Любовь и Насилие

«Одиночество — это не отсутствие людей вокруг, а отсутствие связи с самим собой» (Ричард Бах).

***

Парень, на вид лет шестнадцати, лежит в кровати. Тело в позе «эмбриона», руки обнимают колени. Глаза зажмурены. В комнате царит полная темнота, усиливая ощущение одиночества. Слышен лишь тихий гул приборов в У.Т.К.Э.Р. Вокруг разбросано всякое: и одежда, и какие-то бумажки, и одно одеяло, второе на кровати. Кратко: полный бардак. Человек на кровати резко вскакивает с неё. Часто дыша, он панически бегает глазами по модулю. Дыхание шатену давалось трудно. Лёгкие жгло. На глазах белая пелена. Он не мог ни на чём сосредоточится. Ему тревожно и страшно. Гул приборов постепенно возвращает в реальность, давая понять, что кошмар закончился. Лололошка садится, закусывая губу. Чувствуется металлический привкус. Его трясёт, как после тяжёлого фитнеса. Дрожащие руки болтаются из стороны в сторону, не находя опору. В глазах начинает щипать. — Это просто кошмар, — дергано мямлил Ло. Говорить слова было трудно. В уголках глаз начали появляться слезы. — Просто кошмар, просто... — Он пытался успокоить себя, но получалось плохо. Сначала послышались тихие всхлипы. Руки тряслись, не переставая. В ушах звенело и гудело. В горле появился ком, как проволка скрученная в шар , методично расцарапывающая горло. Ло сжимал одеяло, от силы напора оно начало трещать. Оттуда вылезал пух. Шатен кинул его в стену, издав хактерный звук одеялко падает на пол. Дрожащая рука прикрывает рот, чтобы заглушить звуки. Ему было стыдно. Он был перед кем-то виноват.. но перед кем? Было ощущение, что он потерял что-то важное. Что-то настолько важное, что хотелось рыдать. Но что? Его гложит вина. Неизвестная вина перед кем-то... Она не даёт дышать, не даёт здраво мыслить. Это точно не вина перед друзьями, которых он не помнил. Ни вина перед теми обещаниями, которые он им дал. Но что тогда?... Что было в его жизни важнее, чем они? Почему? Почему именно он? Почему он ничего не помнит? Почему... Почему? Почему?! ПОЧЕМУ?!? Было ощущение, что гул приборов намерено усилился. Лололошка хотел кричать. Было больно. Очень больно. Страшно. Сжавшись, Ло начал громко рыдать. В комнате было холодно. Пол был ледяным. В углу стоял силует. Издалека был виден силуэт. Силуэт был одет в длинный плащ тёмного оттенка и белыми пуговицами. На манжетах рукавов был белый мех, на капюшоне такой же. На его голове был натянут капюшон, скрывавший его лицо. Лицо его было полностью чёрным, как вся собранная тьма этого мира. Единственное, выделяющееся из его образа, были его светящиеся белые глаза, которые выглядели просто как две точки. Вокруг Смотрящего был лёгкий серый туман. «Холодный взгляд Смотрящего выражает печаль».

