Chamber

Улица ночного пригорода тихая, но только если это не касается доков. В них всегда есть жизнь - со своим укладом, которая выходит на улицы, как только сумерки спускаются на город. Желтые фонари загораются как по щелчку, выдергивая из темноты силуэты. Высокий мужчина стоит, склонившись над телом в темноте. С его губ слетает грубое ругательство. Опять она. Опять, с'est incroyable, она. Вы что-нибудь знаете о занозе, которая будоражит вашу кровь настолько, что вы готовы голову свернуть. Себе. Ей. Неважно. Опять она опередила его. Словно ходит за ним хвостиком, но остается на шаг впереди. Тело на дороге было его целью, но опять эта невозможная женщина перехватила его заказ. В память ворвались непрошенным гостем её высокие каблуки, стучащие по асфальту. И кажется из памяти эти звуки умеют перескакивать в реальность. Тишина доков заполнилась звуком ее каблуков. Мужчина повернул голову в сторону звука. Выражение бесконечной скуки застыло на его лице. Девушка словно плыла, её походка была легкой, несмотря на тяжелый - он знал, что тяжелый - кейс за её спиной. Скрипка? Или нет? Кто не посмотрит, тот и не узнает. Но для начала вам нужно будет убрать его со своего пути, а это задача не из легких. Мужчина выпрямляется, поднимаясь от тела. Его внимание занимает та симпатичная блондинка с длинными пальцами, с короткими ногтями на одной руке. Может все таки в кейсе укулеле? Она улыбается ему и без стеснения подходит ближе, целуя в щеку. Гнев внутри мужчины закипает внутри наравне с его желанием. Чертовка. Он не пытается её остановить. Он просто возьмет ещё один заказ, который эта невыносимая блондинка украдет. Отследит его и украдет. Мужчина кивнул самому себе. Он согласен на такие правила игры. В конце концов это тоже способ встретиться в очень сильно внезапный вечер, в очень сильно внезапное время. - Touché, дорогая, - она целует мужчину в щеку. Дерзко. Духи с нотками белой лилии и… оружейной смазки. Fascinant. Он позволяет этому жесту состояться, лишь слегка отводя подбородок, будто от назойливой мушки. Его лицо - маска вежливого безразличия. - Ma chérie, - говорит голосом, густым, как выдержанный коньяк, когда она уже отходит. - Твоя пунктуальность достойна восхищения. Прямо как швейцарский хронометр. Жаль, что применяешь ты её столь… вульгарно. Он медленно поворачивается к ней, зажигая сигарету длинной золотой зажигалкой. Огонёк на мгновение освещает холодные глаза и тонкую, насмешливую улыбку. - Мой клиент будет разочарован. А я, как ты знаешь, ненавижу разочаровывать платящую сторону. Это дурной тон. - мужчина делает лёгкую паузу, выпуская струйку дыма. - В его кейсе, который ты так опрометчиво унесла, помимо предмета нашего общего интереса, лежали часы моего дизайна. Прототип. Они не по твоей части, ma belle. Механизмы требуют более… деликатного обращения. Он делаю шаг вперёд, не спеша, оценивая её реакцию, лишая пространства, что она стремиться сохранить. Его голос звучит тихо, вкрадчиво. - Предлагаю сделку. Верни часы. А за остальным… мы можем устроить отдельную встречу. Более приватную. Обсудить правила игры, чтобы впредь не возникало таких неловких накладок. Что скажешь? Или тебе нравится, когда за тобой следят? - его взгляд скользит по её силуэту, полный холодного, расчётливого интереса. Это уже не просто инструмент. Это достойный противник. А значит, и игра становится по-настоящему увлекательной. Накрашенные алым губы Елены дернулись в подобии усмешки. Глаза в пушистых ресницах осматривали его: ничего особенного - ничего, чего бы она не ожидала. Пижон, каких поискать. Вычурный, немного с налетом французской роскоши, несет на себе остатки своей собственной… деланной гениальности? Не обращайте внимание, просто интерес. - Насчет следить, honey, я была бы не против, если бы ты уже замечал мое дыхание на твоей шее. - Елена поправила несуществующую складку на своей юбке глубокого голубого цвета, переведя взгляд на мужчину. - А насчет часов… ты всегда можешь забрать их силой… или притвориться, что забираешь силой, - она понизила голос, подмигнув, - я обещаю подыграть, darling. Холодная усмешка тронула уголки губ. Она играет с огнём. Или, точнее, с высокоточным огнестрельным механизмом. Прелестно. - Ma chère, моя шея - не для дыхания. Она для галстуков от Шанель и прицельной планки в экстренных случаях, - парировал он, небрежно стряхивая пепел с сигареты. Её голос, этот томный шёпот с подмигиванием, скользнул по коже, как лезвие. How provocative. - Что касается силы… - мужчина медленно, демонстративно снял перчатку, заложив её за пояс. - Это так банально. Шум, суета, испорченная ткань. У меня на завтра запланирована