Crimson Pages

"Твоё сердце сделало свой выбор." Эти слова, были тем, что сказала Архиепископ после того как я выбрал Черных Орлов в качестве своего класса. Проблема с этим утверждением была в том что моё сердце не билось.Так у меня вообще есть сердце, чтобы сделать такой выбор? Могла ли моя рука сделать этот выбор? В итоге, я сидел в пустом классе, ожидая когда Черные Орлы соберутся для встречи-приветствия, уставившись на свою перебинтованную ладонь. Когда вчера я впервые прибыл на встречу факультетов, Мануэла потратила много времени, беспокоясь обо мне.  При присутствии Архиепископа мне пришлось бесконечно обманывать по поводу моих приходов и отъездов прошлой ночью. По его словам Хранитель Врат действительно считал, что о той ночи  было  не о чем докладывать. К счастью, Эдельгард также еще не пришла в лазарет до этой встречи и поэтому в ходе встречи было мало подозрений, что она была вовлечена. Я также отказался от обеих их настойчивых просьб подчиниться исцеляющей магии. Как мой отец, так и я убеждены, что чрезмерная зависимость от исцеляющей магии, как правило, ослабляет естественный ответ организма по борьбе с усталостью и потерей крови. Очевидно, ни один из нас никогда не изучал его гипотезу в больших деталях, но я по-прежнему предпочитаю сопротивляться принятию исцеляющей магии, когда это возможно. Вообще говоря, я считаю, что я выздоравливаю от ран быстрее, чем другие мужчины в моей компании. Есть времена, когда я был тяжело ранен и не имел другого выбора, конечно - но эти события, к счастью, были немногочисленны. Моё представление об этих максимах, в конце концов оказалось несколько разрушено откровением Ханнемана, о том что  обладаю Гербом неизвестного происхождения. Вероятно, это как-то связано с моей удивительной способностью переносить  удары, которые обычно ставят рыцарей на колени. Ханнеман изъявил желание, чтобы я почаще навещал его для дальнейшего изучения. Полагаю, мне не повредит понять  немного лучше понять моё положение. Осмотрев рану, которую Эдельград нанесла мне двумя ночами ранее, потыкав  вокруг марли, я замечаю, что рана больше не болит и в основном зажила. Я бы избавился от повязки сейчас, но насколько я могу видеть в комнате нет мусорного ведра. За пределами обеденного зала их на самом деле не так много. Поступить так, на самом деле было бы опасно в любом случае. Мне следует помнить, что сейчас я живу в цивилизованном обществе. Нельзя вести себя так же, как во время  кампании. Например, я принял горячий душ этим утром. Что было бы странным, учитывая обстоятельства последних нескольких лет моей жизни. Конечно, я принимал ванну, но обычно моей ванной были холодные реки и озера Фодлана. На Глотке я принимал воздушные ванны в песчаных бурях. Сегодня я так долго стоял в душевой кабинке, что нечаянно создал очередь в общей ванной  мужского общежития. Сильвэйн поймал меня на выходе и дал мне  пятюню». Он беседовал с Лоренцом, парнем о котором Клод упоминал две ночи назад. У меня есть беззастенчиво положительное впечатление от них обоих. Они оба с лихвой возвращают мне беззаботность. Во время нашего короткого разговора они оба с нетерпением пытались достать из меня сплетни, относящиеся к профессорским заданиям, но мне удалось перевернуть разговор на их оценку  Дагдианской официантки из бара. Они оба рассказали о своих трудностях в искусстве подцепить её.  По предложению Клода, я объяснил рутину, касающуюся Дос Кравос. Они оба были благодарны мне за совет. Говоря о Его Обманшестве, я припоминаю  как он упоминал, что однажды он производил "исследование"  бара вместе с Хильдой, как если бы там был некий скрытый драгоценный камень, который только он в силах был бы найти.  