Один сценарий, в который нельзя внести изменения.

— Что тебе нужно? — её голос был твердым, но внутри бушевал страх. — Я хочу исправить ошибки прошлого. Дать тебе объяснения. Пожалуйста, выслушай меня. Ёнджун шагнул вперед, готовый защитить её. Холодный пот выступил на лбу, а сердце колотилось где-то в горле, отдаваясь глухим стуком в висках. Этот человек… он снова появился. — Я не собираюсь разговаривать с тобой, — ответила Джи, чувствуя, как по спине пробегает холодок. Она посмотрела на Ёнджуна, который стоял рядом, готовый к любым действиям. — Она не будет разговаривать с тобой, — спокойно, но твердо сказал Ёнджун, вставая между Джи и незнакомцем. — Уходи. Мужчина в дверях усмехнулся. — Ты кто такой? Защитник? Я знаю Джи гораздо дольше, чем ты. — И этого достаточно, чтобы понять, что тебе здесь не рады, — Ёнджун не отступал. Его взгляд был направлен прямо на мужчину, и в нём читалась решимость. — Джи, пожалуйста, — мужчина сделал шаг вперёд, но Ёнджун преградил ему путь. — Я не хочу причинить тебе вреда. Я просто хочу объяснить. — Объяснить что? Как ты разрушил мою жизнь? — голос дрожал, но в нём звучала сила. — Ты не имеешь права появляться здесь. Уходи. Мужчина колебался, видя решимость в глазах Джи и готовность Ёнджуна к действию. Он понял, что сейчас ему не удастся добиться своего. — Хорошо, — сказал он, его голос звучал разочарованно. — Но я вернусь. И тогда ты меня выслушаешь. С этими словами он развернулся и ушёл, оставив за собой гнетущую тишину. Ёнджун крепко обнял Джи, чувствуя, как дрожит её тело, словно пойманная птица. Он видел, как глубоко его слова ранили Джи. Собственная решимость только усилилась, превратившись в стальную броню. Он не позволит никому причинить ей боль, не сейчас, когда она так уязвима. — Все хорошо, Джи. Он ушёл, — прошептал Ён, поглаживая по спине подругу. — Едем в аэропорт. Мира ждет. Джи медленно кивнула, пытаясь собраться с мыслями. Встреча с бывшим оставила неприятный осадок, но она не хотела портить вечер Мире. Ёнджун, словно прочитав её мысли, мягко отстранился. — Пойдем, — сказал он, протягивая ей руку. Дорога до аэропорта прошла в молчании. Джи смотрела в окно, пытаясь отогнать навязчивые воспоминания. Чувствуя её напряжение, Ёнджун лишь крепче сжимал руль, его взгляд был сосредоточен на дороге, но он чувствовал, как тревога передается по воздуху. В аэропорту их встретила Мира, сияющая и полная энергии. Она бросилась обнимать Джи, не замечая её бледности. — Джи! Наконец-то! Я так соскучилась! Ты выглядишь немного уставшей, все в порядке? Джи выдавила улыбку. — Все отлично, Мира. Просто долгая дорога. Рада тебя видеть! Ёнджун, видя, как Джи старается держаться, подошел и обнял Миру. — Здравствуй, агасси. Я тоже очень рад тебя видеть. — наигранно выразил свою неприязнь Ён, — Поехали, у нас есть кое-какие планы. По дороге домой Джи рассказала Мире о своем новом месте, о том, как ей нравится район, и о том, как она рада, что они наконец-то собрались вместе. Мира, в свою очередь, делилась впечатлениями от поездки, рассказывала о смешных случаях и о том, как она скучала по ним обоим. Ёнджун, сидя за рулем, слушал их болтовню, чувствуя, как напряжение постепенно покидает его. Он видел, как Джи расслабляется рядом с Мирой, и это было для него лучшей наградой. Когда они прибыли к дому Джи, квартира уже была готова к приему гостей. На столе стояли закуски, а в холодильнике ждали напитки. Джи, несмотря на пережитое вечером, старалась быть радушной хозяйкой. — Ну что, девочки, за новоселье! — весело воскликнула Мира, поднимая бокал. — И за то, что мы снова вместе! Они чокнулись, и первый глоток алкоголя, казалось, смыл остатки утреннего напряжения. Джи почувствовала, как тепло разливается по телу, принося с собой долгожданное облегчение. Вечер набирал обороты. Они смеялись, вспоминали старые истории, делились планами на будущее. Мира рассказывала о своих приключениях, а Джи, постепенно оттаивая, начала говорить о своих новых начинаниях, о работе, о том, как она старается двигаться вперед. Ёнджун внимательно слушал, иногда вставляя свои комментарии и подначивая своих собеседниц тем, как быстро они стали пьяны. Алкоголь помог всем расслабиться, открыться друг другу. Джи чувствовала, как груз постепенно исчезает. Она смотрела на своих друзей, на их искренние улыбки, и понимала, что, несмотря на все трудности, у нее есть люди, которые ее любят и поддерживают. — Знаешь, Джи, — сказала Мира, когда они уже перешли на более