А что же было со Скарлетт?

Ретт оглядел тускло освещенное помещение. Это было не похоже на него — колебаться так. Обыкновенно он был человеком решительным, и опасность скорее манила его, чем пугала. Но опасность для Бо была совсем другим делом, и он не мог решить, будет ли лучше оставить его здесь, пока он сходит за помощью, или рискнуть взять его с собой. Если уж оставлять, то в полной темноте, но что если Бо очнется и растеряется? Он может попытаться уйти и навредит себе. Прежде чем Ретт успел принять решение, он увидел свет, маячивший за закрытой дверью. Его первой мыслью было спрятать Бо, но подходящего места не нашлось, да и Ретту было трудно ворочать мальчика, говоря начистоту. Ему удалось притащить его сюда, но Бо был уже больше шести футов ростом, и, хотя он был стройного телосложения, весил он как минимум семьдесят пять фунтов. Может быть, и больше. На мгновение Ретта посетило короткое, не имеющее отношения к делу воспоминание о том, как он впервые увидел его, краснощекого, визжащего младенца, которому было всего несколько часов от роду. Оставив бесполезную идею перенести Бо, Ретт задул свечу, взял кусок бруса и встал у двери. «Я сделаю для вашего мальчика все, что в моих силах, мисс Мелли», — подумал он, замахиваясь доской, чтобы огреть ею любого, кто войдет внутрь.

***

Уэйд и Джейми остановились у двери. — Гляньте, дерево перекосило от сырости, — тихо сказал Джейми. — Это все потому, что строили из сырых досок. Подержите фонарь секунду, пока я толкну дверь. Уэйд призадумался, не древесина ли это с лесопилок его матери. «Уж я поблагодарю ее за это», — подумал он, усмехнувшись. — Как думаешь, там кто-то есть? — спросил он вполголоса. — Пожалуй, да, сэр. Оттуда пробивался свет, когда мы только пришли. Сейчас он погас, но кто-то был… Голос из-за двери перебил его. — Уэйд! Это Уэйд Гамильтон? — Дядя Ретт? Что вы там делаете? — удивился Уэйд. — Это долгая история, — сказал Ретт, дергая дверь на себя, пока она не сдвинулась с места, скребясь о гравий. — Но сейчас не время для историй. Бо со мной, он ранен. Уэйд быстро проскользнул на склад, как только дверь открылась достаточно широко. — Насколько все серьезно? — спросил он, поспешно опустившись на колени перед своим зловеще неподвижным кузеном. — Не знаю, — ответил Ретт. — Балка упала как раз в тот момент, когда мы выходили из подвала отеля. Она обрушила стену и ударила Бо по голове. Не думаю, что его сильно зацепило, но он потерял сознание и получил ожог на лице. — Не похоже, что кости сломаны, — сказал Джейми, посветив фонарем и бегло оглядев фигуру юноши. — А ожог не так уж страшен, если вовремя его обработать. Может, останется шрам, но не больше. С головой хуже всего. Не узнаешь, что там, пока он не проснется. Лучше унести его отсюда, из этого сырого подвала, согреть и дать обсохнуть, а потом заняться ожогом. После будет видно. — Примерно так я и думал, — согласился Ретт. — Я просто остановился здесь, чтобы убедиться, что не сделаю ему хуже, если потащу его дальше один. Теперь, когда вы здесь, мы можем сообразить что-нибудь получше. — Да, сэр, — согласился Джейми. Он взял фонарь и направился к груде всякой всячины, валявшейся в углу. Удовлетворенно бормоча, он вернулся с брезентом и парой длинных брусьев. — Из этого можно сделать носилки, — сказал он. — Так будет намного проще отнести его наверх по лестнице. Ретт подошел, чтобы помочь ему. Он видел грубые носилки, которые использовали в армии, и знал, как их соорудить. — Думаю, я должен кое-что сказать тебе, прежде чем мы выберемся отсюда, — шепнул он Уэйду. — Что именно, дядя Ретт? — Причина, по которой я оказался в подвале… — продолжил Ретт. Он улыбнулся, чувствуя облегчение от того, что помощь наконец пришла. — Так почему вы там оказались? — с любопытством спросил Уэйд, хлопоча возле Бо. — Ну, это была не совсем моя идея, — сказал Ретт. — Я уже нахожусь в том возрасте, когда мягкая и теплая постель предпочтительнее холодного и жесткого пола в сыром подвале. Нет, кто-то ударил меня по голове и запер там, и это была преднамеренная попытка убийства. Они оставили горящий огарок свечи в луже с керосином; я проснулся довольно рано, чтобы увидеть это, но довольно поздно, чтобы остановить. — Вы хотите сказать, что пожар в отеле был поджогом? — спросил Уэйд, широко распахнув глаза. — Ну, может быть, они и не собирались поджигать отель, — сказал Ретт. — Было небольшое возгорание, и преступники, возможно, думали, что его быстро потушат. Но они заперли дверь снаружи, и если бы Бо не пришел на помощь, я бы точно погиб там. Это было сделано умышленно. — Так вы думаете, что кто-то пытался вас убить и случайно сжег отель? — Что-то вроде того, — сказал Ретт. — Ты там закончил? Э-э, боюсь, я не знаю твоего имени. — Я Джейми, — ответил рабочий, быстро улыбнувшись. — Он служит в отеле, — добавил Уэйд. — Он помог мне найти вас, дядя Ретт. — Что ж, в сложившихся обстоятельствах я очень рад этому. Я переживал, что мне делать с Бо, а иметь пару лишних людей намного лучше, чем пытаться нести его самому. Ты закончил, Джейми? Чем скорее мы вытащим Бо отсюда, тем лучше. — Да, сэр, все готово. Они положили носилки рядом с Бо и начали его перекладывать. — Ну вот, — сказал Уэйд, как только все было сделано. — Вы подумали о том, куда нам идти дальше?