встреча с портным, и я не намерен являться туда с дырой от пули в рукаве. C'est impardonnable. Я сделал ещё шаг, сократив дистанцию до интимно-опасной. От неё пахло теперь не только лилией и смазкой, но и адреналином, острым и желанным. - Но твоё предложение… о «подыгрыше»… - Венсан наклонил голову, будто изучая редкий экспонат. - Оно интригует. Ты предлагаешь мне роль в своём спектакле. Соблазнительно. Однако, я предпочитаю быть режиссёром, chérie. Его свободная от перчатки рука медленно поднялась, но не к её лицу, а к её плечу, будто чтобы смахнуть невидимую пылинку с лацкана её пиджака. Палец задержался на долю секунды, ощущая ткань и теплоту тела под ней. - Я заберу свои часы. Но не силой. Ты принесешь их мне сама. На ужин. La Cigale, завтра в девять. Я закажу столик с видом на город и бутылку '89-го. - Его глаза встретились с её, в них не было просьбы, лишь констатация факта. - Рассматривай это как… инвестицию. В наше будущее сотрудничество. Или, - его губы растянулись в едва уловимой улыбке, - как первый акт в новой пьесе. Где правила буду диктовать я. И где реприза может оказаться гораздо интереснее, чем само действие. Ты же любишь сложные сюжеты, не так ли? Елена ответила на его улыбку - своей опасной, ее глаза не стали хотя бы на секунду теплее. Вызов принят, как и приглашение. Просто пижон, у которого Елена увела заказ. Ничего, что стоило бы ее вн мания дольше положенного ужина. И возможно еще одного контракта, который она исполнит как исполняла этот - цинично, быстро, элегантно - приправленно звуками каблуков по мокрому асфальту. - Предложение выглядит интересным, но для начала постарайся не приходить к портному с дырками от пуль в рукаве, - девушка подняла свою руку, делая вид, что собирается поправить прядь волос у него за ухом. Приблизилась, ровно на столько, чтобы дотянуться. Его запах окутал пространство между ними: от него пахло парфюмом с корицей и табачным дымом. Аромат на любителя… французских павлинов? Неважно. Щелкнув пальцами возле его уха, словно из воздуха она извлекла пустую гильзу. - Ты это искал у меня на пылинке, honey? - длинные пальцы зажали доказательство ее недавнего триумфа. Гильза. Невидимая мышца на его скуле дрогнула, но лишь на мгновение. Аплодисменты. Искренние, ледяные. Она не просто ворует — она создаёт произведения. Его взгляд медленно сполз с её лица к гильзе, зажатой между её пальцами, а затем вернулся обратно. В глазах вспыхнуло нечто вроде уважающего восхищения хищника, увидевшего изящный приём. - Formidable, - выдохнул я с искренним, почти детским восторгом в голосе, который тут же сменился привычной томной иронией. - Настоящая магия. Идеальная пассировка, бесшумный экстрактор… Très élégant. Венсан не стал отбирать гильзу. Вместо этого его рука без перчатки плавно двинулась вверх, чтобы мягко, но неотвратимо закрыть её пальцы со своей добычей. Не отнимая, а просто накрыв, создав маленькую, интимную темницу для её трофея и для её руки. - Но позволь заметить, ma belle magicienne, - мой голос стал тише, интимнее, - что настоящее волшебство - не в ловкости рук. Оно - в расчёте. В знании, что и когда украсть. Движение на его скуле не осталось незамеченным, но Елена уловила скрытый смысл угрозы, предупреждения, что пришла с его стороны. Но мужчина не остановился, давая своей мысли продолжение, а ее ушам - музыку своего хрипловатого голоса. - Ты забрала кейс. Но просчитала ли ты, что без кода отпечатка его владельца он превратится в изящный, двадцатикилограммовый кирпич ровно через… - он сделал театральную паузу, наслаждаясь моментом, - …сорок семь часов? А код этот, к слову, был вшит в подкладку пиджака того господина, что сейчас так неэлегантно остывает на асфальте. Пиджак, который, если я не ошибаюсь, остался в моей зоне контроля. Венсан медленно отвёл свою руку, оставляя гильзу в её ладони. Его жест говорил: «Держи свой трофей. Он ничего не стоит.» - Так что, - он выпрямился, снова надевая перчатку с медленным, ритуальным движением, - наш ужин - это не предложение. Это необходимость. Ты получишь код. Я верну прототип. А всё остальное… - мужчина сделал широкий, гостеприимный жест рукой в сторону темноты, откуда она пришла. - …будет зависеть от того, насколько ты готова играть по моим правилам. До завтра, chérie. Не опаздывай. Я терпеть не могу, когда красота заставляет себя ждать. Это признак дурного воспитания. Он развернулся и сделал несколько шагов, прежде чем обернуться на пол-оборота, бросив через плечо: - И Елена?.. Оставь гильзу. Как напоминание. О том, что даже самый безупречный фокус - всего лишь иллюзия. А реальность, ma chère, всегда имеет скрытый механизм.