откровенные разговоры, — я так рада, что ты наконец-то нашла свое место. Ты заслуживаешь счастья. Джи улыбнулась, чувствуя, как к горлу подступает комок. — Спасибо, онни. Я тоже очень рада. И спасибо вам обоим, что вы есть, — переходя на слёзы от осознания, она потянулась обнять друзей, чуть не разлив бутылку вина. Вечер продолжался в атмосфере тепла и дружбы. Они пили, смеялись, делились секретами. Джи чувствовала, как постепенно уходит страх, который оставил после себя незваный гость. Она понимала, что прошлое не может разрушить ее настоящее, пока рядом есть те, кто ей дорог. И этот вечер, наполненный смехом и поддержкой, стал для нее еще одним доказательством этого. Когда за окном уже светало, пробиваясь сквозь щели в шторах нежным, еще робким светом, пришло осознание – наступила новая неделя. У, мило спящей в обнимку, парочки – Миры и Ёнджуна – несколько выходных. Ёнджун, раскинувшись на подушке, обнимал Миру, уткнувшись носом в ее волосы, и тихонько посапывал. Дабы не будить их, Джи осторожно высвободилась из-под одеяла. Каждое движение было выверено, чтобы не нарушить их сон. Она тихонько проскользнула в ванную, где быстро привела себя в порядок, скрыв последствия бурной ночи. Легкий макияж, чтобы скрыть следы усталости, и вот она уже почти готова. Вернувшись в спальню, она надела свою любимую кожаную куртку, рваные широкие джинсы, которые идеально сидели на ней, и собрала волосы в две аккуратные французские косы. Последний взгляд на спящих друзей, легкий поцелуй в висок Миры, и она выскользнула из квартиры. На улице ее ждал он – ее новый мотоцикл, блестящий хромом в предрассветных лучах. Сердце Джи забилось быстрее от предвкушения. До работы оставалось еще пять часов, но ей нужно было покататься, вспомнить давно забытые ощущения от скорости, от ветра, от свободы. Раннее весеннее утро в Сеуле было волшебным. Воздух был свежим и прохладным, с легким ароматом распускающихся цветов и влажной земли. Небо на востоке уже окрасилось в нежные оттенки розового и оранжевого, предвещая скорый восход солнца. Улицы были почти пустынны, лишь изредка проезжали такси или ранние доставщики. Город, обычно такой шумный и суетливый, сейчас спал, окутанный тишиной и умиротворением. Лишь легкий ветерок шелестел в кронах деревьев, и где-то вдалеке слышалось пение первых птиц. Джи завела мотоцикл. Мощный рокот двигателя разорвал тишину, но это был приятный звук, музыка для ее ушей. Она выехала на дорогу, и мир вокруг нее преобразился. Скорость, ветер в лицо, ощущение полного контроля над машиной – все это было так знакомо и так давно забыто. Она пронеслась по пустынным улицам, мимо еще закрытых магазинов и кафе, мимо парков, где деревья только-только начинали покрываться молодой зеленью. Она чувствовала себя частью этого рассвета, частью этого пробуждающегося города. Это было ее время, ее момент свободы. Она сделала несколько кругов по городу, наслаждаясь каждым мгновением. Когда солнце уже поднялось над горизонтом, окрасив небо в ярко-голубой цвет, Джи направилась к зданию JYP Entertainment. Ей нужно было приехать пораньше, чтобы успеть сделать раскадровки для клипов и придумать концепт предстоящей фотосессии для группы. Припарковав мотоцикл на подземной стоянке, Джи сняла шлем, встряхнула головой, чтобы распустить косы, и поспешила к лифту. Внутри здания царила привычная утренняя тишина, нарушаемая лишь редкими шагами и приглушенным гулом кондиционеров. Она поднялась на свой этаж, где располагалась студия, и, достав ключ, открыла дверь. Едва она успела включить свет и бросить сумку на диван, как дверь студии снова распахнулась. На пороге стоял Бан Чан, лидер Stray Kids, с чашкой кофе в руке и легкой растрепанностью, выдающей не ранний подъем, а скорее его полное отсутствие. Он не любил ранние подъемы, предпочитая работать до глубокой ночи, а потом и вовсе не ложиться, если того требовали сроки. Его глаза, обычно полные энергии, сейчас были немного сонными, но в них тут же вспыхнул интерес, когда он увидел Джи. — Джи? Ты так рано? — его голос был немного хриплым, но дружелюбным. Он явно не ожидал никого встретить. Джи слегка вздрогнула от неожиданности, но тут же улыбнулась. — Привет, Чани-хён. Да, решила приехать пораньше, чтобы успеть кое-что доделать. Раскадровки, концепт для вашей фотосессии… — она махнула рукой в сторону стола, где уже лежала сумка с iPad. Чан кивнул, поставил чашку на стол и подошел ближе, заглядывая через плечо. — Звучит серьезно. Ты всегда так тщательно