Нити судьбы

На следующее утро У Со Вэй проснулся в объятиях Чи Чэна, его сердце наполнилось теплом. Солнечные лучи пробивались сквозь занавески, мягко освещая комнату, и казалось, что весь мир вокруг них перестал существовать. Улыбка расползлась по лицу Со Вэя, когда он осознал, что его любимый наконец-то рядом. На мгновение все тревоги и недопонимания остались позади, но это было лишь иллюзией спокойствия. Чи Чэн первым проснулся, его глаза медленно открывались, и он с нежностью взглянул на спящего У Со Вэя. Он нежно поцеловал его в лоб, а затем в губы. Утренний поцелуй был полон тепла и любви, словно маленькое обещание нового дня. — Доброе утречко, Вэй Вэй, — произнес он, его голос был мягким и мелодичным. У Со Вэй, потянувшись как маленький котенок, улыбнулся в ответ и обнял Чи Чэна, его сердце наполнилось счастьем от этого простого момента. — Доброе утречко! — ответил он, его голос был полон радости. Но вскоре Чи Чэн нехотя высвободился из объятий любимого и направился на кухню готовить завтрак. Он старался сохранять спокойствие, но на душе у него лежал тяжелый камень. Вчерашние события не покидали его мысли: он провел ночь в больнице с матерью У Со Вэя. Диагноз был ужасным — рак поджелудочной железы на поздней стадии. Чи Чэн понимал, что время у них ограничено, и это разрывало его изнутри. Он пытался не думать об этом, когда готовил завтрак — жарил яйца и варил кофе, но каждый звук казался ему громким и подавляющим. Он знал, что не может рассказать об этом У Со Вэю — мать настояла на том, чтобы он хранил это в секрете. Она не хотела, чтобы ее сын переживал из-за нее. — Как же мне с этим справиться? — прошептал Чи Чэн сам себе, когда запах жареных яиц заполнил кухню. Закончив готовить, он поставил завтрак на поднос и вернулся в спальню. У Со Вэй уже сидел на кровати, потирая глаза и улыбаясь ему как будто он только что проснулся от сладкого сна. После завтрака Чи Чэн снова отправился в больницу проведать маму У Со Вэя. Врачи сообщили ему хорошие новости — ей стало лучше, и она может некоторое время находиться дома. Но даже эта новость не принесла облегчения. Он чувствовал себя опустошенным, когда думал о том, что должен скрывать правду от своего любимого. — Тётя, вы уверены, что ему не следует знать о том, что вы больны? — спросил он с болью в глазах. — Сяо Чи, не нужно, он будет переживать... а этого мне бы очень не хотелось. Пока не говори ему, пожалуйста, — ответила женщина с нежностью и заботой. Чи Чэн согласно кивнул, но его грудь сжимала тревога. Он чувствовал себя вымотанным от постоянного стресса. Вечером он вернулся домой к У Со Вэю, но радость от встречи была затмёна его внутренними переживаниями. Когда постепенно наступала ночь, Чи Чэн решил немного отвлечься и пошел в ближайший бар. Он понимал последствия — его любимый часто ругал его за то, что он слишком много пьет. Но сейчас это казалось единственным способом справиться с давлением ситуации. Он заказал крепкий алкоголь и стал наблюдать за тем, как жизнь вокруг него продолжает течь. Люди смеялись и танцевали, а он сидел один за столиком, погруженный в свои мысли. — Что же мне делать? — прошептал он себе под нос, поднимая стакан к губам. Каждый глоток приносил временное облегчение от боли и страха. Он знал, что рано или поздно ему придется рассказать У Со Вэю правду. Но сейчас ему было страшно даже думать об этом. Выпив достаточно много Чи Чэн, шатаясь и опираясь на стены, поплёлся домой, стремясь лишь одного — отдохнуть и забыть о