Мелочи для счастья

Каждый год за несколько недель до Рождества на Вечнозеленой улице зажигались витрины маленького магазина в красно-кирпичном здании. В квадратных окнах с деревянными рамами виднелись лампы с алыми абажурами, старинные книги и винтажные игрушки - такие, каких сейчас не встретишь в больших сетевых супермаркетах. Покрашенные вручную Щелкунчики и маленькие фарфоровые балерины, кружащиеся на крышках шкатулок. Золоченые карусели и снежные шары, в которых мерцали перламутровые блестки. А если приглядеться - внутри магазина можно было увидеть ряды полок с множеством мешочков и коробочек, жестяных банок и шуршащей крафтовой упаковки. И в окна заглядывала и кивала прохожим пуансеттия, алая рождественская звезда. Правда, замечали ее приветствия не все. И не все обращали внимание на маленький магазинчик на Вечнозеленой, даже если припоминать, что еще вчера это помещение, кажется, пустовало. Этот магазин работал только для тех, кому он был нужен в это суматошное зимнее время. “Мелочи для счастья” - гласила слегка выцветшая надпись над самой дверью. Большинство взглядов лениво перескакивали с вывески аптеки на вывеску сверкающего новизной магазина электротехники, совершенно игнорируя старенькую, никому не интересную лавку, вроде бы, игрушек. Или это был ломбард? Или чей-то загибающийся малый бизнес? Или - вполне возможно - подозрительный бутик для отмывания денег. Но иногда, раз-два в день, чьи-то глаза замечали скромные “Мелочи для счастья”, и кто-то замирал у теплых оранжевых окон, разглядывая алые листья пуансеттии, не решаясь открыть поскрипывающую дверь с латунной ручкой. Медный колокольчик над входом, красивый, старинный - весь в витиеватых лозах и остролисте - уже очень давно не работал. Чимину так и не удалось разгадать причину этого бунта капризной вещи. Словно в какой-то момент колокольчик просто решил, что перестанет звенеть, несмотря на то, что был цел и как следует почищен и смазан - Чимин сам следил за этим, и каждый год повязывал на его пружинистое основание новый красный бант. Чимин очень любил этот маленький магазин, и сам приводил его в порядок, выметал паутину из углов, извиняясь перед многолапыми жильцами, сам красил заново деревянные рамы и расставлял цветы, тщательно ухаживая за ними, чтобы их листья успели покраснеть к Рождеству. Большинство знакомых и друзей давно махнули на это странное увлечение - наверное, довольно безобидное, если брать во внимание альтернативы, в которые бросались некоторые из них от скуки. “Мелочи” не приносили ничего, кроме самоудовлетворения, так что Чимин отчасти понимал, почему его друзья закатывают глаза и переводят тему, как только он начинал заводить разговор о приближающемся Рождестве. “Безнадежный альтруист, - говорили ему, вздыхая, - но за это мы тебя и любим”. Впрочем, в это время года им все равно было чем заняться, вместо того, чтобы наблюдать за Чимином и переживать за него. Внутри магазинчик полностью оправдывал часть своего названия. Вещи для счастья и правда были маленькими. Если на витринах располагались симпатичные игрушки, то на полках располагалось куда большее разнообразие: начиная с канцелярии и заканчивая музыкальными инструментами. Наверное, кто-то мог бы назвать его просто обычной барахолкой, перенесенной в тесные стены антикварной лавки. Рядом с большими напольными часами стояли натянутые на деревянные плашки кожаные барабаны с рисунками инуитов, на стопках пыльных книг возвышались позеленевшие от времени подсвечники и арома-лампы в виде глиняных домиков. Взгляду сложно было зацепиться за что-то конкретное, настолько много всего располагалось во всех углах этого небольшого помещения. Чимин и сам не знал, что мог найти, открыв очередной ящик или дверцу резного шкафчика. Что в лиловой коробочке? Перо и чернильница? А в красном мешочке? Набор стеклянных шариков для игры в марблс? Но так было даже интереснее. Чимин и сам был довольно любопытен, поэтому находить новые вещи в старом магазине было для него сродни археологических раскопок - всегда можно обнаружить сокровища среди гор барахла. Никогда не знаешь, что могло понадобиться очередному гостю. Чимин был рад всем. И тому заикающемуся студенту, который ушел с кольцом в полинявшей коробочке. И тому старику, который выбрал одинокую деревянную шахматную фигуру. И той девочке, которая во все глаза смотрела на хрупкую хрустальную балерину в подарок ее болеющей матери. Она вытряхнула из жестянки из-под кофе мятую пятерку и десять центов, но ее