готовишься? — его взгляд задержался на одном из эскизов, где были заметны динамичные позы участников группы, пока девушка включала программу для работы. — Конечно, — ответила Джи, стараясь не показывать, как ей приятно его внимание. — Мне важно, чтобы все получилось идеально. Особенно с вами, учитывая, как много у вас энергии и харизмы. Чан улыбнулся, и в его глазах мелькнуло что-то теплое. — Ты всегда так видишь нас? Не просто как артистов, а как людей? — Да, — призналась Джи. — И это помогает создавать что-то настоящее, а не просто красивые картинки. В этот момент Чан заметил, что Джи слегка смутилась, и его взгляд невольно упал на ее лицо, где еще оставался легкий румянец. Он вспомнил, как видел ее вчера вечером, когда она обнимала Ёнджуна. Это было искренне и тепло, и, несмотря на то, что он не хотел вмешиваться, чувство любопытства и, возможно, легкой ревности пробежало по нему. — Ты… вчера видел тебя с мужчиной, вы обнимались... — неожиданно сказал он, слегка наклонив голову. — Это… мило. Вы близки? Джи кивнула, немного смутившись. — Да, это мой близкий друг - Ёнджун. Такие объятия для нас — знак поддержки и доверия, ничего больше, — зачем-то стала оправдываться девушка. Чан улыбнулся, и напряжение между ними немного спало. — Понимаю. Просто иногда сложно понять, где границы. Но это хорошо, что у вас есть такая связь. — Спасибо, — тихо ответила Джи. — А ты? Не спал всю ночь? — Нет, — усмехнулся Чан, потирая глаза. — Не люблю рано вставать, предпочитаю работать ночью. Но сегодня решил сделать исключение — хотел успеть подготовиться к съемкам. — Тогда мы оба в одной лодке, — улыбнулась Джи. — Надеюсь, этот день пройдет продуктивно. — Уверен, что да, — сказал Чан, глядя на нее с искренним интересом. — И, может быть, после работы ты покажешь мне, как ездить на мотоцикле? Мне кажется, это должно быть круто. — Откуда ты... — Пока готовил кофе, видел в окне подъезжающий байк. В офисе ни у кого такого нет, а по силуэту определил, что это была наш режиссер. Джи рассмеялась. — Договорились. Только сначала научу тебя держать равновесие. Они обменялись взглядами, в которых читалась не только профессиональная заинтересованность, но и что-то более личное, теплое и живое. Их разговор плавно перетек в обсуждение деталей предстоящей фотосессии. Джи с энтузиазмом рассказывала о своих идеях, показывая наброски, а Чан внимательно слушал, задавая уточняющие вопросы и предлагая свои варианты. Он был поражен ее креативностью и тем, как глубоко она понимает суть их группы. В его глазах отражалось восхищение, смешанное с легким удивлением – он не ожидал встретить такого увлеченного и талантливого человека. — Мне нравится, как ты видишь нашу энергию, Джи, — сказал он, указывая на один из ее эскизов, где участники Stray Kids были изображены в движении, словно на грани взрыва. — Ты уловила именно то, что мы хотим передать на сцене. Это не просто позирование, это жизнь. Джи почувствовала, как ее щеки снова заливает румянец. — Я стараюсь. Мне кажется, что каждый из вас обладает уникальной харизмой, и моя задача – помочь этой харизме раскрыться в полной мере, не теряя при этом вашей индивидуальности. Они провели следующие несколько часов, погруженные в работу. Время пролетело незаметно. Чан, который обычно был сосредоточен на музыке и выступлениях, с удивлением обнаружил, что ему интересно заниматься визуальной составляющей, особенно когда это происходит в такой приятной компании. Он даже забыл о том, что не ложился спать, полностью увлеченный процессом. Когда солнце уже поднялось высоко, освещая студию ярким светом, Чан взглянул на часы. — Ого, уже столько времени. Мне нужно позвонить парням, сказать, что я здесь. Ага, уже успели меня потерять, — он достал телефон, рассмеявшись от сообщений Ликса, но остановился, глядя на Джи, — Знаешь, Джи, я рад, что ты приехала так рано. Это было… полезно. И интересно. Джи улыбнулась, чувствуя, как ее сердце наполняется теплом. — Мне тоже, Чан. Я рада, что мы можем работать вместе над такими проектами. Он кивнул, и в его глазах мелькнула та самая искра, которая заставила Джи почувствовать легкое волнение. — Так что насчет мотоцикла? Ты серьезно? Я бы с удовольствием попробовал. Джи рассмеялась, ее смех был легким и звонким. — Конечно, серьезно. Но сначала – кофе. И, возможно, ты сможешь помочь мне с некоторыми идеями для раскадровок, пока я буду пить его. Чан с готовностью согласился, и они направились к кофемашине, их шаги звучали в тишине