Маскарад

НЕНАВИЖУ, КОГДА МНЕ ЗАТЫКАЮТ РОТ

      Приглушенный свет тяжелых хрустальных люстр, подвешенных на цепях, выхватывал из тьмы зала лишь фрагменты: влажные переливы полированного мрамора колонн, мерцающую золоченую спираль на потрескавшейся лепнине, ослепительный блеск страз на чьей-то маске, скользнувшей мимо. Для полной анонимности, голоса гостей маскарадной ночи были изменены магией. Воздух здесь был пропитан плотным ароматом увядающих красных роз в гигантских черных вазах и горящего воска. Постепенно, помещение заполнялось гулом голосов многочисленных пар, чьи лица были спрятаны за темным бархатом. Однако, он заметил женщину сразу, как ее нога переступила порог. Походка, ставшая чем-то обыденным, сейчас заставила сердце встрепенуться.       Нарцисса сделала круг, взяла граненый фужер с темно-красной жидкостью и остановилась у окна, завешенного тяжелыми вельветовыми портьерами. Делая очередной глоток, женщина спиной ощутила на себе взгляд.       – Осторожнее, Ваш разрез на платье ненароком может кого-нибудь убить, – хищные глаза, сверкающие из прорезей золотой маски, были полны интереса.       Она не обернулась сразу, лишь сухо ответила, слегка приподняв уголки губ:       – Быть может, я этого и добиваюсь.       Мужчина подошел ближе, обжигая дыханием тонкую кожу на ее плече.       – Мне кажется, Вы скучаете. Иначе, не стояли бы в стороне, вдали от всех       Наконец, Нарцисса развернулась. Пара сантиметров, разделяющая их губы, затуманивала разум обоих, но женщина сделала шаг назад.       – Домыслы – это яд, – она медленно провела пальцем по ножке бокала. – А самоуверенность Вам не к лицу, – женщина приблизилась к его уху и на выдохе добавила, – хоть я его и не вижу.       Он слегка опешил и прищурил взгляд, будто пробуя на вкус каждое произнесенное ею слово.       – Женщины, в которых воспитаны правильные нравственные ценности, не появляются на подобных мероприятиях без сопровождения, – мужчина жадно вдыхал аромат волос, смешанный с тяжелыми пряными духами, все еще не позволяя себе коснуться.       – А вы испытываете влечение к распутным женщинам? Или просто решили почитать мне мораль? – Нарцисса продолжала колко парировать.       – Не пытайтесь победить в моей же игре, – он не скрывал нарастающего напряжения и прикусил губу, так, что во рту появился металлический привкус.       – А что будет с проигравшим? – женщина чуть наклонила голову вбок и подняла на него почти наивный взгляд.       – Узнаете.

***

      Где-то вдалеке, тихо натянулись струны скрипки, зазвучала спокойная мелодия. Свет скользил по таинственным силуэтам в такт шагам. Мужчина протянул руку, не прерывая взгляда.       – Вы приглашаете на танец? – спросила она почти в насмешку.       – Если только Вы не боитесь.       Нарцисса слабо улыбнулась и вложила свою ладонь в его, сделав уверенный шаг вперед.       – Во мне нет страха проигрыша.       Он деликатно провел пальцами – от кончиков ногтей до вен, на внутренней стороне запястья.       – Мы будем танцевать или изучать анатомию? – съязвила она.       Мужчина резким движением притянул Нарциссу к себе, положив руку на ее талию.       – Вам необходим тот, кто заткнет Ваш острый язык, – он наклонился к участку шеи, чуть ниже уха, и едва сдержал себя, чтобы не коснуться его губами.       – Предлагаете свою кандидатуру? – женщина получала удовольствие от этого ядовитого фехтования.       Он не ответил. Лишь молча поволок ее в центр зала.       В одно мгновение, молодые люди оказались на гладком полированном паркете. Каждое соприкосновение женских каблуков с деревянным полом глухими ударами отзывалось в груди мужчины. Нарцисса почувствовала, как напряжены его пальцы, сжимающие талию и нарочно провела острыми ногтями по его затылку. Он вздрогнул, почти незаметно, но достаточно явно, чтобы она заметила.       – Такие жесты могут быть расценены, как согласие, – прошептал мужчина, делая шаг в сторону.       – Разве я отказываюсь? – Нарцисса отступила назад, подстраивая движение под музыку. – Просто даю Вам время подумать.       Рука с ее талии неспешно опустилась чуть ниже. Ноги женщины покрылись легкими мурашками, а с губ сорвался едва слышимый вздох. Она нагнулась к его уху:       – Быстро Вы подумали, – сквозь зубы процедила она, прикрыв глаза.       – Вы все равно этого ждали, – мужчина не сводил с нее цепкого взгляда.       – Правда? – женщина удивленно вскинула брови, но под маской было трудно это различить.       – Абсолютно, – он вновь притянул ее к себе, но на этот раз, их тела соприкоснулись, совсем немного, но оба, на миг, перестали дышать.       Нарцисса сделала оборот под его рукой, нарочно, слишком близко, пройдя позвоночником вдоль его груди. Мужчина сжал челюсть и сглотнул, пытаясь удержать напряжение внутри. Она заметила это. Ее губы застыли в ухмылке.       Женщина вновь бесстрастно посмотрела в его глаза, проглядывающие сквозь тень маски.       – Вы нервничаете, – тихо сказала она. – Будто подросток, который впервые в подобной ситуации.       – Это возбуждение, не нервы, – он почувствовал, как под его рукой на ее талии дрогнули мышцы живота, и эта, казалось бы, крошечная реакция, дала огромную трещину в его самообладании. – Есть колоссальная разница.       – Вы говорите мне об этом вот так открыто? – Нарцисса провела рукой по его груди, якобы, невзначай, и расстегнула верхнюю пуговицу рубашки, у самой шеи.       Мужчина едва подавил стон, чувствуя резкий прилив крови ниже пояса. Он схватил пальцы, играющие с его воротом, и приложил к губам, не разрывая зрительный контакт. След от обручального кольца легкой тенью проступал на ее бледной коже.       – А почему я должен стыдиться собственных чувств? – он без стеснения обхватил ее шею, большим пальцем вырисовывая черту от скулы до уха. По венам, словно расплавленный металл, растекался жар. – Особенно, если Вы ощущаете то же самое.       Нарцисса дернулась, ощутив холодное прикосновение к щеке, но тут же, ее тело стало утопать в неге, а внизу живота прошла приятная, едва заметная, пульсация.       Его рука, все еще лежащая на ее шее, медленно, провокационно сползла ниже, к ключице, а затем к началу декольте. Он услышал, как ее дыхание резко оборвалось, увидел, как задрожали ресницы под маской. Желание сжать сильнее, заглушить ее язвительность поцелуем, было почти неконтролируемым. Только музыка, приглушенная, словно где-то за стеклом, напоминала о том, что они все еще в общем зале.       – Мне кажется, здесь становится слишком жарко, – она следила за струйкой пота, медленно стекающей из под мужской маски, слегка покусывая нижнюю губу.       – Согласен. Я бы тоже предпочел более прохладное место, – слова с трудом прорывались наружу, – желание сжало горло тисками.       Мужчина взял ее кисть и уверенно повел за собой, лавируя между колоннами, таинственными незнакомцами, дальше от музыки, чужих глаз и необходимости самоконтроля.       Нарцисса не сопротивлялась – она предвкушала. Шелк платья струился по полу, путаясь под ногами.       