***

Через часа два? Три? Больше? Ло отпустила вина. Сейчас он находился в «ванной», перед раковиной, смотря прямо в зеркало. Он смотрел в зеркало, рассматривая себя, глаза были красными, зрачок слегка сузился, уголок губы был искусан до крови, из ранки медленно капала алая жидкость, доходя до подбородка. Ло шмыгнул носом. Горло болело, голос был благополучно сорван, и при попытке сказать хоть что-нибудь выходил лишь хрип. — Потом придется... кха-кха.. — Ну, а если и попытка была благополучной, был сильный кашель. Ло схватился за горло. В глазах потемнело на долю секунды. После кашля, шатен часто дышал где-то полминуты, пока ему легче не стало— Придется пойти... В мед. модуль... Губу обработать... С небольшими паузами договорил Ло. Собрав воду в руки, он брызнул ею на лицо. Вода была прохладной. Было приятно. Умывшись и более-менее приведя себя в порядок, Ло на негнущихся ногах-деревяшках плелся в мед. модуль. По дороге он несколько раз падал, спотыкаясь о свои ноги. «Долгое питание только томатами имеет свои последствия». После нескольких падений, едва ли не сломанного носа с несколькими матами, он всё-таки смог дойти до модуля. Наконец-то. Подойдя к импровизированному складу, или простой свалке разных вещей, он взял в руки аптечку. Она стояла прям на верхушке свалки, как настоящая королева свалки, так что её было легко достать. Он, с нескольких попыток, пальцы вечно соскальзывали, смог открыть коробку с потресканым бордовым крестом. В кладези лекарств, многие из которых были просроченными, и бинтов, каких-то неизвестных мазей и всевозможных пластырей, порывшись, он нашел то, что ему нужно: спирт, явно не молодой, потрепанная жизнью ватка и, на вид, новый, неоткрытый пластырь. Дойдя до места, где можно было сесть, он открыл флакон , взял ватку и промокнул её спиртом. Нацелившись, поднес к ранке. Рана щипела, побаливая. "Сам виноват, терпи так что." Злорадно прошипел голос в голове. Он его не слушал. Да и не надо, настроение только портит. Ещё истерики ему не надо, что-то во второй раз обрабатывать, шатен не горел желанием. Пройдя через многочисленные страдания, он всё-таки сделал свое дело. После обработки, разорвав обёртку от пластыря, которая раздражающе шуршала, аккуратно приклеил его к ранке. В животе было пусто. Желудок уркнул. Но питаться помидорами так себе. Он издал разочарованное урчание. Шарфик, на данный момент без шарфа, закатил глаза. Оставив спирт и обёртку от пластыря на том же месте, он побрёл обратно. Куда ему идти ещё. А ещё он до сих пор в одной футболке... А в бункере холодно ведь, обморозить что-нибудь так можно же. Шаркая ногами по полу, Ло дошел до места для сна. От холода пробирало до мурашек. Надо было поскорей найти в этом бардак одежду. Помирать от холода он здесь ещё не собирался. Одежда была разбросана по разным местам: один носок на матрасе, шарф и его излюбленное худи, аккуратно сложенные возле, штаны валялись на полу, а вот второй носок... Пропал бедняга, помним, любим, скорбим. Этот парень был из тех, кто просто любит жизнь... Удобные кеды, которые за столько лет работы никогда его не подводили, лежали в углу. А вот и второй носок. Он внутри одной кеды находился. Удобненько. Долго искать не надо. А то помниться, несколькими днями назад, как он искал второй носок. Нашел его, блин, в том самом "импровизированном складе". Какого именно числа он не помнит. В последнее время память дико подводит... Он начал постепенно одеваться: сначала подошёл к одному носку и напялил его на правую ногу, натянул близко лежащие штаны с множеством карманов. Начав искать кое-что в этих карманах, он нашел свои легендарные, почти не меняющиеся солнцезащитные очки с голубо-бирюзовой оправой. С очками мир разглядывать стало легче, никакой свет не светил в глаза, да и они меньше болеть начали. С очками ему стало безопасней. Но для полного ощущения безопасности ему не хватало худи, наушников и его любимого шарфа. Даже очки не были настолько легендарными и запоминающимся, как шарф. Да и к шарфу он сам, почему не знает, испытывал огромную привязанность. Возможно, ему кто-то близкий его подарил. Наверно мама иль какой-нибудь близкий друг... Подойдя к голубеньким, как и он сам, кедам, он первым делом, взяв носок, надел на вторую ногу. Теперь пол меньше холодом отдавал. На лице Ло появилась хоть какая-то улыбка. Взяв под руку кеды, он пошел к своим любимейшим частям одежды худи и шарфу, без них он себя собой не чувствовал, а особенно без шарфа. По дороге кое-как обув одну кеду, чуть не упав и не обматерив весь мир, он начал обувать вторую ногу. Не без трудностей, все таки обувшись, он, взяв худи, медленно его надел. Ах, как же стало тепло и уютно!! Шрамы на руках, которые были получены разными способами, перестали раздражать взор его. Поправила несколько воображаемых складок на худи. Образ был почти готов Осталось последнее, шарф. Он взял его в руки. По сердцу разлилось тепло. Лололошка улыбнулся. Этот шарф был с ним всегда. Любая одежда когда-то менялась, а шарф нет. Хоть и многие воспоминания смутные, но он до сих пор помнит, какое отчаяние было, когда шарф чуть не порвался или как его хотели отобрать... С нежностью в сердце, он завязывал за шее шарф. Наконец-то образ был готов. — Стоп. — Лоло что-то забыл... — Где мои наушники... Я же их тут оставлял... Он начал панически вертеться и оглядываться. Без наушников у него голова от обычного шороха будет где-то, как грузови какой-то. Спокойно выдохнув, он заметил их, они висели там, наверху. Еле-еле дотуда дотянувшись, шатен достал их. Надев на их законное место, то есть на уши, надев на них капюшон, он прилёг ненадолго отдохнуть. Не хватает только красивенькой мелодии , хоть какой-нибудь... Шатен начал задумываться о том, куда ему можно сегодня пойти. Надо было хоть что-то толковое найти, помидоры мне скоро в кошмарах снится будут... О, идея! Он хихикнул. Можно пойти в те места, там какие-то фуры, грузовики и машины есть, может там что-то найду? Надеюсь... Я уже помидорами задолбался питаться! Но не сейчас, а то там где-нибудь в обморок рухну... И всё, прощай, Ло! Лёжа на матрасе, он задумывался. Почему именно Эграссель ему снится, а не кто-то другой? Эграсселя он слабо помнил, но именно его образ, не чужой образ, этого прекрасного эльфа образ ему снился чаще, чем все его знакомые вместе взятые. Он ведь даже не знаком по-настоящему с ним! Эграсса заслуживает больше, чем наш мир, братья мои... От неизвестного своего голоса у Ло начала покруживвться голова. Может пойти и поесть эти злощастные помидоры... Вдруг легче станет...