студии, предвещая начало нового, продуктивного дня, полного не только работы, но и зарождающейся взаимной симпатии. Он протянул ей чашку, их пальцы слегка соприкоснулись, и по телу Джи пробежала легкая дрожь. Она подняла на него глаза, и в этот момент, когда между ними повисло невысказанное напряжение, а воздух вокруг них, казалось, искрился от невысказанных чувств, дверь студии распахнулась с оглушительным грохотом. — А вот и мы! — ворвался в студию Феликс, размахивая руками, словно дирижер. — Готовы к труду и обороне, или как там говорят? За ним, словно цунами, ввалились остальные. Хёнджин, поправляя свои идеально уложенные волосы, театрально вздохнул: — Опять эти двое в своем мире. Чан, ты хоть помнишь, что у нас сегодня работа, а не свидание? — под своим миром он подразумевал разговоры о клипах. Или нет? Чан, слегка покрасневший, попытался отшутиться: — Мы обсуждали предстоящую работу и только решили выпить кофе, вы что, завидуете? — Завидуем? — усмехнулся Сынмин, поправляя очки. — Мы просто беспокоимся, что вы тут до утра будете обсуждать мотоциклы и раскадровки, а клип сам себя не снимет. Джи, пытаясь скрыть улыбку, подхватила: — Ну, если вы так переживаете, то можете присоединиться. Может, у вас есть идеи для сцены с мотоциклом? — О, я знаю! — воскликнул Чонин, подпрыгивая на месте. — Чан едет на мотоцикле, а я сижу сзади и пою! — И ты, конечно, будешь в костюме единорога, да? — подколол его Джисон, хватая со стола печенье. — Чтобы уж наверняка все запомнили. Минхо, скрестив руки на груди, скептически посмотрел на Чана: — А ты точно умеешь на мотоцикле ездить? Или это просто для того, чтобы произвести впечатление на Джи? Чан, уже полностью пришедший в себя, рассмеялся: — Ну, если это поможет клипу, то я готов на все! А вы, ребята, лучше готовьтесь к тому, чтобы воплотить мои гениальные идеи в жизнь. — Гениальные идеи? — фыркнул Феликс, уже успевший занять место у монитора. — Последний раз твои гениальные идеи привели к тому, что мы полдня искали потерянный реквизит. — Это был творческий беспорядок! — возразил Чан, подходя к ним. — И, между прочим, мы нашли его, так что не надо тут. Джи, наблюдая за этой перепалкой, не могла сдержать улыбки. Атмосфера в студии мгновенно изменилась, наполнившись привычным шумом, смехом и подколами. Искра, вспыхнувшая между ней и Чаном, теперь была окружена дружеским огнем, но от этого не стала менее яркой. Она чувствовала, что этот день будет не только продуктивным, но и по-настоящему особенным. — Ладно, ладно, шутники, — сказала Джи, отставляя пустую чашку. — Давайте к делу. У меня тут есть несколько набросков, и мне нужна ваша свежая кровь… то есть, свежие идеи. — Свежая кровь? — передернулся Хёнджин. — Звучит как начало фильма ужасов. Надеюсь, мы не будем снимать сцены с вампирами на мотоциклах. — Если только это не будет выглядеть стильно, — подмигнул Чан, уже полностью включившись в рабочий процесс. — Кто готов поделиться своим видением? И, пожалуйста, без единорогов, Чонин. Младший надулся: — Ну вот, опять мои лучшие идеи игнорируют! — Не игнорируют, а берегут для особого случая, — успокоил его Джисон, похлопав по плечу. — Например, для твоего сольного клипа. Студия наполнилась оживленным обсуждением. Идеи сыпались как из рога изобилия, переплетаясь с шутками и дружескими подколами. Джи чувствовала, как энергия группы заряжает ее, и понимала, что с такими ребятами любой проект обречен на успех. Чан, поймав взгляд Джи, улыбнулся, и в этой улыбке было что-то такое, что заставило ее сердце пропустить удар. Он знал, что их разговор о мотоцикле и кофе был лишь прелюдией, тонкой нитью, связывающей их в этом утреннем затишье. Но теперь, когда студия наполнилась голосами и смехом, эта нить стала частью сложного, но прекрасного узора их общей работы. — Так, кто у нас сегодня главный по креативу? — спросил Минхо, уже развалившись на диване и делая вид, что очень внимательно изучает потолок. — Я, например, готов предложить концепцию "Чан на мотоцикле, а за ним… стая кошек". — Стая кошек? — переспросил Феликс, хихикая. — Это чтобы Чан не так сильно выделялся? — Нет, это чтобы подчеркнуть его грацию и ловкость, — парировал Минхо, не меняя позы. — Представьте: он едет, а за ним, как шлейф, бегут пушистые создания. Эстетично! — А если они будут мяукать в такт музыке? — подхватил Чонин, уже представляя себе эту картину. — Это будет хит! — Хит, который сведет с ума всех звукорежиссеров, — проворчал Сынмин, уже что-то записывая