яркая, счастливая улыбка была гораздо дороже и ценнее любых денег, которые могли лечь в ячейки старой кассы. Ни разу не было такого, чтобы гости уходили без подарка. Поэтому, когда открылась входная дверь, впуская внутрь холодный воздух, Чимин вынырнул из-под прилавка и расплылся в улыбке, готовый выслушать нового посетителя и помочь с любой его проблемой. Уже наступал вечер, на улице зажглись фонари, и проезжающие машины мелькали фарами с дороги. Снега в этом декабре еще не было, и поэтому погода держалась холодной, то и дело превращая тротуары в катки с помощью ледяных дождей. По новому гостю это было заметно - он был по уши закутан в фиолетовый шарф, из которого торчал только орлиный нос и черные, большие зрачки миндалевидных глаз. Из-под капюшона выглядывали длинноватые волнистые волосы. И объемная куртка превращала вошедшего в забавного ребенка, которого мать собирала в школу, медленно и упорно заматывая его в мумию, лишь бы он не простудился. Новый гость громко чихнул, но Чимин не смог вымолвить ни слова. Ни “будь здоров”, ни “здравствуйте”, потому что все еще пытался осмыслить то, что произошло секунду назад. Когда незнакомец открыл дверь, загоняя в тепло магазина ледяной ветер. Колокольчик над его головой зазвонил. Незнакомец обвел взглядом помещение, выдохнул, и нашел глазами Чимина, все еще стоящего за прилавком. - Простите, - сказал Чимин, - а вы можете выйти и зайти снова? Неизвестно, что подумал об этой просьбе гость, но он действительно покорно развернулся, открыл дверь и вышел. Прождал за ней пару секунд - Чимин видел его размытый черный силуэт за стеклом - и вновь впустил в теплое помещение холодный воздух улицы вместе с недовольным клаксоном такси. Голос автомобиля прервался звонкой трелью колокольчика. Чимин едва не выронил из рук коробочки, которые раскладывал на стойке у кассы. Старинный колокольчик, который капризно молчал все это время, внезапно решил начать работать? Это что же такое ему пришло в голову? Большие глаза незнакомца, выглядывающие из-под челки, стали еще больше, когда Чимин пронесся мимо него, и вылетел на улицу, хлопнув дверью. Холодный ветер мгновенно запустил пальцы под атласную серую рубашку, заставив поежиться. Лаковые туфли заскользили по обледенелому тротуару, Чимин ухватился за латунную ручку двери, чтобы удержать равновесие, а затем рванул ее на себя. Проклятый колокольчик молчал! Пока Чимин стоял прямо на пороге, задрав подбородок, чтобы разглядеть маленького вредного предателя, повязанного алым бантом, над своей головой, его руку обхватили горячие пальцы, настойчиво втянули мужчину обратно внутрь магазина, и незнакомец закрыл дверь за его спиной. - Холодно, - пояснил гость, голос которого прозвучал глухо из-за объемного шарфа, - простудитесь. Он был слегка выше и казался намного больше самого Чимина, запястье хозяина магазинчика почти терялось в его пальцах. - Прошу прощения, - еще раз извинился Чимин, смущенно вытягивая руку из чужой ладони, - просто этот… Он замолк. Вряд ли молчаливый гость, который и так уже, скорее всего, немного находился в шоке от поведения владельца магазинчика, был заинтересован в долгой истории злостно-вредоносного колокольчика, который явно издевался над своим хозяином. Да и как это будет выглядеть в рассказе? “Этот старинный колокольчик явно имеет свою волю и сам решает, кому звенеть, а кому нет?” Звучит слегка глупо, да и у гостя должны быть проблемы посерьезнее молчаливого предмета мебели. - Что вас привело сюда? - поменяв тему, Чимин обезоруживающе улыбнулся - обычно берег эту улыбку как свое секретное оружие для самых обиженных гостей. - Ищете что-то определенное? - Я думал, это вы мне скажете. Незнакомец размотал теплый вязаный шарф и стряхнул с головы капюшон - точнее, даже два: от куртки и от худи, спрятанной под ней. Волнистые волосы запрыгали по бокам лица, как шелковистые уши спаниеля. Этот парень был… очарователен. Большие глаза, густые черные ресницы, слегка округлое лицо, красный от холода нос, серебристые сережки-колечки в ушах и в губе, а под ней - прямо посередине - точка родинки, которая мгновенно притягивала взгляд. - Хотите, чтобы я сам подобрал вам что-то подходящее? - уточнил Чимин, проскальзывая мимо гостя обратно к прилавку. - Как это обычно работает? - гость повертел головой, разглядывая многочисленные полочки, заставленные коробочками и шкатулками. - Если я не знаю, что именно мне нужно для счастья? Есть такие консультации? - У нас есть особенный сотрудник, который всегда распознает