С  этой информацией, которую я только что собрал, я полагаю, что Сильвэйн и Лоренц уже несколько раз   успели  покочевать из кабачка в кабачок по ночам. Если что, то я впечатлен их инициативой. Жизнь полна сюрпризов, я полагаю. Я подивился,будет ли Эдельгард удивлена, когда увидит меня в этой комнате? Естественно, мне не нужно долго размышлять над этим вопросом, так как она первая пришла. Ей нужно время, чтобы заметить меня, сидящего за моим столом в углу, как раз сбоку  от вращающейся классной доски. Она до сих пор носит гвоздику на плаще. Я взмахнул своей забинтованной кистью в приветствии. Она на мгновение застыла. Кажется, нам следует поговорить об этом, не так ли Профессор? Я поднял свою руку к подбородку и задумался над её вопросом. "Ты виделась с Мануэлой? Я не хотел бы чтобы ты подхватила заражение крови." Я  обнаружил, что Эдельгард снова надела свою "маску".  "... Да. В любом случае, у меня все хорошо со здоровьем. Что насчет Вас, Профессор?" "Все будет отлично." Она, кажется, тщательно обдумывает свои следующие слова. Если это приемлемо для Вас, Профессор, мы могли бы найти время в будущем, чтобы обсудить то, что я делала тем вечером...? Я проигнорировал. У нас будет целый год, не так ли? Скажи мне, когда будешь готова." Эдельгард опустила голову, находясь   в каком -то виде меланхолии. Я встал и подошел к ней. Вы уезжаете?" - спрашивает она с ясным оттенком печали в голосе. Я посмотрел на нее, приподняв бровь. Неужели я что -то пропустил? Где все остальные?" - спрашиваю я наконец. Осознание обрушилось на неё. "... Профессор... Вы говорите о том, что Вы собираетесь обучать Черных Орлов?" Я кивнул. Наконец, улыбка нашла свой путь среди губ Эдельгард и расцветила комнату.  В это самое мгновение тяжкий груз упал с её плечей. Она слегка облакотилась на стол, взглянув прежде вниз на пол, а затем оборотила свой взгляд ко мне. "... Правда?" Может быть, мой отец был прав в том, что я не умею делать намеки. "Я все еще могу принять предложение Димитрия или Клода, если тебе угодно." Ее нижняя губа задрожала от удивления, затем превратилась в ухмылку, а затем снова расцвела в ослепительной улыбке. "Я до сих пор не   думала, что вы такой юморист." - говорит она, вздернув подбородок. Она не очень убедительна в том, чтобы казаться безучастной, с этой своей улыбкой.  "Это может повлиять на твою финальную оценку" - отвечаю я, спустя  несколько мгновений. Эдельгард, кажется, некоторое время разжевывает  это предложение. Затем она покачивает головой, как будто пытается вытащить себя из сна. Ее почти умоляющий взгляд возвращаются ко мне.  Как будто она хочет, чтобы я подтвердил факты,  что  таковы как есть, несмотря на то, что они были изложены очень ясно перед ней. Один желтый глаз пристально рассматривает меня из -за двери. Я указываю на него. Эдельгард внезапно оборачивается, ловит этот взгляд, и вновь возвращается ко мне. "Обождите здесь, мой учитель, я созову всех!" ______________________________________________________________ Качок -драчун с синими волосами, Каспар фон Берглец был первым, кого формально представила мне Эдельгард. "Так.. наш профессор это ... Вы?! Этого я не ожидал. Я решил, что это должен быть Профессор Йеритца. "Я был удивлен также как и ты, Каспар"  - сказал я, пожав плечами. Доротея Арнаулт, певица -брюнетка, которую я встретил в баре прошлой ночью, была следующей. Она дёрнула Каспара за ухо. "Полегче, Каспар, тебе не кажется, что ты был немного груб?" Я поднимаю бровь. Интересная критика от нее, учитывая то, как она предложила меня прямо перед своим свиданием прошлой ночью. Я собираюсь ответить, но перед тем как это сделать, я чувствую холодную руку на моем плече.  