в блокнот. — Давайте все-таки вернемся к реальности. Джи, у тебя есть какие-то конкретные идеи по локациям? Джи, наконец, оторвалась от монитора, на котором все еще мелькали кадры. — Да, я думала о чем-то индустриальном, может быть, заброшенный завод или старый склад. И, конечно, ночные съемки. — Ночные съемки! — воскликнул Хёнджин, тут же оживившись. — Это значит, что я смогу использовать свой новый светоотражающий костюм! Представьте, как я буду сиять в темноте! — Сиять ты будешь, когда мы тебя в фольгу завернем, — подколол его Джисон, отбирая у Чонина очередное печенье. — А пока давай сосредоточимся на том, чтобы клип был не только ярким, но и осмысленным. Чан, наблюдая за этой привычной суматохой, чувствовал, как его собственная энергия смешивается с энергией группы. Он поймал взгляд Джи, и в ее глазах он увидел не только профессионализм, но и ту самую искру, которая вспыхнула между ними этим утром. Она была там, скрытая под слоем рабочих задач и дружеских подколов, но от этого не менее ощутимая. — Ладно, ребята, — сказал Чан, подходя к монитору. — Давайте посмотрим, что у нас тут. Джи, покажи свои наброски. И, пожалуйста, никаких кошек, Минхо. Хотя… идея с единорогом Чонина начинает казаться не такой уж плохой. Чонин тут же расцвел: — Я же говорил! Мои идеи всегда опережают время! — Опережают время и здравый смысл, — пробормотал Сынмин, но уже с улыбкой. Джи, чувствуя прилив вдохновения, начала объяснять свои идеи, а остальные участники группы, несмотря на свои шутки и подколы, внимательно слушали, предлагая свои варианты и дополнения. Студия гудела от творческой энергии, и в этом шуме, в этом водовороте идей и смеха, Джи чувствовала себя абсолютно на своем месте. Она знала, что этот клип будет особенным, не только благодаря их совместным усилиям, но и благодаря той невидимой, но ощутимой связи, которая зарождалась между ней и Чаном. И это было только начало.

***

Пару часов спустя, ребята перешли к постановке танца, а Джи отправилась в свой кабинет для того, чтобы продолжить работать над концетом. Юнсу вошел в студию, убрав всё оборудование и также отнес его в кабинет начальницы. — Доброе утро, Джи. — И тебе доброе утро. Как твои выходные? — Сводил супругу в парк аттракционов... Никогда бы не подумал, что взрослые люди могут так визжать при виде мягких игрушек и сахарной ваты. — А сам-то... — А я, как джентльмен, находился рядом, не издав и намека на испуг. — Но визжал же, — Джи решила подначить коллегу, понимая, что все парни также визжат на аттракционах. — Ладно, сдаюсь. Какой у нас план на сегодня? — Я обговорила с ребятами их пожелания к следующему клипу — "TOPLINE", поэтому сейчас буду вносить правки, пока что можешь отдохнуть. Часа через два нам нужно будет обзвонить поставщиков и арендаторов, чтобы забронировать локации. В следующий четверг уже съемки, надо подтвердить бронь. Надо еще... — усталость дает о себе знать, поэтому режиссер стала активно зевать. — договориться о фотосессии. Нужно провести еще одну в ближайшее время. Принесешь расписание ребят на неделю? — Да, а еще, видимо, чашку кофе, — сказал Юнсу и направился на кухню для спасения рабочего дня. — Так, если я сейчас... — телефон завибрировал, дав понять, что Джи так и не выключила беззвучный режим. — Да? — Ты уже на работе? — на том конце провода раздался низкий и очень сонный голос. — И тебе доброе утро, Ён. Да, я на работе, ключи в прихожей, копию для вас обоих Юнсу уже сделал. Вы останетесь? — Нет, мне позвонила Кан Юра и попросила подъехать в офис, а Мира всё еще... Спит. — Не вздумай ее будить! — Где ключи от твоей машины? Она собиралась съездить в сервис, чтобы обклеить твою малышку. — На столе в спальне, пусть будет аккуратна! И да, если у вас есть планы на меня на этой неделе, сообщите заранее. Неделя предстоит тяжелая, я, кажется, не вылезу из офиса. — Давай не забывать про сон и еду, ладно? — Госпожа Ли, здесь расписание, а вот и твой кофе, — в офис зашел Юнсу и поставил всё необходимое на рабочий стол. — Спасибо. Через два часа приходи, будем продолжать работу, — эти слова были предназначены Юнсу, но собеседник на телефоне решил иначе. — Да, госпожа Ли, я сейчас выезжаю, будем работать над моим обещанным клипом! — Притормози, я не тебе это говорила. Всё, не отвлекай, а то я действительно перееду в офис. Целую! — Давай-давай, — диалог был завершен, но это придало столько сил. Джи дорожила Ёном и Мирой, это единственные люди, которые приносят ей счастье. Они — её семья.

