черную мантию до земли. — Спасибо, со мной всё нормально. — К нему подлетела Алекса. — Он тебя пнул, я видела. Вот ведь баран! — Она возбужденно стала осматривать брата на предмет ран. Не найдя ничего серьезного, успокоилась. Кир слегка поклонился мужчине, что его поднял, и осмотрел проход. В паре метров от него лежала на земле доска, по ней уже пару раз прошлись люди. Кир поднял ее и быстрым шагом направился к столбу. Руфус был крайне собой доволен, он легко оперся о столб и смотрел на злое лицо Кира. ​— Так победить может любой идиот, — подошел Кир к Руфусу, встав ближе, чем следовало. — Ну что ж поделать... — Руфус требовательно протянул руку. Кир сделал вид, что ищет что-то в кармане, а после положил в ладонь Руфуса стеклянный шарик. Тот покатал его в руке и уже скривил было рот для того, чтобы что-то сказать, как вдруг его взгляд изменился. Он выронил шарик на землю и начал ожесточенно чесать свою правую ладонь. Теперь Кир довольно улыбнулся. Этот фокус он еще не пробовал ни на ком и не был уверен, что сработает, но эффект превзошел его ожидания. Его ладони болели уже не так сильно, когда он увидел ярость и непонимание в глазах Руфуса. — Что за хрень?! — Руфус не прекращал чесаться, притом уже не только руку, но и всё тело. — Вот тебе и плата. Через пару дней пройдет... наверное, — Кир аккуратно поднял с земли шарик и сунул в карман, затем гордо развернулся и вместе с Алексой направился подальше от кричащего проклятия Руфуса. Тем временем вокруг него собралась небольшая толпа детей, которые смеялись над его попытками чесаться везде и сразу. — Он тебе этого никогда не простит, — весело заметила Алекса. — Да, но это того стоило. ​— Раз уж мы остались при деньгах, я хочу медовую булку.— Они купили себе по одной пышной, горячей еще булке и прихватили еще одну с собой для их шкафового друга Вилли. Кир задрал голову и посмотрел на солнце. Оно было близко к зениту. — Пойдем, нам уже пора. — И они пошли, по пути дружно стараясь оттереть пятна пыли и грязи с одежды Кира. ​У входа их уже ждал Барри с полным мешком какого-то добра, необходимого для зелий и эликсиров, кои он варил в подвале их дома. Он повернулся к детям, и в мешке что-то зазвенело. — Что с вами случилось? — Он критично осмотрел детей. Кир выглядел потрепанным, но отчего-то странно довольным. — Я упал с доски. — Барри хмыкнул и, взяв мальчика за плечо, развернул к себе спиной, осмотрел со всех сторон. Тот был цел. Барри хлопнул Кира по штанам ниже спины, и от них поднялся большой клуб пыли. — Ну, Барри! — Кир быстро развернулся и отошел на шаг, выходя из зоны досягаемости рук дяди. — Ни за что не поверю, что ты мог просто так взять и свалиться с доски, — добродушно сказал Барри, идя в сторону их улицы. — Рассказывайте. ​Кир и Алекса переглянулись и без подробностей рассказали дяде о своих приключениях и Руфусе. Тот внимательно выслушал, а на моменте с шариком посмеялся. — Может, ты не заметил, Кир, но ваши споры никогда не приводят к хорошим последствиям, причем для вас обоих. Кир упрямо отвел взгляд, не желая смотреть в глаза Барри. Конечно, он понимал, что дядя был прав падения можно было легко избежать, просто проигнорировав спор и Руфуса. Больше Барри читать морали не стал — он по себе знал, что такое мальчишеское соперничество. Искоренить его не получится, да и не нужно. Кир сам разберется, сам набьет свои шишки и научится. ​До дома дошли быстро. Широко распахнув входную дверь, Алекса вошла первой и, стянув обувь, направилась к шкафу, стоящему в гостиной. На шкафу этом можно было спокойно сидеть, что и делал его житель прямо сейчас. Свесив лапы вниз, он болтал ими в воздухе, а при виде булки пару раз щелкнул зубами и открыл рот. Алекса подбросила булочку в воздух, и та пропала в пасти монстра. Девочка звонко засмеялась. — Доволен? — Она наклонила голову, рассматривая Вилли. — Можно было и побольше принести. Сами там объелись от пуза, а мне, так и быть, принесли остатки... — Вилли перебрался со шкафа на комод, спрыгнул на пол и исчез в темноте шкафа. — Всегда пожалуйста — Ничуть не расстроенная, Алекса прыгнула на доску и полетела из гостиной в кухню, где Барри доставал из своего мешка кочан капусты и еще какие-то продукты. В мешке явно осталось что-то еще, оно звенело и перекатывалось. Барри быстро куда-то дел свой мешок, подальше от рук и глаз любопытных детей. — Так, никаких полетов в доме. И ну-ка быстро во двор! — Алекса стремительно полетела к двери, что вела на задний двор, стараясь при этом одновременно не уронить вешалку и обогнать Кира, который тоже рванул к двери. — Не убейтесь — без особой надежды на то, что его услышат, сказал Барри, закрывая за ними дверь. ​Теперь, когда они оказались на большом пустом пространстве, можно было полностью оценить летательный потенциал их новых досок. Потенциал был неоценим, плавные и быстрые, они мгновенно подчинялись воле хозяина. Можно было только немного наклониться в сторону, и доска тут же послушно летела туда. Но слишком высоко вверх подлететь они не могли — максимум полметра над землей. Тот, кто заколдовал эти доски, внес такое ограничение не случайно. Сколько ни пытайся, выше не взлетишь. Алекса летала по двору кругами и представляла, как было бы весело долететь, например, до крыши их дома, а может, и выше. Искусство левитации она еще не проходила. Так как в школу они не ходили, Барри учил их всему сам. Не думайте, что это было легко иногда Алекса завидовала детям, которые уже после обеда были абсолютно свободны, в то время как они с братом учились и тренировались. Обычно, когда у ребенка в семь лет проявлялась склонность к магии, их отдавали в специальные школы, где они учились до семнадцати. Это не только их право, но и обязанность. Кир и Алекса тоже учились бы в школе, но Барри еще очень давно, когда они были совсем детьми, взял на себя ответственность за их обучение, и теперь им нужно было только приходить в школу один раз в год и сдавать экзамены. ​Так как Кир был старше, его знания были обширнее. Он уже прочел ту огромную книгу со сложным длинным названием, и Алекса хорошо помнила, как неделю назад Барри с Киром говорили о левитации, каких-то формулах и рунах. Она посмотрела себе под ноги. На доске, на которой она стояла, были вырезаны руны — они покрывали ее плотной полосой по периметру. Но сегодня нельзя... нужно дождаться, когда Барри не будет дома, и уговорить Кира. ​Дверь дома открылась, и на пороге появился Барри. — Я пойду навещу своего однокурсника, он сегодня проездом в городе, — сказал Барри. Алекса сверкнула глазами. — А когда вернешься? — как бы невзначай спросила она, стараясь спрятать огонек надежды в глазах и казаться спокойной. — К ужину буду, — настороженно ответил Барри. Он хорошо знал своих детей, но именно сейчас он торопился и списал предчувствие на свою паранойю. — С досками поаккуратнее! — Он пристально глянул в глаза Киру, поправил ремень на поясе, на котором висел его меч, и исчез в дверном проеме. ​Алекса посмотрела в глаза Киру и широко улыбнулась. — Не знаю, что ты хочешь натворить, но мне это уже не нравится, — обреченно вздохнул Кир. ​