***

Скарлетт понуждала себя сохранять спокойствие, стискивая зубы до боли в челюсти. Наконец, когда ей уже казалось, что миновало несколько часов (хотя часы, приколотые к ее лифу, показывали, что прошло всего двадцать три минуты), она увидела, как мистер Пек пробирается сквозь толпу и завалы, которые перекрывали улицу перед остовом отеля. Груды кирпичей и досок, вырванных и отброшенных пожарными в их попытках добраться водой к очагам возгорания, усеяли улицу; само здание, превратившееся в осыпающиеся остатки кирпичных стен, мрачно тлело позади. — Миссис Фонтейн, — запыхавшимся голосом сказал мистер Пек. — Новости не самые утешительные, но надежда остается. Ваш сын, молодой мистер Гамильтон, определенно покинул отель после эвакуации. Его видели несколько человек, в том числе кухарка Дженни, которая слышала, как он расспрашивал о своем кузене, том самом, что поднял тревогу из-за пожара. Он разговаривал с главным помощником по хозяйству, Джейми Джонсоном. Тот сказал ему, что никто не видел Бо выходящим из подвала, куда он спустился, чтобы попытаться потушить огонь самому. Джейми также упомянул, что сейчас единственный путь в подвал — через туннели, которые проходят между несколькими отелями, складами и железнодорожным депо. — Туннели? Я не знала, что здесь есть какие-то туннели, — резко произнесла Скарлет. — Ну, в общем… да, туннели. О них мало кто знает — это частная собственность, понимаете… — пробормотал он, опуская глаза под ее пронзительным взглядом. — Во всяком случае, мистер Гамильтон мог попытаться проникнуть в подвал через эти туннели. «Контрабанда, — холодно подумала Скарлетт. — Ну и пусть, меня это не касается, если бы только Уэйд не был там, внизу. И еще, возможно, Бо. А где же Ретт, черт возьми? Я отказываюсь верить, что он не выбрался из огня; сгореть в постели — это слишком прозаичный конец для Ретта Батлера!» Не желая поддаваться нарастающей тревоге, она повернулась к мистеру Пеку. — Я хочу, чтобы кто-то следил за теми зданиями, где есть вход в туннели, — сказала она. — Пусть это будут горничные, потому что им не нужно спускаться туда. Также я хочу собрать небольшую группу мужчин, чтобы они обыскали сами туннели. — Но, миссис Фонтейн, — запротестовал мистер Пек, — ваш сын наверняка выйдет сам. Нет никаких оснований полагать, что он пострадал… — Нет, мистер Пек, но он пошел на поиски своего кузена, который может быть ранен. А в таком деле, сэр, счет идет на минуты. Собрав все оставшееся терпение в кулак, Скарлетт старалась говорить спокойно и рассудительно: — В этой мрачной истории, мистер Пек, единственный лучик света для вас заключается в том, что до сих пор не было ни одной жертвы, а пострадавшие отделались только легкими травмами. Похоже, общественность считает, что это результат вашей разумной предусмотрительности. Было бы обидно, если бы люди узнали, что кто-то погиб или был серьезно ранен из-за того, что вы ничего не предприняли для его спасения. — Вы правы. Конечно, вы правы. Я начну собирать людей, как только дам указания горничным. Скарлетт закрыла глаза и мысленно взмолилась о терпении. Господи, избавь ее от слабых, никчемных мужчин!