***

Юнсу вернулся в кабинет в указанное время и сразу приступил к работе. Он утвердил будущие съемки для группы с выбранным Джи временем и приступил к подтверждению брони локаций и костюмов ближайшего проекта. — Я схожу к стаффу, к визажисткам, — пробормотала она себе под нос, вставая из-за стола. — Хочу лично обговорить детали макияжа, иначе в мою зарплату придется добавить сумму к украшению наших айдолов. Она любила этот момент – процесс подготовки, суета перед новым проектом, который изменит жизнь её, айдолов и их фанатов. Заглянув в гримерку, она увидела двух визажисток, склонившихся над эскизами. — Привет, девочки! — бодро поздоровалась Джи, заглядывая через плечо. — Как ваши дела? Готовимся к преображению? Одна из визажисток, Лина, подняла голову с улыбкой. — Госпожа Джи, здравствуйте. Да, вот обсуждаем, как сделать макияж еще более неотразимыми. — Мы думаем над легким, естественным макияжем, но с акцентом на глаза, — ответила вторая визажистка, Соён. — Чтобы подчеркнуть их индивидуальность. И, конечно, никаких блесток, как в прошлый раз, когда мы снимали для того модного журнала. Помнишь, как потом отмывали? Лина хихикнула, вспоминая тот случай. — О, да! Это было целое приключение. Нет, блестки нам точно не нужны. Главное, чтобы кожа выглядела свежей и здоровой. И чтобы макияж держался весь день, ведь съемки обещают быть долгими. Они еще немного обсудили детали, Джи дала свои пожелания по поводу того, как бы ей хотелось видеть каждого из участников, и, довольная, вышла из гримерки. По пути она столкнулась с Минхо, который, как всегда, выглядел сосредоточенным. — Добрый день, Минхо-хён. — весело поприветствовала его Джи. — Как дела? Успеваешь все? Минхо поднял взгляд, и на его лице мелькнула тень чего-то похожего на беспокойство. — Привет. Все нормально. Слушай, я хотел тебе кое-что сказать. Насчет Чана. Джи удивленно подняла бровь. — Чана? Что-то случилось? Минхо подошел ближе, понизив голос. — Нет. Просто… будь осторожна. Не впутывайся ни во что. Особенно с ним. Он такой… непредсказуемый. Его тон был жестким, серьезным, почти как у ревнивого брата, но Джи знала, что Минхо не испытывает к ней никаких романтических чувств. Это было чисто рабочее предупреждение, но оно звучало так… лично. — Осторожна? В каком смысле? Ты имеешь в виду, что он может что-то испортить на съемках? Или что-то другое? — спросила она, пытаясь понять, что он маскирует под этими туманными намеками. Минхо лишь покачал головой, избегая прямого взгляда. — Просто будь начеку. Не давай ему повода. Айдолам, то есть нам, запрещено иметь какие-либо отношения. Не испорти его и свою карьеру. Джи почувствовала легкое недоумение. Чан? Она знала его как ответственного и иногда немного замкнутого, но не как кого-то, с кем нужно быть "начеку". — Ладно, Минхо, я поняла. Спасибо за заботу, — сказала она, стараясь не показывать, что его слова ее заинтриговали. — Я не испорчу ни свою, ни вашу жизни. Она решила сменить тему, заметив, как Минхо все еще выглядит напряженным. — Кстати, ты же умеешь кататься на мотоциклах, верно? Я тут себе новый байк прикупила, надо бы обкатать. Может, как-нибудь вместе прокатимся? Глаза Минхо на мгновение расширились, а затем он слегка улыбнулся, словно его отпустило напряжение. — Мотоциклы? Да, люблю. Новый байк? Было бы неплохо. Только учишься? — Нет, я опытный наездник, — с гордостью сказала Джи, но потом поняла, как двусмысленно это прозвучало. — Ээ... Я имела в виду... — Я понял. Хочешь со мной сблизиться? И когда? — Ты хороший, хоть и замкнутый для меня человек, поэтому... Буду рада стать друзьями. А вообще, как только закончим с этими съемками, — предложила Джи. — Может, на выходных? Я тебе покажу свой новый аппарат. — Договорились, — кивнул Минхо, и в его голосе уже не было той жесткости. Джи рассмеялась. — Ближе к выходным спишемся и решим, ладно? Если я не успею сделать всё за эти дни, то поездку придется отложить. — Иди уже, — фыркнул Хо.