затаенные желания гостей и никогда не ошибается, - Чимин лукаво прищурился и кивнул на поверхность стойки рядом с собой. Среди вороха красно-белых леденцов, безделушек вроде карамельных колечек, оловянных солдатиков и обрывков мишуры и шпагата, которыми украшались готовые подарки, тщательно упакованные ловкими руками владельца, выглядывал пузатый небольшой аквариум, на поверхности которого отражались медовые лампы магазина. Внутри, на своеобразном коврике из крупных белых ракушек и гладких камней лежал круглый пушистый шарик маримо, едва колыхаясь в воде, словно по-настоящему живое существо. - Водоросль? - хмыкнул гость, подойдя поближе и даже нагнувшись, чтобы внимательнее рассмотреть необычного сотрудника. Его палец приблизился к боку аквариума, и Чимин внутренне напрягся, уже готовясь произнести классическое “пожалуйста, не стучите, ему неприятно”, но незнакомец всего лишь погладил стекло, как будто почесал сам зеленый комочек водорослевого меха. - Это не просто водоросль. Его зовут Сахарок. Незнакомец расплылся в улыбке, взглянув на Чимина снизу вверх. Каким-то волшебным образом это нехитрое движение сделало его еще более очаровательным. - И какой предмет для счастья посоветует мне господин Сахарок? Чимин взглянул на своего маримо. Конечно, он молчал, безмятежно колыхая в воде зеленым воротником. Обычно Чимина вело внутреннее ощущение - интуиция, если хотите, когда он искал то, что необходимо было очередному гостю магазина. Либо же посетители уже приходили за чем-то конкретным, и им просто нужна была помощь в том, чтобы это что-то выудить из стопок и куч антиквариата, заполнившего помещение. Маримо был скорее моральной поддержкой. Но сейчас Сахарок отказывал своему коллеге даже в этом - весь его зеленый вид говорил “давай-ка справляйся сам в этот раз, друг”. Цепочка крошечных пузырьков поднялась на поверхность с мохнатой “макушки” профессионального консультанта, словно ставя точку в немой беседе. Сахарку совершенно было плевать на укоризненный взгляд, которым его наградил Чимин. - Он молчит, - беспомощно сообщил он гостю. Незнакомец хмыкнул и выпрямился, заправил за уши волнистые пряди, открывая взгляду родинки на щеке. Чимин повертел головой в поисках вдохновения - что могло бы понравиться этому парню? Шар для боулинга с подписью какой-то знаменитости? Фарфоровая статуэтка пса и кролика? Виниловые пластинки? Старый набор для пинг-понга? Интуиция подкидывала новые и новые варианты, но все казалось - не то. А магазин даже не пытался помочь, как и маримо, как и злополучный колокольчик над дверью - все они сегодня делали вид, что ни при чем. Да и сам незнакомец, несмотря на его яркую, потрясающе открытую улыбку, казался полным тайны. Чимин никогда раньше не сталкивался с таким. Обычно большинство гостей для него были книгами, чьи страницы уже давно прочитаны. - Я возьму вот это, - неожиданно сообщил незнакомец. Он протянул руку и вынул из прикассовой корзинки со всякой мелочью маленькую коробочку пластырей. Потряс ею у уха и улыбнулся - пластинки пластырей внутри шуршаще постучали о стенки. - Но они детские, - уточнил Чимин, пытаясь понять, по какой логике этот предмет мог принести хоть кому-то счастье. Незнакомец взглянул на коробочку, по которой плясали жизнерадостные цыплята и розовые кролики. - Ну и что, - сказал он, пожав плечами, - зато веселые. Если уж тебе больно, то пусть хотя бы пластыри будут приносить радость. Если я вдруг упаду со сноуборда или не раскроется парашют… - Да, пластыри тут определенно помогут, - согласился Чимин, фыркнув. Незнакомец выразительно вскинул брови в жесте “ну а я о чем говорю”, и деловито похлопал по карманам дутой куртки. - Сколько с меня? - О, не беспокойтесь, - Чимин качнул головой, - из-за того, что я так растерялся с подбором подарка для вас, заберите их бесплатно. Это всего лишь пластыри. - Так не пойдет. - Ладно, тогда… - Чимин внимательно пробежался взглядом по собеседнику, на мгновение задержавшись в его черных глазах, отражающих блики желтых ламп. - Заберу то, что лежит в вашем кармане. Согласны? - Не глядя? - Полагаюсь на судьбу. - Ха, - незнакомец запустил руку в карман, и его лицо приобрело ехидное выражение. - Там может быть весь мой кошелек со всей наличкой и картами, телефон, ключи от байка, или, скажем, билет на автобус, пустая пачка сигарет, кусок стекла, который я подобрал на улице, пакет для собачьих… - Вы же не курите. - Откуда такая уверенность? - ехидное выражение лица превратилось в радостно-щенячье, как будто