***

Фигура в оранжевом глянцевом защитном костюме бродила по переулку. Город выглядел таким, как будто люди его и никогда не покидали. Асфальт чистый, с небольшим слоем пыли, здания крашеные, в уголках, куда обычно не падает взгляд, краска поцарапанная, на некоторых зданиях есть нарисованные графити. Лололошке было интересно рассматривать город, все же Архей его родной мир. Хоть и воспоминаний у него мало.. — Как люди — Кроме людей на Архее, же и другие рассы были, не? — то есть живые создания, развились до ТАКОЙ жизни... — лепетал Ло с нескрываемым восторгом, что-то новое ему всегда нравилось узнавать. Любознательности ему не занимать.. Знания — это всегда прекрасно! Ведь так же? ¿ — В том моменте, что я помню, здания были хуже... Значительно хуже. Интересно было бы понаблюдать за развитием Архея... — все цивилизации, которые он видел, были либо уже неимоверно развиты, либо развитие у них сильно хромало. Но Архей он видел и в слабом развитии, и в разрухе, хоть в разрухе он его больше всего помнит, и таким, как тут... Это так прекрасно! Наконец он дошел туда, где ему нужно было. Вокруг него возвышались громадные фуры, крвсивые машины и большие грузовики. Вон там красный грузовик, тут зелёный, в другой стороне черный и так далее и тому подобное. Ло хотел бы их всех осмотреть, но времени и заряда скафандра ему бы не хватило. Умирать так рано ему совсем не хотелось. Потому он начал рассматривать это место в поисках подходящих. Посматривая на разные махины, наш дорогой шарфик испытывал разные эмоции. Очарование, когда видел крутые машины и огромные фуры. Грусть, когда увидел похожую на машину Брендона. Разочарование, когда видел что-нибудь красивое, но совершенно бесполезное. Отвращение, когда видел какую-нибудь развалившуюся машину, грузовик или фуру. Через всего ничего кандидаты были подобраны: небольшой серенький грузовик, крутая черная, даже в апокалипсисе блестящая машина и красная фура. Для начала надо выбрать, куда он бы сходил первым. Ближе всего был серый грузовик, ну а фуру он хотел бы оставить на попозже. На десерт так сказать. Проходя к грузовику, шатен рассматривал его. Обычный, слегка потрёпанный кузов, в некоторых местах зеленоватый. Слегка побитое стекло. Вокруг ничего нету. Подойдя, он начал пытаться открыть кузов. Дверь была неимоверно тяжелой и громоздкой. С третьей попытки удалось ее открыть. Раздался грохот. Ло чуть коньки не отбросил от испуга. Внутри было много коробок. Он пнул одну из них, она была совершенно пуста. Подошёл ко второй, после проверки выявилось, что она тоже пустая. И так ещё пять пустых коробок. На лице Лололошки было заметно отчаянье. Уже чуть не взвыв от досады, шарфик подходит к ней, к последней непроверенной коробке. Она смотрит на него, он на нее, с огромнейшей надеждой. Открывает... И там пять коробок печенья и книга «Б#л#а#а о ##р##х». Всё, что он нашел, он, конечно же, взял с собой, печенье не помешает, а книга... Ему интересно. Интересно что там написано. Вдруг что-то важное. Вдруг что-то интересное! Оптимизму Лололошки можно позавидовать... В той самой показушно крутой тачке ничего толкового не нашлось. Интересного там ничего, кроме какой-то клетчатой вышивки, как и его шарф, и одним брелком со словом «Глассгарф» ничего толкового не нашлось. Он их взял, на всякий случай. Хотя на брелок с названием города было приятно смотреть. Да и , наверно, не просто так. Осталось только осмотреть красную фуру. Обыкновенная красная фура. С первого взгляда это была красивая , но совершенно обычная красная фура. На ней не было никаких повреждений, не было никаких украшений, номер был совершенно незаурядный. Все было как обычно. Обычная, по ощущениям, недавно купленная фура. Но вот внутри... Там были детские