***

Рабочий день пролетел незаметно. Подготовка к съемкам шла по плану, айдолы старались изо всех сил, Юнсу договорился с работникам и заказал реквизит. Джи успела проверить все детали, убедиться, что все идет гладко, и даже немного поболтать с командой. Когда солнце начало клониться к закату, она почувствовала приятную усталость. Уже собираясь домой, Джи достала телефон, чтобы проверить сообщения. Среди уведомлений мелькнуло имя Чана. Кристофер SKZ: Привет. Не забыла про обещание? Научить водить мотоцикл. Может, сегодня после работы? Я свободен. Джи улыбнулась. Минхо, конечно, был странным со своими предупреждениями, но Чан, кажется, был совершенно другим. Джи: Привет! Конечно, не забыла. Сегодня? Найду для тебя время. Во сколько мне заехать за тобой? — быстро напечатала она в ответ. Кристофер SKZ: Я закончу в 23:00, сможешь подъехать к офису? Джи: Договорились. Рекомендую одеться в удобные вещи, так как тебе должно быть удобно и безопасно во время поездки. Кристофер SKZ: Значит, до встречи :) Она подумала о том, как Минхо предупреждал ее о Чане. Может, он просто перестраховывался? Или в этом есть что-то большее? Но сейчас, глядя на сообщение от Чана, Джи чувствовала только предвкушение новой встречи и легкое волнение от предстоящего урока. Она решила, что разберется с этим позже. Главное – что день прошел продуктивно, и впереди еще интересные события. Сев на мотоцикл, девушка отправилась домой, так как до встречи еще оставалось 2 часа. По дороге она прокручивала в голове разговор с Минхо. Его слова звучали так серьезно, почти как предостережение. "Будь осторожна. Не впутывайся ни во что. Особенно с ним." Что он имел в виду? Чан казался ей вполне нормальным, даже немного застенчивым. Может, Минхо просто ревновал к тому, что Чан может получить какое-то особое внимание от Джи? Но она знала, что Минхо не из тех, кто испытывает подобные чувства. Это было что-то другое. Она остановилась на светофоре, и ее взгляд упал на витрину магазина мотоциклов. Там стоял блестящий черный байк, очень похожий на тот, который она купила. Она вспомнила, как впервые села на мотоцикл – это было ощущение свободы и силы. И теперь она хотела поделиться этим с Чаном. "Я думаю, он просто перестраховывается," — сказала она себе, пытаясь успокоить зарождающиеся сомнения. "Чан – хороший парень. И он просто хочет научиться водить." Когда Джи наконец добралась до дома, усталость взяла свое, обволакивая ее, словно тяжелое одеяло. Но освежающий душ смыл с нее дневную пыль и тревоги, придав сил и ясности мысли. Мира и Ён убрались, прежде чем уехать, оставив после себя идеальный порядок. Джи, недолго думая, уселась на подоконник, где мягкий свет уличных фонарей проникал сквозь шторы, и решила поработать лишний час, заведя себе будильник для сборов. Музыка, словно нежный шепот, обволакивала ее, становясь неким расслаблением. Под ее аккомпанемент наброски желанных кадров для клипа, а именно, сцен с участием Tiger JK, получались удивительно живыми и динамичными. Каждая линия, каждый штрих отражали ритм и энергию музыки, создавая образы, которые уже жили в ее воображении. На часах было 22:00. Будильник прозвенел, напоминая о времени. Джи быстро переплела свои длинные волосы в тугие косы, надела теплые серые лосины, идеально облегающие ее стройные ноги, и того же цвета бомбер, который придавал ей спортивный и одновременно стильный вид. Обув кроссовки, она выбежала к своему жеребцу – мощному мотоциклу, который ждал ее у подъезда. Дорога до офиса заняла немного времени, но ночной Сеул уже с другого ракурса был еще более удивительным. Город, окутанный бархатной темнотой, сиял миллионами огней, словно рассыпанные по черному бархату бриллианты. Высокие здания, подсвеченные неоном, устремлялись в небо, создавая футуристический пейзаж. Джи чувствовала себя частью этого пульсирующего мегаполиса, его энергию и ритм. Припарковав мотоцикл на подземной стоянке, Джи сняла шлем, позволяя прохладному воздуху обдуть ее лицо. В этот момент она услышала знакомый голос. — Джи? Ты уже здесь? Она обернулась и увидела Чана, который только вышел из здания, с легкой улыбкой на губах. Его глаза, казалось, светились в полумраке, и Джи почувствовала, как легкое тепло разливается по ее груди. — Крис! Привет, — ответила она, стараясь, чтобы ее голос звучал ровно, хотя сердце уже начало биться чуть быстрее. — Да, только что приехала. Чан подошел ближе, и Джи заметила, как он невольно задержал взгляд на ее волосах, которые теперь были заплетены в косы, подчеркивая изящную линию шеи. — Отлично, — сказал он, его голос был низким и приятным. — Я как раз собирался тебя ждать. Готова к уроку? Джи кивнула, чувствуя легкое волнение. Чан не то, что бы хотел научиться водить мотоцикл, но его заинтересовал байк режиссер и то, с каким наслаждением она сидит на нем, потому с удовольствием согласилась