Дьявольская парочка

Меня вытащили из бочки и повели наверх. Дверь каюты со скрипом распахнулась, и двое охотников втолкнули меня внутрь. Помещение было погружено в полумрак, вечереет как-никак, но слабый свет из окошка всë же освещал хоть что-то. Райкер стоял, оперевшись на край стола. — Ну что, дьяволёнок? — спросил он с насмешкой. — Говорить не можешь? — Ещё и ранили тебя… Бедняжка… — его слова были ядовитыми, насмешливыми. Я попятилась и врезалась спиной в закрытую дверь — Гримборн схватил меня за ногу, и его пальцы впились в рану, оставленную кинжалом. Боль пронзила всë моë тело — я вскрикнула и задёргалась. Блять, как же больно! Его ухмылка стала шире, когда он надавил сильнее, доведя до того, что я заплакала. Наконец Райкер отпустил, но после схватил за волосы и подвёл к столу, где взял за талию и посадил лицом к себе. Он раздвинул мои ноги и встал между ними, смотря свысока. — Развлечёмся? — спросил он со злой ухмылкой. Я испугалась и покачала головой. — Это риторический вопрос. — сказал он и, схватив за шею, уложил на стол так, что я ударилась головой. Я задёргалась — до меня дошло что сейчас произойдёт. Этот кошмар только начался… На глаза с новой силой навернулись слёзы, и я стала брыкаться, но руки были связаны, а рот — заткнут тряпкой. Райкер… Райкер, двухметровый мужик, которому не составит труда с лёгкостью изнасиловать меня… Я чувствовала, как моё сердце бьётся быстрее, каждый удар отдавался в висках. Райкер наклонился, и я почувствовала, как его рука скользит под платье, больно сжимает бедро и лапает. Он отпустил шею, но только чтобы облапать грудь. Я брыкалась, пыталась пнуть его и просто ревела. Я не хотела верить, что это со мной происходит… Неужто карма? — Бесит меня твоё платье, слишком закрытое… — сказал вдруг Райкер, оглядывая меня. Я в ужасе смотрела на него и всхлипывала, как вдруг он схватил меня за волосы и наклонился к моему лицу. — Ну что ты ревёшь? Страшно? А когда твоя безумная дракониха убивает всех остальных? Тебе не страшно? А им — очень… — рычал он, сжимая волосы до боли, — Вот изнасилую, а потом отдам остальным. По кругу тебя пустят, поняла? — он усмехнулся. Я так и представила это, отчего вдруг потеряла чувствительность… Тело просто онемело, как руку отлежал и не можешь ею шевелить, так же и с телом… Прикосновения и боль от того, что Райкер тянет за волосы, исчезла. Он что-то говорил, но я перестала слышать: всё превратилось в один гул… Кашу… В глазах сначало стало очень светло, будто из подвала на свет вышла, потом все перешло в белые пятна… В ушах настала тишина. Я пыталась рассмотреть размытую картинку, но тут резко перед глазами побелело, сменилось черным, и с этим весь гул в ушах затих. Наступила полная тишина, а дальше… Дальше я, кажется, выключилась… Обморок от страха… За какие-то секунды… Может, это и к лучшему…

***

Райкер смотрел, как тело Салли обмякло, а она закрыла глаза, и всё. — …Эй… Эй, ты чё? Ну-ка проснись! Ты чё, от страха подохла? — встревожился Райкер, встряхнув её, но она не проснулась. Он ощупал пульс — Слава Одину… — пробормотал он, потерев переносицу, и посмотрел на Салли, лежащую на столе, с опухшими от слёз глазами. Райкер закатил глаза и взял её на руки, только чтобы перенести на ложе, где развязал ей рот и руки. После сел за стол, недовольно смотря на Салли и барабаня пальцами по столу. — …"Аж от самого себя противно… Теперь будет от меня шарахаться, но Вигго же это и надо… Чтобы держалась за него, как за последнюю соломинку спасения. Манипулятор чёртов…» — думал Райкер, постукивая ногой по полу, а после вышел из каюты заперев её снаружи. Ему не то чтобы было жалко Салли — нет, как врага, ему её ни капли не жаль. Она заслуживает, ведь из-за неё или, скорее, её дракона, погибла куча людей. Конечно, и наездники тоже постарались, но больше всего именно от лап этого индораптора. Салли ему, может быть, жалко разве что как девушку с печальным прошлым — мало того, что её ранили, так теперь ещё и он запугал. Хотя, в принципе, поделом ей. Пусть спасибо скажет, что он и вправду её не изнасиловал.