проблемах, которые не давали ему покоя. Мысли о Со Вэе терзали его душу, и он всё больше погружался в мрак своих переживаний. Ему очень не хотелось пересекаться с Со Вэем, ведь тот мог заподозрить что-то неладное. Чи Чэн пытался успокоить себя, убеждая, что всё это делается ради их общего блага, что вскоре он сам поймёт, почему так происходит. Но в глубине души его терзали сомнения и страхи. Он искренне надеялся, что мама Со Вэя выкарабкается и проживет гораздо дольше, чем обещают врачи. По крайней мере, он был готов приложить все усилия, чтобы сделать своего любимого счастливым. Время переваливало за полночь, и У Со Вэя снова терзали мрачные мысли о бывшем Чи Чэна. Он не мог найти себе места, тревога сжимала сердце, не давая покоя. Недопонимания между ними зашли так глубоко, что Со Вэй начал сомневаться: а не изменяет ли ему Чи Чэн всё это время? Он не знал всей правды и это добавляло ещё больше мук. Слёзы катились по его щекам, и он чувствовал себя беззащитным, словно мир вокруг рушился. Ещё несколько часов назад он пытался дозвониться до Чи Чэна, спрашивая, где тот, но из этого разговора ничего не вышло — очередная ложь. Слёзы текли ручьём, когда вдруг за спиной послышался щелчок двери. Чи Чэн вернулся. У Со Вэя охватило чувство обиды и злости, и он даже не стал идти встречать своего парня. Быстро вытерев слёзы, он сделал вид, что не заметил, как тот вошёл. Движения Чи Чэна были неуверенными и дрожащими — он был пьян. Очень пьян. У Со Вэя охватила новая волна тревоги: неужели он опять пил с бывшим? Его взгляд стал пустым, как бездонная пропасть. Чи Чэн сел на диван рядом с Со Вэем и наблюдал за тем, как тот дуется и злится, словно маленький ребёнок, у которого отняли любимую игрушку. Сердце У Со Вэя разрывалось от этой картины — он окончательно разозлился и резко вскочил. — Если тебе можно возвращаться домой так поздно и пьяным, то я иду в клинику! — крикнул У Со Вэй, слегка топнув ногой от ярости и безысходности. Он представил себе, как будет лучше переночевать у своего лучшего друга Сяо Шуая, нежели оставаться в доме с пьяным Чи Чэном. Чи Чэн с болью в глазах посмотрел на него. Внутри него всё перевернулось от отчаяния. Он резко дёрнул за запястье У Со Вэя, заставляя того приземлиться прямо ему на колени. Обняв его за талию, он прижался лицом к спине возлюбленного и закрыл глаза, вдыхая знакомый аромат. В этот момент он тихо произнёс: — Прости. У Со Вэя широко распахнулись глаза. Прости? Значит есть за что. Глаза его наполнились слезами — от боли, от обиды и от непонимания. Он резко встал и оттолкнул руки Чи Чэна. — Я ухожу! — резко отрезал У Со Вэй и быстро собрался, хлопнув дверью так сильно, что в комнате повисла тишина. Чи Чэн остался сидеть один. Пьяный, с глазами полными боли и отчаяния. «Прости, Вэй Вэй, прости меня...» думал он, чувствуя, как на глазах наворачиваются слёзы. Он никогда не плакал. Никогда. Но сейчас ему было невыносимо больно осознавать, что он сам причинял страдания своему любимому. Он не хотел этого — но по-другому просто не могло быть. Чи Чэн смирился с тем фактом, что Со Вэй наверняка пошёл в клинику к Сяо Шуаю. И пусть там его любимый будет в безопасности — пусть не рядом с ним, не в его объятиях, но хотя бы в безопасности. Так будет лучше для него. Пока что. Мысли постепенно становились тише, и Чи Чэн погрузился в сон. Он уснул на диване полулежа, без одеяла и в той одежде, в которой ходил целый день — с сердцем полным сожалений и надежд на лучшее будущее для них обоих.