***

Спасательная операция оказалась труднее, чем рассчитывал Ретт. Верх лестницы был перекрыт запертой дверью, настолько прочной, что она была куда большим препятствием на их пути, чем та, что вела в туннели. Джейми нашел кусок тонкой металлической трубы, которой можно было взломать замок, но лестница круто обрывалась вниз, из-за чего было трудно найти точку опоры, так что с замком пришлось повозиться. Наконец, он поддался с громким треском ломающегося дерева, и они вышли в пыльный склад. Дальше все должно было пойти куда быстрее — и пошло бы, не окажись этот проклятый склад вопиющим примером хаоса и безалаберности. Повсюду громоздились кучи материалов, полки были прибиты, где кому вздумалось; окна заколочены досками, и ни малейшего намека на то, где находится дверь. Понять это удалось лишь после того, как были обнаружены остатки лестницы, ведущей на второй этаж. Именно там, продравшись наконец через беспорядочную груду старых брезентов и обломков досок, они вышли на свет божий и заморгали, ослепленные лучами утреннего солнца. — Мистер Уэйд, сэр?.. Мягкий женский голос произнес его имя; Уэйд резко обернулся, надеясь, что это не какая-нибудь новая угроза, и увидел маленькую, робкую мулатку. Он узнал в ней горничную из гостиницы, одну из тех, к кому приставал кузен Родни. — Что случилось, Джесси? — спросил он. — Сэр, ваша мама искала вас. Она послала меня сюда, чтобы я сообщила ей, если вы выйдете из туннелей. Если позволите, я вернусь к ней и скажу об этом. — Скарлетт! — Ретт схватил девушку за руку. — Ты знаешь, где она? — Ой, да, сэр. Она в том отеле, ну, в том, что от него осталось. — Тогда сбегай за ней, да поторопись. Скажи ей, чтобы взяла экипаж — мистер Бо ранен. — Ретт протянул изумленной девушке пятак. — Если приведешь ее сюда быстрее, чем за пять минут, получишь еще один. — Да, сэр! — пискнула она и, повернувшись, убежала. На все про все ушло меньше пяти минут. Скарлетт, похоже, приготовила экипаж заранее, зная, что он может понадобиться. За считанные мгновения она вывернула из-за угла и подъехала к ним. Горничной при ней не было. — Я так рада тебя видеть, — сказала она сыну, — и Бо тоже. Когда я услышала, что он спустился в подвал и исчез, я чуть с ума не сошла. Она посмотрела на Ретта и улыбнулась. Их взгляды задержались друг на друге, но Уэйд, казалось, не заметил этого. — Со мной все в порядке, а с Бо — нет, — напомнил он. — Мама, нам нужно отвезти его к тете Питтипэт и позвать доктора. Он до сих пор не пришел в себя, я очень за него переживаю! — Хорошо, милый, вы сможете поднять его сюда? — спросила она, поглядев на племянника. — Он и вправду такой бледный… Что с ним случилось? Скарлетт отошла в сторону, чтобы Уэйд и Джейми могли осторожно поднять Бо на заднее сиденье двухместной коляски. Ретт помог ей спуститься, а затем забрался наверх, чтобы помочь двум молодым людям удобно устроить Бо. — Думаю, так будет достаточно, — сказал Ретт. — Уэйд, можешь сесть рядом с ним? А ты, Джейми, можешь ехать стоя и держаться за борт — тут всего несколько кварталов, и нам понадобится помощь, чтобы занести его в дом. — Да, сэр, конечно, — согласился Джейми. Ретт помог Скарлетт сесть в экипаж, а потом сам взобрался на козлы и взял поводья. Доктор Мид был уже очень стар, но когда нужно было осмотреть пациента, его руки оставались твердыми, а в глазах при взгляде, брошенном на Уэйда, светилась доброта. Он никогда не любил Скарлетт, считал ее распутницей и сочувствовал ее детям, но ради того, чтобы помочь Бо, он свернул бы горы. Мелли была для него образцом истинной леди, и для ее сына он не жалел ничего. — Ну, что ж, я промыл ожог и наложил мазь, прежде чем перевязать, — сказал он тем, кто ждал в гостиной. — Если повезет, рана заживет чисто и останется лишь небольшой шрам. Однако, если она загноится, это может стать серьезной проблемой, поэтому держите рану в чистоте, сухости и под повязкой не менее недели. Перевязывайте каждый день и не забывайте наносить мазь. — Он придет в себя? — взволнованно спросил Уэйд, переходя сразу к самому важному. Глаза доктора Мида внимательно изучали всех троих. — Не знаю, — ответил он честно. — Теперь все в руках Божиих, остается только ждать и надеяться. Старый доктор заметил, как Ретт обнял Скарлетт за плечи. Это удивило его, но не потрясло. Он никогда не любил ни того, ни другую, но даже дураку было ясно, что они созданы друг для друга. — Я могу зайти к вам сегодня позже днем, если хотите, — предложил он. — Если только вы не предпочитаете пригласить доктора Рэдника. Думаю, к тому времени он уже управится с идиотами из «Националя». — О нет, — ответила Скарлетт, одарив старика самой очаровательной своей улыбкой. — Если вы не против, доктор Мид, мы будем очень признательны, если вы заглянете к нам снова днем. Уэйд проводил доктора до двери. Когда он ушел, Скарлетт повернулась к Ретту. — А теперь расскажите мне все, — потребовала она.