***

Я проснулась на корабле и увидела перед собой деревянную стену, после села в ложе. Поначалу подумала, что, может, это всё было кошмаром? Но очень сомнительно… Я проверила дверь — она заперта, и потому я села на койке и, подтянув к себе колени, обняла их. Руки болели — на них были синяки и следы от верёвок, их было больно сгибать. Ещё и рана на ноге. Она засохла, но, думаю, от того, что я прошлась, она снова открылась: кровь пошла, потому её я зажала рукой. Судя по всему, был синяк и на губе. Облизнув еë, я почувсвовала металлический привкус. Глаза болели, ревела много… И голова тоже… Я вздохнула и, зажимая рану на ноге, всхлипнула… — «Ребята… Спасите, пожалуйста… Сейко, приди за мной…» — взмолилась я, смотря вверх усталым взглядом.

***

Ребята обыскали весь остров, но Салли так и не нашли. Громгильда потеряла её след недалеко от места, где был корабль охотников. Но Сейко же не нашла её там, значит, она где-то здесь? Может, здесь всё же был дракон и Салли улетела? — …Иккинг — вдруг сказал Дагур, и Сейко остановилась и обернулась. — Что? — спросил Карасик. — Что если Салли схватил тот охотник за головами? Может, она смогла убежать, но он выжил, нашёл её, снова схватил и уплыл? Лодка же потом исчезла… — сказал берсерк, и наездники встревоженно переглянулись. — И куда её могли отправить? К Вигго? — спросил Сморкала. — Боюсь, охотник за головами мог продать её в рабство… — ответила Хедер за брата. — Н-но Салли сильная! — возразил Рыбьеног. — И навыки её улучшились! — продолжила Астрид. — …Когда я очнулся, она была немного побита и связана. — сказал Иккинг, и наездники ужаснулись, а кто-то обозлился. Сейко резко подбежала и завизжала на Иккинга, но Беззубик встал перед ней и оттолкнул от брата. Индорапторша, встав на задние лапы, встряхнулась и угрожающе зарычала. — Эй, Сейко, тихо… Иккинг был связан, он не мог освободить Салли при всём своем желании. Видишь, какой он хилый?.. — начал успокаивать еë Дагур, и Сейко, фыркнув опустилась на все четыре лапы, но продолжала рычать. — Всё, успокойся, я уверен, с ней всё будет хорошо. Мы спасём её… — заверил её рыжий, и та зарокотала и отвернулась, стуча когтем задней лапы по земле. — И что делать будем? — спросил Сморкала. — Может, сделаем так же? Розыск Салли? А? Как вам? — предложил Задирака, но все отнеслись к этой идее скептично. — …Не думаю… — сказала Хедер, скрестив руки. — Нужно её искать… Если Сейко не нашла её на корабле охотников, то её похитил тот охотник за головами. — сделал вердикт Стоик и двинулся вперёд, к Крушиголову, а после запрыгнул в седло. Сейко рыкнула — Дагур успокаивающе погладил её по шее, и та мельком глянула на него. Наездники, конечно, попытались ещё поискать Салли, и кучу догадок предположили: она могла упасть в воду и её спас морской дракон или её просто подхватил любой другой дракон; может, она с кем-нибудь из драконов подружилась и много каких ещё вариантов, которые успокаивали, но всё равно на сердце было неспокойно… Хуже всего было Сейко. Она нервно озиралась на наездников, будто ожидая, что сейчас они куда-нибудь стремительно ринутся, узнав, где Салли, и неважно как… Отсутствие её наездницы в седле ощущалась странно пусто… Непривычно… Это не та пустота, когда она летит охотиться в одиночку, она другая… Неизвестная… Да, именно такая, ведь неизвестно, где Салли и как скоро с ней удастся встретиться… Неизвестно… Удастся ли вообще встретиться?