стать инструктором. — Конечно. Ты уже сидел за рулем? Чан слегка смутился. — Ну, пару раз на скутере у друга, но это совсем другое, верно? Джи улыбнулась, ее глаза заискрились в полумраке. — Совсем другое. Но не волнуйся, у тебя получится. Главное — чувствовать его. Они подошли к мотоциклу. Чан с восхищением оглядел его, провел рукой по гладкому баку. — Он потрясающий. И такой мощный. — Он и правда зверь, — согласилась Джи, похлопав по сиденью. — Но послушный, если знать, как с ним обращаться. Давай, садись. Девушка села вперед, приглашая сесть Чана за ней, так как обучение в городе проводить опасно. Выбрав местность, недалеко находившуюся от офиса, байк с рёвом отправился туда. Джи слезла и немного отошла, а Чан неуверенно оседлал мотоцикл, его движения были немного скованными. Джи встала рядом, объясняя ему расположение рычагов и педалей, тонкости сцепления и газа. Ее голос был спокойным и уверенным, и Чан ловил каждое слово, стараясь запомнить. Он чувствовал ее близость, легкий аромат ее парфюма, и это одновременно отвлекало и концентрировало его. — Теперь попробуй завести, — сказала Джи, ее рука легла на его плечо, направляя. От этого прикосновения по телу Чана пробежали мурашки. Мотоцикл ожил с низким, утробным рычанием, заполнившим округу. Чан вздрогнул от неожиданности, но тут же взял себя в руки. — Отлично. Теперь попробуй тронуться. Медленно, очень медленно. Первые попытки были неуклюжими. Мотоцикл дергался, глох, но Джи терпеливо поправляла Чана, объясняя его ошибки. Она стояла рядом, поддерживая его, когда он терял равновесие, ее руки касались его спины, плеч, и каждый раз это вызывало у Чана легкое головокружение. Он старался сосредоточиться на вождении, но ее присутствие было слишком сильным. — Ты молодец, — сказала Джи, когда Кристофер наконец смог проехать несколько метров без остановки. — Чувствуешь, как он слушается? — Да, — выдохнул Крис, его глаза горели азартом. — Это невероятно! Они провели на парковке еще около часа, и парень постепенно осваивался. Он уже не так сильно дергался, трогался плавнее, и даже смог немного поработать с передачами. Джи наблюдала за ним, ее сердце наполнялось гордостью. Он был таким целеустремленным, таким сосредоточенным, и это делало его еще более привлекательным в ее глазах. — Думаю, на сегодня достаточно, — сказала Джи, когда Чан остановился рядом с ней, его лицо было раскрасневшимся от напряжения и восторга. — Ты отлично справился. — Спасибо, Джи, — Чан снял шлем, его волосы были немного растрепаны. — Ты лучший учитель. Я бы без тебя ни за что не справился. Их взгляды встретились, и на мгновение между ними повисла невысказанная нежность. Джи почувствовала, как ее щеки слегка покраснели. — Не за что, — ответила она, отводя взгляд. — Ты сам очень старался. — Может, прокатимся? Обещаю, приставать не буду, — Крис поднял руки вверх, обозначая свою честность. — Погнали, — девушка оседлала своего зверя и быстро, словно вылетевшая из дула пистолета, пуля, помчалась вперед. Ночной Сеул, который они видели недавно, теперь казался еще более волшебным. Город жил своей жизнью, и они были частью этого. На улице царила тишина, лишь изредка нарушаемая случайных прохожих или поющими птицами. Чан вжимался в её спину, чувствуя каждый мускул, каждое микродвижение тела Джи, управлявшей мотоциклом. Его пальцы, вцепившиеся в её талию, сначала были костяшками белыми от страха, а потом — просто от желания держаться крепче. — Не так резко! — засмеялся он ей в ухо, когда она лихо вильнула между фургонами, но смех был полон восторга. Город тек мимо них жидким светом, огни размазывались, как акварель по мокрой бумаге. Джи лишь криво улыбнулась, чувствуя его тепло сквозь тонкую ткань куртки. "Он учится быстро", — промелькнуло у нее в голове, когда он инстинктивно наклонился с ней в повороте, их тела двигаясь в едином ритме. На набережной она остановилась, и тишина навалилась внезапно, оглушительная после рева мотора. Только вода, темная и неспешная, лениво лизала бетон. — Идем, — она спрыгнула, снимая шлем и встряхивая волосами. Лунный свет поймал серебро в её прядях. Они пошли вдоль воды, а мотоцикл остался позади, тихо потрескивая остывшим металлом. — Спасибо, — сказал Чан снова, но теперь его голос был тише, интимнее. — За сегодня. За все. Она посмотрела на него — его глаза в свете фонарей казались бездонными. Расстояние между ними сократилось до дыхания. Её рука сама потянулась, будто чтобы смахнуть несуществующую пылинку с его ворота куртки, и пальцы задержались на грубой ткани. Под ней чувствовался твердый удар сердца. Его рука легла поверх её ладони, прижимая её к себе. — Не за что, — прошептала Джи, и её голос дрогнул. Запах ночи, бензина и его кожи смешался в один опьяняющий коктейль. Она медленно, давая ему время отстраниться, приподнялась на носках. Их взгляды сплелись — вопрос и разрешение.