гостя действительно забавляла эта несерьезная игра. - Судя по прыжкам с парашютом и сноуборду, - Чимин сложил руки на груди и чуть покусал губу, раздумывая. - Мой дядя-спортсмен умер от того, что выкуривал по сто пачек в день. - Конечно, - Чимин против собственной воли издал смешок, ломая свой безукоризненно-вычерченный образ очаровательного владельца антикварного бутика. - А мой дядя-курильщик умер от того, что прыгал с парашютом по сто раз в день. Думаю, они были знакомы. - Раз карман, два карман, три, четыре, пять, - собеседник, чья улыбка уже не угасала, похлопал себя по груди, по талии и расстегнул куртку снизу, показывая скрытый кармашек внутри, пришитый к подкладу. - Последний шанс на выбор. - Останетесь без денег. - Или вы, - незнакомец поиграл бровями, вынудив Чимина вновь фыркнуть. - Ладно, тогда… - Чимин задумчиво постучал пальцем по губе. - Последний. Тайный. Раз уж сегодняшний день оказался полон тайн, почему бы и не продолжить его в том же направлении? Конечно, если бы там оказался кошелек или удостоверение личности, или ключи - Чимин вернул бы их сразу, но незнакомец сам устанавливал правила и казался таким довольным, что сложно было ему не подыграть. К тому же - Чимин действительно любил игры. Исключая те, где нужно угадывать знаменитостей. Незнакомец распахнул глаза, как будто был сильно удивлен и раздосадован выбором. “О нет, - говорило его выражение лица, - как раз в этом кармане я сегодня держал все свое имущество!” И, пока Чимин, радостно и предвкушающе праздновал свою победу, успев поразмышлять над тем, как подразнит гостя, вымаливающего ключи или бумажник обратно, парень засунул руку в потайной карман и вывалил все его содержимое на прилавок. Катышки ниток, симпатичная медная монета для прачечной, карамелька в пестрой обертке, скрепка, шарик от пирсинга и парочка скомканных чеков. - Отрываю от сердца, - с глубоким вздохом произнес гость, пока его глаза озорно сверкали. - Между прочим, как раз собирался в прачечную. Чимин моргнул один раз, второй - и, не выдержав, рассмеялся. Честно сказать, такое с ним было впервые. Незнакомец же выглядел невероятно довольным и своей шуткой, и тем, как на нее реагировал собеседник. Продолжая хихикать, Чимин выдвинул ящичек под прилавком и смахнул туда все добро, владельцем которого неожиданно стал. Монета для прачечной ухнула вниз, сверкнув медным боком, прежде чем скрыться во тьме. - Годится, - сказал Чимин. - Чувствую себя неожиданно богатым. - Простите, я абсолютно забыл, что этот карман здесь вообще существует, - ответил незнакомец, чуть склонив голову набок, как это делают любопытные собаки. - А могли бы завладеть моим кошельком. - Некоторые вещи могут быть важнее кошельков. - Например, пластыри? - гость хмыкнул. - Например, они. Они помолчали, глядя друг другу в глаза. Молчание не было неловким, скорее наполненным обоюдным удовольствием от знакомства и этого небольшого уютного момента смеха. Благодаря таким крошечным мгновениям Чимин и понимал, почему открывает этот магазин каждую зиму, несмотря на пересуды среди друзей и их насмешливые шепотки в спину. Этот молодой человек был не только очаровательным, но еще и очень красивым. И от него веяло теплом. Даже некоторой ребяческой веселостью, которая ужасно подкупала. А еще он явно согрелся в помещении - нос перестал быть красным. Обнаружив, что они стоят напротив друг друга в молчании уже некоторое время, Чимин кашлянул, неожиданно поняв, что смущен - совершенно невероятное событие для его статуса, положения и образа жизни - и отвел взгляд от лица собеседника. Его пальцы легко пробежались по клавишам старинного кассового аппарата, украшенного медными вензелями и крохотными листочками с позолотой. Аппарат мелодично дзынькнул, выдвинул денежный ящик и одновременно выплюнул свиточек чека. Все как полагается. Чимин машинально задвинул кассу обратно, оторвал чек и протянул его гостю, изящным движением, зажав бумагу меж двух пальцев. - Надеюсь, эти пластыри действительно принесут вам счастье, - сказал он абсолютно искренне. Незнакомец улыбнулся, и их руки соприкоснулись, когда он забирал чек. - Что же еще это может быть, если не пластыри, - ответил он, пряча покупку в тот самый потайной карман, который теперь оказался пуст. Когда гость натянул на голову капюшоны и вновь замотал себя в шарф, покидая теплое помещение магазина, Чимин затаил дыхание, пристально глядя на колокольчик над дверью. Мелкий капризный предмет молчал. Что ж, возможно, это все было делом случайности.