***

Я долго так сидела. Хотелось есть, но я готова была голодать, только чтобы меня оставили в покое. Вдруг дверь открылась, и вошёл Райкер — табун мурашек пробежался по телу. Я не заметила, как руки задрожали и с какой силой я вжалась в стену. — Вставай давай и иди в клетку… — недовольно рявкнул Райкер, скрестив руки и оперевшись о стену. Я встала на ноги, пытаясь скрыть дрожь. Чувство голода мистическим образом испарилось с приходом старшего Гримборна… Проходя мимо Райкера, боялась, что дверь внезапно закроется, а он… Я прошла мимо, за дверь, где меня встретили два охотника с топорами и хмурыми взглядами. В них была какая-то гнилая нотка, лёгкая, почти незаметная улыбка… Такая, которая говорит: «Так тебе и надо.» Они провели меня к открытой клетке, куда грубо толкнули, так что я упала, и захлопнули её, а после заперли на ключ и оставили. Я переползла в самый угол и легла… Хрен его знает сколько прошло, но вот уже и стемнело… Я всё это время прислушивалась, надеясь услышать знакомый вопль со свистом, стук когтей, хлопанье крыльев голоса ребят, но всё что я слышала — это скрип драккара, крики и смех людей, шум волн, что подталкивали корабль. Я лежала, ощущая себя всë тем же беспомощным ребёнком, которого наказали и заперли в подвале, жизнь которого контролируют… Только здесь не пахло кровью и не было едва дышащего живого трупа с бездушными глазами. Здесь везде были охотники, которые меня ненавидят… Они не прямо здесь, не смотрят, они просто недалеко, так недалеко, что в любой момент могут прийти и сделать что угодно, а бежать мне некуда. Я не умею плавать, как прыгну — так и утону. Я даже не пробовала, да и не особо хочу, мне хватило одного раза, благо хоть не оставили на дне, на съедение рыбам, крабам и угрям… Живот сводило от голода. Вспоминаются те времена, когда я искала еду на улице, побиралась на рынках, воровала еду… Иногда меня подкармливали добрые люди, в основном всякие бабушки и дедушки. Летом было легче и не так стыдно, можно было поесть ягод или каких-нибудь плодов. Летом же обычно родители ездили в деревни, там можно было где-нибудь в лесу даже костёр разжечь и пожарить грибов… А вот зимой было сложно — лишь город, который я не знаю, да люди, которым глубоко насрать на хныкающую девчонку. Я всхлипнула и, попытавшись сдержаться и не начать реветь, не показать слабость, зажала рот рукой, но разве это поможет? Я всё равно заныла, тихо, лишь мои всхлипы выдавали, что я плачу… Лежит размазня, в кучу собрать себя не может, слабачка…

###

— Почему ты всегда так относишься к себе, Кать? — спросила Соня. — …Ну, я… Я думаю, я заслужила это… За всё, что сделала, и за все те жизни… — тихо пролепетала неуверенная Катя. — ......Ммм… — Соня задумчиво промычала, будто что-то обдумывая, а потом спрыгнула со скамьи, разгоняя голубей, что до того клевали крошки печенья и ворковали. Она строго посмотрела на Катю, задумчиво постучала ногой по тротуару и обошла скамейку пару раз, затем снова села и улыбнулась, смотря в тёмно-серые детские глаза — Аманда… Представь Аманду на своём месте. Тебе её не жалко разве? Она заслужила? — спросила девочка, выгнув бровь. — Аманда? Кто это? — в недоумении спросила Катя, наклонив голову. — Ну, это очень запуганная девочка, которая боится лишнее слово сказать. Люди осуждают еë за то, что еë родители заставляли еë заниматься убийствами и расчленением, только чтобы потом продавать. — начала перечислять Соня, и выражение лица Кати сменилось на сочувствующее. — Она тоже? У неё такая же судьба? Бедная… — сказала та, и Соня в недоумении посмотрела на неё. — …Кать… У неё всё то же самое, что и у тебя, но ты считаешь, что она бедная. Разве она не виновата в смертях людей так же, как и ты? — спросила Соня слишком зрело для своего тринадцатилетнего возраста. — …Ну… — Катя пыталась найти что сказать, но замолчала. Задумалась. — Иногда пожалеть себя нужно. Ты же сама всё понимаешь, ты такая умная… Почему бы не дать себе слабину? Ты же ещё маленькая, даже взрослые люди плачут, а ребёнок — тем более… Ты ни в чём не виновата… А если снова будешь себя корить во всех грехах, поставь на своём месте кого-нибудь другого и посмотри, жалко его тебе или нет. Хорошо? — спросила Соня и раскинула руки для объятий. — …Хорошо. — тихо сказала Катя и всхлипнула от этих слов. Она обняла подругу и уткнулась в её плечо, проливая слёзы на чужую куртку. — Всё хорошо. Я уверена, найдётся ещё куча людей, которые поймут тебя и примут… — сказала Соня, гладя еë по спине…

###

— …Ты много винишь себя, … — пронеслись слова эхом в голове — Нет. Ты не трусиха. Ты сильная девушка. Ты смогла рассказать и закончить тот кошмар, это уже смело. Салли, ты смотришь на это всë… Другими глазами… Я теперь понимаю наездников, они считают тебя морально сильной. Сильнее их всех вместе взятыми. Они тобой восхищаются. Они на тебя даже равняются. — снова отозвались эхом в голове слова вождя Олуха…