Я оборачиваюсь, чтобы узнать и это  Линхардт фон Хёвринг, заспанный умник. "Это пустая трата времени ожидать вежливости от него, Профессор". Кажется, он сейчас использует моё плечо в качестве опоры. Большой зевок настиг его. "Обучение у Вас будет удовольствием, я уверен. Пока Вы общаетесь  со всеми, я собираюсь вздремнуть там. "Он лениво указал на ближайшую парту. "Ты принес подушку?" - спросил я. "Отличная идея, Профессор. Я думаю, мы с вами неплохо поладим." Он переместился к ближайшей парте и рухнул так, без подушки. Мой взгляд сместился от Линхардта к лучнице с розовыми волосами, Бернадетте фон Варли, которая использовала парту в качестве укрытия от суматохи других знакомств. "Ах не смотрите на меня так... Ох, и ... пожалуйста, также не говорите много  со мной." Я нажимаю воображаемый замок между своими губами. Кажется, что она уловила смысл моего движения и неуверенно кивнула. Фердинанд, рыжий джентльмен, медленно фланировал по комнате. Он прочистил своё горло. Просто напоминаю Вам, Профессор - Я Фердинанд фон Аэгир, законный сын Герцога фон Аэгир, Премьер -Министра Империи. Я слышал от Эдельгард, что мы все близки по возрасту. Надеюсь, Вы не возражаете, если мы будем относиться к Вам как к одному из нас, потому что в нашем классе мы стараемся относиться друг к другу как к равным, несмотря на любые различия по возрасту или статусу." После многозначительной паузы, он добавил в конце: "И лично я, счастлив пригласить Вас в сей внутренний  круг." Я чувствую, что он не совсем искренен в ходе этого заученного монолога, но я пока не собираюсь бросать на него тень. "Не возражаю."  сказал я в ответ Этот год будет намного легче, если я буду обучать друзей, а не врагов, не так ли? Петра появилась вблизи меня и ударила в мой нагрудник в спортивном стиле. "У Вас есть живот, Профессор. Я предвижу большое удовольствие от Ваших уроков". Достаточно легко для меня, чтобы надлежащим образом понять очарование Петры. У неё был очень Бригидский темперамент. Там с наемниками было легко поладить, по крайней мере для меня. Они обычно были сдержанными людьми, но говорили с ясностью, точностью и целенаправленностью, когда их просили. Петра ощущалась прямо таки игривой, по сравнению с теме немногими, с кем я воевал вместе на Глотке.  Возможно, это потому, что она из королевской семьи страны. Наемники, с которыми я разговаривал, говорили о своём Короле с любовью, несмотря на его унизительное поражение и последующую вассальную зависимость из рук Империи. За эти годы я смог  немного выучить  их язык. Я не говорю на нем свободно, но тот тип слов, которые вам нужно сказать как воину... Я хорошо знаю эти фразы. И в конце концов, это все, что действительно требуется в конце дня, не так ли? Мне пришло в голову, что о  моей осведомленности будет ценным  рассказать Петре, в удобный момент. Однако на первом плану у меня был более насущный вопрос. Я задавался вопросом, ударила ли она по той части тела, по которой хотела? Как будто узнав, что я размышляю над этим вопросом, Доротея проскользнула мимо  меня с раздраженным выражением лица. Я поднес свою забинтованную руку к подбородку. Она обернулась обратно к Петре. "Петра, я думаю, что ты хотела сказать, что наш Профессор имеет мужество. Это немного отличается от того чтобы иметь живот." Я до сих пор пытаюсь понять, как она ударила меня в грудь вместо моего живота - но полагаю, этот вопрос тоже следует изучить. Доротея обернулась ко мне и подмигнула. "Ты не должна говорить о ком -то столь стройном и привлекательном, что у него  живот!" Прежде чем я даже успел поблагодарить Доротею за её комплимент, влетела Эдельгард, словно мотылек на пламя на слово "привлекательный" вырвавшееся из рта Доротеи.   Она обменялась взглядами со своей сокурсницей, затем обратила свой взор ко мне. Рада, что Вы познакомились со всеми, мой учитель. У нас у всех большие ожидания, но я уверена, что вы оправдаете каждое из них. Голос одобрения несколько обезоружил меня. Я полагаю, что сейчас я действительно воплощаю мечты людей. Было бы эгоистично с моей стороны их подвести. Каспар, тот который, переносит свой вес с ноги на ногу, наконец-то высказался: Конечно, конечно. Давайте разобьем лед тренировкой! Я хочу увидеть нашего нового учителя в действии." "Почему лед должен быть разбит? Это какой-то обычай, который я пропустила в своём обучении? - спросила Петра в полном недоумении. Мне жаль Петру, так что я решил вмешаться. "Tha e a 'cleachdadh gnàthasan-cainnte." Петра раскрыла глаза. Хорошо - глаза почти всех, за исключением может быть Линхардта, кто быстро уснул. В том числе Хьюберт и Эдельгард казались застыли, как если бы я прокрался с армией через ворота Энбарра. "...Tha fios agam air cuid den chànan, ma tha feum agad air cuideachadh " - продолжил я.  