about the importance of the first step

– Юмина, напомни своему папе принести тебе чистое полотенце, хорошо? – Докём присел на корточки, чтобы быть на одном уровне с девочкой и заглянуть в её глазки бусинки, которыми она смотрела на воспитателя. – Хорошо!  – звонкий голос малышки всегда вызывал у воспитателя улыбку. Конечно все дети были чудесными и даже когда проказничали, Докём сохранял спокойствие и успокаивал их, но именно Юмин была лучиком света в их группе. Такая же яркая и озорная, согревающая своим теплом всех вокруг.  Докём любил заплетать её слегка кудрявые волосы в милые хвостики и завязывать красивыми резинками. Особенно по утрам, когда господин Джошуа приводил растрёпанную Юмин и виновато улыбался. У него не всегда получалось совладать со своей энергичной дочерью, поэтому всю красоту наводил Докём.  А он и не был против. Во-первых, ему действительно нравилась Юмин, она всегда помогала ему, рассказывала интересные истории о том, как они с папой путешествовали по Корее. В её глазах читался неподдельный детский восторг, который и вызывал тёплую улыбку на лице.  А во-вторых, Докём заметил за собой интерес к Джошуа, который заставлял сердце трепетать каждый день. И даже в выходные. Когда влюблённая душа воспитателя не могла найти покой, Кём листал совместные с группой фотографии. Он находил Джошуа слева во втором ряду, а ниже сидела Юмин, улыбаясь слегка кривой улыбкой, потому что у неё выпали некоторые молочные зубы. После выходных он вновь встречался с родителями, принимал детей, но весь профессионализм пропадал, когда в раздевалку первым забегал смех Юмин и мягкий голос Джошуа, который с нотками переживания что-то говорил дочке.  «Какой же он заботливый отец. Юмин прекрасно воспитана, даже отсутствие матери не сильно сказывается, а всё потому что Джошуа прекрасный папа», – Докём знал лишь часть истории семьи Хон, но прекрасно понимал, как на самом деле тяжело воспитывать ребёнка одному. Хотелось сказать это Джошуа лично и не один раз, чтобы тот ни в коем случае не опускал руки и продолжал растить Юмин хорошей девочкой.  Ведь все самые замечательные черты в девочке именно от Джошуа, он сам такой же. Его добрый характер и внешнее обаяние поразили воспитателя. Докём уже полгода пытался побороть страх и пригласить Джошуа на свидание. Неважно где, даже парк или озеро подойдут, лишь бы рядом с Шуа. Ему казалось, что тот тоже заинтересован в более близком знакомстве, но в рамках детского сада активно это не проявлялось.  Например, Джошуа иногда приносил фрукты и оставлял записки с посланием на столе Докёма. «Огромное спасибо за рисунок. Юмин рассказала, что вы рисовали его вдвоём, мне правда понравилось».  Или когда их взгляды в раздевалке неприлично надолго задерживались друг на друге, пока девочка тянула воспитателя за руку в группу. Они смущённо улыбались и желали хорошего дня. После этого оба возвращались к своим обязанностям в приподнятом настроении. Их общение было только по деловым вопросам, касательно поведения Юмин или общих дел садика, но даже такие разговоры приводили обоих в восторг. Конечно хотелось поговорить о большем, но Докём слишком застенчивый, а Джошуа ничем не лучше.  Кажется, что даже Юмин ловила и понимала взгляды двух мужчин и в своей светлой голове сложила очевидные факты.  А ещё дети чувствуют хороших людей, она так и сказала однажды папе. – Наш воспитатель в садике такой хороший, да, папа? Тебе он тоже нравится? – после таких заявлений пятилетней Юмин, Джошуа подавился кофе под смех дочери, которую очень веселил такой очевидный папа.  