###

— Вот почему ты думала, что мы будем тебя презирать? И считать монстром? Ты по этой причине сбежала?.. Ты же не виновата в том, что делали твои родители… Я ни за что не буду тебя винить в этом… Как ты живёшь с этим? — эхом отозвались уже слова Иккинга в голове, а потом ещё… — …Я и не представляю, насколько тебе было тяжело и насколько тяжело сейчас…

###

— …"Действительно… Я же не каменная… Почему бы… И не пожалеть себя?» — подумала я и заплакала уже с новой силой, просто потому могу… Посреди ночи я отходила от слёз, иногда всхлипывая и икая, распластавшись на деревянном полу драккара. Хотелось спать… Вдруг появился тёплый свет. По клетке громко стукнули, и я вздрогнула, приподнялась и, обернувшись, заметила мужчину лет эдак сорока-пятидесяти… Он открыл клетку, поставил на пол поднос с едой и снова захлопнул клетку. — Поешь… — сказал он грубым басистым голосом, оставил фонарь на полу и ушёл. Я глянула на поднос — там стояла деревянная тарелка с кашей с какими-то кусочками. Деревянная ложка, стакан с чаем, из которого шёл пар и приятный запах трав. — «Ну, хотя бы еды принесли, и на этом, спасибо…» — подумала я и подползла к подносу. Взяла тарелку, понюхала, рассмотрела, попробовалам каша как каша, вроде как с кусочками мяса, рыбы. Было вкусно, иногда встречались кости, но они маленькие, так что не страшно. Я съела кашу так быстро, что голод не успел пройти. Хотелось ещё. Я взяла деревянную кружку и отхлебнула чай — горьковатый, но запах трав был приятным, будто бы там была хвоя, мята и что-то ещё, так как во рту осталось это ощущение прохлады. Всё выпив, я поставила кружку на поднос. Снова легла. Голод уже ушёл, была сытость. После я уснула, а проснулась уже от скрипа клетки: тот самый мужчина взял поднос и, снова закрыв клетку, запер. Я вздохнула и снова уснула… Два дня… Два дня я так провела. Меня кормили, водили в туалет, иногда одаривали презрительными взглядами, а вот Райкер… Он останавливался, будто специально останавливался, и разглядывал. Я неосознанно начинала дрожать, старалась скрыть это, но мне кажется, он видел. Прекрасно видел… Мне было противно, что от его взгляда, что от себя самой. Напомню, меня облили алкоголем, вылили прям на голову — мягко говоря я неприятно пахну, мне не нравится, ещё и липко, я грязная… Хочу помыться… Хочу себе горячую ванну. Неужто слишком много я прошу? Потом, вечером второго дня, драккар вдруг затормозил и, кажись, встал. Я выглянула в окно и увидела остров. — Чёрт, кажись база Вигго. Что делать-то? Нет, что со мной сделают? И как скоро меня вытащат наездники? — бормотала я, скатившись по стене и схватившись за грязную голову. Вдруг по клетке громко чем-то долбанули… Я вздрогнула и уставилась на Райкера, которого это забавляло. Он открыл клетку ключём и кивнул на выход. Я встала — ноги, как назло, дрожали, и вышла. Он, грубо схватив меня за руку, повёл вперёд, спустил с корабля, да считай стащил, руке синяки будут… Тащил он меня через весь лагерь, все охотники смотрели презрительными взглядами. Страшно. Что сделает со мной Вигго? Представить страшно, хотя… Тот случай, когда он поцеловал меня, всплыл перед глазами. Правда нравлюсь ему или так, пыль в глаза пустил? Использовать захотел? Да кто его знает. Старший Гримборн вёл меня по спиральной тропе, в палатку младшего. Сердце билось как отбойник, отсчитывая секунды… Подойдя к палатке, Райкер вошёл и швырнул меня вперёд, так что я упала. Я встала и недовольно глянула на него, на что тот лишь выгнул бровь, и я мигом забыла про недовольство. Я перевела взгляд на Вигго — тот, оглядев меня будто бы удивлённо, посмотрел на Райкера и выгнул бровь. — Вместо Иккинга мои охотники нашли в лесу её. Именно такую и нашли, да, Салли? Кто же тебя так, м? — с издёвкой спросил старший Гримборн. — …Можешь идти, Райкер. — сказал Вигго спокойно. Как только Райкер вышел, он посмотрел на меня. Мурашки пробежали по телу. Вигго встал из-за стола и пошёл ко мне — я попятилась, но он аккуратно схватил меня за талию и притянул к себе. Страшно, что он со мной сделает, но он сделал то, чего я вообще не ожидала… Ну я блять просто надеялась, что меня посадят в клетку и трогать не будут, а тут это! — Бедненькая… — сказал тот с жалостью, осторожно прикоснувшись к моей щеке. Он обнял меня и стал гладить по голове, а я стояла как вкопанная, пытаясь понять, что будет, может… У меня мыслей не было- нет, предположения о том, что он сделает со мной… — Болит? Сильно? Как давно ранили? Заражение же наверняка есть… — начал говорить Вигго, осматривая меня. — Кто тебя так? — спросил он, глянув на меня по-другому… — …Охотник за головами… Я не знаю кто… В тёмном синем плаще… Я не знаю… — промямлила я, в недоумении глядя на него. — …Ясно. — ответил тот, отведя взгляд и нахмурившись. — Ам… А куда мне идти?.. Или сам отведёшь в клетку? — спросила я, а тот глянул на меня и улыбнулся, будто… Умилялся. — Никакой клетки, моя дорогая. Ты, наверное, вымотана, пойдём. Как давно ты ела? — спросил Вигго, пойдя со мной к выходу и всё так же держа рукой за талию и поглаживая большим пальцем. — …Утром… — ответила я, и тот нахмурился. — Тогда сейчас помоешься, поешь и будешь отдыхать. — сказал он, смотря на меня с улыбкой. Я в шоке промолчала… Спрашивается, что это всё значит? Меня к смерти готовят или что? Мне волноваться надо? Потому что я волнуюсь!!! Вигго завёл меня в палатку: кровать, два сундука, стол, стул. Я в недоумении посмотрела на Гримборна — тот усадил меня на стул и, смерив взглядом, ласково сказал: — Подожди, пожалуйста, моя дорогая. И вышел… Я в шоке осталась сидеть на стуле, наверное, в его палатке и думала. Что он со мной собирается сделать?.. Я его, мягко говоря, опозорила и поставила на колени, блять, я ему приказала отозвать охотников, и он покорно сделал, а щас он обращается со мной как… Как… Как с кем? 