Петра нетерпеливо кивнула. "B 'fheàrr leam gu mòr a bhith a' maighstireachd teanga na dùthcha seo, an t-Ollamh." - ответила она. Я должен признаться, что мне вроде как не понять  прилагательное, но остальная часть предложения была вполне ясной. Она предпочитала говорить на Фодланеском. "Если так, сделаю как ты хочешь. Но, пожалуйста, не стесняйся переспросить меня на Бригидском, если у тебя будут трудности. " Я буду. Считайте, что я очень впечатлёна вашим знанием о Бригид,  Профессор!" Я  покачивал головой, как будто отворачиваясь от ее лести. Я вел  много дел с твоим народом. Бригид поставляет отличных наемников. Остальная часть класса обдумывает данное отождествление после того, как я его упомянул. Каспар  очнулся первым. "Не хочу прерывать, но эм, тренировка? Мы можем начать, если вы закончили говорить  том, чем бы  это не было?" - спрашивает он. Он практически жаждет борьбы. Я ценю это в нем.  Я уже почти ответил утвердительно, когда Бернадетта, о которой я почти забыл, громко  вмешалась "Я не хочу тренироваться! Давайте останемся в классе и .... изучим предмет из книг." Она смотрит на меня с самым болезненным выражением лица, которое я когда-либо видел. Я видел множество людей, тяжело раненых, умирающих или оплакивающих смерть влюбленных на поле боя. Выражениях их лиц не могли сравниться с страхом и ужасом, которые, казалось, отразились сейчас на лице Бернадетты. "Давайте все успокоимся и как насчет выпить по чашечке чая? Разве это не звучит прелестно, Профессор? - добавила Доротея. Фердинанд решил что с него достаточно и коснулся моего плеча. "Профессор, я знаю, мы все условились относится друг другу как к равным, но есть пределы того, к чему я могу относиться толерантно. Почтенный Дом Черных Орлов нуждается в порядке. Если Эдельгард отказывается должным образом возглавлять Дом, могу я пролоббировать, чтобы Вы разрешили мне формально заменить её в роли лидера Черных Орлов?"  Я должен сказать, я был впечатлен его попыткой устроить переворот в первый же день. К несчастью для него, думаю, я не очень заинтересован в политике. Эдельгард, в свою очередь, проигнорировала  его и вмешалась. "... Обычно они не столь скандальные, мой учитель. Пожалуйста, не составляйте неверного впечатления." Хьюберт, кто скрывался позади меня, наконец заговорил. "Похоже, Ваша первая работа - это успокоить весь этот шум. Я вам не завидую." Я повернул свою шею по направлению к Хьюберту и кивнул, в процессе обнажив свой меч из ножен. Это движение не ускользнуло от его внимания, и он казалось был готов встать в боевую стойку, в то время как я лениво держал клинок в своей забинтованной ладони.  Остальной класс наблюдал за моими действиями в полном молчании. Краем глаза я видел, что на их лицах проступает ужас.  "Хорошо, Хьюберт, - первое дело сделано." С этими словами я легонько ударил одним из железных набедренников по парте, на которой спал Линхардт. Приближение и шум,  и возникающие вибрации оказались достаточны, чтобы разбудить сонного мудреца. "Давайте разберёмся с этой энергией на тренировочной площадке." - говорю я с пустым выражением лица, не отрывая взгляда от Адрестенийского вассала. Наконец, он расслабился, запоздало осознав, что я заставил его дрогнуть. Кажется я приблизился к пониманию Хьюберта. Если я смогу находить такие вещи забавными,  полагаю я найду его забавным. _______________________________________________________________________