Конечно ему нравился Докём, его вечно улыбающиеся глаза, которые нежно смотрели прямо в душу и сводили с ума. Его красиво уложенные каштановые волосы были похожи на мягкое облако, так и хотелось взъерошить их и после этого услышать весёлые нотки смеха, которые буквально щекочут рёбра Шуа. Он не знал как и подступиться к воспитателю, а вдруг тот вообще посчитает его странным и приставучим? Или может он со всеми такой приветливый в силу профессии? Хотелось бы ничего не усложнять и поступить прямо как в детстве: без капли смущения подсесть в песочнице и помахать рукой, спросить что-нибудь про любимый мультик, а потом пригласить к себе домой и угостить домашним кимчи.  Это намного проще, когда вы маленькие. Всё кажется таким простым и понятным, вот только куда это растворяется во взрослой жизни? Тяжело вздохнув, Шуа отложил свой телефон на кровать рядом с собой: на экране уже целый час висел контакт Докёма. Он так и не решился ни позвонить, ни написать воспитателю, Юмин пару раз предлагала свою помощь, но использовать ребёнка в своих романтических целях он не хотел. Собрав все силы, он решил, что поговорит с Кёмом в понедельник вечером и пригласит в ресторан на ужин. Большинство детей уйдут и не будет лишних любопытных ушей. Докём тоже зря время не терял, его решительность и пара звонков Сынквану, который был единственным близким другом, кто знал о Джошуа и Юмин, сделали своё дело, и он решил позвать его на прогулку к озеру недалеко от сада. Какое же удивление было у Докёма, когда Джошуа вечером понедельника пришёл в другой одежде, переодевшись из лёгкого спортивного комплекта, в котором он был утром, в красивый и дорогой на вид классический костюм.  «Наверное у него было важное совещание, давно я не видел его таким красивым. Хотя он всегда красивый, чёрт, для прогулки по парку он слишком элегантный. Кажется, сама судьба против нашей встречи вне стен детского сада», – подумал Докём, его уши покраснели до самых кончиков, а дыхание сбилось. Он долго осматривал силуэт мужчины, пока Юмин не прервала его мысли, дёргая за край жёлтого фартучка. – Папа сказал, что хочет у вас что-то спросить, – задорный голос Юмин заставил мужчин нервно смотреть друг на друга. Докём слабо улыбнулся, поправляя хвостики девочки и наклоняясь к ней поближе. – Тогда давай ты пойдешь заберёшь свои игрушки, а я с твоим папой тут поговорю, хорошо? – он развернул девочку ближе ко входу в группу, слегка толкая вперёд, чтобы та поскорее ушла и не подслушивала.  Джошуа выдохнул, ослабляя галстук на шее, который при всей ситуации ощущался удавкой. Стараясь не выдать волнение в голосе, он прочистил горло, намереваясь что-то сказать, как Докём его совершенно случайно перебил.  – Давайте Вы первый, это связано с Юмин? Она хорошо себя ведёт? – Кём ни на секунду не сомневался, что Джошуа думает о дочери в первую очередь. Он действительно делал всё для её благополучия, ему хотелось быть отличным отцом. Докём понизил громкость голоса, словно собирается сказать великую тайну. – Что Вы, Юмин замечательная девочка, я всегда Вам это говорю и буду говорить. Но сейчас я хотел поговорить о другом, – воспитатель заметно напрягся, стараясь не путаться в мыслях и говорить максимально понятно. – Извините, если я неправильно Вас понял, но мне показалось, что между нами возникло что-то большее. И я бы хотел встретиться с Вами вне стен нашего садика, – взгляд Докёма был прикован к носкам ботинок Джошуа, который внимательно его слушал буквально с открытым ртом. Пазл в его голове медленно начал собираться, а счастливая улыбка тут же озарила лицо.  – Вы всё правильно поняли, Докём. Я действительно хотел бы сходить с Вами куда-нибудь, я даже приоделся, – он покрутился перед воспитателем, словно мальчик перед мамой на праздник, показывая всю красоту наряда. Делая шаг в сторону Докёма, Джошуа наклонился к его уху, приятно щекоча кожу. – Я предлагаю сходить в ресторан не по деловым вопросам, а исключительно в личных целях, чтобы узнать друг друга, выходя за рамки «воспитатель-родитель», что скажете? – Шуа слегка мазнул губами по мочке уха, смущённо улыбаясь и наблюдая за реакцией Докёма, который стоял краснее помидора в теплице. Сердце бешено забилось и приятное тепло от голоса и касания Шуа вызвали табун мурашек. Он не верил во всё происходящее, поэтому слегка ущипнул Джошуа за щёку, стараясь делать это с максимально серьёзным лицом. Не сон, значит он не ошибся и все те знаки внимания были правдой. Какое облегчение. – Кажется Вы читаете мои мысли, я тоже хотел Вас позвать на свидание. Только я думал о чём-то более непринужденном для первого раза, у нас тут озеро есть красивое рядом, но кажется, Ваш костюм немного не подходит для прогулки в простом парке, – Докём аккуратно поправил галстук и сдул невидимые пылинки с костюма, улыбаясь глазами и согревая душу. Джошуа завис на добрые 10 секунд, стараясь не дышать, когда руки воспитателя вдруг начали поправлять, казалось бы, лишний элемент одежды. На самом деле Шуа только сейчас осознал, в какую неловкую, но милую ситуацию они попали, им нужно определённо всё это обсудить, только один вопрос остается открытым: куда деть малышку Юмин?  – Я могу попросить Вас об ещё одной маленькой просьбе? – Джошуа отстранился от воспитателя, направляясь к шкафчику Юмин, чтобы сложить все вещи и постараться не звучать слишком одиноко, – Мне действительно не с кем оставить Юмин и даже не смотря на её догадливость, я не могу, по крайней мере пока что, позволить ей пойти с нами. А Вам я доверяю, поэтому может у Вас на примете есть кто-то вроде «папы на час»? – пока Шу это говорил, он аккуратно складывал всю одежду стопочкой, убирая в пакет и протягивая воспитателю.  В голове Кёма начала вырисовываться картинка, где его друг бегает по комнате за девочкой, чтобы та вернула его телефон, или как Юмин прячется, а Сынкван никак не может её найти и почти плача умоляет девочку перестать так себя вести. Из этого всего вырисовывается вывод, что доверять Сынквану девочку было страшно, ведь если этот человек даже за собой не может усмотреть, то о какой Юмин может идти речь. Однако выбора не было, мысленно делая пометку в голове научить Сынквана обращаться с детьми не как с мешком песка, он вновь улыбнулся, забирая пакет и набирая номер друга. Кём слишком хорошо знал Сынквана, в понедельник и четверг по вечерам он устраивал марафон по просмотру дорам, поэтому тот хоть и не сразу, но ответил. – Докёма, почему ты раньше не сказал, что планируешь сплавить эту крошку ко мне, я же даже не подготовился. Ни морально, ни физически, ты же знаешь, я вечером похож на тухлую мандаринку, – даже не видя Сынквана можно было понять, как он дует губы и водит носкочком по полу, это было очаровательно, но сейчас выслушивать жалобы было некогда. – Я в долгу не останусь, через 10 минут она будет у тебя, – Докём не дал другу договорить и заранее, предвещая громкие возмущения, повесил трубку. Он знал, что Бу, несмотря ни на что, выручит и даже будет благодарен за такое внимание к его персоне.  Джошуа в это время позвал Юмин к себе, чтобы рассказать ей про нового друга, который сегодня посидит с ней. Он попросил вести себя хорошо, ведь если она будет хорошей девочкой, то он купит ей новую игрушку. Юмин хитро улыбнулась, активно кивая головой, в которой явно созрел план, в котором она будет мучать нового друга, ведь так намного интереснее.  Через 10 минут они наконец-то остались вдвоём. Чтобы сбавить градус пафосности, Шуа избавился от пиджака и закатал рукава белоснежной рубашки до середины локтя, но даже так Докём на его фоне был похож промоутера или туриста на крайний случай. Его ничем не примечательная футболка, в отличии от чужой рубашки, сидела свободно, широкие и длинные джинсы были порваны внизу, кепка и сумка через плечо прибавляли баллы к образу простого маленького человека. Конечно Джошуа тоже был не рад, его строгие туфли на фоне конверсов воспитателя смотрелись слишком элегантно, вот кто-кто, а именно он не подходил под атмосферу парка. Скорее похож на непонятно откуда взявшуюся шишку, которая на досуге решила отвлечься от духоты офиса и выйти в парк.  