'Дорогой своей'?.. Своей? Дорогой? Так… Он со мной так добр и ласков после чего? После того, как я его опозорила. Вывод? … — Мазохист… — вслух сказала я и стала дёргать ногой от нервов. Я сидела минут пять, наверное, а потом пришёл Вигго, протянул руку, и я нерешительно приняла её. Он поднял меня и, обняв за талию, опять куда-то повёл, уже во что-то вроде хибарки. — Можешь помыться в душе, мыло там же, полотенце вот висит, одежду сюда положишь. Не беспокойся, никто не зайдёт. — сказал он и, чмокнув меня в щеку, мягко подтолкнул к душевой кабине, которая, слава богу, была огорожена двумя стенками и закрывалась шторкой. Вигго вышел, а я осталась и прикоснулась к щеке рукой. Стояла в этой позе и осматривала глазами пространство. Сверху, над душем, бочка с водой, деревянная… Дальше, на одной стене, прямо около шторки, снаружи висит полотенце на крючке… Ну, как полотенце — просто ткань, которая, наверное, хорошо впитывает влагу. Я обернулась — на столе стоял открытый фонарь с горящей свечой внутри… Я аккуратно развязала рану, на которую Райкер два дня назад надавил… Опять кровь идёт, но не так сильно… Я разделась и, как Вигго и попросил, оставила одежду, на какой-то табуретке, а после зашла в душ. Ожидала холодную воду, но включив, удивилась тому, что она прохладная. Ну, уже на этом спасибо. Взяла мыло, будто хозяйственное, и как следует намылилась. Раны, которые уже загноились и воспалились, болели. Из глубокой раны от кинжала по ноге потекла кровь, окрашивая пену — больно, но терпимо. Намылила лицо — губу щипало, не так плохо… Голову сначала один раз намылила, смывая грязь, а потом второй, смывая остаток… И как же хорошо во второй раз вспенилась!.. Не так хорошо, как тот же шампунь, но лучше чем в первый раз, разумеется. Смыла всю пену с тела и глянула на рану, из которой шла струйка крови. Взяла полотенце, вытерлась, закуталась в него, вышла и… Моей одежды нет. Я огляделась, не понимая. Как бы… Где моя одежда и что мне надеть? Я озиралась, даже зашла обратно в кабинку, а потом вышла, но её нет. После вошёл Вигго — оглядев меня, он улыбнулся и направился ко мне. Я же отходила к стене и вжалась в неё, а потом Вигго нахмурился и глянул на мои ноги, кровь заметил. Он подошёл так близко что я и тепло от него почувствовала, и его запах, приятный, как и в последнюю встречу с ним. — Что случилось, дорогая? Одежду я твою выкинул, если что. Пойдём обратно в мою палатку, раны твои обработаем. — сказал он, и меня будто ледяной водой облили. — …К-как? — спросила я, в шоке уставившись на него. — Дорогая, ты серьёзно собиралась надеть эту рваную одежду ещё раз? — спросил Вигго скептично. — Там, вообще-то были мои штаны и безрукавка. В чём мне ходить, по-твоему? — спросила я в панике. — Я об этом позабочусь. — сказал он уверенными тоном, задул фонарь, а потом подошёл ко мне и поднял на руки, как невесту на свадьбу. Я в ахуе. Не удивлюсь если сидела красная как варёный рак! На удивление, пока он нёс меня до своей палатки, ни одного охотника поблизости я не увидела. Господи, то ли смущение, то ли страх, может, два в одном, Господи, мне так стыдно. Такая странная и непонятная ситуация… Как мне реагировать?! Как правильно?! Вигго занёс меня в палатку и усадил на кровать, а после достал из сундука нижнее бельё, явно женское… Ну, не носит же он такое, то есть… Он был готов к тому, что я в плену у него буду или что?.. Вигго посмотрел на меня, не на всю, а в глаза, потом порылся и достал мне красную, хотя нет, багровую скорее, чуть выцвевшую рубашку. Потрёпанная, местами зашитая… — Одевайся, а я пока лекаря позову, чтобы он тебе раны обработал. — сказал Вигго, убрав руки за спину и собираясь выйти. — А сам? — спросила я тихо. — …Ты хочешь, чтобы я тебе раны обработал? — спросил тот, повернувшись и выгнув бровь. — Меня уже один твой лекарь облапать пытался… Хотя ты… — сказала я и оглядела его с ног до головы. — «Он будто старается смотреть мне только в глаза… Может, чтобы не смутить меня? В таком случае, это… Мило, наверное?..» — подумала я и снова посмотрела на него. — …Ладно, переодевайся… — сказал тот и вышел. Я скинула полотенце, надела белое нижнее бельё — Господи, он его покупал… Для меня… Как же стыдно… А с размерами как угадал? Я глянула на рубашку и надела её, вот только… Пугавиц нет… Ладно, неважно, но она на мне висит, рукава большие, с плеча скатывается… Вот так и стояла, задумчивая, а потом зашёл Вигго, оглядел с ног до головы и сказал: — Кгхм… Сейчас приду, жди… Я в недоумении стояла и думала куда он пошёл. Да и тон какой-то напряжённый… Я села на кровать и зажала полотенцем кровоточащую рану — у меня было ощущение, что нога немеет.