игрушки. Много детских игрушек. Плед и подушка, которые обе были выполненны в голубых, розовых и фиолетовых оттенках. И небольшая фотография в рамке. Одеяло и подушку он забрал, ему с его "великодушным соседом", ну или со Смотрящим, очень холодно. Подушка была ну уж очень мягкая, просто прекрасная подушка! Так и хотелось ее обнимать. Ну вот он и взял её с собой. Игрушки он бы ни рассматривал, если бы не заметил, плюшевого себя. Кукла телесного оттенка с черными глазами пуговками, с клетчатым шарфом в сине-голубо-бирюзовую клетку, и с шрамом рассекающим щеку. Белая , расшитая синими нитками, кофта. Синие штаны-шаровары с множеством маленьких карманов. На ее голове были даже глянцевые очки, они ярко блестели. Ну и игрушку Ло забрал, и закинул в коробку, так как удобнее нести. Фотография... Оставив все вещи в той же коробке, шатен рассматривал фотку. Деревянная, темно-зеленая рама, с небольшими серебрянными и золотыми узорами. На самом изображение было два орка, мать и дочь. Жалко , что я свою мать не помню... Слегка поникнувший шатен, положил рамку с фото в коробку. Интересно какая была моя мать, доброй, плохой? Любила ли он меня или нет? Глаза слегка пощипывали, Ло резко начал мотать головой. — Брр, успокойся Ло...— заговорил он сам с собой. — Сейчас совершенно не то время, для нытья! В бункере может можно... Но не тут! — поднеся руку к щеке он слегка себя щипнул. Реально стало легче. — Фьюх. Ну и слава Богу, что отпустило... Может всё-таки посмотреть что в месте для водителя, в том грузовике я не смотрел... Доброе стекло было разбито поэтому — он сам не зная перед кем, начал оправдываться. — Ой, чё это я оправдываюсь... Как и фура передние сидения были обыкновенны. Руль, кнопки, в которых Лоша совершенно не разбирался, пустая бутылка, как описать это я в душе не ебу... Зеркало заднего вида с детской наклейкой в виде цветка. Розового. Ло рассматривает зеркало, всматриваясь в отображение. Постепенно он видит вместо себя, другой силует. Мальчик, лет девяти. Худенький, но щечки есть, с большими, светящими глазами. На щечках были едва заметные веснушки. Глаза были слегка прищурены, и были оттенка голубого, не светлого, а такого чуть темненького. Прическа у него была кривая, неровно подстриженная. На одной половине лица челка подстрижена очень коротко, аж волосы наверх были устемлены, пока на второй она чуть ли до подбородка не доходит. На лице его была искренняя улыбка, во все зубы. Когда у меня была такая улыбка?.. На шее у него был чистого бирюзового оттенка шарф.. У Ло кольнуло в сердце. ..Мама... Мама смотри!.. Произнеслось в голове. Моргнув, видение пропало, как будто его и не было. Ло вернувшись к коробке, начал раздумывать что ему делать. Идти обратно в бункер не шибко хотелось, как и помирать. Каким я был в прошлом?. Я помню немногое из свое жизни, полностью: Миср, Хэнфорд и Архей. Остальные воспоминания были смутными, мне довольно трудно представить что-то четкое про Аллотерру и Междумирье, и уж совсем про Даливарику... Остальное будто вырвали, вырезали из моей памяти.. Пытаясь вспомнить хоть что-то до Даливарику, появляется так ненавидимая мной, пустота. Мне очень хотелось бы знать про моих родителей, мое детство, мои увлечения из прошлого! Узнать что-то про Первых, про Туилин, про Фалинда, про Гуаха, про Эграсселя, про всех остальных вообще! На глазах появляются кристаллики слёз... Про Эграсселя, Эграссу особенно.. почему же он мне так часто снится. Почему же?.. Про другие мои приключения... Как мы познакомились с тем же Смотрящим... Сомневаюсь что с ним, я только в Даливарике познакомился. Хочу узнать мое прошлое! Какое оно? Хорошее? Плохое? Мне оно понравится? Нет? Надеюсь понравится... Что происходило в моем прошлом? Почему я не помню?