Они свернули за массивную штору, спрятанную в тени. За ней – темный коридор. Единственная свеча в нише слабо горела. Каменные стены поглощали звуки. Он все еще легко держал ее запястье, когда остановился и обернулся. Их взгляды пересеклись. В условиях практически полной темноты, лица были почти неразличимы. Да и, к тому, же, они были скрыты масками. Несколько секунд, они молча стояли друг против друга. Тишину нарушало лишь учащенное дыхание и громкое биение сердец. Вдруг, тонкое стекло, отделяющее желание от действия, с треском разбилось. Мужчина с силой прижал ее к стене, ограничив возможность отступления. Спина Нарциссы ударилась о холодный камень. Их губы встретились страстно, с напряжением, что копилось весь вечер. Она не сопротивлялась – выгнулась вперед, впиваясь ногтями в его плечи, запуская ладони под расстегнутую рубашку. Он крепче сжал ее бедра и губами спустился ниже, к линии шеи, лишив легкие воздуха. Дыхание женщины смешалось с глухими стонами, пробивающимися откуда-то из глубины.       – Вы слишком смелы для незнакомки, – прохрипел он, на секунду оторвавшись от ее горячей кожи.       – А Вы слишком медлительны, – ответила она, скользнув пальцами по пуговицам пиджака.       Резким движением, мужчина обхватил ее талию и дернул от стены.       – Я не медлю, просто холодный каменный коридор, по стенам которого течет вода, – не лучшее место. Не хотелось бы, чтобы Вы заболели.       Они синхронно повернули головы в сторону двери, скрывающейся в углу. На удивление, комната была пуста: плотный тюль, который сдерживал лунный отблеск, небольшой стол, с разбросанным исписанным пергаментом и медленно тлеющей свечой – единственным источником света. У стены стояла широкая кровать, со слишком правильно застеленным покрывалом.       Мужчина рывком захлопнул за собой дверь, она издала характерный скрип. Он с пущей силой вцепился в губы Нарциссы, жадно сжимая тонкую складку ткани на талии, словно каждую секунду без ее тела он проживал напрасно. Руки схватились за шнуровку на ее спине, но завязки путались и не поддавались. Тогда, в порыве страсти, мужчина резко дернул вниз. Платье издало короткий треск, и, словно гранатовое вино, разлитое по бокалам, соскользнуло с ее бедер. Женщина чуть отстранилась, не убирая пальцы с его плеч.       – Я не разрешала его рвать.       Мужчина приблизился к ее уху и, слегка прикусывая мочку, томно прошептал:       – Тогда у Вас есть возможность наказать меня прямо сейчас.       Нарцисса хищно улыбнулась. Она судорожно стянула пиджак с его плеч, а затем нарочно, очень медленно, по одной, расстегивала пуговицы рубашки. Мужчина издал сдавленный стон и, не дожидаясь конца, схватил ткань и рванул, открывая доступ к воздуху и оголяя напряженную грудь, дрожащую от вожделения.       – Я бы поспорил, кто из нас медлит, – он нахально провел языком по пульсирующей вене на шее, чувствуя, как ее кожа пылает под его прикосновениями.       Мужчина приподнял ее, ноги сомкнулись у него на бедрах. Волосы мягким шелком спадали на его лицо, а острые ногти больно впивались в затылок. Он бережно перенес Нарциссу на кровать, нависнув в паре миллиметров от ее лица. Ровное бархатное покрывало смялось от их тел. Мужчина покрывал женскую кожу обжигающими поцелуями, он на мгновение задержался на зоне декольте, проводя языком по кружевному краю бюстгальтера. Она окончательно потеряла контроль над телом, сдавшись под его натиском. Нарцисса запустила пальцы в его волосы, и, уже не скрывая вырывающиеся стоны, выгнула спину. Женщина дернула завязку его маски. Он поймал ее запястье.       – Рано, – с придыханием произнес он. – Я не хочу прерывать эту игру.       Она виновато опустила взгляд, но, тут же, короткий спазм, прошедший по телу, заставил ее забыть о неловкости, – мужчина решил закрепить свою власть, губами коснувшись самой чувствительной зоны – внутренней стороны бедра. Из ее горла вырвался неконтролируемый громкий выкрик, а пальцы слегка сжали текстиль под спиной. Он поднялся, убирая влажные пряди с ее лица, схватил ее руки и поднял над головой, прижимая к покрывалу.       – Это за все Ваши колкости, – мужчина поправил маску, что чуть съехала с ее лица.       – Вы мучаете не только меня, но и себя.       Нарцисса с силой впилась ногтями в его влажную кожу на спине, когда ощутила резкий толчок. Каждое его движение отзывалось волной – вверх по позвоночнику, вниз по бедрам.       – Задержали дыхание, прежде чем сделать это? – выдохнула она. – Так заботливо с Вашей стороны.       – Это уважение, – прошептал он, – или я просто должен был сорваться, как животное?       Нарцисса выгнулась, едва заметно, ее пальцы сжали ткань покрывала. Но всё в ней – от испарины на висках до дыхания – просило большего.       На мгновение, мужчина замер, прислушиваясь к женским вздохам, а затем продолжил, постепенно наращивая темп.       Словно знал, что именно сведет ее с ума.       В какой-то момент она почувствовала внутри себя извержение вулкана. Разряд, подобный удару тока, прошёл сквозь тело, заставив ее беспорядочно содрогаться. Волны экстаза доходили до самых кончиков пальцев. С уст практически сорвалось его имя, однако она сдержалась, переводя звук в хриплый стон.       Женщина громко дышала, откинув голову на мягкую подушку, когда обессиленный мужчина опустился рядом с ней, крепко сжимая ее запястье.       Несколько секунд они лежали в тишине.       Ткань маски мягко шуршала, когда мужчина аккуратными движениями развязал ее и положил на прикроватную тумбочку. Его тяжелое сбитое дыхание звучало в унисон с догорающей свечой – воск вокруг фитиля уже был полностью расплавлен.       После небольшой паузы, он лег на спину, запрокинув руки за голову.       – Скажи честно, Люциус, – протянула женщина, глядя исподлобья, – ты и планировал весь вечер играть молчаливого незнакомца, или у тебя просто не нашлось остроумных реплик?       Он фыркнул и демонстративно отвернулся.       – Не хотел пугать даму интеллектом.       – И как всегда недооценил ее влечение к эрудированным мужчинам.       Люциус потянулся к Нарциссе, и его пальцы скользнули вдоль бедра. Каждое движение было нарочито неспешным – он знал, как заставить её дыхание участиться. Его ладонь обожгла изгиб талии, а потом впилась в неё с властной нежностью.       Женщина подалась чуть ближе и прикусила губу.       – Но платье ты, все же, купишь мне новое, – женщина кинула мимолетный взгляд на ткань, небрежно лежащую на полу. – Оно было моим любимым.       – Ты нравишься мне и без него, – Люциус прильнул губами к ее шее, слегка покусывая нежную кожу, – но, если ты так хочешь – хоть весь магазин.       Нарцисса запрокинула голову и издала сдавленный стон.       – Смею признать, иногда в твоей голове рождаются гениальные мысли, – дразня, она провела рукой по мужской груди, обводя ногтями границы пресса. – Для брака, где живут два сноба с комплексом превосходства, ролевая игра «незнакомцы» – почти свежо.       – Почти? – он поднял на нее удивленный взгляд и усмехнулся.       – Смотри у меня, Люциус. В следующий раз – будешь министром. Самовлюбленным, невыносимым и… – она прищурилась, ее глаза невольно опустились на уголок его губ, а голос стал тише, – неотразимым.       – То есть, опять собой?       И, прежде чем женщина успела что-либо ответить, он резко притянул ее и жадно впился в кроваво-алые влажные губы, запуская пальцы в ее спутанные волосы. Нарцисса обеими руками обхватила его голову и с силой оторвала мужчину от себя.       – Ненавижу, когда мне затыкают рот, – казалось, она говорит это на полном серьезе, но, через мгновение, ее лицо тронула ухмылка, а голос стал почти шепотом, – и только ты знаешь, как это сделать правильно. А, кстати, кто из нас проиграл?       – Мы оба.