Клан "Muryou"

      Проснувшись утром в шестом часу, девушки аккуратно приоткрыли дверь спальни и проверили гостиную: мало ли какая опасность могла поджидать их. Не заметив ничего подозрительного, они отправились в ванную комнату, чтобы привести себя в порядок. Из зеркала на Каяно и Окуду глядели две лохундры с синяками под глазами от недосыпа. Это тревожило обеих. Они никогда раньше не видели таких измученных отражений собственных лиц. Сделав все утренние процедуры, девушки направились на кухню.       — Нужно плотно поесть, чтобы иметь силы бороться со сложившимися обстоятельствами, — заявила Окуда, надевая и завязывая фартук.       — Ладно. Тамогояки, рис, суп Шиитаке, лапша Хиямуги, зелёный чай и рыбка. Как тебе такой завтрак? — предложила Каяно.       — Ох, это слишком много. Мы лопнем от такого количества еды. Обойдёмся рыбой, тамогояки, рисом и чаем, хорошо?       — Да. Думаю, подойдёт. Ну-с, начнём! — взбодрилась Каяно.       Во время приготовления завтрака девушки забыли о своих проблемах и полностью погрузились в процесс. Всё равно других вариантов, как выбраться из этого места у них не придумано. Плотно покушав, подружки стали размышлять о способах побега. Вдруг Окуда подскочила со стула и воскликнула:       — Нужно действовать быстро! Я попробую изготовить взрывчатое устройство из того, что здесь есть.       — А ты сможешь? Думаешь, получиться вынести ту дверь взрывчаткой? — Каяно предвосхищённо смотрела на подругу.       — Попытаться стоит. Ты ведь поможешь мне найти нужные ингредиенты? — попросила Окуда.       — Разумеется! Наша общая задача — выйти отсюда любыми способами.       — Тогда мне понадобится… сахар, сливочное масло, мука, сода и яйцо, — перечисляла Окуда, вспоминая список ингредиентов для создания двенадцати бомб.       — Что?! Разве это нужно для бомбы? Скорее, похоже на рецепт какой-то выпечки, — с сомнением произнесла Каяно.       — Ты просто не знаешь, какую опасность в себе таят обычные продукты. — Окуда поправила очки, играя роль злобного учёного.       Найдя нужные ингредиенты, школьницы начали готовить: растопили сахар и масло на слабом огне, не доводя до кипения, всыпали в эту смесь муку и соду, а также влили взбитое яйцо, всё тщательно размешали и разделили тесто на двенадцать смазанных сливочным маслом формочек для кексов, заполнив их чуть больше, чем наполовину. Выпекали своё опасно-кулинарное произведение в духовке около тридцати минут. Как только девушки достали «маффины» из духового шкафа, по всей кухне начал распространяться аромат свежей выпечки. Так и хотелось всё съесть, но это нужно было взорвать, чтобы выбраться из этого места.       — Можно хотя бы кусочек? — спросила Каяно с щенячьими глазками.       — Давай в следующий раз приготовим их уже на свободе, хорошо? — предложила Окуда.       — Ну ладно-о. Тогда будем делать фитиль для бомбы? — уточнила Каяно.       — Да. Нам понадобится марганцовка, клей и спички, — огласила список Окуда.       Каяно десять минут перемешивала марганцовку и клей до однородной массы, которая имела вид сгустка чёрного цвета. В конце Окуда добавила туда молотую спичечную селитру. Потом школьницы ждали, пока масса не отвердеет. Далее они её аккуратно сформовали, придав более компактный вид. Каяно раскатала массу, придав ей вид колбаски. Окуда вставила готовые фитили в «маффины».       Подруги вновь отправились к той самой двери, которая не открылась перед ними вчера. Но сейчас она просто не посмеет упрямиться под натиском двенадцати бомб. Прицепив взрывчатку к двери, школьницы быстро подожгли каждый фитиль и отбежали на пару метров. Бабах!!! Настолько громкий взрыв прошёл прямо по ушам девушек, что оглушил их. Всё пространство вокруг двери заволокло дымом, отчего была нулевая видимость. Выждав пару минут, девушки пошли проверять дверь, ожидая, что теперь они спокойно смогут выйти, но не тут-то было. На двери и царапинки не осталось. Это заставило Окуду ворчать тоненьким голоском, который был ей присущ:       — Да как так?!!! Мы использовали двенадцать чёртовых бомб, которые не уступают в качестве взрыва даже террористическим взрывным устройствам!!! Это нечестно!!! Неужели эта дверь бронированная, как сейфы в банках?!       — Нам не дают отсюда выбраться вообще никак. Почему нам не оставляют ни единой надежды на спасение?.. — чуть ли не плача, с отчаянием говорила Каяно.       Эмоции овладевали обеими девушками. Каяно начинала психовать. Это проявлялось в её бессмысленных метаниях по коридору и пинании стен и дверей, которые находились рядом. Злость из-за безысходности окутывала Каяно. А её подруга, напротив, вымещала гнев словесно, возмущаясь на воображаемых Карму и Нагисе.       В конечном итоге делать было нечего, поэтому, успокоившись, школьницы вернулись в гостиную. Настроение было паршивым. Подружки старались не общаться, чтобы случайно не выместить накопившееся внутри друг на друга, обвиняя за просто так. Идеи по побегу из этого непонятного места не приходили в голову, и день ушёл в небытие. Разумеется, девушки продолжали ночевать вместе для большей безопасности, но всё равно молчали.       Во время обеда на следующий день Окуда первой решила хоть что-нибудь сказать по поводу их общего заточения:       — К-каяно, может быть, мы неправильно действовали? Как тебе такое предложение: поживём здесь и не будем пытаться сбежать? Возможно, ситуация изменится.       — С чего такие выводы? — с сомнением посмотрела на подругу Каяно.       — Я думаю, от нас ожидают бурной реакции и воспринимают наше заточение как шоу, — перешла на шёпот Окуда, считая, что их могут подслушивать.       — Что? Как ты это поняла? — недоумевала Каяно.       — Я случайно вчера увидела подозрительную штуковину, прикреплённую к потолку. Она была размером с маленького жука, но, похоже, это камера наблюдения. Когда я это поняла, то сама была в шоке, — всё ещё шепталась Окуда.       — Значит, за нами наблюдают? И ты предлагаешь вести себя спокойно и даже скучно с точки зрения зрителей? — уточняла Каяно.       — Ага. Если моя догадка верна, нас должны выпустить.       Так девушки решили вести обычный, ничем не привлекательный образ жизни. Они поливали цветочки в оранжерее, занимались самообразованием, благо учебная литература была в доступе, готовили еду, болтали о разном и делали много чего другого. В какой-то степени школьницы даже расслабились, и это сыграло с ними злую шутку.