Не на той стороне

- Ты не знаешь, что за история связывает их с Ганимедом? - попытался исправить ситуацию Титан. - Ну, та которая в детстве, ещё до школы была. - Нет. Никто из них не говорит мне, что именно тогда произошло. Возможно, Европа слышала что-то от Ганимеда. Но она не расскажет. Я не уверена, что нам стоит лезть в это теперь, когда уже нет возможности помочь Ганимеду. - Но есть возможность помочь Луне, - возразил рыжик. - А он позволит помочь себе? – скептически уточнила Каллисто. – Я же говорю. Он тоже больной. Просто в другую сторону. Опасный для самого себя, а не других. - Ты предлагаешь просто сидеть? - Теперь без Ганимеда Луне и так должно стать лучше. Я уже говорила Ио, что наша компания продолжит существовать, просто немного в другом составе. Сейчас я больше волнуюсь за Европу. - Ей придётся научиться справляться без Ганимеда. В конце концов, они два отдельных человека. - Да, я получше тебя знаю, что у них созависимые отношения. Но когда мы на физкультуру переодевались, я заметила у неё повязку на руке. Как бы она не начала самоповреждением заниматься. - Ты думаешь, она себя режет? - Селфхарм это не обязательно порезы. - Я нагрубил ей на следующий день после случившегося. Она начала кричать, что я виноват в классе, - не стоит говорить, что именно из-за обвинительных показаний Титана Ганимед после рехаба поедет не в детдом, а в колонию. Ни Луна, ни Каллисто не скажут за такое спасибо. – И я немного вспылил. Может мне стоит извиниться перед ней? - Это не поможет. Она почему-то решила, что если ты заберёшь свои слова, то все остальные опрошенные ученики, присутствующие в классе, когда Ганимед толкнул Луну, тоже согласятся соврать. Притом, что делом занимаются уже не наши домашние копы из районного отдела. Да и её дядя в любом случае потеряет должность, а может и пойдёт под суд. Она даже меня не слушает. - Нам остаётся только ждать и надеется, что она справиться? - А какие ещё варианты? Не удерживать же её силой ради разговора. Это вряд ли сможет помочь. - Не знаю. Просто страшно стоять в стороне, зная как попытка суицида кого-то из них может повлиять на Луну. - А у тебя теперь все мысли от него отталкиваются? - А? – не понял сути вопроса Соколов. - Ты о чём-то кроме него вообще думать можешь? – более раздражённо уточнила брюнетка. - Эммм, - покраснел Титан, поняв, что действительно странно упоминать риск от суицида двух своих друзей в контексте возможных психологических проблем третьего. – Ну, Луна-то в отличие от них двоих реально, чуть не умер. Само собой я волнуюсь о нём сильнее, - нашлось подходящее объяснение. - Даже Ганимед с учётом того, что он жуткий гомофоб понял, что ты к Луне не ровно дышишь. Думаешь я не вижу? - Я не пидор! – испугавшись осуждения, поспешил откреститься рыжик. - Я и не называла тебя так. Ты скорее гей. Или би. Или пан. Без понятия кто, но ты ведь явно не гетеро, - осуждением в голосе девушки и не пахло. В отличии от остальных она никогда не говорила чего-либо гомофобного, так что… - Я и сам не знаю, - решился признаться Титан. - Просто Луна красивый и… ну… по нему же не сразу скажешь, девочка это или мальчик, - начал мямлить какую-то чушь Соколов. - Да, нет. У Луны кадык есть и вполне себе мужской тенор. А ты вообще много знаешь про ЛГБТ и всё такое? - Про ЛГПТ? Что это? – растерялся Титан. - Тааак! Ясно, - скривилась девушка. - Мы тут надолго. Жаль, что ты ещё не настолько хорошо знаком с Теей или моей матерью, чтоб я могла просто отослать тебя к ним за такими объяснениями. Потому что я как раз полностью гетеросексуальна и мне всё это альтернативное даётся трудно для понимания. Но раз гомосексуализм вычеркнули из списка психических заболеваний и он никому не вредит, странно было бы относиться к нему плохо. Так что слушай. Гомосексуальность это предпочтение, - начала будущая сомнолог так, будто это не был чертовски смущающий разговор.