Докём ощущал лёгкое покалывание на кончиках пальцев, он попытался спрятать руки в карманы джинс, но дважды промахнулся, а третья попытка закончилась тем, что Джошуа резко перехватил чужую ладонь и переплёл их пальцы вместе. Сердце упало в пятки и Кём смущённо хихикнул, раскачивая их руки вперёд-назад.  – Джошуа, мы же можем перейти на «ты»? Я просто так часто думал о тебе, что «выкать» кажется чем-то нелепым, – он не смотрел Шуа в глаза, потому что чувствовал его пристальный взгляд на своём лице. Камушек на тропинке явно интереснее пары карих глаз, только никто не поверит в это, даже Юмин бы рассмеялась. – Конечно можем, не стоило уточнять, – Шуа продолжал сверлить глазами профиль воспитателя, ещё чуть-чуть, и на красивых щеках появится дырка от такого пристального взгляда, – И спасибо. За всё. Но за Юмин в первую очередь. Знал бы ты, с какими горящими глазами она смотрит на тебя, а как она идёт в сад и без умолку болтает о том, какой ты хороший. Я и сам это вижу. Очень тяжело иногда справляться с ней, но как ответственный родитель слабость я не могу показать. Знаешь сколько я себя ругал в первый год после ухода Дэён? Мне казалось, что мир рухнул, причём не мой мир, а Юмин. Ей было всего 2 года, она громко плакала по ночам, а моё сердце разрывалось при виде её слёз, я… – Шуа резко замолчал, потому что Докём остановился и был на пару шагов позади. Он отпустил руку Джошуа, чтобы смахнуть крокодильи слёзы со своих щёк.  Если Джошуа больше всего на свете переживал за Юмин, то Докём переживал в два раза сильнее за них двоих. Он видел, какой разбитой в начале года пришла семья Хон, зато сейчас они оба счастливы, и знать, что он тоже стал причиной их счастья – это слишком и буквально задело нежную душу Докёма. Юмин растёт на его глазах, а Шуа наконец-то обретает новые силы и выкладывается на все 100%. Гордость, радость, переживание и волнение – всё смешалось в один большой ком, который обрушился на Кёма. Его слёзы были исключительно от радости, словно он освободился от чего-то сильно тревожащего, что мешало спать по ночам.  – Я правда рад это слышать, ты может сам не видишь, но со стороны, как воспитатель и как человек, которому ты интересен, я без капли преувеличения скажу, что ты герой. Давай никогда не опускать руки и совместными усилиями растить Юмин самой хорошей девочкой. Я буду заботиться о вас в два раза больше, лишь бы вы улыбались и были счастливы, – Докём бегом догнал стоящего столбом Шуа, обнимая со спины так крепко, словно они вот-вот расстанутся или растворятся. Они проболтали обо всём на свете до самой ночи, потом Сынкван достанет Докёма расспросами, не целовались ли они и как теперь собираются выстраивать отношения. Кём мечтательно улыбался в ответ, он не задумывался о многом, а просто был рад, что они поговорили и смогли вывести свои отношения на новый уровень. Юмин тоже не отстанет, будет ходить хвостом за невнимательным папой, который, витая в облаках, натыкался на все предметы в квартире. По его светящимся от радости глазам и глупой улыбке, она всё поймёт. Прибежит к нему, усядется на колени и крепко обнимет, потому что скучала. Расскажет, как прошёл вечер с новым мандариновым другом, который научил складывать бумажных журавликов. Они повесят их как гирлянду над кроватью Юмин, чтобы девочке спокойнее спалось. Этот день Докём и Шуа отметят красным сердцем в календаре, напоминая, как важно не бояться и делать максимум, ради своего счастья и счастья окружающих тебя людей.