***

Вигго зашёл в палатку лекаря, взглянул на Салли и остановился. Нет, такую картину он часто видел. Женщины пытаясь его соблазнить, надевали его рубашки, что немного не нравилось Вигго. Ну не любил он это, не знал почему. Может, потому что потом от рубашки пахло теми женщинами, с которыми он хотел провести лишь ночь, не более, а тут… Салли, закутанная в слишком большую для её хрупкой фигуры рубашку, стояла спиной к Вигго. Старая, выцветшая ткань сползла с одного плеча, обнажая плечо и часть спины, отчего оказалась еле заметна ровная полоса шрама. Её длинные, чёрные с золотыми прядями, мокрые волосы, словно тёмный водопад, спадали до самой попы, играя бликами света от свечи, мягко освещавшей её фигуру. Вигго пристально рассматривал её — уставший, чуть недовольный, и, пожалуй, испуганный взгляд Салли заставил его сердце биться чаще, вызвав странное, неожиданное напряжение внизу живота. Вопрос, пронзивший его внезапно, оглушил: что это было? Жажда секса? Просто либидо, давно не находившее выхода? Видимо, так оно и есть… — Кгхм! — откашлялся Вигго, нахмурившись и бросив. — Сейчас приду, жди… — и вышел из палатки. Направление было очевидным. По дороге он вспомнил всех женщин, всех, кого он когда-либо желал. Картинки вспыхивали перед глазами — яркие, живые, не оставляющие места сомнениям в его возбуждении. Ночная тишина казалась звенящей, подчёркивая его нарастающее напряжение. Он углубился в рощу, нашёл укромное место, где его никто не мог видеть, и остановился, оперевшись на шершавую кору дерева. Воздух был прохладным и влажным, наполненным ароматами влажной земли и ночных цветов. Тяжело вздохнув, Вигго расстегнул ремень, сбросил его на землю, после чего неуклюже спустил штаны и трусы, оставив себя обнажённым под бледным светом луны, пробивающимся сквозь листву деревьев. Взявшись за свой член, он запрокинул голову, закрыл глаза и начал медленно, плавно двигаться, постепенно увеличивая темп и интенсивность движений. Мысли вихрем кружились в его голове, рисуя живые, чрезвычайно откровенные картины с участием Салли, её хрупкой фигуры, её уставшего лица, её длинных мокрых волос. Он представлял себе каждое её движение, каждый вздох, каждый взгляд, погружаясь в фантазию всё глубже и глубже. Наконец, напряжение достигло предела. Вигго кончил, с силой выпустив накопившуюся энергию на мягкую лесную траву. Выдох был долгим и тяжёлым, очищающим. Он стоял некоторое время, пока пульс не пришёл в норму, а тело не успокоилось. Затем, спокойнее, чем ожидал, он аккуратно подтянул штаны, застегнул ремень и вернулся в лагерь. Увидев Райкера, он закатил глаза, притворившись, что ничего не произошло, и направился к палатке, стараясь спрятать все свои эмоции за маской равнодушия. Мысли о Салли, о её усталости и её скрытой ранимости, будоражили его больше, чем сам сексуальный акт, заставляя задуматься о своих действиях и своих чувствах. — Ммм, а куда это ты ходил? — с гаденькой усмешкой спросил Райкер. — Тебе заняться нечем? Так быстро найду тебе работу. — отрезал Вигго. — Ну я же, как старший брат, волнуюсь за своего младшего братца. — сказал Райкер, скрестив руки. — Тем более… Ты знаешь, что я сделаю, если кое-кто узнает, что я с ней якобы собирался сделать по твоему приказу. — угрожающе, но тихо сказал Райкер. — Не беспокойся, не узнает. — холодно сказал Вигго, и на этом братья разошлись.

***

Я сидела на кровати, ждала, потом пришёл Вигго. Я глянула на него, а тот взял со стола сумочку какую-то и подошёл ко мне. Присел и, убрав скорее тряпку, чем полотенце, осмотрел рану. — Что ты раньше не сказала, что она глубокая? — спросил Вигго, встав и склонившись надо мной, и строго посмотрел. — …Ты не спрашивал… — сказала я тихо, опустив взгляд. — Как давно было кровотечение? — спросил он, подняв край рубашки и осматривая другую царапину, которую оставил тот мужик с крюками вместо рук, не глубокую, но воспалённую… В принципе, как и все раны. — Три дня назад, но её перевязал тот охотник… — сказала я, смотря на аккуратные движения Вигго. — А потом рана открывалась? — спросил тот, уже рассматривая её и хмурясь. — Да… И сейчас болит… — сказала я. — …Ладно, перевяжу пока, а потом, если что, прижгу. — сказал он спокойно и безразлично. — …Что сделаешь? — переспросила я, и Вигго посмотрел на меня и встал, чтобы быть выше. — Железку на огне раскалю и рану тебе прижгу. Будет больно, если будешь дёргаться — свяжу или заставлю Райкера подержать тебя. Так понятно? — разъяснил тот так, будто я ребёнок. — Понятно… А-а зашить? — буркнула я и задала свой вопрос. — …Нет, три дня прошло, это сразу надо делать, милая моя. — сказал тот, погладив меня по голове. — …А сейчас либо перевязывать и промывать, либо прижечь и тоже промывать… Ну, этим уже лекарь займётся… Под моим присмотром. — сказал тот, смотря мне в глаза. — …Прижигать опасно. — сказала я, вспоминая, какие обычно бывают раны от ожогов… Да и это будет означать запах жареного человеческого мяса. — И больно, но эффективно. — сказал тот будто с издёвкой. — …Я выберу первый вариант. — буркнула я. — А кто сказал, что я даю тебе выбор? — спросил Вигго, выгнув бровь и хмыкнув. — В смысле? Я думала… Ты просто сказал либо, либо… Вот я и- — говорила я, но тот меня перебил. — Да хорошо-хорошо, успокойся. Не буду прижигать… — сказал он и поцеловал меня в лоб. После он снова присел и стал доставать из сумочки бинты, промыл вином мою рану, от чего её защипало, так же царапину и губу. После вытер, царапину и губу он просто намазал мазью какой-то, а глубокую рану ещё и забинтовал. — …Зачем ты это делаешь? — спросила я, нахмурившись. — Потому что ты мне небезразлична, и я не хочу, чтобы тебе было больно… — сказал Вигго, посмотрев мне в глаза. — …Разве? — спросила я, не веря ему. — Да. Ты мне… Нравишься. Мне очень хочется узнать тебя поближе. — сказал он, встав, а потом положил руки мне на плечи и завалил на кровать, нависая сверху. И опять дежавю… Мурашки по телу, дыхание сбилось, сердце ёкнуло… — Н-но ты мне не нравишься… Мы же враги с тобой, сейчас я в плену у тебя… — залепетала я нервно и положила руки на грудь Вигго, пытаясь оттолкнуть того. — Ну и? Я бы в таком случае просто бы кинул тебя в клетку, но нет… Я хочу, чтобы ты была рядом, чтобы знать, что ты в безопасности, со мной… — говорил тот тихо и ласково. Он никак не лапал меня, ничего такого не делал, лишь смотрел в глаза и мягко улыбался. — …И ты позволяешь этому произойти? — спросила я, не веря ему. — Что? — спросил Вигго, не поняв, что я имею в виду или просто переспрашивая. — Ты умный человек, Вигго. Стратег. Я очень сомневаюсь, что ты можешь позволить себе влюбиться в своего врага. Это как минимум будет мешать тебе устранить нас, ведь если ты меня любишь — Сейко и моих друзей ты не тронешь… Ну ладно, возможно их ты и можешь убить, в принципе как и Сейко, а потом всю жизнь 'утешать' меня, но ты щас серьёзно? Ты хоть гнев испытал, что меня к тебе раненную привели? Или ты опять всё скрыл за фасадом спокойствия? Или ты ничего не испытал? — спрашивала я, а Вигго… Он лишь смотрел, потом вздохнул и, слегка улыбнувшись, стал… Любоваться? — Ты права, но я не могу устоять перед тобой. Ты такая прекрасная и милая. Такая добрая, что пощадила меня, несмотря на все поступки. Мне жаль, что ты пострадала, очень жаль, и поэтому я хочу помочь… — сказал он, завалившись на меня, но придерживая своё тело, чтобы не задавить, видимо. Он обнял меня руками и, уткнувшись мне в плечо, просто лежал. Я в шоке смотрела на него и не понимала… — «Милая… Он тоже считает меня милой? Так! Это всё неправильно!» — подумала я, бегая глазами по пространству и после снова на него, и теперь он смотрит… От этого взгляда холодок и мурашки прошлись по спине. Вигго прижался губами к моему плечу, и встал. — Скоро еду принесут. А потом — спать… Ты устала… — сказал тот. Я кивнула и, закрывая рубашкой и руками себя, встала. Села за стол и ждала. Потом послышались шаги, и около палатки остановились. — Входи. — сказал Вигго, и зашёл охотник, оценивающе глянул на меня, поставил поднос с едой на стол и, прищурившись на меня, ушёл. Я глянула на еду, какое-то мясное рагу с овощами… Честно, я уже не знаю что чувствовать… Сижу ем. Я в плену, но меня вкусно кормят, Вигго разрешил помыться, дал нижнее бельё и рубашку, в которых мне некомфортно, потому что стыдно, выкинул мою одежду, забинтовал мне раны, целует и обнимает, так ещё и я буду спать с ним в одной кровати… Меня смущает всё… — Что-нибудь ещё? — спросил Вигго, когда я съела последнюю ложку рагу. — …"Так, ну, пока разрешают и не бьют, почему бы и нет»… Зубы почистить… — попросила я, и он дал мне зубную щётку. Он реально готовился к этому… Отвёл почистить зубы, ну и сам чистил… У меня стресс!!! Меня беспокоит, сука, всё! — «Угу, хорошо, я сплю с ним в одной кровати. Подумаешь, такое ведь уже было, он просто отвернулся, но в этот раз молчим, хорошие условие нам нужны, как и одежда… Вопрос — как её добыть?» — размышляла я, лёжа в кровати, пока Вигго там свои наплечники снимал. Я глянула на него и взгляд тут же скользнул по накаченному прессу. Вигго смотрел на меня, будто ждал чего-то… Может, он ждёт когда я скажу что-то? Или оценю? Ну ладно… — …Пресс прям как у Савелия. — сказала я, и он выгнул бровь. — Как у кого? — спросил Вигго, скрестив руки. — …Ну, знакомый, с которым я раньше выступала, или скорее готовила к выступлениям… — сказала я. — Ты выступала? — спросил Вигго. — …Пару раз… Я не хочу рассказывать, устала… — буркнула я, отвела взгляд и отвернулась. Свет свечи потух. Как только я хотела повернуться к Вигго лицом, он лёг, обнял сзади и прижал к груди. Я почувствовала, как щёки загорелись… У него такое тёплое тело… Но я хочу к Сейко… Старалась не шевелиться, но ключевое слово — старалась. Ворочалась, пока не нашла удобную позу… Как он вообще здесь спит? И почему он вообще не шевелился всё это время? Наконец, уснула…